Прочитайте онлайн Серебряный пёс | Часть 12

Читать книгу Серебряный пёс
4412+729
  • Автор:
  • Язык: ru
Поделиться

Охотничьи качества у Казана начали проявлять рано, буквально с рождения. Будучи трехмесячным щенком, лайчонок охотился на всё, что движется: на летящие листики, бумажные пакеты, птиц, крыс, кошек. Как только он замечал любой движущийся предмет, нос его начинал ходить из стороны в сторону, он припадал на лапках к земле и через мгновение с рычанием мчался за предметом охоты. Приблизительно с пятимесячного возраста мы начали с ним выезжать на природу, практически каждые выходные либо в большие парки в пределах Москвы, либо за город в лес. Мы так и не сходили с ним ни на одну из притравок, убоявшись того, что потом не справимся с ним в городских условиях. Казан от природы обладал характером лидера, а усиливать это качество было нельзя. Нельзя потому что Казан, гонялся не только за дичью, Казан легко мог укусить человека и кусал. О покусах и об охоте напишу в этой главе. На самом деле это самая важная глава, потому что в ней я попытаюсь раскрыть сущность западно-сибирской лайки.

Что такое лайка в лесу! Лайка в лесу — это, прежде всего охотник. Лишь только забежав в лес, Казан превращался совершенно в другую собаку. Собаку полудикую, собаку грозную, собаку, умеющую как тень появляться из кустов и так же внезапно исчезающую.

Обычно Казан забегал в лес в ошейнике. Я тогда ещё не знала, чем это грозит. Опасности были большие. Два раза Казана в лесу крали и он приходил домой спустя несколько часов с обрывками веревки на шее, измученный и битый. Было видно, что он перегрызал веревки, кусался, его лупили, но все же он приходил домой. После этих случаев Казан сам научился справляться с этой проблемой. Во-первых, он никогда в лесу не подходил на расстояние вытянутой руки к чужим людям, во-вторых, я увидела интересную вещь. Однажды, зайдя в лес, я увидела, как пёс освобождается от ошейника сам. Ошейник после краж я стала оставлять свободно висящим на шее, а Казан, отбежав от меня на несколько метров, начинался тереться шеей о низко висящие сучья до тех пор, пока ожерелье не стягивалось с шеи и не оставалось одиноко висеть на суку. Попросту он терся шеей о сук до тех пор, пока ошейник не снимется, после чего пулей несся в лес.

Лайки уходят в лесу от охотника на два-три километра и это нормально. Натасканные собаки уходят в поисках дичи, у Казана это была генетическая память. Первый урок охоты он преподал мне в возрасте девяти месяцев, поймав белку прямо на земле и вынеся её в зубах на показ:

— Мол, смотри хозяйка, я не зря ем свой хлеб. Наша первая белочка.

Сразу белку в тот раз он мне не отдал. Точнее отдал, но не просто так. Вынес из леса он живую белку, на мои просьбы отдать её мне, Казан не ответил. Он занес зверька в кусты, сломал белке хребет и лишь после этого положил трупик у моих ног. За свою жизнь при любой возможности Казан ловил любого дикого зверька и задавил дичи не мало. Много он передавил и птиц. Бичом для нас стали домашние куры, утки, гуси. Платили неоднократно. Вся наша борьба с этим вопросом свелась к нулю, и здесь Казан научился обманывать нас. При нас он кур и гусей не замечал, но стоило отвернуться, и дело было сделано: что птицу, что зверя Казан никогда не трепал и не жевал. Он убивал и оставлял дичь лежать в надежде, что мы подберем убитую дичь, а он сделал своё дело.

Самая большая проблема у нас сложилась с лошадями. Казан их загонял, как лосей и неоднократно был буквально на грани смерти от удара копытом. Происходило всё это в естественных условиях в лесу или парке, там я всегда отпускала Казана побегать и выпустить пар. Частенько случалось, что мы напарывались на лошадей, где и начинался кошмар для меня. Если Казан начинал охотиться никакие команды, никакой ор не могли его остановить. Казан начинал загонять лошадь «волчьим способом», сначала гнать животное вперед, затем пытался подкусить сухожилие задней ноги. Описывать сколько проблем я получила — не буду. Просто хочется показать характер охотничьей лайки. Могу сказать одно, пёс у меня получился «золотой», в отношении оплаты неприятностей.

О натаске Казана.

