Прочитайте онлайн Сестры Тишины. Глупышка | Глава 32

Читать книгу Сестры Тишины. Глупышка
2416+974
  • Автор:
  • Язык: ru
Поделиться

Глава 32

К тому времени, как небольшой отряд после тщательной проверки и соблюдения всех предписанных Олтерном правил въехал в ворота поместья, давно наступило время обеда, и Эста уже потихоньку сжевала несколько орешков и сушеных вишен, выданных им с Алном матушкой. Но тем не менее от горячего супа и порции жаркого определенно бы не отказалась, хотя и знала, что сначала Тмирна обязательно займется делом.

Не для того они столько тряслись в карете, чтобы сразу бежать к столу.

Башен у внушительного трехэтажного здания было не менее пяти, но Олтерн повел своих спутников к самой дальней, пристроенной к углу дома над крутым безлесным склоном высокого холма.

Змей рассмотрел это, шагая следом за Олтерном и монашками по узкой каменной лестнице, спиралью взбегающей наверх по внутренней стороне толстой стены. В круглой неприступной башне было несколько этажей, и преступница содержалась на третьем и четвертом.

А просторные помещения первого и второго, отделенные от лестницы чередой мощных колонн, занимали стражники. Внизу стоял длинный стол, и за ним человек шесть в форме заканчивали трапезу, выше было несколько лежанок и стульев для отдыха, перед входом стояли двое постовых.

Здесь проверка была еще кропотливее, но в конце концов начальник караула достал свой ключ, а Олтерн свой, и они одновременно отперли два замка.

– А как к ней входят каждый день, если ключ у вас? – едва оказавшись в первой комнате, любознательно поинтересовалась Тмирна.

– К ней никто не входит, – холодно отрезал Олтерн, – еду и чистую одежду сюда спускают через люк с пятого этажа, там еще один пост. А служанки ей не положено. Зато дают книги.

– Представляю, какая она образованная, – фыркнула, словно только для себя Эста, рассматривая слой пыли на полу, и громче добавила, – и грязная.

– Странно, – нахмурился герцог, – обычно Зоралда содержала свои помещения в чистоте.

– Я пойду первой, – непреклонно распорядилась настоятельница и ринулась вперед.

Змей устремился за ней и тут же с досадой обнаружил, что Эста сумела его обогнать. Ловить глупышку или хотя бы отодвигать с дороги граф поостерегся, памятуя об ее тайном арсенале, но отставать не пожелал и так и бежал по лестнице в спальню пленницы почти вплотную с легко летевшей по ступенькам монашкой.

– Святая Тишина, – обронила матушка, едва распахнув дверь, и в этот момент Дагорд умудрился протиснуться вперед.

И с первого взгляда понял, что именно так потрясло монахиню.

Существо, сидевшее за столом и с хрустом грызущее кость, никак нельзя было назвать женой герцога. Оно даже женщиной не могло быть, потому что вообще оказалось не человеком. Так сразу граф не смог определить, что за нечисть находится перед ним, потому что видел только серо-зеленую морду в обрамлении засаленных кружев чепца и когтистые лапы. Зато тотчас сообразил, что тварь эта опасная и ее лучше убить не медля, такие клыки и когти могут оказаться смертельно ядовитыми.

Змей решительно оттеснил монашек к двери и, достав длинный кинжал, крадучись, направился к столу, присматривая по пути, какой стул можно схватить и использовать вместо щита. Олтерн попытался было последовать за ним, но в него вцепилась настоятельница, успевшая перед этим что-то неслышно шепнуть ученице, немедленно двинувшейся вперед вслед за графом.

Однако, как вскоре выяснилось, у нечисти тоже был приготовлен свой собственный план. Тварь стремительно соскочила со стула и швырнула в Дагорда сначала костью, которую он ловко отбил в сторону, а потом чем-то блестящим. Змей резко ударил по летевшему в него предмету ребром левой ладони, раздался еле слышный хруст, и, едва расслышав его, Эста успела метнуться к графу и ухватить его за пояс.

В следующий миг они исчезли, а жуткое существо, сорвавшее чепчик, бросилось к распахнутому окну и с ловкостью белки проскользнуло наружу между прутьями решетки, расположенными так тесно, что не пробрался бы и трехлетний ребенок.

