Прочитайте онлайн Шоколадное убийство | Глава 21 Очень подозрительный санаторий. Труп в холодильнике. Главный свидетель жив, главный подозреваемый арестован

Читать книгу Шоколадное убийство
4816+2123
  • Автор:
  • Язык: ru
Поделиться

Глава 21 Очень подозрительный санаторий. Труп в холодильнике. Главный свидетель жив, главный подозреваемый арестован

— Ничего себе хоромы! — одобрительно заявил Половцев, кода они с Майей ввалились наконец в номер. Бросив на широченную двуспальную кровать свою грязную спортивную сумку, он тут же стал открывать дверцы шкафа, холодильника, заглянул в туалет и зачем-то зажег там свет.

— Если ты хочешь жить со мной в одном замкнутом пространстве, а тем более если хочешь дожить до конца нашего заезда, то немедленно сними кроссовки! — прервала его экскурсию Майя. — Надеюсь, у тебя есть домашние тапочки? Или хотя бы резиновые шлепанцы?

— У меня есть парадные хромовые сапоги, но я их забыл дома, — отозвался из глубин ванной комнаты Стас. — Вообще имей в виду — я хожу дома босиком, но ради тебя могу остаться в носках.

— Этого еще не хватало, — ужаснулась Майя. — И убери, ради бога, свою сумку, которая валялась неизвестно где, с кровати. Мне на этой кровати спать.

— А мне? — искренне возмутился Половцев, видимо, закончивший осмотр и появившийся в дверном проеме. — Тут, как ты видишь, кровать одна, но достаточно широкая, чтобы на ней разместились два человека.

— Тебе, Половцев, досталось еще более широкое спальное место — участок пола между батареей и прикроватной тумбочкой.

— Вот как… А почему не на коврике в коридоре? Или под ванной?

— Не входи, пожалуйста, в образ — мы с тобой потенциальные молодожены пока лишь для администрации санатория.

— Помню, помню, — тяжело вздохнул Стас. — А на деле мы двое влюбленных авантюристов, ищущих приключений на свою голову.

Сердце Майи мгновенно растаяло, но виду она не подала. Еще бы! Стас признал, что они — двое влюбленных. Что авантюристов — это другое дело. Суть не в этом.

— С меня за такую самодеятельность вообще погоны могут снять. Каждый раз иду на поводу у Сильвестра и каждый раз ожидаю неприятностей. Допустим, доктор именно здесь творит свои темные делишки. Но какие? И как мы это обнаружим в условиях тотального контроля со стороны медицинского и иного персонала?

— Почему ты думаешь, что здесь контроль?

— Ты камеры заметила? А на охрану обратила внимание? Так-то! А мы — неофициальные лица. Как быть?

— Будем наблюдать, следить, делать определенные выводы, — неуверенно ответила Майя.

— Какие-какие выводы? — язвительно поинтересовался Половцев. Сейчас он был похож на профессора-садиста, принимающего по пятому разу зачет у любимых студентов.

— Определенные, — совсем тихо сказала Майя и, отвернувшись к шкафу, стала аккуратно раскладывать и развешивать там свои вещи. Жить в санатории «Девяносто семь» им предстояло целых три дня, так что пришлось тащить из дома много всего необходимого.

— Не забудь, что тебе лучше нигде особо не светиться, — сказал Половцев, когда Майя приложила к груди какую-то яркую тряпку и полюбовалась на себя в зеркало. — Усков тебя знает в лицо. Конечно, мы не какие-то там особые гости, которых он захочет поприветствовать лично, и все-таки… Я прекрасно понимаю твое желание быть на виду…

— Я буду сама скромность, — пообещала его напарница и неубедительно хлопнула ресницами.

* * *

Шел второй день пребывания Половцева и Майи в санатории. К сожалению, пока никакими успехами похвастаться они не могли. Во-первых, они не относились к элите санатория, которая жила по иным законам, нежели просто отдыхающие. Элите личный контакт с главным врачом санатория Усковым был обеспечен по тому праву, что тот был и их персональным психотерапевтом.

Все остальные смертные теоретически тоже могли под каким-нибудь благовидным предлогом попасть на прием. Но во-первых, для просто отдыхающих существовали просто доктора, а светило было для избранных. А во-вторых, что бы это дало? Поговорить с подозреваемым, конечно, всегда полезно, но сейчас-то о чем говорить? О жизни? О несуществующих психологических проблемах? Или так, по-простому — развейте, дорогой доктор, наши подозрения, а то у нас мысли в отношении вас нехорошие появились? Короче, бред какой-то.

