Прочитайте онлайн Шанс полюбить | Глава девятая

Читать книгу Шанс полюбить
4516+943
  • Автор:
  • Перевёл: Екатерина Е. Большелапова
  • Язык: ru
Поделиться

Глава девятая

Чтобы не перебудить весь лагерь, если он, конечно, спал, Джейк оставил автомобиль за воротами и отправился через лес пешком. Хорошо бы не сломать себе ногу, думал он, осторожно пробираясь через сосняк, заросший ежевикой.

Оказавшись на просеке, он уже приметил пятерых человек у костра, который чуть тлел розовой горсткой углей. Хотя Либби сидела к нему спиной, ее силуэт он выделил сразу. Как обычно, обхватив руками, колени и откинув голову назад, она слушала какой-то бред о том, чего восьмилетки набираются от старшеклассников.

Чертов ублюдок! Джейк знал эту породу. Для таких, как Гуллинз, незамужняя женщина всего лишь развлечение. Крошки, как называл он их. Телки. Милашки, родившиеся на свет только затем, чтобы хранить его пиво в холоде, а постель в тепле.

Прибавив шагу, Джейк прямым ходом направился к костру по нескошенной траве и поросли сосняка. Этому болвану хорошо бы усвоить кое-что насчет Либби Портер. И чем быстрее, тем лучше. Пока Джейк не прочистил ему мозги.

В холодной ночной тиши раздался звонкий смех. Джейк насторожился. Неужели Либби? Нет, ее сиплое хихиканье ни с чем не перепутаешь. Это другая женщина. Мать Джеффи, Банни… как там ее.

Мать Джеффи, мать Дэвида, отец Микки, отец Кила, отец Пинаты.

Горькая реальность его отрезвила, и он взглянул правде в глаза. Ему до этого не больше дела, чем коту до золотой рыбки. Веселый пикничок организовали дядя и тетя Либби в надежде свести племянницу с людьми, у которых схожая с ней судьба – распавшаяся семья и ребенок.

Вторую женщину они пригласили только затем, чтобы их намерения не бросались в глаза. Так сказать, дополнительное прикрытие. Но их затея шита белыми нитками. Как говорится, показать весь товар лицом, а она пусть выбирает на вкус.

Но каким боком Джейк вписывается в их план? Совершенно ясно. Никаким.

Джейк повернул назад. В теплой и веселой компании, объединенной общими интересами, ему нет места. Он не хотел мешать Либби. Если ей так нравится подсушивать зефир на костре в компании с родителем-активистом, то путаться у нее под ногами он не станет. Бог свидетель, ему нечего ей предложить.

Либби решила, что, если Майк Гуллинз пригласит ее, она не откажется. Их дети хорошо ладят, хотя Микки немного задирист. Может, даже лучше, если Дэвид столкнется с реальной жизнью. Как-никак в частной школе, где учатся одни малыши, мальчик от нее защищен. Не слишком ли она носится со своим ребенком? Уолт часто упрекал ее, что она его балует. И подрывал ее авторитет всякий раз, когда она хотела настоять на своем. Пожалуй, она не отважилась бы на развод, если бы их постоянные конфликты так пагубно не действовали на сына.

Правда, со вчерашнего дня Дэвид стал спокойно воспринимать мужское общество. И старшие ребята, кажется, его уже не смущают. Вероятно, потому, что пруд дядюшкин, а это дает ему некоторое преимущество. Он не только обзавелся новыми друзьями, но увидел, что и у мамы могут быть друзья среди мужчин и ему это ничем не грозит.

Хотя не стоит обольщаться – ему не приходит в голову прицепиться к кому-то из них только потому, что у него все внимание занято этим проклятым насосным агрегатом.

Что ни говори, выходные удались на славу, с горькой иронией думала Либби, делая вид, что слушает рассказ о том, как кормят и холят будущих звезд футбола. И взбрело же ей в голову, что в ее жизни не хватает колорита – только серая гамма.

В воскресенье утром малыши доставили родителям немало хлопот. У Джеффи заболел живот. Микки воткнул в палец рыболовный крючок. Чтобы его извлечь, ребенка повезли в Моквилль. Когда тревоги остались позади, он с упоением рассказывал, как распух и посинел его палец и как доктор вколол ему иглу с какой-то пакостью, чтобы тот больше не болел.

Малышка Пината закапризничала. Банни же всячески пыталась выудить все, что можно, о Джейке Хэтчере.