Мы его не натаскивали никогда по очень простой причине — мы никогда не были охотниками. Да мы ездили в походы каждый год, да мы рыбачили и много ходили по лесу, но никогда у нас в доме не было ружья. Впоследствии я сильно переживала, что не смогла дать своей собаке «самого главного дела — ОХОТЫ», но потом успокоилась. Из всех знакомых рабочих лаек, до возраста Казана никто не дожил. Я знаю, что, если бы Казан начал охотиться он ушёл бы от нас в молодом возрасте. К сожалению, Казан был лайкой смертником, что это такое сейчас объясню. Есть лайки осторожные — их большинство. Такие лайки, загнав крупного зверя, только держат его до подхода охотника, то есть они делают выпады, лают, опять же делают вид, что кусают, на самом деле, слабо прикусывая зверя. Смертники же, а таких среди лаек достаточно и кобелей, и сук — идут бороться. Они не просто лают, они начинаю кусать. Кусать сильно, зверь звереет, особенно, если это барсук, росомаха, медведь, кабан и очень часто вступают в прямую борьбу с собакой. Лайки-смертники погибают рано, как правило, они живут не более четырех лет. Несмотря на то, что лайки собаки очень верткие к пяти-шести годам они эту «верткость» отчасти теряют.

Большая проблема у нас была и с ежами. Обычно в лесу их много. Казан ни одного ежа мимо себя не пропускал. Интересно. Найдя ежа, Казан его обегал кругом и трогал лапой. Ёж, понятное дело, оставался, недоволен таким обращением и тут же скатывался в шар. Казан, увидев перед собой живой шар, начинал его закатывать в листья. Как следует, обкатав ежа до состояния гладкого колобка, Казан брал его в пасть, поднимал голову повыше и со всего маха бросал о землю. Как правило, еж фыркал, но не раскрывался. Это могло продолжаться очень долго. У Казана, бывали, исколоты все губы и нёбо, пузырилась кровь, но он трудился над ежом, не покладая лап. Уводила я его со скандалами, таща за собой по лесу на ошейнике и поводке. Ежи в лесу для нас были бичом, отвлечь его могли только белки и птицы.

Больше всего меня напугал Казан, когда мы приехали в гости в Шатуру. Один из местных жителей предложил прогуляться на лесное озеро, где водятся бобры. Если бы я знала, чем это закончится! Казан, вылетев к озеру, моментально вынюхал бобров. Озеро было большое, посередине озера торчала бобриная хатка. Одно мгновение и мой пёс поплыл на середину озера к хатке. Мужик, который нас привёл — пришёл в ужас. По всему озеру стояли сетки для рыбы. Опасность состояла в том, что как только, Казан, достиг бы бобриной хатки, оттуда вылез бы старый бобер-самец и начал бы атаку на собаку. В воде с бобром шутки плохи, а кругом сети. Итог был бы таков: старый бобрина, скорее всего, оглушил бы собаку мощным хвостом и пёс запутался в сетях. Как я орала с берега не своим голосом, о том знает только лес. Я уже готова была прыгнуть в озеро, в чём была, но мужик меня остановил, сказав:

— Куда лезешь, дурында! Сама в сетях запутаешься.

Я даже плохо помню, как мне удалось его отозвать. Точнее я пошла на хитрость, я знала, что Казан очень волнуется, когда в лесу хозяйка без присмотра и просто побежала резко в лес. Лишь после этого Казан развернулся и поплыл обратно.

Там же в Шатуре Казана укусила в пах гадюка. Дело было так.

Было это в Шатурском районе, когда на выходные нас пригласили в гости на дачу, которая находится практически в лесу. Шатурский район — это сплошные болота и торфяники, гадюк там море. Несмотря на то, что я это знала, разве собаку, тем более лайку удержишь в лесу на веревке? Дачный участок родственников располагался крайним к лесу. Пока, я сидела на участке и принимала солнечную ванну, мой родственник гулял с Казаном по лесу. Казан очень любит сопровождать знакомых ему людей, особенно в лес. Вернулся родственник один. Я, крайне удивилась:

— А, где Казан?

— Сейчас, придет, наверно.

— Как это?

— По-моему его шмель укусил. Он бегал-бегал по поляне, потом ка-а-а-к в траву прыгнет двумя лапами. Взвизгнул. И залег. Я его звал-звал, а он не пошел. Вернется! Ты же его знаешь. Он всегда далеко уходит, и не дозовешься его. Не хозяин я ему, вот и не слушается.

