Прочитайте онлайн Сестры Тишины. Болтушка | Глава 25

Читать книгу Сестры Тишины. Болтушка
2216+487
  • Автор:
  • Язык: ru
Поделиться

Глава 25

Когда Хасит, наскоро смыв горячей водой морскую соль и переодевшись в очень неплохую новую одежду, вернулся в большую комнату, где стоял стол, Кор уже был там.

Умытый и одетый не по-торемски, с причесанными назад еще чуть влажными волосами, мальчишка сидел на диване рядом с тетушкой, держа в одной руке мясной пирожок, а в другой кружку, и с аппетитом завтракал.

Совершенно не замечая странного взгляда, изучающего, чуть изумленного и чуть восхищенного, каким смотрела на него госпожа Тмирна, или Тиссша, как ее тут звали.

– Садись к столу, Хасит, – не оборачиваясь к вору, предложила она, – завтракай. Кор уже сказал, что вы плыли несколько часов, убегая от шторма.

– Если бы не Малиха, – честно признался мужчина, садясь к столу, – ни за что бы не ушли. Это она приказала взять самого сильного матроса… и зелье морока дала. Ну а зелье силы у меня свое было… вот он и греб, как заведенный.

– Небось без рук остался, – мимоходом заметила тетушка, и Кор тут же поднял на нее ясный взгляд больших серых глаз.

– Дядя Хасит ему руки помазал и тряпками завернул. И потом еще заматывал.

– Вот как, – бросила тетушка из-под низко повязанного платка испытующий взгляд, – я сразу поняла, что у Хасита душа добрая.

– Он женится, – так же важно сдал лженаставника Кор, – на Итме. Я сам слышал, как он сказал, если святые духи спасут, женюсь, только не вой.

– Ну, тогда нужно забрать эту Итму сюда. – В голосе Тмирны скользнуло лукавство. – Не можем же мы позволить ему из-за нас нарушить клятву?

– И как только услышал, – безнадежно выдохнул вор, – ведь не было тебя с нами в лодке.

– В воде все хорошо слышно, – откусывая очередной пирожок, фыркнул Кор, – а я помогал водной родне сделать большую волну. Ты же сам сказал, что лодка там не причалит.

– И как только нашел водную родню?! – удрученно вздохнула женщина, взглядом приказав ошеломленному вору молчать.

А он и сам онемел, услышав такое откровенное подтверждение своим подозрениям.

– Я не находил, – по-взрослому вздохнул Кор и виновато глянул на монахиню, – они меня охраняли. Но мама не разрешила никому говорить. Она сама скажет… если нужно.

– Ну и не говори, – погладила его по голове настоятельница, – лучше про мать скажи. Ее ты чувствуешь? Можешь сказать, где она?

– В море, – коротко и хмуро ответил мальчишка, – плывут к югу. Но вы за нее не бойтесь, ее спасут, если корабль утонет.

– Ты у меня прямо камень с души снял, – выдохнула женщина, – я за ночь вся уже издергалась. Хотя знаю, что Мали хорошо плавает… но шторм есть шторм. А пока он не кончится и корабль куда-нибудь не доберется, мы ей помочь не сможем. Хасит? Что ты сидишь? Наливай себе чаю, отвара, бери блюдо, клади все, чего захочешь, позже займемся твоей женой.

– А можно спросить… – осторожно взглянул на нее вор, прикидывая, не слишком ли он обнаглел. Но почему-то казалось, что эта женщина немного маг… или кто-то похожий, и для нее решить его проблемы ничего не стоит. – А не найдется места… у кого-нибудь в имении для двух людей?

– Найду, – коротко кивнула Тмирна, – но сначала дождемся, пока вернется Мали. Ты вроде ей что-то обещал? Нехорошо будет, если не исполнишь. А сейчас ешь и иди отдыхать. Твоя комната на втором этаже, Лилия покажет. А то ко мне скоро придут гости, нужно с ними поговорить.

– Так я могу и в комнате поесть, – понял намек вор.

– Не торопись, один из гостей с тобой сначала поздоровается.