– Эй, послушай, если я сую нос не в свои дела, скажи мне просто «отвали», – простодушно заявила она. – Если у вас с ним ничего такого не получится, я бы не прочь рискнуть сама. Все же это лучше, чем ловить рыбу.

Женщины рассмеялись, и Либби прониклась полным доверием к этим великолепным, длинным и почти не моргающим ресницам.

– Что ж, давай, мне лично все равно, – великодушно выдавила она из себя.

– Тогда расскажи мне о нем. Как вы познакомились? Каких он предпочитает женщин – напористых, страстных или наивных простушек?

Не имеющихся в наличии, чуть было не сказала Либби. Остальных же – в небольших, строго ограниченных дозах.

– Мы вместе учились в школе, но я почти ничего о нем не знаю. Он не женат. Совладелец строительной компании. Они строят не дома, а дороги, мосты и прочее. Хорошо танцует. Не пьет. Квартира у него где-то на севере города. Адреса не знаю, но думаю, можно найти в телефонном справочнике.

– Ты упустила самое главное. Лицом он вылитый ангел, а тело любую нормальную женщину сведет с ума. Раз ты не смогла сразить его наповал, то хоть замани как-нибудь в свою берлогу, а я уж постараюсь не оплошать. Пожелай мне удачи.

Либби дорого дала бы, чтобы припечатать ее к дереву и расквасить этот очаровательный, чуть вздернутый носик, но из вежливости просто промолчала.

Домой они вернулись после четырех. Небо заволокло черными тучами. Продукты в доме все вышли. Машина была забита грязной походной одеждой. А у Либби раскалывалась голова. Когда же Дэвид захныкал – сначала оттого, что не хотел ехать домой, потом требовал купить гамбургер, – терпение у нее лопнуло.

– Во-первых, мы разгрузим машину. Приведем в порядок рыболовные снасти и уложим их на место. Соберем белье в стирку, а после пойдем в магазин за продуктами. И, наконец, если удастся, где-нибудь поужинаем.

Либби вздрогнула от его восторженного вопля. Ей казалось, что она то слишком строга с сыном, то недостаточно требовательна. Может ли мать вообще заменить отца? И как?

Однако эти мысли вмиг испарились, едва Либби влетела в свою комнату, чтобы бросить спальный мешок, и увидела там смятую кровать, а на спинке кресла-качалки любимое одеяло Дэвида.

…Хотя дождь был не слишком сильный, они с Дэвидом схватили простуду. Познакомишься с чужими детьми – появятся новые инфекции, размышляла Либби. У Дэвида обычно при простуде болело ухо. Либби потратила целое состояние – все, что когда-то ей досталось, – на врача и антибиотики.

Детский организм Дэвида справлялся с простудами быстро, и через три дня болезни как не бывало. Энергия в нем била ключом, и Либби, каждый день, провожая его в школу, считала дни, оставшиеся до уикенда, когда Уолт заберет сына к себе. Если только в последнюю минуту не отделается извинениями.

Очевидно, на этот раз все шло по плану. Уолт позвонил заранее, чтобы она собрала Дэвида к пятнице, и сказал, что купил билеты на игру, которая должна состояться в субботу в штате Каролина.

Неужели до него не доходит, рассуждала Либби, что семилетний ребенок еще не может долго усидеть на одном месте? Дэвид это, конечно, переживет. А вот Уолт вряд ли.

От простуды у Либби болело в груди. Когда в пятницу приехал Уолт, подав сигнал гудком, ей очень не хотелось его видеть. Час назад Дэвиду позвонил Джеффи и пригласил на «хот-догз», и Дэвид решил, что с приятелем ему было бы куда веселее, чем с отцом.

– Папа будет на меня кричать. Он всегда кричит, – жаловался Дэвид, и Либби, прервав работу, начала его уговаривать.

Винить сына она не могла. Уолт никогда не был хорошим отцом, но стоит ему почувствовать, что Либби старается разлучить его с сыном, как на нее повалятся неприятности.

– Привет, Уолт. Дэвид приболел и еще на антибиотиках. Я тебе все записала. Пожалуйста, проследи, чтоб он каждое утро принимал их с соком.

Привычное самонадеянное выражение лица сменилось у Уолта раздражением.

– Вот здорово. Больной ребенок – как раз то, что мне нужно.

– Я с удовольствием оставлю его дома, если ты…

– Мама сегодня ждет его к обеду.

Ну, тогда все понятно, усмехнулась про себя Либби.