Кто-то из охранников, топавших сзади и остановившихся в дверях, потрясенно охнул, отчаянно скрипнул зубами герцог, и только монахиня, деловито пробравшись вперед, внимательно осматривала следы зубов на кости и слой пыли на столешнице.

– Вы видели, как оно выскочило в окно? – строго спросила она побледневшего до синевы капитана гвардейцев, прощавшегося в этот момент с должностью, званием, а, возможно, и свободой.

– Видел, госпожа.

– Хорошо, вам придется подтвердить это письменно. – Она вернулась к онемевшему Олтерну, подхватила его под руку и повела прочь из комнаты, на ходу бросив гвардейцу: – Прикажите дознавателю все обыскать и составить акт. А потом приходите в кабинет его светлости.

– Вы так спокойны… матушка Тмирна, – пробормотал герцог, спускаясь рядом с ней по лестнице, – а судьба вашей воспитанницы вас не волнует?

– Меня даже судьба Змея волнует, – загадочно заявила она, – и герцога Адерского, но это не повод падать в обморок или начинать истерику. Хотя некоторые слабые духом мужчины зачастую хватаются в таких случаях за кубок с крепким вином.

– Некоторые женщины тоже, – едко ухмыльнулся Олтерн, начиная понемногу приходить в себя.

– В монастыре Святой Тишины настрого запрещены крепкие вина, – невозмутимо сообщила монахиня, – но сейчас меня интересуют два вопроса: дадут ли нам обед и желаете ли вы стать вдовцом?

– На оба вопроса ответ – «да», – твердо объявил герцог, – а как это вам удастся?

– Очень просто, сейчас мы напишем акт о смерти вашей жены от зубов проникшей через решетку нечисти. Все же видели, как она грызла кость?

– Но это была телячья кость, – попытался восстановить справедливость герцог.

– Ну да, – невозмутимо подтвердила Тмирна, – эта, разумеется, была телячья. Но вы же видели, какая там пыль?! С весны копилась, не менее. А ваша жена всегда убирала. Значит, хитрая бестия сожрала ее еще весной и даже косточки сгрызла. А может, в окно выбросила. А одежду носила, чтобы стража не заподозрила обман. Хотя, насколько я знаю, обычно такая нечисть живет стаями, и, возможно, тварей сначала было несколько.

– Но… – задумался Олтерн, отчетливо видевший в этом объяснении кучу нестыковок, и вдруг заметил, с каким насмешливым интересом поглядывают на него карие глаза настоятельницы, – ты что, проверяла меня?

В этот момент они добрались до комнаты, которую герцог в последние годы использовал как кабинет и столовую во время своих кратковременных приездов, и прошли в распахнутую слугой дверь. Здесь уже разгорались в камине дрова, и на столе стояли графины с напитками и пять бокалов, напомнивших его светлости об исчезнувших спутниках.

– Да, – проходя к столу и садясь на стул, легко призналась Тмирна, – интересно было обнаружить хранящуюся в душе железного Олтерна кучу моральных принципов. Вот только сейчас не тот случай, когда нужно про них вспоминать. Вам объявили войну и сделали первый шаг, потом второй, а теперь и третий. Пора начинать ломать планы заговорщиков.

– Тмирна, – в комнату с непривычной поспешностью вошел эльф, – куда они делись?

– Змей случайно сломал портальную капсулу, брошенную болотницей, – мягко сообщила монахиня.

– Известно, куда портал?

– Нет. Но, по-моему, он был одиночный.

– А пирамидка у нее есть?

– Сегодня Эста ее с собой не взяла, – ровно сказала матушка, и герцог снова встревожился, только теперь полностью осознав то, что сразу сообразила монахиня.

Дагорд с тихоней где-то в неизвестном, скорее всего диком месте, и у них нет ни еды, ни возможности отправить послание.

– Я ухожу, – развернулся к двери Алн, но монахиня живо вскочила и бросилась к нему.

– Погоди, одну минутку! Может, сначала поешь?! И возьми денег и пенальчиков, а если не хватит, зайди в любом месте в гномий банк, я дам распоряжение.

– Возьми еще, – опомнился герцог, срывая с пояса свой кошель, однако Алн его отстранил.

Как и пенальчики. Взял только кошель монахини.

– Хватит. А письмо я пришлю.

– Тмирна, возьми, – проследив взглядом за легко скользнувшим за дверь полукровкой, Олтерн всучил монахине тугой кошель и взялся за шнурок.