Как раз об этом тихо рассуждали Стас и Майя, возвращаясь в свой номер после обеда. Еда, погода, воздух — все было прекрасно. Ужасно было лишь их настроение.

— Второй день, результатов — ноль! — угрюмо констатировал Половцев. — Что дальше?

— Не знаю. Сильвестр считает, что где-то здесь разгадка. Но ты же видишь — тишь, гладь, божья благодать. И Усков этот — такой любезный. К каждому подойдет, хоть бы и на два слова. А ведь мы не его пациенты.

— С пациентами, как я понимаю, он парой слов не обходится, там по несколько часов проработка идет. За это и деньги платятся. Что же касается отдыхающих — ведет себя как хороший гостеприимный хозяин. С женщинами особенно любезен — видимо, слабость имеет.

— Очень вы наблюдательны, товарищ старший лейтенант. Нам бы не эту его слабость выявить, а нечто иное. Может быть, в машину к нему залезть?

Половцев лишь безнадежно махнул рукой — ну что с тебя, глупенькой, взять?!

— А что? — оживилась Майя. — Я сама видела, как вывесили график приема отдыхающих. Завтра с десяти до двенадцати. Вряд ли он сегодня уедет, чего ему мотаться туда-сюда?

— Тут езды — двадцать минут, если без пробок. Да и не в этом дело. Допустим, залезешь ты к нему в машину. Зачем?

— Не я, а ты. Зачем, говоришь? Вдруг он там документы, или фотографии, или улики прячет.

Половцев даже застонал от досады:

— Как я не люблю дилетантов! Майя, какие еще улики? Мы даже толком не знаем, что искать, не понимаем, что вообще происходит, и каким образом добрый доктор Айболит-Усков связан с этими голыми трупами.

— Но ведь связан? — резонно заметила Майя, не обидевшись на «дилетантов».

— Допустим! Мы только допускаем, что связан!

— Ладно, господин профессионал, тогда скажите, что же нам такое профессиональное сейчас сделать? Хватит уже отдыхать.

— Профессиональное? Пожалуйста. Сделать обыск, официальный, с ордером. В противном случае нам лучше собрать вещи и тихо смыться отсюда, пока бдительные охранники не обратили на нас свое пристальное внимание. Только вот никто ордер нам не подпишет, так как доказательств у нас нет, одни умозаключения.

— Вот мы и постараемся найти доказательства.

— В машине?

— Не только. Можно еще поискать в административном корпусе, в кабинете главного врача…

— Все? — иронически выгнул бровь Половцев.

— Пока все, — раздраженно ответила Майя.

Разговор так ничем и не закончился. Вечером Стас уселся смотреть телевизор, а Майя отправилась в бассейн. Появилась она, впрочем, довольно скоро. И появление это было бурным. Она влетела в комнату, швырнула сумку на стул и ликующим тоном позвала:

— Стас!

Старший лейтенант спал, упершись подбородком в широкую грудь и коротко похрапывая.

— Стас, проснись!

Она подошла и потрясла его за плечо. Тот мгновенно выпрямился и посмотрел на нее дикими глазами.

— Я не спал.

— Да? А что же ты делал?

— Футбол смотрел.

— Наверное, интересный был матч, — скептически заметила Майя.

— Да так, средненький, — сконфузился Половцев. — Так что случилось-то?

— Я кое-что видела, — сообщила она, понизив голос, как будто кто-то мог подслушать их разговор. — Здесь есть подземные помещения.

— Где?!

— Под бассейном.

— Где-где? — изумился Стас, стряхивая с себя остатки сна.

— Ну, не совсем под бассейном, а рядом.

— Не понял, что еще за помещения?

— Рассказываю. — Она плюхнулась на стул, оказавшись чуть в стороне от старшего лейтенанта. Ему пришлось развернуться к ней всем корпусом. — Я сегодня долго плавала, уже одна осталась. Время закончилось, меня инструктор попросил выходить быстрее из воды, вроде как он должен закрыть бассейн и спортзалы. Тут у него зазвонил мобильник, он стал разговаривать, началась ругань — то ли жена была, то ли девушка. Он выскочил за дверь как ошпаренный — такие разборки начались. Даже про меня забыл. Только я собралась вылезать — вдруг вижу, вдоль бортика бодро так шлепает официант с подносом, только пустым. Один из тех, кто, как я понимаю, пациентов обслуживает. Помнишь, мы еще видели, как они кому-то прямо в номера еду носят?

