Прочитайте онлайн Шоколадное убийство | Глава 17 Джоконда опять смеется. Укрощение Чепукина. Узелок завяжется, узелок развяжется

Читать книгу Шоколадное убийство
4816+2112
  • Автор:
  • Язык: ru
Поделиться

Глава 17 Джоконда опять смеется. Укрощение Чепукина. Узелок завяжется, узелок развяжется

— Знаешь, что нам необходимо выяснить? — спросил Половцев у Майи, в очередной раз появившись в квартире Сильвестра. Голос он понизил, поэтому девушка ответила ему шепотом:

— Что?

— Почему мы все это не продолжаем? — Он сделал замысловатое движение руками и посмотрел на Майю пытливо.

— Что — это? — еще тише спросила она, сразу догадавшись, о чем речь.

— Ну… Мы целовались, разве нет? Это для тебя совсем ничего не значит?

— Значит, — быстро ответила она. — Можешь пригласить меня на свидание. Правда, от Сильвестра Семеновича придется наши отношения скрывать. Почему-то мне кажется, что он будет против.

— Почему-то мне тоже.

Они начали думать, когда смогут встретиться, и поняли, что сначала придется закончить дело с утопленниками.

— Что это вы тут шушукаетесь? — спросил Сильвестр, появившись в коридоре совершенно неожиданно. Они не слышали, как он открыл дверь комнаты, и одновременно вздрогнули.

— Я… рассказываю Стасу про Веру Витальевну.

— Разве она не уехала? — изумился Половцев. — Вы же говорили, что она больше с вами не живет.

— Ну да. Она живет в квартире напротив, — повел бровью Сильвестр. — У Чепукина.

— У Чепукина?! Шутите вы, что ли?

— Нет. Нашей тете Вере удалось приручить это лох-несское чудовище. Оно не только открыло ей дверь, но и впустило внутрь. Пока она находилась там, Чепукин не играл на баяне, не стучал деревянной ложкой по батарее, не швырялся картошкой в котов и не обливал влюбленных из окна овсяным киселем. И еще он перестал мусорить в подъезде. Соседи были в таком восторге, что принялись умащивать тетю Веру, чтобы она задержалась. Потому что только ей одной удалось с чудовищем поладить. Она говорит, что Чепукин увлекся чтением любовных писем. В подъезде тишь да благодать.

— А ночует она где? — спросил Стас.

— У Чепукина, — хором ответили Сильвестр и Майя.

— Поразительная женщина. Какая выдержка! Кстати, у меня есть новости. Ты просил меня пообщаться с мужем нашей третьей жертвы, Василием Матвейкиным. Так вот — я пообщался.

Сильвестр действительно просил. Исходил из того, что в вещах Савиных и Баландина им удалось обнаружить одни и те же предметы.

— «Смех Джоконды» Матвейкин отыскал довольно быстро, — продолжил Стас, устраиваясь на своей любимой кухонной табуретке. — Диск обнаружился в одной из сумочек погибшей. У нее их был миллион. Майя, у тебя тоже миллион сумочек?

— Нет, она слишком привязчива для того, чтобы менять одно на другое слишком часто, — ответил вместо своей помощницы Сильвестр. Тон его был холоден.

Стас был уверен, что в этих словах есть подтекст, но виду не подал.

— С узлом дело обстояло хуже, — продолжал он как ни в чем не бывало. — Бедный Матвейкин перерыл весь дом.

— И все-таки нашел? — спросила Майя, которая тоже чувствовала себя не в своей тарелке. — А где нашел?

— На любимом жакете Ольги Петровны. В петлицу она продела красивую тесьму. Вот на ней и был завязан узел — точно такой же, как его родные братья у Савиных и Баландина. Ну? И что все это значит? — требовательно спросил Стас у Сильвестра.

— Если бы я знал, — ответил тот. — А я даже представить себе не могу, что все это значит. Если мы имеем дело с тремя убийствами, то почему нет никаких следов насилия на телах жертв? Если это самоубийства — почему они совершались так странно? Человек в общественном месте или по дороге домой, прямо в подъезде, скидывает с себя всю одежду и бежит топиться! Чушь какая-то. И какую роль играют все эти странные совпадения? Смех, записанный на диск и узлы, завязанные на разного рода веревках? И это у всех трех погибших людей! Возможно, есть и еще что-то общее, чего мы не заметили…

— Не верю, что ты чего-нибудь не заметил, — подольстился Стас, опасаясь, что Сильвестр пронюхает про его зарождающийся роман с Майей, вмешается и все испортит.

— Я чувствую, что чего-то не ухватил, — продолжал вслух переживать тот. — Что-то такое лежит на поверхности… Не знаю, как объяснить.

— Может, вам отвлечься? — сочувственно спросила Майя. — Кино посмотрите. Вам много новенького прислали. Ведь часто бывает, что какая-нибудь фраза или эпизод натолкнут на мысль, верно?

Сильвестр согласился. Однако ближайшие события показали, что вовсе не кино, а вполне жизненное происшествие вывело его на правильный путь. А произошло это вот как.