Вернулся Казан шатающейся походкой через полчаса. Я попыталась подойти к нему, но пес глухо на меня зарычал, пробежал в дом и забился под стол. Я, естественно полезла к нему. Казан часто дышал, по телу у него пробежала судорога. На мои попытки хотя бы погладить его, пес лязгал зубами и часто дышал. Втроем: муж, родственник и я вытащили собаку из-под стола. Накрепко связали ему морду полотенцем, т. к. иначе все были бы изрядно покусаны. Завалили Казана на бок. В паху мы увидели огромную опухоль с двумя четкими точками, опухоль уже приобретала синеватый цвет. По ней узором вились темные прожилки.

У гадюк очень длинные ядовитые зубы. Их яд в основном действует на кровяные тельца и кровеносные сосуды жертвы. Это может вызвать сильную опухоль и кровотечение. Стало ясно, Казан охотился, нашел гадюку и попытался ее затоптать передними лапами, после чего получил молниеносный укус в пах.

Так как же быть, если гадюка все же укусила? Прежде всего, не паниковать и постараться как можно скорее доставить пострадавшего в больницу. Обычно от укуса гадюки люди редко погибают и то, не от яда гадюки, а от неправильного лечения. На месте укуса бывают видны две глубокие ранки от ядовитых зубов (иногда ранка бывает одна). Кровь в них быстро запекается, и кровотечения почти не бывает. Окружающие ранку ткани быстро отекают и синеют. Отек болезненный и может распространяться. Повышается температура, появляется озноб, тошнота. Жгут накладывать не следует, так как это вызовет застой крови и даже омертвение тканей, а распространение яда не задержит. Кроме того, перетягивание конечности жгутом замедлит рассасывание отека и усилит боль. Нельзя смачивать ранку керосином, прижигать, закрывать паутиной. Пить пострадавший должен как можно больше. Это способствует частичному выведению яда из организма. Через неделю отек, как правило, рассасывается, и больной поправляется.

Казан, напрочь отказывался от воды, а из-за того, что было очень жарко, опухоль росла на глазах. Я обегала всех соседей с просьбой отвезти меня с собакой в Москву, но поскольку дачный поселок был еще слишком мал, всего несколько домов, так сказать, исток дачного движения, с машиной оказался лишь один мужичок, который согласился отвезти, но только утром. Просили его еще часа два, после чего он сжалился над нами и отвез нас. Ехали мы часа два, за это время Казану явно, стало лучше — он стал пить воду. Много воды. В Москве, когда мы показали Казана врачу, эскулап сказал, что пик уже прошел и что у лаек очень крепкий организм.

— Вот если бы это была собака другой породы, исход мог быть печальным.

Оказывается для собак самое страшное получить укус в нос, гортань или пах. Укус в нос и гортань тут же вызывает удушье. Пах снабжен очень большой сетью кровеносных сосудов и очень быстро разносится яд. Нам выписали «Бутадионовую мазь», питье и щадящие прогулки. Урок пес усвоил на всю оставшуюся жизнь. Теперь в лесу, если он находил гадюку, пес взвизгивал писклявым голоском и несся метров на триста в сторону, мог и за меня забежать спрятаться.

А вот жена Казана — западносибирская лайка Динка, всю жизнь ловила гадюк и уничтожала, и за всю жизнь ни разу не была ими покусана.

Теперь немного о самих охотничьих лайках.

Все охотничьи лайки кардинально отличаются от лаек ездовых, и шпицовых с которыми их частенько путают. Ни коим образом охотничья лайка не похожа характером на ездовых и шпицовых собак. Давайте разберемся. В России существуют четыре основные породы, выведенные на нашей территории: карело-финская лайка, русско-европейская лайка, восточносибирская лайка и западносибирская лайка. Поведение их в корне отличается от поведения других отродий лаек, так как они выведены специально для охоты по крупному зверю. Специализация охотничьих лаек, это: медведь, кабан, лось, волк, росомаха, куница, соболь, белка, птицы, все зверье мне просто не перечислить. Охотничьи лайки универсальны, именно поэтому высоко ценятся российскими, а теперь и зарубежными охотниками. Чтобы понять, что такое охотничья лайка, давайте, посмотрим несколько справок, ибо сама лучше не расскажу.

Основные специфические черты и возможности лаек отдельных пород

Название «лайки» утвердилось за четвероногими помощниками охотников Севера только во 2 половине 19 века, хотя в качестве промысловых эти собаки использовались гораздо раньше.

Лайки — это многочисленная группа охотничьих собак Севера и Сибири, которая отличается не только внешними признаками — мощным строением, развитой мускулатурой, косым разрезом глаз, высоко поставленными треугольными ушами, и туго закрученным в кольцо хвостом, прижатым к спине или бедру, но и быстротой, живостью, сообразительностью, уравновешенностью, бесстрашием — словом, теми чертами характера, которые и делают из них выдающихся и универсальных охотников.