— Помню, помню. Дальше, — поторопил ее Половцев.

— Прошел, насвистывая, меня не увидел. Вышел, а я подумала — откуда же он взялся? Через раздевалку он не проходил, я бы его заметила. Тем более с подносом, на котором что-то было. Короче, я вылезла из воды и посмотрела — вроде бы ничего, никаких дверей, никаких помещений. Но потом обратила внимание — есть там такая узкая лесенка, облицованная кафелем, таким же, как и весь бассейн. Буквально три ступеньки вниз. И дальше — глухая стена.

Выглядит как причуда архитектора. Или место, куда можно складывать всякие принадлежности для плавания. Только вот, похоже, официант оттуда вынырнул.

— Слушай, а может, это видение было? Знаешь, у воды всякое случается.

— Стас, ну несерьезно. Говорю тебе — был официант.

— И что? Усков — Синяя Борода? В секретной комнате под бассейном держит взаперти несчастных пациенток и мучает их?

— Я не знаю, кого или что он там держит, не знаю даже, есть ли там вообще секретная комната. Просто подумала — если появились подозрения, почему не проверить?

— Ты рассказывай, рассказывай дальше.

— Да я вроде уже все рассказала. Извини, не смогла это сделать на должном уровне — с использованием профессиональной терминологии и ненормативной лексики. Короче, хватит болтать. Пришла пора действовать.

— Ты толкаешь меня на незаконное проникновение в помещение, принадлежащее группе частных лиц?

— Да. А также в машину, принадлежащую одному частному лицу.

— Не знаю, — задумался на минуту Половцев. — Не думаю, что машина нам необходима. Тем более что она стоит на площадке рядом с постом охраны. Но вот бассейн… Наверное, можно попробовать. Там вполне может оказаться какая-нибудь сауна для избранных. Или еще что-то веселенькое.

— Пойдем посмотрим, — обрадовалась Майя и шарахнула его по плечу. Глаза ее горели.

Угрюмый Половцев внимательно оглядел свою спутницу и, тяжело вздохнув, сказал:

— Ты сейчас похожа на тинейджера, которого папа впервые повел на экскурсию в секс-шоп.

— Господи, Стас, что ты такое говоришь? Я просто очень обрадовалась. Наконец живое дело. А там, глядишь, забрезжит и свет в конце тоннеля.

— Кстати, про свет. Надо фонарик взять помощней. Вдруг там настоящие подземные сооружения или проход к коммуникациям? Авантюристам необязательно задумываться о последствиях, но о том, чтобы взять с собой фонарик, они просто не могут позабыть.

* * *

В поход они отправились ночью, когда совсем стемнело.

— Одеваемся во все удобное, лучше — спортивное, — инструктировал Стас. — На ноги — кроссовки или кеды. И на голову обязательно что-нибудь.

Сам он появился из ванной, где готовил свою экипировку, в черных облегающих джинсах, черной майке и бейсболке козырьком назад. В руках у него был устрашающего вида фонарь.

— Ну, ты гото… — начал он и замер на месте, приоткрыв рот.

Майя, радостно улыбаясь, сделала шаг ему навстречу. На ней был лимонно-желтый спортивный костюм с веселенькими медвежатами на спине и груди, белоснежные кроссовки. На голове красовалась голубая кокетливая панамка.

Некоторое время они смотрели друг на друга, потом Стас заявил:

— Значит, так. Или ты переоденешься во что-то человеческое, пригодное для криминальных операций, либо будешь обеспечивать мне прикрытие, отвлекая на себя охранников, официантов, докторов или кто там еще может появиться.

— Это еще почему? — возмутилась Майя. — Ты же сказал — спортивное, удобное. А мне так очень удобно!

— Потому, — взревел Стас, — что если бы это был санаторий для слепых, где одинаково слепы все, от директора до уборщицы, тогда успех нашей вылазки был бы гарантирован. Но идти на дело с помощницей, сияющей в ночи, как рождественская елка, было бы с моей стороны довольно странно. Ты бы еще белые ботфорты до середины бедра надела!

