Прочитайте онлайн Сестры Тишины. Глупышка | Глава 10

Читать книгу Сестры Тишины. Глупышка
2416+578
  • Автор:
  • Язык: ru
Поделиться

Глава 10

Карета за ночь выстыла, и Эста с удовольствием приняла одеяло, принесенное слугой. Видимо, таким образом графиня пыталась задобрить голос собственной совести. Или кто-то из сообразительных слуг сумел верно растолковать ей произошедшее ночью.

Девушка села на один край одеяла, укрылась другим и погладила уверенно устроившегося рядом ирбиса.

– Может, сегодня мне сесть рядом с ним? – предложил его светлость. – Мне сказали, он вас не слушался.

– Ему нужно время привыкнуть, – кротко ответила Эста. – Не забудьте приказать кучеру свернуть к западной заставе.

– Вы обещали объяснить, зачем мы едем той дорогой!

– Обязательно, – кивнула девушка, – но указание нужно дать заранее, чтобы не возвращаться.

– Я уже приказал Итеру и Хирину, – суховато отозвался Змей, не решивший еще, как теперь относиться к монашке.

С одной стороны, глупышка очень выручила его ночью, а слушая из-за двери ее объяснения, граф кусал губы, едва сдерживая хохот. Да и завтрак она очень умело сделала, Змей ни на миг не поверил, будто это постаралась кухарка. Но монашка умудрилась тут же испортить все впечатление своими действиями. Можно было хоть ради приличия посоветоваться?

– Хорошо, – успокоилась Эста, – а едем мы по западной дороге потому, что там нет заставы.

– Но на заставе меня всегда пропускают беспрекословно. – В голосе герцога ясно слышалась гордая самоуверенность.

– Раньше пропускали, – тихо вздохнула монашка, – пока вы не перешли дорогу герцогу Эфройскому.

– Вы считаете… – Змей на секунду с досадой смолк, как, оказывается, привязчивы подобные выражения! – То есть вы знаете о герцоге нечто, дающее право подозревать его в подобных действиях?

– А вы еще не сделали выводов из произошедшего? – вопросом ответила девушка. Пусть делает выводы сам, не будет позже обижаться на глупышку, сообразившую все раньше него, такого умного и опытного.

– Ну, лично я не считаю, будто герцог способен дать своим людям приказ напасть на нас открыто, – почти уверенно ответил Геверт.

– Но у него есть множество других способов, – вздохнула Эста. – Например, всем известное пленение маркизы Аргельды. У девушки просто сломалась на пустынной дороге карета, и ее любезно предложили подвезти. А в результате – она замужем за кузеном принца. И те пятеро наших преследователей никуда не исчезли за ночь. На их месте я послала бы господину точный отчет о том, где ночует ваша светлость. А на его месте я бы выслала приказ на все заставы задержать вас под благовидным предлогом и отправила отряд подкрепления.

– А разве это не предположения? – едко хмыкнул граф, хотя уже поверил в правоту монашки.

– Всем известно, герцог Эфройский суров и самолюбив и привык получать все желаемое без помех. А опыт доказывает, что такие люди обычно не утруждают себя плетением сложных интриг, – нехотя произнесла Эста, твердо уверенная: в душе спутники с ней уже согласились и спорят скорее от нежелания путешествовать по разбитой дороге да плохого настроения от недосыпа.

– Но его люди не решатся задержать меня, по крайней мере надолго. – Геверт еще произносил эти слова, а в памяти уже живо всплыли так задевшие его мелочи в поведении принца и его советника на последнем ужине во дворце. – Вот демон! Теперь я понял… вы правы, Эсталис, они еще в тот вечер все знали. И принц поддерживает советника… а эта маленькая продажная интриганка тоже что-то пронюхала, раз весь вечер вешалась на Твигерна.

– Ты мне не рассказал, – нахмурился Змей.

– А тебя не было. И потом ты приехал позже… – Герцог спохватился, сообразив, что начинает упрекать друга, и произнес с раскаянием: – Извини, это я виноват. Но в таком случае нам нужно держать оружие наготове, просто так я их и близко к карете не подпущу.

– Мы успеем доехать до Лошты, – невесело сообщила Эсталис, убедившись, что до нанимателей, наконец, дошла вся серьезность ситуации, – а там купить портал в Адер. А стражники с каретой пусть едут спокойно… как будто мы в карете.

