Прочитайте онлайн Сестры Тишины. Болтушка | Глава 17

Читать книгу Сестры Тишины. Болтушка
2216+689
  • Автор:
  • Язык: ru
Поделиться

Глава 17

– Лаис! Мне нужно тебе что-то сказать… – Тулос выпрыгнул из лодки и ждал, не заходя в шатер, где командир завтракал в окружении служанок.

Гарт нахмурился и нехотя встал с ковра, сидеть возле невысокого столика приходилось по-торемски, на полу.

Выходя, украдкой оглянулся успокоить взглядом Мальяру, и обнаружил, что на него смотрят все присутствующие: и служанки, и Хас, и даже маленький Кор, прижавшийся по обыкновению к матери.

За последние дни мальчишка, почти не вылезавший из воды, загорел еще сильнее и ровнее и заметно поздоровел. Теперь он больше не напоминал чахлый оранжерейный экзотический цветок, скорее ровный, крепенький грибок, какие встречаются в Ардаге под соснами. И это радовало и одновременно беспокоило графа, в замке, куда они прибудут через несколько дней, такой свободы у малыша не будет. Гарт всегда недоумевал, глядя на вырубленный в тех скалах крохотный причал, до которого сквозь чащу усеявших бухточку обломков и валунов приходилось добираться на лодках, какому сумасшедшему пришла в голову идея строить себе жилье в таком диком месте.

– Что? – холодно осведомился он, остановившись в трех шагах от шпиона, и тот как-то нервно дернул щекой.

– С переднего плота можно рассмотреть возле причалов Хазрана вымпелы «Летящей».

– Не может быть… – ошеломленно выдохнул командир и с ненавистью уставился на помощника. – Донес… гадина!

– Кэнк… – горько кривясь, выдавил Тулос, – клянусь… не я. У меня нет пирамидки… и не было никогда. Ты же знаешь, у нас они работают только возле границы. Я должен был всего лишь отправлять доклады из Шархема и Хазрана. Он специально все время разговаривал со мной… хитрый шакал.

– Хорошо. – Гарт ему не поверил, но это не имело теперь никакого значения. – Возвращайся на первый плот. Возможно, он пришлет гонца с приказом.

– Можно отправить ее на берег, у вас же тоже есть лодка, – безнадежно произнес воин, но Гарт лишь хмуро глянул на непрошеного советчика и отвернулся.

Как не вовремя он вчера пообещал Мальяре, что не станет заставлять ее уйти! А теперь уже поздно уговаривать вдову или пытаться объяснять ей, насколько странно и необычно ведет себя в этот раз капитан корабля, обычно забиравший их на борт с самых отдаленных причалов и выбиравший для этого лишь те часы, когда там меньше всего народа.

Тейлах стоял на корме, с кажущейся невозмутимостью смотрел, как с верховьев Ло к причалам подходят три груженых плота, и незаметно потирал о плечо щеку, еще помнившую обжигающую боль тонкой и хлесткой нагайки. А в ушах звенели яростные и презрительные слова, заставляя снова и снова стискивать пальцы в бессильном гневе.

– Ты, дохлый ишак! Только и умеешь жрать мясо да смотреть на женщин снизу! Зачем ты отпустил их с обозом? Я два месяца жду, пока у него найдется хоть одно слабое место, плачу вам сумасшедшие деньги, а ты, едва появилась какая-то приманка, вместо того чтоб немедленно доставить их в замок, отправил неизвестно куда! А мне доносят, что они снюхались! Ты знаешь, какое наказание ждет тебя, если эта парочка сбежала вместе со щенком? Не знаешь. Но лучше тебе и не знать… спать спокойнее будешь!

«Герпень проклятая, гадина!» – рвалась из души управляющего ненависть. Каким дураком он был, когда согласился на эту работу, польстившись на тройное против обычного жалованье! Разве знал, сколько издевательств и унижений придется вытерпеть всего за несколько месяцев?! Да он столько не перенес до этого за всю жизнь! А теперь страшные подозрения разъедают его мозг голодным шакалом и с каждым днем становятся все обоснованнее! Разумеется, он догадывался, что большие деньги не платят просто так, и готов был на некоторые… особенные услуги, но вовсе не на всё!