Лайки — это собаки среднего роста с густой шерстью разного окраса. Например, русско-европейские лайки (в холке 52–58 см), черные или черно-пегие. Это удобно, так как на охоте не позволяет спутать быструю, азартную собаку со зверем. Восточносибирские лайки более крупные (в холке 55–63 см), могут часами преследовать зверя по остывшему следу. Западносибирская лайка также выше среднего роста (в холке 54–60 см). Наиболее распространённый окрас серо-пегий, палевый, рыжий. Темперамент очень уравновешенный, хотя и живой.

Лайка — лучший помощник охотника

В условиях Севера и Сибири основным видом промысла до последнего времени является белка. Промысловая охота на белку с лайкой в зависимости от сроков выпадения глубокого снега продолжается от тридцати до сорока пяти дней. Никакими ловушками не отловить охотнику столько зверьков, сколько отстреляет он за этот период с хорошей, чутьистой лайкой.

Лайка работает по всякому зверю и птице.

Помимо чутья, во время работы лайка пользуется своими сильно развитыми слухом и острым зрением. Эти органы чувств у лайки развиты не слабее, чем у лисицы и волка.

Своим спорым аллюром — характерным поскоком на поиске — хорошая лайка за рабочий день проскакивает до 80 и более километров.

В зависимости от быстроты поиска и степени развитости чутья, слуха и зрения работоспособная лайка за день обыскивает от 200 до 300 га. За осенний промысловый сезон, который длится около сорока дней, охотник с хорошей лайкой осваивает от 6 до 10 тысяч га наиболее лучших охотничьих угодий.

Помимо белки, охотник с лайкой добывает горностаев, хорей, соболей, куниц, а попутно, если собака приважена, и не один десяток глухарей, посаженных и облаянных остроухим помощником.

Если же в районе промысла заляжет хозяин леса — медведь, то лайка даст знать своему хозяину и об этом.

Зная, какой клад представляет хорошая, породная, рабочая лайка, все охотники должны заботиться о сохранении и восстановлении чистых пород этой собаки.

Рабочие качества лайки

Для охотника рабочие качества собаки едва ли не более важны, чем ее наружные, экстерьерные отличия.

Рабочие качества лайки слагаются из врожденных задатков, которые развиваются с помощью натаски и закрепляются тренировкой на охоте.

Чутье — это комплекс трех чувств: обоняния, зрения и слуха, которыми пользуется лайка на охоте.

Поиск у хороших лаек быстрый, дальний и правильный. От быстроты зависит площадь обследуемых угодий. Манера поиска — на кругах при энергичном галопе, временами переходящем на рысь. При осмотре дерева хорошая лайка обегает его кругом или слегка царапает ствол.

Слежка состоит в том, что собака преследует уходящего зверя или птицу, пока не посадит их на место. Посадив зверя, она лает, подавая сигнал хозяину.

Голос лайки звучный и доносчивый. Облаивая зверя или птицу на дереве, собака тем самым задерживает их до подхода охотника. Хорошие лайки облаивают каждого зверя и каждую птицу по-разному. Манера облаивания — ценное качество собаки.

Вязкость — это настойчивость собаки, которую она проявляет при поиске, слежке и облаивании зверя или птицы.

Собака, отличающаяся большой вязкостью, не бросит свежего следа, пока не посадит зверя или птицу на дерево.

Приемистость и злоба к зверю особенно хороши при охоте по норным зверькам. Этих зверьков лайка должна не только разыскать, но и при случае схватить и придушить.

Без злобности к зверю с лайкой нельзя было бы охотиться и по крупному зверю, в частности по рыси, лосю и медведю.

О дрессировке лаек

Все основные сведения по воспитанию и общей дрессировке собак даны в специальном разделе этого тома.

Добавить к сказанному можно только следующее: присущая лайкам злобность не должна приглушаться в собаках, особенно если они будут притравливаться по крупному зверю. Поэтому их дрессировка предусматривает еще два непременных требования:

1) не брать пищу из чужих рук и не подходить к посторонним;

2) придушивать (но не рвать) зверьков и птицу после выстрела хозяина или после того, как они пойманы самой собакой.

Карело-финские лайки

Среди пород лаек, которых разводят в нашей стране, карело-финские и особенно чистопородные финские лайки пока немногочисленны. Мелких карело-финских и финских лаек легче, чем лаек других пород, содержать в квартирах и перевозить в условиях современного города, что имеет немаловажное значение. Представители этих двух пород лучше всего работают по боровой дичи и по белке. С некоторыми из них успешно охотятся на куницу, лося и даже на кабана. Для утиных охот карело-финские и финские лайки малопригодны не только потому, что они физически слабее других пород лаек, но и потому, что большинство их очень неохотно идет в воду. Следует также добавить, что большинство карело-финских лаек обладает несколько лучшими охотничьими качествами, хотя они внешне менее эффектны по сравнению с чистыми финскими лайками.