– Ты, как всегда, прекрасно выглядишь, Либби. Дэвид, не трогай. Ты руки мыл? Либби, ради Бога, почему он у тебя всегда такой грязный?

– Он только что из школы. Но руки у него абсолютно чистые.

Да уж, выглядела она ужасно и сама это знала. Как обычно во время болезни. Кожа прозрачная, под глазами огромные круги и повышенная непереносимость своего бывшего мужа.

– Буду, признательна, если привезешь Дэвида не слишком поздно.

– Поверь, у меня есть еще голова на плечах.

– О, да-да. Я всегда доверяла твоей голове на плечах.

Уолт что-то пробормотал под нос, и Либби ощутила себя на высоте. Редко ей случалось быть такой ехидной и мстительной. Словом, змеей. Все из-за этой проклятой болезни. На четвертый день, подвернись ей под руку крокодил, укусила бы и его. Во всяком случае, два часа, пока Дэвид едет в Роли, можно спать спокойно. Уолт не станет лихачить на дороге, потому что трясется над своей драгоценной машиной. Да и нарушений у него больше чем достаточно. Еще одно, и дай Бог, чтобы он мог заплатить за такси.

Когда через час зазвонил телефон, Либби чувствовала себя полной развалиной – несчастной, одинокой, непривлекательной. Она прохрипела в трубку «алло», полагая, что это Вилли или тетя Лула звонят справиться о ее здоровье, но, услышав голос Джейка, заколебалась – вешать трубку или говорить дальше. Пока она раздумывала, Джейк стал извиняться за ошибку.

– Ты не ошибся номером, Джейк, это я, – проскрипела она, – не вешай трубку, Джейк.

– Либби, что за чертовщина приключилась с твоим голосом?

– Видишь ли, в церковном хоре набирают голоса для Рождественской кантаты. Партии сопрано заняты, но есть место баритона.

Три дня на антигистаминных препаратах помимо всего прочего совершенно выбили ее из колеи.

– Что ты несешь? По-моему, тебе надо лечиться.

– А еще что скажешь? – угрюмо произнесла Либби.

Наступило долгое молчание, и Джейк уже подумал, что прервалась связь. Либби не меньше его сожалела о случившемся, но решила не зацикливаться, что было, то было, ведь жизнь на этом не кончается. Все делают ошибки. Пережив кораблекрушение, люди собирают обломки и начинают жить заново.

Но Джейк, похоже, хочет продолжать в том же духе.

– Послушай, вечером я буду в ваших краях, в лесополосе. Вчера у нас стряслась небольшая авария с одним бульдозером – все из-за этого проклятого дождя. И хотя мои люди там весь день, хочу наведаться сам. Словом, если ты дома, то я, пожалуй, заскочу… передать привет Дэвиду.

– Да, но…

– Если не хочешь, скажи прямо.

У Либби отнялся язык. Она уже открыла, было, рот, чтобы его отшить, но не вымолвила ни слова.

– Тогда где-нибудь около пяти. Как насчет сандвичей? Могу их прихватить в барбекю.

– Джейк, не стоит, да и вообще Дэвида не будет дома. – Черт побери, у нее не больше сопротивления, чем у мотылька. К тому же на каждом третьем слоге срывался голос. Ее возражения Джейк пропустил мимо ушей. Уж если он вбил себе в голову, что хочет ее увидеть, ничто его не остановит.

Либби не хотела, чтоб он приезжал. И твердила это себе, пока носилась по дому, собирая игрушки и посуду, поправляя подушки и покрывала. Повторяла, стоя под душем и намыливая голову, и когда сушила волосы и одновременно подпиливала ногти на ногах. Несмотря на слабость, она справлялась со всем довольно проворно.

– Черт возьми, кто его просит тащиться сюда и вмешиваться в мою жизнь? – бормотала она, примеривая одну блузку за другой и швыряя их на пол у кровати. – Когда же я соберусь, когда же только я соберусь… – Она сорвала с себя оранжевую цветную блузку, решив, что та не подходит по сезону, и, заглянув в комод, извлекла оттуда старый бадлон. Когда-то он был ярко-желтым, но выцвел и стал цвета соломы.

Она прыснула в воздух из флакончика туалетной воды, чтобы пропитаться запахом, но тут же бросилась в ванную его смывать. Подумает еще, что она готовилась к его приходу и полдня наводила красоту. Нет уж, этого она не допустит, и Либби сняла с себя бадлон, чтобы надеть что-нибудь другое, как вдруг в дверь постучали.

Бормоча под нос л цвеѲав мою шв