Вор только молча кивнул и принялся обстоятельно завтракать. Да и хозяйка с девушкой, принесшей горячий чайник, тоже подсели к столу. А меньше чем через полчаса, когда Хасит уже не мог смотреть на еду и начал подумывать, что пора уходить, наверное, гости не придут, на веранде вдруг раздался топот, мужские голоса и в комнату ворвался Лаис.

Мельком скользнул взглядом по вору, шагнул к дивану, подхватил мальчишку и крепко прижал к себе.

– Кор… как вы сюда попали?

– Сейчас… – Малыш снял с шеи простой деревянный свисток, изображающий свирель, покрутил и достал крохотный лоскуток бумаги, свернутый в тонкую трубочку. – Это тебе.

– Что? – пробежав глазами записку, возмутился Гартлиб. – Ну уж нет!

– Ты не хочешь забрать меня к себе? – опечалился малыш, и все поняли, что у Мальяры от сына секретов не было.

– Хочу. Просто мечтаю, – снова притиснул его к себе Гарт, – но не собираюсь сидеть и ждать, пока она там одна воюет с ведьмой и ее бандитами.

– Она сейчас не воюет, – почти прошептал ребенок, – она спит. И у нее болит вот тут. – Он показал то место на щеке, где у Мальяры была метка вдовы.

– Гадина, – сразу поняла, что это означает, Тмирна и оглянулась на Хасита. – Иди, отдохни. Кора я сама уложу.

– Я сам его уложу, – крепче вцепился в ребенка Гарт, оглянулся на молчавшего Змея, перевел взгляд на вора. – Спасибо, Хасит, что присмотрел. Я у тебя в долгу.

– Расплатишься, – остановила его настоятельница, – про это потом договоритесь, сейчас пусть отдохнет. Он ведь на судно проник и все видел. А ночью сумел до Мали добраться, но она велела увезти ее подруг и Кора.

– А Кор там откуда взялся? – озадаченно нахмурился Гарт, провожая взглядом ускользнувшего вора и начиная подозревать, что все было совсем не так, как он себе представлял.

– Я по цепи влез, – обняв его за шею, смущенно признался мальчишка. – Мы в трюме жили, в шкафчиках, Хасит циновки постелил. А ночью я к маме в окно влез, и она сказала… возьмите лодку и женщин. И матроса, чтобы греб.

– А сама почему в нее не села? – Гартлиб мрачнел все сильнее.

– Сказала… – виновато притих Кор, – что она справится. А мы ей мешаем…

– Ты только не злись на нее, – подсел к расстроенному брату Змей и осторожно коснулся его плеча. – Я свою Эсту выпороть хотел, когда она меня в монастырь отправила… и кольцо забрать. Вовремя одумался. Мало ли какая дурь в голову от опасения за них может прийти… это вон Тмирна девчонок так учит, ни на кого не надеяться.

– И правильно делает, – спокойно отозвалась настоятельница, словно речь шла не о ней. – Вас, вот таких надежных и отважных, не так уж много… потому-то далеко не каждой глупышке или болтушке везет встретить мужчину, на которого можно рассчитывать в трудную минуту. А мне нужно, чтобы выжили все до одной, вот и учу девочек не надеяться на чудо.

– Это целое искусство, – ухмыльнулся Змей, – всего несколькими словами и отчитала, и комплимент сделала, и оправдалась, и похвалилась… но мы и сами все это знаем. Просто когда душа рвется, не до разумных доводов, я на себе испытал. А сейчас хотел бы услышать, какой у нас план… и куда нужно подтягивать людей.

– Тсс, – приложила палец к губам женщина, указывая глазами на Кора, заснувшего на руках у графа, – нужно сначала уложить наше главное чудо. Он ведь ребенок, и не спал почти сутки.

– Давай я, – встала с кресла притихшая Лилия, но Гарт упрямо мотнул головой.

– Я сам. Куда?

– Соседняя комната, я покажу, – не стала спорить девушка, пошла впереди, а через минуту, вернувшись, опасливо уставилась на монахиню. – Матушка, ты что-то поняла?

– Да, – не стала отпираться та, – Кор не обычный ребенок. Он человек только наполовину, по крови. И полностью по образу мыслей. Мальяра сделала почти невозможное. Вернее, ее материнская любовь… хотя он и не ее сын. Но это я говорю вам по секрету, и помалкивайте, пока она не вернется.