Но хуже всего другое: теперь он не может разорвать контракт и уйти по-хорошему… сам себя запер в ловушку, подписав необычный договор.

Торемец рассмотрел суетившихся на плотах воинов, готовящихся к разгрузке, и на его губы выползла презрительная и мстительная ухмылка. Одно утешение… таким идиотом он оказался не один… все эти олухи тоже клюнули на блеск золота, и очень скоро им предстоит узнать, чем расплачиваются за свою жадность дураки. Жаль только, Тейлаху не доведется полюбоваться на их удивленные рожи, к тому моменту его с ними уже не будет… успел принять меры, чтобы нырнуть в заготовленную на самый крайний случай лазейку.

– Добрый день, господин. – Гарт, поднявшийся на корабль первым, стоял перед ним, покорно склонив голову. – Пока грузят мебель, отправить служанок в харчевню? И еще мне нужно найти табунщика, мы отправили сюда лошадей.

– Крикни, чтобы женщин подняли на борт, – процедил Тейлах, – посидят здесь, для них готова каюта. Тебе тоже. А Тулосу прикажи отправить кого-нибудь к табунщику, хоть того слугу, что нанимался со старшей горничной. Пускай продаст животных и отнесет деньги в гномий банк на мое имя… я потом проверю.

– Слушаю, господин, – ровно ответил Гарт, хотя внутри у него все обмерло, неизвестный враг опередил, предугадал все заготовленные хитрости и перекрыл пути отхода, исключая даже малейшую возможность сопротивления.

Не зря же среди бандитских рож дюжих матросов и стоящих за спиной господина телохранителей не видно ни одной знакомой по прежним путешествиям физиономии. И остался только один путь: принять весь гнев Тейлаха и его хозяина на себя, отдав Мальяре приказ немедленно бежать.

– Тулос! – шагнув к борту и чувствуя спиной десяток вонзившихся в него холодных взглядов, громко крикнул Гарт. – Отправь Хаса к табунщику, лошадей нужно продать, а деньги положить на имя господина в гномий банк. И первыми поднимайте на «Летящую» женщин, я буду отсюда следить.

Два слова, стоящие близко, «женщина» и «следить», – это условный знак, что он в ловушке, и приказ сестре Тишины уходить. Гартлиб очень надеялся, что сообразительная вдова найдет способ улизнуть. На пристани сейчас, в начале дня, толпится куча народа, грузчики, торговцы, пассажиры. Хотя большое судно у причала всего одно, зато болтается около десятка мелких, перевозящих людей и грузы на другой берег широкой Ло, расходящейся ниже на несколько рукавов дельты.

Пару минут он ждал, томясь тайной надеждой, но, увидев четыре женские фигурки, бредущие к крутому трапу под конвоем шестерки незнакомых воинов, и детскую ручку в лапище одного из них, свирепо сжал кулаки, вонзая в ладони ногти. Вот так всегда и бывает, когда мужчины потакают женским капризам, даже если эти капризы и обоснованы на первый взгляд очень разумными доводами. Одна рука непроизвольно скользнула на рукоять кинжала, но это движение тотчас остановил холодный голос Тейлаха.

– Оружие сдай, Лаис, – строго приказал он, и сквозь строгость прорезалась ехидная нотка, – в пути нас будут охранять люди капитана.

Командир спокойно вынул кинжал из ножен, протянул перед собой, и шагнувшие к нему бандиты застыли, не торопясь ощутить на своей шкуре намерения человека, в чьих прищуренных глазах горела ярость.

А он поднес лезвие ближе к лицу, словно заметив на тускло блеснувшем металле нечто занимательное, и теперь встревоженно застыл и сам Тейлах, проклиная себя за то, что не обезоружил дознавателя прежде, чем пускать на борт.

– Это оружие никогда не сдавалось, – сообщил Гарт очень учтиво, пряча под едкой усмешкой ярость и последнюю надежду, и резко швырнул кинжал за борт.

И вместе со всплеском, который за шумом причала расслышала лишь сестра Тишины, над судном взвился к небу громкий вой, заставивший сжаться сердца всех услышавших его на расстоянии в сотню шагов.