— Ладно, — вздохнула Майя, — сейчас переоденусь.

Выгнав Половцева в коридор, она минут двадцать громыхала дверцами шкафа и ящиками, потом крикнула:

— Заходи!

Стас осторожно заглянул в комнату. Майя стояла в центре и смотрела ему в лоб. На ней была зеленая футболка с красной надписью «Help Me!», черные колготки, бежевая миниюбка и замшевые коричневые ботиночки на маленьком каблуке. Голову она по-старушечьи повязала черной то ли косынкой, то ли тряпкой.

— А так? — поинтересовалась Майя подозрительно.

— Так? Так ничего, — одобрил Половцев. — Так ты похожа на путану, спешно делегированную подругами на похороны безвременно почившего сутенера.

— Почему тебя все не устраивает? — взвилась Майя. — Ты хочешь, чтобы я пошла голая? Или завернулась в покрывало? Ну нет у меня снаряжения для спецназовцев! Я вообще темное не ношу!

— Ладно, оставайся в этом, — разрешил Стас. — И пошли уже, а то скоро начнет светать.

* * *

До нового трехэтажного корпуса, который все в санатории называли «реабилитационным центром», они добрались довольно успешно. Во всяком случае, никто из персонала, охраны и обитателей санатория им не встретился. В целях безопасности они избегали освещенных мест, двигались за кустами или перебегали от дерева к дереву, не выходя на вымощенные плиткой дорожки.

В этом реабилитационном центре буквально все — тренажерные залы, бильярдная, ресторан и бары — было доступно отдыхающим лишь до половины десятого вечера. Бассейн закрывали и того раньше — в семь часов.

После десяти вечера на всей территории устанавливалась нарушаемая лишь естественными природными звуками тишина. Это было одним из жестких условий администрации, не желавшей превращать санаторий в помесь лесной дискотеки с публичным домом. Что творилось внутри номеров, вроде как никого не касалось. Однако Стас на всякий случай проверил — а вдруг приглядывают и за номерами тоже? Однако ничего подозрительного не обнаружил.

Обычно по вечерам здание напоминало огромный иллюминированный корабль, случайно заплывший в лес. Но сейчас, в темноте ночи, оно выглядело мрачным, потерпевшим крушение и покинутым командой судном.

Ни огонька, ни звука.

— Странно, — прошептал Половцев, осматривая фасад. — Даже дежурного освещения не видно. Наверное, скрытая система наблюдения работает.

— Но там тоже какие-то огонечки должны гореть, правда? — также шепотом сказала Майя.

Стас лишь с жалостью посмотрел на нее и ничего не ответил. Он размышлял над тем, как им незаметно пробраться в цокольный этаж, где располагался бассейн. Он в свое время прошел спецкурс по установке и нейтрализации систем охраны.

— Побудь здесь, я сейчас, — приказал он Майе. — И не вздумай двигаться. Что бы ни случилось.

Половцев практически бесшумно исчез в темноте, а Майя осталась волноваться. Стаса не было довольно долго. Но когда он материализовался из темноты, его спутница сразу поняла — путь свободен. Где-то между черной бейсболкой и черной майкой светилась радостная белозубая улыбка.

— Пошли, только тихо, — пригласил Половцев.

И они уже вдвоем, скрючившись и едва ли не по-пластунски, двинулись вперед. Чуть позже Майя поняла, что их непростой маршрут пролегает в обход основного здания, к выступающему слева пристроенному крылу. Когда они подобрались, наконец, к цели, она успела порядком запыхаться.

— Все, пришли, — едва слышно сказал Стас и указал рукой на видневшиеся в торце постройки двери. Их было две, причем одна, сразу видно, железная. Вторая же была отделана красивыми рейками.

— Деревянную ломать будем? — тоном взломщика-рецидивиста уточнила Майя.

— Слушай, у тебя явная склонность к бандитизму. Зачем ломать? Откроем. Как ты поняла, с сигнализацией я разобрался. Эти ребята на всем экономят, так что даже мне она оказалась по силам. Надеясь на системы охраны замки ставят недорогие и несложные. Поэтому я сейчас займусь дверью, а ты стой в дозоре. Кстати, она не деревянная, а стальная, деревом обшитая.

— У тебя что, отмычки с собой?

— Пусть тебя это не тревожит, ладно? — осадил ее Половцев, в очередной раз изумив Майю своими, прямо скажем, специфическими навыками.