Возвращаться к знахарке из маленького сарайчика, служившего слугам умывальней и стоявшего в нескольких десятках шагов от берега, Малиха не собиралась. И потому, едва Сула, указав на шаткое строение, вернулась в свою хижину, болтушка бегом бросилась к морю, прикидывая, сумеет ли преодолеть в такую погоду неширокий пролив в пару миль, за которым виднелась верхушка соседнего острова.

Хотя сюда, на острова, шторм не добрался, но тучи мчались по небу темным потоком, пропуская солнце лишь на краткие мгновения. Да и неласковый ветер, хоть и ослабленный скалистым заслоном, поднимал довольно высокие волны, несущиеся на берег сплошной чередой. Казалось, от этих волн даже вся рыба ушла спасаться в глубину, но кольцо, неумолимо греющее палец, говорило о другом.

Мальяра смело сбежала с пригорка, шагнула на выглаженную водой полосу мокрого песка, дожидаясь, пока очередная волна докатится до ее ног, и не успела даже ахнуть, когда вместе с волной на нее надвинулось что-то темное, схватило, скрутило, словно канатами, жесткими щупальцами и поволокло в глубину.

Она успела понять, что произошло нечто неправильное, что в ее отношения с родичами Кора вмешался кто-то неведомый и явно недобрый, но испуг пришел не сразу. И это помогло женщине захватить полную грудь воздуха, сжать губы и попытаться искать пути спасения, стараясь не думать при этом, что неизвестный зверь упорно тащит ее в глубину, не давая ни малейшей возможности вырваться.

Даже пальцами пошевелить не удавалось, а ей, чтобы позвать на помощь, обязательно нужно было потереть камушек на заветном колечке.

Отчаяние начало захлестывать душу Мали, когда она почувствовала, что почти не в силах удерживать рвущийся наружу воздух, и тогда она попыталась сделать последний отчаянный рывок, прежде чем сдаться.

Бесполезно. Тварь, тащившая ее в свое подводное логово, держала так крепко, что короткий горестный стон непроизвольно сорвался с губ вдовы, унося с собой горсть крупных воздушных пузырей. И последнюю надежду на спасение.

Без свежего воздуха сознание начало постепенно угасать, и мечущиеся в поисках спасения мысли словно замедлились, потому она не сразу поняла, откуда взялся на ее голове странный черный мешок, решила почти отстраненно, что чудовище ее проглотило. Зато в нем можно было дышать, и это оказалось настоящим счастьем. Правда, воздух был теплый, пах рыбой и сыростью, но это были такие мелочи по сравнению с первым глотком живительной пустоты. И неважно, что вместе с ней в желудок провалилась соленая вода, попавшая в рот, зато потом вдохнулось еще и еще, возвращая способность размышлять, жажду жизни и жаркую надежду. Очень скоро Мальяра сообразила, что в безопасном мешке находится лишь голова, а с ее оставшимся снаружи телом в этот момент происходит нечто странное и жуткое. Его крутило и переворачивало самым невероятным образом, и стискивающие его объятия неизвестного чудища то сжимались, грозя переломать ребра, то распускались, позволяя шевелить руками. В один из таких моментов Мальяра сумела выхватить из кармана заготовленную для совершенно другого случая колючку и, умоляя судьбу, чтоб нанесенный на нее яд, защищенный лишь тонким слоем воска, не смыло морской водой, со всей силы вонзила крохотное оружие в стискивающее ее щупальце.

Оно, казалось, даже не заметило, продолжало трепать Мальяру все с той же яростью, и женщина снова начала отчаиваться, волнуясь, как бы не закончился в загадочном мешке воздух. И тут, явно дождавшись, пока тварь расслабит свои объятия, чьи-то руки ловко выдернули женщину из этого смертельного кокона и понесли вверх.

Но мешок с головы пока не снимали, и Мальяра терпеливо ждала, не выказывая никаких признаков радости или огорчения. Первое правило сестры Тишины гласило: нужно сначала разобраться в обстановке, а потом уже действовать.

И очень скоро женщина поняла, что это просто замечательное правило. Хотя держали ее очень бережно и крепко, однако на поверхность так и не вынесли, а мчали куда-то с такой скоростью, что тугие водные струи начали понемногу уносить из тела тепло. В первые минуты после того, как освободилась от щупальцев, Мальяра этого не замечала, но постепенно возбуждение и напряжение начали отступать, и ее просто затрясло от холода.