Пока он отдавал указания насчет обеда и свободного прохода полуэльфа, настоятельница достала магическое перо и бумагу и принялась что-то строчить. Сначала отправила несколько пенальчиков, потом взялась за составление документа.

– Позже его подпишут Эста и Змей, – сказала так уверенно, словно они сидели в соседней комнате, – а пока хватит наших подписей, гвардейцев и дознавателя. Ты когда весной приезжал, разговаривал с ней?

– Разговаривал, – хмуро вздохнул Олтерн, – правда, она произнесла всего несколько слов, что кормят хорошо и готовят то, что скажет. А видел близко, как тебя сейчас. Даже руку подал, когда она с кресла вставала. Когтей точно не заметил. И в комнатах было чисто, и одета, как обычно, во все свежее.

– Значит, ушла позднее, – согласно кивнула монахиня и подписала документ, – вот теперь понимаешь, кому так хотелось получить за тебя наследство? Помнит, что это ее деньги. Подписывай.

– У нее оставалось достаточно золота в гномьем банке, записанного на чье-то имя, – мрачно признался герцог, – мне было противно его отнимать.

– А зря. Она на эти деньги в стране смуту посеяла. Хотя теперь поздно об этом, как Алн сказал.

В дверь постучали, и появились слуги с подносами, затем вошел вызванный герцогом капитан стражи. Он беспрекословно подписал документ и почти на цыпочках покинул комнату, еще не веря, что все обошлось и его не ждет кайло в каменоломне.

– Наконец-то обед, – искренне обрадовалась Тмирна и ловко спрятала бумагу и перья. – Надеюсь, суп тут готовят?

Готовили тут, как очень скоро выяснилось, все. К тому же много и вкусно, но монахиню это ничуть не удивило. Несмотря на допущенную когда-то ошибку, Эфройский умный господин и хороший хозяин и отлично знает: если хочешь, чтобы стражники служили старательно и дорожили местом, нужно платить больше, чем другие, и кормить лучше. Скупцы в конце концов обычно больше теряют, чем экономят на куске мяса.

– Здесь есть портальная башня? – доедая суп, поинтересовалась настоятельница, и Эфройский кивнул, не понимая, впрочем, зачем ей башня, но монахиня пояснила сама: – Я сейчас ухожу, мне больше тут делать нечего, как и тебе. Но возвращаться в свой замок не советую, поживи с королем. Тем более там сегодня прием, только возьми отсюда с собой побольше стражников, здесь они уже не понадобятся.

Тмирна положила себе кусок гуся с черносливом и спокойно продолжила трапезу, украдкой поглядывая на Олтерна. Разумеется, она не могла не разгадать, какая надежда вспыхнула в душе его светлости, едва он обнаружил пропажу жены. Олтерн до сих пор, как и король, не желает смириться с мыслью о том, что юная королева тогда погибла. И в том, что кто-то сумел таким необычным способом доставить Зоралде портал, видит подтверждение своих надежд.

Впрочем, Тмирна и сама допускала такую возможность, хотя только Святая Тишина ведает, как она не хотела бы такого поворота судьбы. Слишком хорошо служительница Тишины знала, в какого монстра может за пятнадцать лет превратиться жаждущая мести девушка, которую оскорбил и предал возлюбленный. И вовсе не желала Эфройскому зла и боли, какие, скорее всего, ждут герцога в случае исполнения его мечты. Есть у Тмирны и еще одна причина не желать, чтобы ожили тени прошлого, но сестры Тишины предпочитают не предаваться праздным размышлениям.

– Тмирна, а почему бы тебе тоже не отправиться во дворец?! – обдумав ее советы и постановив, что все они разумны, осторожно поинтересовался сотрапезник, подозревавший, что монахиня знает много больше, чем говорит.

– Потому, что из монастыря я быстрее найду место, куда попали Эста и Змей, – не стала лукавить сестра Тишины, и Олтерн позавидовал такой уверенности, – а еще мне нужно отправить по домам несколько женщин… которые много лет ждут встречи с любимыми мужьями, отцами и братьями.

– Тмирна… – вспомнив про старую загадку, проницательно глянул на нее герцог, – а у тебя там случайно нет матери и сестры герцога Адерского?

– Случайно нет, – с едва заметной печалью ответила монахиня истинную правду.