– Но Хара я не оставлю, – сразу заявил его светлость, мгновенно смирившись с такой непредвиденной тратой денег. – Год назад герцог Эфройский упорно хотел купить его у меня.

Значит, ситуация у Олтерна еще хуже, чем мне представлялось, могла бы сказать Эсталис, но совершенно не собиралась этого делать.

В карете постепенно становилось теплее, и Эста позволила себе уснуть в уютном коконе из мягких меховых одеял. И не стала просыпаться, даже когда карета ожидаемо закачалась на ухабах деревенской дороги. Впрочем, как вскоре выяснилось, слух о ее неудобстве был сильно преувеличен дамами, привыкшими ездить по выложенным гладкими плитами королевским трактам. После последней попытки переворота в каменоломнях королевства появилось много мускулистых рук.

Эста не пожелала просыпаться, даже когда граф остановил отряд на короткий привал в какой-то деревушке. После этого привала они с герцогом, стараясь не шуметь, пили прямо из кувшинчика парное молоко и ели душистые сырники, шепотом обмениваясь впечатлениями о деревенских красавицах.

«Проснулась» глупышка только часам к одиннадцати, почувствовав, как остановилась карета и забеспокоился устроивший голову у нее на коленях ирбис. Посмотрела в окно на унылый осенний пейзаж и решительно вылезла на бревенчатый помост перед стоящим у развилки трактиром, в котором обычно останавливались умыться и перекусить везущие продукты в Турис скупщики.

Шагавших к крыльцу спутников девушка догнала почти у двери и тихонько, чтобы не услышали чужие уши, попросила не заказывать много еды.

– А мы уже съели почти все, что было в корзине, – сообщил ей Геверт, – поделились со стражниками. Хотели разбудить вас, но Змей не позволил.

Трудно было не услышать, как друзья шептались, усмехнулась про себя Эста, но сказала совершенно другое.

– Нужно поговорить, – еле слышно ответила она и прошла в трактир.

Довольно неопрятное и запущенное помещение не вызвало у девушки никакой реакции, она словно не заметила ни мусора, ни почерневших засаленных столешниц. Спокойно подошла к трактирщику, тихо задала ему вопрос и, бросив серебряную монету, направилась к дверце за его спиной.

Дагорд нахмурился, по контракту за все, необходимое глупышке, платил герцог, и пошел вслед за нею. А войдя в комнатку, сразу понял, почему девушка шла именно сюда. И почему заплатила сама.

Здесь был один из пунктов, какие маги почтовой гильдии по соглашению с властями открывали в каждом крупном селе или деревне, в больших трактирах и богатых поместьях. А вот похожие на узкие пенальчики цилиндрические контейнеры для писем и капсулы перехода можно было приобрести только в башнях гильдии или, значительно реже, у заранее купивших их хозяев гостиниц.

Неподалеку от башни или большой пирамидки можно было отправить пенальчик с письмом, небольшую посылку или открыть с помощью капсулы переход в заранее определенное место. Крайне редко такие пирамидки покупали для личного пользования и возили с собой самые богатые и знатные люди, хотя по мере удаления от почтовых башен они работали нестабильно.

Посреди чисто выскобленного стола стояла большая магическая пирамидка, и Эста немедленно присела рядом на скамью, достала пенальчик, бумагу и ручку и принялась стремительно писать записку. Змею еще не приходилось видеть девушек, которые бы писали столь быстро, и он удивленно приподнял бровь, все-таки она очень необычна, эта глупышка.

Дописав письмо, девушка вложила его в пенал и куда-то отправила, а потом открыто взглянула на заинтересованного герцога.

– Ваша светлость желает знать, кому я отправила письмо? Туда, откуда уехала пять дней назад.

– И часто вы туда пишете? – Герт прошел к столу и сел на соседний стул.

– Как только соскучусь, – кротко улыбнулась Эста, – или возникнут проблемы, с которыми я не могу справиться сама.

Вот оно что, мгновенно сообразил граф, вспомнив непреклонную уверенность настоятельницы, оказывается, монашки все время остаются под ее опекой. Ну, это существенно меняет дело, хотя пока он не представляет, чем может помочь им с Гертом даже весь монастырь. Если только пришлют в замок с десяток таких вот глупышек. Он представил эту картинку и невольно поежился, нет уж, упаси, Святая Тишина.

