Прочитайте онлайн Шоколадное убийство | Глава 6 В Мексику, по делу. Если фонды создаются, значит это кому-нибудь нужно

Читать книгу Шоколадное убийство
4816+2334
  • Автор:
  • Язык: ru

Глава 6 В Мексику, по делу. Если фонды создаются, значит это кому-нибудь нужно

Было уже глубоко за полночь, но Аленочкин все расхаживал по квартире с чашкой кофе в руке и пытался собраться с мыслями — возникло слишком много вопросов, на которые он при всем желании не мог дать немедленного ответа. Труп Томилина в остывшей воде… История как минимум подозрительная. Утопленник мог быть посланцем конкурентов и чем-то им не угодил, за что поплатился жизнью. А мог — одиноким рассеянным книжным червем, который имел несчастье поскользнуться в собственной ванне.

Вячеслав прекратил свои перемещения в пространстве и приземлился за письменный стол, под уютный свет настольной лампы.

— Ну, представим, что он искал именно мое какао и был за это убит, — рассуждал Аленочкин, мысленно уже считавший таинственные бобы своими.

— Хотя собственно, за что «за это»? Мне же технологи на фабрике рассказывали — новые сорта постоянно находят, и шоколад из них делают, и все живы-здоровы… Нет, тут что-то другое.

Еще немного поразмыслив, Аленочкин решил не забивать голову нерешенными загадками, а сосредоточиться на организации мексиканского вояжа. Сегодня это было гораздо важнее проблемных трупов.

— Время, время поджимает, — бормотал он, словно старик, которому не с кем поговорить, кроме как с самим собой. — Надо срочно лететь в Мексику и уже на месте разбираться. Если найдем зерна — посмотрим, как поступить дальше. Другое дело — найдем ли? Почему раньше никто не нашел? Какие-нибудь ушлые американские кондитеры?

Представители крупных корпораций так и шастали по всему миру, добывая информацию для своих щедрых хозяев. Куда они только не проникали! Какими только способами не добивались своих целей — хитрость, подкуп, лжесвидетельство, убийство…

Стряхнув навалившуюся сонливость, Аленочкин достал большой рабочий блокнот, снял с подставки ручку и принялся составлять план действий на ближайшие дни. Работал с энтузиазмом — в случае успеха он мог эффектно выйти на рынок со свежим оригинальным продуктом и превратить свое новое приобретение — кондитерскую фабрику — в современное высокодоходное предприятие.

Была и еще одна причина. С детства Вячеслав мечтал о приключениях в непроходимых лесах и болотах, воображал себя пиратом, индейцем, охотником на диких зверей. Долгое время его кумиром был Индиана Джонс. С годами мальчишеская восторженность и жажда экзотических приключений уступили место иным страстям и эмоциям. Но в нем по-прежнему, как в детстве, настойчиво пульсировала жилка романтического авантюризма. Именно благодаря ей прагматик Аленочкин вдруг кидался в рискованные предприятия, как будто пренебрегая трезвым расчетом. Правда, всегда выходил победителем — даже его авантюризм нес в себе конструктивное начало.

А в истории с какао все было как на заказ: руины древнего города, джунгли, племена индейцев и сокровище в виде бесценных зерен. Это приятно грело душу и щекотало нервы.

Закончив писать, он с наслаждением откинулся на мягкую спинку кресла и позволил себе немного поспать. День предстоял насыщенный, и надо было немного отдохнуть.

* * *

Наступившее утро громко заявило о себе истерикой предусмотрительно заведенного будильника. Не открывая глаз, Аленочкин протянул руку и прервал его истошные вопли. Неспешно поднялся с кресла, потянулся, зевнул и прошествовал на кухню. Беспокойный сон и раннее пробуждение почти никак не отразились на его самочувствии. Бизнес приучил его спокойно переносить мелкие неудобства вроде недостатка сна. Дожевав бутерброд, он вышел на широкий балкон. Глянул с высоты двадцать первого этажа на пробуждающийся город и стал методично перебирать в уме содержание плана поездки, по привычке пытаясь обнаружить слабые места и несостыковки.