Когда дверь открылась, Стас, а вслед за ним и Майя тихо проникли внутрь, оказавшись в темном помещении. Половцев быстро прикрыл дверь, и замок защелкнулся.

— Так, учти, — сказал он быстро. — Если сейчас раздастся звон или рев — мы в ловушке.

Однако все было спокойно, не звенело и не ревело. Значит, старший лейтенант с задачей справился на отлично. Впрочем, оба понимали, что это только начало.

Половцев включил свой огромный фонарь, и Майя смогла разглядеть, что они стоят в коридоре с невысоким потолком. На стенах были развешаны одинаковые металлические ящики неизвестного предназначения.

— Пошли, — сказал Стас и, неслышно ступая, направился в глубь коридора.

Они шли довольно долго, пока путь им не преградила еще одна дверь. Преодолев и этот барьер, они попали в небольшую каморку, где находилось множество ведер, веников и швабр. И еще оттуда вела куда-то вниз довольно крутая металлическая лесенка.

— А я думала, мы и так в самом низу здания, — приглушенным голосом поделилась своими мыслями Майя. Голос ее подозрительно подрагивал.

— В общем да, — отозвался Стас, освещая фонарем спуск. — Насколько я себе представляю внутреннюю геометрию этого сооружения, мы находимся в самом его низу. Однако, похоже, кроме цокольного этажа, тут предусмотрены еще этажи со знаком минус, то есть — подземные. Интересно.

Они осторожно спустились по лестнице, причем если бы не твердая рука Стаса, Майя точно пару раз могла рухнуть вниз, пересчитывая ступеньки головой.

Наконец проклятая лестница закончилась, и они снова двинулись по коридору, на сей раз очень узкому. Вдруг они услышали отдаленный гул. Ровный и монотонный, он становился громче по мере их продвижения вперед. Похоже, работали одновременно несколько довольно мощных моторов или даже турбин.

— Наверное, установки, связанные с бассейном, — предположила Майя.

— Посмотрим, — откликнулся Стас. — Думаю, мы сейчас дойдем до источника этого шума.

Действительно, через несколько минут коридор закончился решеткой, которой также не удалось задержать незваных гостей.

Помещение, куда они попали на сей раз, оказалось довольно большим. Вместо двух боковых стен здесь имелись внушительного вида металлические двери, по две с каждой стороны. У дверей были массивные ручки-защелки. Источник шума определенно находился за ними.

— Что это? — испуганно спросила Майя, тесно прижимаясь к Стасу.

— Сейчас взглянем, — ответил тот, внимательно оглядываясь вокруг.

Взяв свою спутницу за руку, он подошел к ближайшей двери и потянул за ручку. В ту же секунду на них обрушился поток яркого света. На миг ослепнув, Майя зажмурила глаза. Потом ей стало нестерпимо холодно, и она их открыла.

Стас тем временем уже что-то рассматривал внутри открывшегося за дверью пространства.

— Что это? — снова спросила Майя. — И почему здесь так холодно?

— Потому что это холодильные установки, — ответил Половцев, не отрываясь от своих исследований. — Только очень мощные. Видишь, тут какие-то емкости закрытые стоят, бидоны. И еще много стеклянных банок. Может, они здесь человеческие органы хранят, для трансплантации? Вон там лежит что-то похожее на мозг…

— Прекрати! — взвизгнула Майя. — Я боюсь до смерти!

— Шучу, шучу, — сказал Стас и открыл соседнюю дверь.

— Оставь свои шуточки для коллег, они тебя поймут. Можешь еще сказать, что они тут мертвецов в холодильнике хранят.

— Мертвецов? Это хорошая…

Так как Половцев неожиданно замолчал, Майя подошла поближе и поинтересовалась:

— Что ты там разглядываешь? Закрой дверь, а то холодно.

— Знаешь, ты только спокойно отреагируй, — напряженным голосом попросил ее Стас. — Там, похоже, лежит чье-то тело. Только завернутое в белое. А может, уже инеем или льдом покрылось.

Майя оттолкнула его плечом и засунула голову внутрь. Ахнула и пошатнулась. Если бы Половцев вовремя не среагировал, она просто брякнулась бы на пол. А так — безвольно повисла у него на руках. Какое-то время у старшего лейтенанта ушло на то, чтобы привести напарницу в чувство.

— Я была в обмороке? — слабым голосом спросила возвращенная к жизни Майя.