– И вы уже соскучились? – удивился герцог, в его понимании монастырь был местом, о котором не только скучать, но и вспоминать не хочется.

– Там остались мои подруги, – больше ничего Эста сказать не успела, над вершиной пирамидки сверкнул светлый лучик, и в руки девушки упал такой же пенальчик.

Она торопливо нажала на крышечку и прочла выпавшую из пенальчика записку.

Контейнер не исчез, и граф особо отметил это обстоятельство. Стало быть, настоятельница ведет оживленную переписку, раз использует постоянные пеналы. Они, конечно, намного дороже одноразовых, но если отправляешь каждый день письма или указания одному и тому же адресату, вполне окупают свою стоимость.

– Моя старшая подруга, – прочтя письмо, подняла глаза на его светлость глупышка, – готова немедленно прислать капсулу перехода на Адерскую почтовую башню, на троих человек и багаж. Но если оставим ваши сундуки, вполне можно взять Хара.

– Сколько мы будем ей должны? – Змей совершенно не верил в бескорыстие наставницы, как и в ее доброту.

– Выслать такую же капсулу, как будет возможность, – так же кротко объяснила глупышка, – ну и небольшую услугу… при случае.

Эста очень надеялась на согласие Геверта, по сведениям матушки, герцог Эфройский был в ярости, узнав о неудаче своих сыщиков. И теперь еще сильнее желал получить не доставшуюся ему глупышку, догадавшись раньше Герта и Змея, кто именно провел его людей.

– Я не против, – немного подумав, объявил Геверт, – раз мы уже решили идти порталом, то не все ли равно, отсюда или из Лошты? Но так мы уже через полчаса будем дома, в Адервилле мне любой с удовольствием даст лошадей и коляску. И наверняка не встретимся с людьми Олтерна.

– Ну, во всяком случае, там вы на своей земле, – туманно сообщила монашка, и Змей не мог не согласиться с верностью этого замечания.

И в который раз пожалел, что когда-то давно, когда почтовая гильдия строила свои портальные башни, предок Геверта наотрез отказался поставить одну из них в замке. Впрочем, утешает одно: в те времена он был не единственным, кто мыслил подобным образом.

– Тогда и я согласен, – буркнул граф, не придумав ни одного веского довода против, и проследил, как глупышка стремительно черкнула на листке всего одно коротенькое слово.

На этот раз они ждали дольше, и пенал, возникший возле пирамидки, оказался другим, более широким и коротким. Эста продемонстрировала спутникам извлеченную из пенала капсулу и попросила дать стражникам указание принести ее сундук, напомнив, что уходить надежнее прямо отсюда.

Змей приоткрыл дверцу и, не выходя из почтовой комнатки, дабы не платить ушлому трактирщику второй раз, знаком позвал сидевшего за столом Итера. Быстро выдал стражнику указания, дал денег на расходы и через минуту принимал от кучера сундук глупышки, а от Итера поводок ирбиса. Погулявший Хар был очень не против пообедать и первым делом, как кот, потершись о ноги спутников, заглянул на стол. Разочарование на его умной морде было так красноречиво, что усмехнулся даже граф, не позволявший зверю никаких вольностей, кроме утренних нападений на не желавшего рано вставать Герта. И потому метко бросавшего с закрытыми глазами в слуг всем, до чего дотягивалась его рука.

– Хар, ко мне. – Геверт взялся одной рукой за ошейник питомца, другой обхватил талию монашки, невольно отметив ее тонкость и гибкость.

С ухмылкой вспоминая недавнюю клятву не подходить к девушке и близко, Змей так же уверенно взял сундук и свободной рукой схватился за пояс глупышки с другой стороны. Эста повесила на локоть свой саквояж и немедленно сломала капсулу переноса, благодаря про себя собственное решение любым способом наладить доверительные отношения с графом. Как выясняется, это единственный способ быстро добиться от него необходимых для пользы дела действий.

Почтовая башня Адервилля, небольшого городка, основанного одним из предков Геверта и названного так в честь стоявшего на утесе над рекой замка Адер, была пристроена к зданию мэрии, но имела свой собственный выход на центральную площадь. Здесь стоял на постаменте гранитный предок его светлости, с мечом в одной руке и шлемом в другой, и находился лучший из трех трактиров, а также несколько магазинчиков, контора ростовщика и внушительная башня городской стражи.