Разумеется, прежде чем отправляться в долгое путешествие, Вячеславу было необходимо передать дела кому-то из заместителей. Он практически сразу решил — кому. У него был в штате компетентный специалист и грамотный управленец. Ну, и преданный, конечно. Именно он способен обеспечить стабильность бизнеса в отсутствии генерального директора и главного акционера.

По дороге Вячеслав тщательно обдумал, какие отдать распоряжения по текущим делам и что отложить до его возвращения из Мексики. После двухчасового стояния в пробках он все же добрался до своего кабинета. Провел два расширенных совещания и одно узкое, с топ-менеджерами. Затем обрабатывал их по одному: подробнейшим образом инструктировал и засыпал ценными указаниями на все случаи жизни.

По дороге домой Аленочкин заехал в большой книжный магазин и купил дорогой красочный путеводитель по Мексике. В конце концов, ему же нужно как-то подготовиться к поездке. Хотя бы теоретически. Иметь в виду всякие бытовые мелочи, знать, чего следует опасаться, как вести себя в экстренных ситуациях.

Еще Вячеславу предстояло сделать один очень важный звонок. Собрать такую сложную экспедицию, экипировать ее, разработать маршруты и так далее ему самому было не под силу. Зато он точно знал, куда следует обратиться, чтобы все прошло по высшему разряду. Поэтому, едва войдя в квартиру, Аленочкин сразу же набрал знакомый номер.

* * *

— Фонд поддержки малых народов Америки, — веселой скороговоркой произнес звонкий девичий голос на том конце провода. Голос принадлежал девушке-секретарю, которой, похоже, очень хотелось казаться серьезной и важной. Впрочем, пока у нее это не очень получалось.

За последние несколько лет фонд расцвел, превратившись в весьма солидную организацию. Созданный совместными усилиями энтузиастов как общественная организация, он довольно долго существовал на небольшие государственные дотации, зарубежные гранты и довольно скромные частные пожертвования. Тем не менее здесь получили жизнь и довольно интенсивно развивались многие гуманитарные программы, велись серьезные научные исследования, в том числе по изучению традиций и культуры коренных жителей американских континентов.

И занимались здесь не только индейцами США и Мексики, но и аборигенами стран вроде Гватемалы. А после того как фондом заинтересовался серьезный бизнес, ресурсов стало хватать не только на достойные зарплаты сотрудникам, но и на поддержание собственного статуса.

— Могу ли я поговорить с Александром Майским? — поинтересовался Аленочкин строгим голосом, едва удержавшись от соблазна телефонного флирта, в котором почитал себя большим специалистом.

— Пожалуйста, скажите ваше имя и цель звонка, — ответила девушка, изображая корректную строгость.

— Конечно, к вашим услугам. Вячеслав Аленочкин. Цель звонка — обсуждение совместного научного проекта.

Фамилия Аленочкин была для сотрудников фонда столь же священной и почитаемой, как фамилия Королев для персонала космодрома Байконур. Только по причине более прозаической — успешный бизнесмен Аленочкин был постоянным и весьма щедрым спонсором фонда.

«Удивительно, что порой делают с нами воспоминания», — порой думал он, подписывая очередной счет на перевод денег фонду. Конечно, изначально им двигала память о друге детства, удивительным образом оказавшимся потомком древнего племени мексиканских индейцев. Но потом одна из его компаний обнаружила серьезные интересы в Южной Америке, и филантропию потеснил обычный коммерческий расчет. Грубо говоря, Аленочкин не без основания полагал, что сможет при необходимости использовать некоторые возможности и привилегии фонда для осуществления некоторых своих операций.

С руководством фонда Вячеслав поддерживал ровные, рабочие отношения, а вот с Александром Майским, молодым талантливым ученым, специалистом по культуре майя, почти подружился. Когда Аленочкин впервые предложил фонду свою поддержку, Майский только занял должность руководителя научной секции, был полон оптимизма и грандиозных планов.