Существо, тащившее отнятую у монстра пленницу, заметило это и замедлило стремительное скольжение в неизвестность, на миг отпустило женщину и тут же подхватило снова, глубже засовывая в расширившийся мешок.

Он окутал плечи и грудь живым теплом, и трясущиеся пальцы женщины сами потянулись туда, протиснулись под гибкие края, одновременно начиная согреваться и дрожать сильнее. А когда мешок дотянулся до колен, Мальяра торопливо поджала сначала одну, потом вторую ногу, сжимаясь и полностью втискиваясь в теплую темноту. И тут же почувствовала, как они снова понеслись вперед с прежней скоростью, однако теперь это беспокоило женщину значительно меньше. Те, кому нужна еда, не заботятся о том, чтоб она не замерзла, а из остальных неприятностей можно найти выход. Тем более, пока она в море.

Чувство остановки возникло резко, и сразу появилось ощущение тяжести и неудобства, а через несколько секунд, во время которых ее тащили, шлепая по невидимой тверди, раздался всплеск. Стремительно заскользил, сползая с тела, как носок, ставший почти привычным мешок, и вскоре Мали обнаружила, что сидит в очень теплой воде. Откуда-то сверху струился неяркий, ласковый свет, мягко освещая глядящее на воду с тревогой и заботой серебристое лицо, окруженное живой волной зеленых волос.

– Лармейна!

– Я, – успокоенно улыбнулась русалка и решительно облила вдову теплой водой, – купайся скорее. Уф очень удобный, но слизь, если засохнет, смывается плохо. И еще… волосы придется остричь.

Она бесшумно и стремительно переместилась Мальяре за спину и принялась безжалостно кромсать ее промокшую косу. И болтушка, привыкшая сама принимать все решения, покорно вертела головой, позволяя давней подруге творить с собой все, что заблагорассудится, не делая даже попытки спорить или защищать свою женскую красоту. Точно знала, уж если русалка сказала, что так нужно, значит, другого выхода нет, они и сами очень лелеют и берегут свои волосы, и у чистокровных женщин ценят длинные косы.

Сама Мальяра тем временем, украдкой оглядывая убежище Лармейны, ожесточенно оттирала пышной морской губкой тело и одежду, вряд ли тут найдется для нее какое-то платье.

– Одежду снимай, особенно верхнюю, – заметив ее усилия, категорично заявила зеленоволосая подруга, – другую достану.

– Сразу нужно было сказать, – проворчала Мали и принялась сдирать с себя мокрые липкие вещи. – А что это было? Ну то, куда ты меня засунула?

– Я тебя не засовывала… – ничуть не виновато заявила Лармейна, складывая в раковину гигантской жемчужницы перепутанные волосы и одежду, – это Уф. Он тебя проглотил, по моей просьбе. У него внутри можно дышать, он воздух из воды делает.

– Святая Тишина, – ахнула болтушка, – и где он теперь?

– Вон сидит, сердится, – мотнула головой себе за спину русалка, и Мали рассмотрела лежащий на бортике пестренький, серо-синий шар с круглыми глазами.

И эти глаза на самом деле были очень возмущенные.

– А теперь нужно немного твоей крови. – Лармейна бесцеремонно сцапала Мальяру за лодыжку левой когтистой рукой с перепонками между пальцев, а правой схватила обломок раковины, одним точным росчерком распорола кожу с внутренней стороны голени и принялась промокать рану обрывком нижней юбки Мальяры.

– Демонская сила, – рассердилась наконец вдова. – Ты что это задумала, Ларми?! И не могла бы сначала со мной посоветоваться?

– Прости. – Русалка ловко плюнула ей на рану пережеванную траву, прижала, прихлопнула сверху клейким куском рыбьей кожицы. – Скоро затянется. Жди тут, я скоро.

Закрыла створку раковины, служившей ей шкатулкой, и устремилась к низкому выходу, темневшему в углу пещеры. Странный Уф мячиком метнулся за нею, раздалось знакомое шлепанье, всплеск, и Мальяра осталась в теплом источнике совершенно одна.