Вот к ней и повел спутников Змей, сразу взявший командование на себя, едва обнаружил, что стоит на площадке знакомой башни и видит вокруг привычный пейзаж. За графом с Харом на поводке, разглядывая город и важно кивая в ответ на поклоны горожан, шествовал Геверт, а за ним, опустив на лицо вуаль, скромно шла монашка, с жарким интересом рассматривая из-под кружева городок и витрины. Последним топал несший сундук монашки служитель почтовой башни, каких маги нанимали для исполнения мелких поручений и уборки площадки и лестниц.

Разумеется, для его светлости у коменданта городской стражи немедленно нашлись и лошади, и коляска, и кучер, и двое сопровождавших. И уже через несколько минут сидящие в открытой коляске Геверт с Эстой и Харом выезжали из ворот, ведущих в тренировочный двор башни. Впереди ехал на крупном жеребце граф, провожаемый заинтересованными взглядами встречных горожанок и служанок, а следом скакали двое стражников.

– Пришли порталом, – тихо пояснил сидящий у окна в почти пустом зале трактира мужчина в неприметной дорожной одежде своему сотрапезнику.

– Вижу, – хмуро отозвался тот, – посылай сообщение. Всего пятеро мужчин.

– Мы пойдем?

– Встретим их на тропе, – оглянувшись в сторону скучающей в конце зала подавальщицы, одними губами шепнул его напарник, – уходим по одному.

И поднялся из-за стола, неторопливо направляясь к двери. Второй продолжал так же спокойно доедать свой омлет.

Проехав по центральной улице почти до конца, коляска свернула на широкую аллею, ведущую за город к скале, на которой стоял замок Адер. Сам дом нельзя было отсюда, снизу, рассмотреть из-за высоких стен, зато в лучах пробившегося сквозь тучи солнца уже можно было различить блеск бронзовых флюгеров на крышах башен.

Обсаженная янтарными соснами аллея не доходила до замковых ворот, от подножия скалы начинался извилистый путь наверх между обломков скал, расщелин и по вырубленным в камне галереям и даже тоннелям.

Некоторое время Эста сидела рядом с герцогом тихо, как мышка, и Геверт посматривал на спутницу слегка разочарованно. Все девушки, попадавшие на эту дорожку, обычно ахали от восторга и пищали от страха, когда с высокого поворота открывался вид на отвесный обрыв, находившийся в нескольких локтях от колес. А эта странная монашка, наоборот, равнодушно молчит и даже как будто глубоко задумалась о чем-то своем.

– Геверт, – внезапно почти вплотную прижавшись к герцогу, очень тихо шепнула та, о ком он думал, – вы можете исполнить мою просьбу?

– Да, – постарался он сказать как можно убедительнее, очень сильно надеясь, что она не попросит ничего предосудительного.

– Ничего не спрашивайте. Просто за следующим поворотом остановите коляску на пару секунд возле большого камня. И сразу езжайте дальше… мне нужно немного прогуляться. И не волнуйтесь, я не исчезну, слово сестры Тишины.

– Хорошо… – пробормотал ошеломленный герцог, пытаясь понять, когда она успела рассмотреть тот камень.

А девушка отодвинулась и принялась быстро рассовывать по карманам какие-то кошельки из своего саквояжа. Потом заперла его на ключик, сунула в самый угол между спинкой и сиденьем, прикрыла покрывалом и положила сверху подушечку.

Затем дернула Герта за рукав, показав глазами на приближающийся камень.

– Останови на секунду, – приказал кучеру его светлость, и тот мгновенно натянул поводья.

– А дальше?

Геверт обернулся к сидевшей рядом девушке и обмер. Место рядом с ним было пусто. Только Хар заинтересованно смотрел в сторону разросшегося возле камня куста.

– Ничего, поехали дальше, – припомнив, что остановить коляску его просили на секунду, ответил герцог, и кучер, с легкой досадой пожав плечами, пустил лошадей, ничуть не удивляясь странным прихотям его светлости.

Их господин еще скромный, только после смерти жены начал служанками да белошвейками интересоваться, и то, говорят, это его дружок старается развлекать. Ну а к тому все девки сами липнут, как к медом намазанному. И раз вернулись господа в замок, значит, уже к вечеру потянутся и кареты с местной знатью поздравлять с приездом.