— Да, в легком, — подтвердил Стас.

— А ты что?

— А я не был в обмороке.

— Но я явственно видела…

— Тело? Конечно. Этого человека целиком закатали в бинты. А потом заморозили в холодильнике. Ты в порядке?

Майя посмотрела на него дикими глазами, блестящими от ужаса.

— Я не хочу находиться рядом с трупом! — заявила она и сжала руку Стаса с такой силой, что у него искры из глаз посыпались.

— Ты — рядом со мной. А труп — в холодильнике, рядом с какими-то препаратами.

— Пойдем отсюда скорее, — жалобно проскулила Майя. — Наверх, к людям!

— Да ты что?! — возмутился Стас. — У нас появились основания перевернуть весь этот санаторий вверх дном, а ты — «пойдем»! Даже если это не жертва преступления, а тело для экспериментов, то все равно, будет формальный повод покопаться здесь. Но что-то подсказывает мне, что труп здесь появился не просто так. Двигаем дальше!

— Зачем это нам двигать? — продолжала завывать Майя. — Ты сам сказал — формальный повод уже есть. Мы же нашли труп. Поэтому двигаем обратно.

— Слушай, — начал выходить из себя Половцев, — мы сюда, если помнишь, не за трупом пошли. По-твоему, это трупу официант, появившийся неизвестно откуда, носил на подносе жратву? Мы даже не знаем, куда попали и имеется ли здесь выход в бассейн.

Осмотрев на всякий случай остальные холодильные камеры и не обнаружив в них больше ничего предосудительного, Стас повел Майю дальше.

Еще с полчаса блуждали они по темным подземным лабиринтам, переходя из одного помещения в другое, пока не вышли к трем широким ступеням, ведущим вверх. Ступени заканчивались массивной двойной дверью.

— Ага, тут дело серьезное, — задумчиво сказал Половцев.

— Почему?

— Здесь нет замков. Эта дверь открывается снаружи при помощи какого-то специального устройства, наверняка хитрого, которое еще предстоит отыскать.

Хитрое устройство отыскалось за специальной дверцей, замаскированной под кирпичную кладку. После нажатия маленького рычажка двери гостеприимно открылись.

— Ну вот, кажется, пришли, — задумчиво молвил Стас, входя в хорошо освещенную комнату.

Майя была потрясена тем, что он ничего не боится и ведет себя так, словно обследует старый сарай, где можно наткнуться всего лишь на крысу или летучую мышь.

В противоположной стене зиял проем — там была открыта похожая по конструкции дверь. Половцев подошел к ней, выглянул, на некоторое время скрылся из поля зрения, затем вернулся.

— Ну, что там? — забеспокоилась Майя.

— Бассейн. Вот отсюда вышел твой официант.

— А как вошел?

— Соответственно. Там, снаружи, со стороны бассейна, тоже есть спрятанное приспособление для управления механизмом двери.

— А для чего он сюда ходил? К кому?

— Так я и хочу это выяснить. А ты все время ноешь и мне мешаешь.

— А вдруг он где-то здесь? Почему эта дверь открыта?

— Смотри, видишь? — указал Половцев на одну из стен.

— Вижу, стена. И что?

— Это не просто стена. Там — секретная комната. Приглядись внимательнее. Вот только как ее открыть? Или подождать, пока оттуда выйдут…

Но в этот момент центральная часть стены стала мягко опускаться куда-то вниз. Мягко и бесшумно. Стас и Майя едва успели отпрянуть в дальний угол комнаты, хотя схорониться здесь было абсолютно негде.

— И предупреждаю тебя в последний раз, — услышали они чей-то уверенный голос. — Не надо из себя строить пионера-героя. Скажешь точные координаты плантации — будешь жить. Не скажешь — пеняй на себя.

Другой мужской голос негромко произнес:

— Усков, да пошел ты…

Усков? Стас и Майя недоуменно посмотрели друг на друга. Или им послышалось?

— Грубо. И неумно. Думаю, мне придется тебя убить. Просто за ненадобностью. Но сначала ты мне все расскажешь. Есть много интересных методов, которые я пока к тебе не применял. Та, первая сыворотка, была довольно слабой, и ты ничего не сказал. Пусть я и разрушу твой мозг, но правду все равно узнаю.