На несколько секунд смолкли говорливые торговцы, замерли, озираясь, грузчики, ринулись к бортам пассажиры и хозяева маленьких лодок и баркасов. И в этой тишине вой превратился в стон, а затем в бурный поток изощренных ругательств.

Кому-то ногу или руку придавило, – решили те, кто находился неподалеку от судна, и только несколько человек поняли, что произошло. Четыре женщины, сопровождающие их охранники да матросы, следившие с палубы за приближением этой процессии. Но подробно рассмотрели всего двое, те, кого больше всех волновала судьба ребенка, которого вел впереди всех детина с гнусной мордой. Именно его вой слышала вся пристань, когда мальчишка неожиданно наклонился и вонзил в его лапищу острые зубы. А едва охранник, воя от боли, отдернул руку, гибкое тело малыша проскользнуло между ограждавшими трап веревками и без всплеска ушло в узкую полоску воды, колыхавшейся внизу. А потом ахнула одна из женщин и рухнула на трап, создавая суматоху и толчею.

Гартлиб отлично сообразил, зачем они устроили этот спектакль, но не воспользовался предоставленным моментом и не стал прыгать за борт. Прикрываться женщинами, спасая свою жизнь, он не умел никогда и тем более не желал сейчас. А потом опомнились охранники, и стало поздно. Очень быстро его скрутили бесцеремонные руки и отвели в маленькую каютку с зарешеченным оконцем.

«Приготовились, выпни», – рычал Гарт, обходя небольшое помещение. Не было раньше на этом судне ни одного окна, закрытого решеткой, он точно знал. Значит, зря он старательно изображал два месяца преданного слугу, на все готового за деньги, не поверил ему таинственный хозяин. Или никогда и не собирался верить. И тогда права последняя догадка графа о том, что негодяй намерен сделать его рабом, действующим не ради золота, а ради женщины. И эту женщину для него усиленно искали, сейчас ему становится понятно, зачем Тейлах так часто таскал его с собой по рынкам Торема, где продают самых красивых девушек.

Где-то раздался испуганный женский крик и громкий мужской хохот, и Гарта обдало холодным потом. А в душе вспыхнула отчаянная злость на настоятельницу. Ну и как Тмирна намеревалась помогать своей сестре в такой ситуации?

Граф метнулся к двери, убедился в надежности запора, вернулся к окну, рассмотрел решетки и даже подергал. Бесполезно, не для того их ставили, чтобы он голыми руками выдрал. И что ему тогда остается? Оторвать от пола прикрученный стул или вешалку со стены и ждать, пока появится кто-то из охраны? Ну а дальше? Оглушить или убить одного, двух, трех… потом оглушат его. Самый глупый из всех способов. Зато просто лечь на койку и не обращать внимания ни на шум, ни на крики – самый подлый.

А вот самого умного он никак не видит, хоть убейся. Стоп… а возможно, это и есть способ? Как Тейлах сможет его заставить работать на себя или оскорбить, если ему уже будет все равно? Зато не все равно будет тем, кому подлец начнет мстить за крушение своих планов.

Гарт огорченно фыркнул и зло стукнул кулаком по стене. Значит, все-таки придется ждать, пока кто-то явится, как бы тяжело это ни было. Но сидеть без дела он не будет… помнит кое-какие мелкие ловушки из арсенала глупышек и тихонь и постарается приготовить хоть парочку, благо карманы новая охрана обыскивать не стала. Вытащили только ножи из сапога и из узкого кармана на бедре. И по тому, как уверенно это проделали, можно не сомневаться, кто им подсказал. Один из тех, с кем Кэнк не раз делил кусок хлеба и тепло костра. И неважно, что он знал о соглядатаях, все равно осознавать это было очень горько.

Но труднее всего пытаться не думать о Мальяре и мальчишке… вряд ли охрана и матросы не попытаются его поймать… хотя это не так-то просто.

Закричали что-то в той стороне, где осталась пристань, и Гартлиб напрягся, пытаясь понять суть происходящего, но тут судно знакомо дернулось, и он неверяще оглянулся на окно. Облака быстро уходили в одну сторону, и это подтвердило догадку дознавателя: «Летящая» спешно покидала причалы Хазрана.