Вячеславу импонировал энергичный исследователь, и они быстро нашли общий язык. Иногда он давал деньги специально на проекты Майского, благо в идеях у того недостатка не было. Правда, в последнее время Майский, понимая, что работает с большой отдачей, стал вести себя более независимо, чем прежде, почувствовал уверенность в своих силах. Впрочем, он по-прежнему оставался отличным парнем.

Тем временем девушка-секретарь наконец выполнила свою главную функцию, и в трубке прогремело:

— Слава тебе, Слава!

Ученый был, как обычно, бодр и весел.

— Привет и тебе, друг краснокожих, — проворчал Аленочкин. — Сильно занят?

— Через полчаса совещание, потом приедет делегация, потом…

— Ладно-ладно. Самый занятой в мире человек, я понял. Тем не менее нам надо обсудить одну тему, только срочно. И конфиденциально.

— Тогда давай встречаться вечером. — Майский любил посиделки с друзьями и знакомыми. — Нам, холостякам, встречи лишь в удовольствие. Холостяки никогда не смотрят диким взглядом на часы и не ерзают за бокалом вина. В этом их огромное преимущество перед женатиками.

— Тогда вечером в нашем ресторане, философ, — усмехнулся Вячеслав. — Обсудим все за ужином. Проглотишь мою новость вместе с бифштексом.

— Договорились, — охотно согласился заинтригованный Майский. — Надеюсь, твоя новость внесет оживление в мою жизнь. А то рутина, рутина…

День близился к концу, когда Аленочкин и Майский, сидя в небольшом ресторанчике, спрятавшемся в тихом старом переулке, приступили к обсуждению плана экспедиции. Ужин прошел под разговоры «за жизнь». Когда принесли кофе, Вячеслав перешел к делу.

— Так вот, насчет моего сегодняшнего звонка. Есть серьезные планы по бизнесу, только это между нами, понял?

— Естественно. Могила!

Несмотря на то что Майский добился очень многого на поприще науки, выглядел он как студент, сбежавший с лекции на свадьбу. Костюмчик будто бы взятый напрокат, очки, взъерошенные волосы и малахольная улыбка. Если бы у практичного Аленочкина было столько обаяния, он разливал бы его по бутылкам.

— Хочу организовать экспедицию в мексиканские джунгли. Причем в кратчайшие сроки. Дело личное. На мне, естественно, вся финансовая сторона.

— Организуем, не впервой. И сроки меня не пугают, у нас ведь уже тропинка протоптанная. А не расскажешь, откуда вдруг интерес?

— Пока не расскажу, и не обижайся, пожалуйста. Заранее говорить о деле — значит подвергать его риску. Это я тебе с полной ответственностью заявляю. Кроме того, я собираюсь действовать на свой страх и риск. Вот если что-то выгорит, тогда все расскажу.

— Ладно, ладно. — Майский поднял вверх обе руки, показывая, что капитулирует. — Так куда конкретно мы отправляемся?

Аленочкин полез во внутренний карман пиджака, достал сложенный вдвое листок, развернул его и с запинкой прочитал:

— Чьям-пас. Переводится как Город художников.

— Вот как… — Майский задумался. — Давно там никто не бывал, очень давно.

— Да, забытое место, я знаю, — согласился Аленочкин. — Мне нужно, чтобы все было готово недели за две, не больше. Средства есть, можешь завтра получить.

— Знаешь, я тебя честно предупреждаю — это будет непросто, обычно подготовка идет месяца два-три.

— Саш, я в курсе, — сдержанно улыбнулся Аленочкин. — Но у меня так складываются обстоятельства, что просто необходимо уложиться в конкретные сроки.

— Сделаем все, что в наших силах, и даже сверх того.

— Значит, договорились. И спасибо тебе, друг, заранее. Если все пройдет удачно — не обижу.

— А вот этого мог не говорить. Ты же знаешь — мы, ученые, люди странные. Деньги не любим, только науку.

— Мой бухгалтер думает иначе. В общем, мы друг друга поняли.

— Как всегда, — откликнулся Майский и поднял бокал.

«Прекрасно, одной проблемой стало меньше», — подумал Аленочкин с удовлетворением и в ответ поднял свой.