Тем временем часть стены окончательно ушла вниз, открыв взору незваных гостей еще одну комнату — угрюмую, страшную, похожую одновременно и на лабораторию, и на камеру пыток. Вдоль стен стояли приборы и стеллажи, наполненные всякой медицинской утварью. В центре комнаты возвышалось массивное кресло, к которому ремнями был прикручен измученный человек. Глаза его были полузакрыты, поэтому Майю и Половцева он не видел. Усков же не видел их потому, что стоял спиной к двери и лицом к своему пленнику.

— Ничего ты не узнаешь, — ответил тот. — А когда меня разыщут, я обещаю тебе такую веселую жизнь…

— Тебя не разыщут. Это просто невозможно.

— Отчего же? — прервал их занимательную беседу Половцев. — При сильном желании все возможно. Что это вы не спите, дорогой доктор? У вас же завтра с утра прием страждущих.

Реакция Ускова была мгновенной — даже не обернувшись до конца, он попытался с разворота ударить Стаса ногой, одновременно швырнув в него большой стеклянный кувшин, стоявший рядом на столе.

Но у Половцева с реакцией тоже было все в порядке. Увернувшись и от докторского ботинка и от кувшина, он двумя-тремя заученными движениями скрутил ему за спиной руки, на которых через мгновение оказались невесть откуда появившиеся наручники.

— Майя, — приказал Стас, — встань у двери и смотри, чтобы не нагрянули его помощнички. Один-то у него точно есть. Сейчас я освобожу этого парня, поднимемся наверх, и я позвоню нашим — пусть срочно присылают сюда людей. Придется нарушить тишину и покой здешних волшебных мест.

Ускова он положил на пол лицом вниз и наступил на него ногой, как на какую-нибудь болотную гадину. Майя встала у двери, бдительно следя за доктором.

Половцев подошел к креслу и склонился над пленником, глаза которого теперь были широко открыты и горели торжеством. Это был молодой мужчина приятной внешности, хотя и довольно изможденный. Невзирая на свое далеко не блестящее состояние, он улыбнулся и спросил:

— Господи, как я рад вас видеть! Как вы меня нашли? Я вам так благодарен…

— Не стоит, — ответил Стас, — работа у нас такая. Старший лейтенант Половцев, а эта бесстрашная девушка — Майя, помощник одного очень проницательного господина.

— З-з-здрасьте, — прожужжала Майя. Назвать ее сейчас бесстрашной мог только такой приколист, как Половцев.

— А вы-то сами кто такой? — поинтересовался Стас.

— Аленочкин. Вячеслав Аленочкин, бизнесмен.

Через час уже весь санаторий сиял огнями. Вокруг входа веером рассыпались подъехавшие машины, прибыли медики. Стас Половцев оказался чрезвычайно занят, и Майя тотчас почувствовала себя брошенной. Она сидела в комнате администрации, возле окна, и пила чай из огромной чашки, которую сунул ей в руки мрачный юноша с кобурой под мышкой. Впрочем, она не успела скиснуть окончательно, когда Стас неожиданно ворвался в помещение и, протопав прямо к ней, присел на корточки, отнял чашку, отставил в сторону и сжал дрожащие ладошки Майи своими ручищами.

— Ну? — спросил он, заглядывая ей снизу в глаза. — Ты пришла в себя?

Взгляд его оказался неожиданно серьезным. От взгляда этого странного Половцева сердце Майи затрепетало. Она покачнулась на стуле. Одним рывком Стас поднялся на ноги и поднял ее вслед за собой. Потом схватил за шею, наклонился, быстро и крепко поцеловав в губы.

— М-м, — пробормотал он. — Жаль, поблизости нет какого-нибудь сеновала или на худой конец коровника, где мы могли бы остаться вдвоем.

— Во-первых, ты на работе, — ответила Майя дрогнувшим голосом. — А во-вторых, на сеновал даму приглашают после того, как дарят цветы, а не наоборот.

— А! В этом все дело… Тогда ладно, завтра куплю тебе пучок ромашек, и мы вернемся к этому разговору.

— Болтун, — пробормотала она. Встала на цыпочки, взяла лицо Стаса в свои ладони и поцеловала его уже сама.

— Скажи что-нибудь, — потребовала она, когда они оба смогли наконец отдышаться.

— Ну… что сказать? — пожал плечами тот и довольно искренне добавил: — Если ты умеешь жарить яичницу с луком, считай, что я твой навеки.