Восточносибирские лайки

Восточносибирская лайка выведена на базе близких отродий, и в первую очередь эвенкийских и амурских лаек, использовавшихся охотниками на промысле и в качестве транспортных животных. В создании породы принимал участие Иркутский питомник охотничьих собак Роспотребсоюза. Первый временный стандарт принят в 1949, ныне действующий постоянный — в 1981.

Самая крупная из охотничьих лаек. Высота в холке кобелей 55–64, сук 51–60 см. Тип конституции — крепкий или крепкий сухой. Индекс растянутости кобелей 104–109, сук 107–112. Окрас черно-пегий, черный, серый, рыжий и бурый всех оттенков. Шерсть жесткая, грубая, с мягким, плотным подшерстком; на голове, ушах короткая, на шее и плечах более пышная, в виде воротника («муфты»), на ногах короткая, на их тыльной стороне несколько удлиненная. Грудь широкая, глубокая. Лапы округлые или слегка овальные, пальцы «в комке». Хвост загнут кольцом или серпом.

Восточносибирские лайки обладают хорошей ориентировочной реакцией, ярко выраженной охотничьей страстью, а также подвижным, уравновешенным характером (для них нетипична злобность к человеку).

Собаки данных пород используются для охоты на различные виды зверей и птиц. Работают по утке, фазанам, белке, соболю, барсуку, копытным, рыси, кабанам и медведям.

Значительно легче можно приобрести щенков русско-европейских и западносибирских лаек, которые наиболее многочисленны и широко распространены.

Русско-европейские лайки

Русско-европейские лайки — среднего роста, высота кобелей в холке 52–58 см. Наиболее распространенный и предпочитаемый окрас черный и черно — пегий. Цвет этот очень удобен на охоте, так как хорошо заметен и не позволяет спутать собаку со зверем.

Характер большинства русско-европейских лаек подвижный, возбудимый, но в меньшей степени, чем собак карело-финской породы. Эти лайки особенно хороши для охоты на белку, боровую дичь, а порой и крупного зверя. Некоторые экземпляры успешно работают по норке и выдре. На утиной охоте и в преследовании зверя по старому следу эти лайки несколько уступают более рослым и уравновешенным западносибирским лайкам.

Порода сформировалась путем скрещивания лаек коми, архангельской, удмуртской и некоторых других. Основное заводское ядро этой породы, в частности его основатель чемпион Путик, выведено в питомнике Всесоюзного научно-исследовательского института охоты в Калининской области, позднее переведенного в город Киров.

Западносибирские лайки

Западносибирская лайка — одна из самых популярных и распространенных пород охотничьих собак у нас в стране, одна из немногих аборигенных (коренных) российских пород, наша гордость. Ее популярность объясняется не только функциональной и природной красотой, но и прекрасными рабочими качествами, универсальностью, а также выносливостью и способностью замечательно адаптироваться к самым различным природным условиям и условиям содержания.

Распространенное мнение, что эти северные собаки плохо чувствуют себя в городских условиях или на жаре, неверно. Правильнее, на наш взгляд, считать эту породу приспособленной к резко континентальному климату. Густой и плотный подшерсток «волчьего» типа позволяет лайкам легко переносить самые разнообразные климатические и погодные условия. Характерно, что лайкообразные собаки подобного типа с густым и плотным подшерсток встречаются также и в жарких районах Центральной и Средней Азии (Казахстан, Киргизия, Монголия) и даже близ экватора, в Африке.

Сейчас западносибирских лаек можно встретить практически везде. Широко распространились они в Европе и на американском континенте. Ближе других стоит эта порода и к исходному «волчьему» типу и, вероятно, меньшей степени доместицирована (одомашнена). Во всяком случае признаки, связанные с длительным одомашниванием: деформация черепа и скелета, уменьшение размеров головы и головного мозга, редукция зубов, утрата определенных «диких» качеств, в том числе и чутья — у лаек практически не выражена. Это подтвердили и исследования С. Корытина (1968), отметившего большее развитие чутья у западносибирской лайки, и поныне связанной в своем происхождении с коренными собаками промысловых районов, по сравнению с другими породами лаек и другими специализированными породами собак. До сих пор эта порода сохранила и разнообразие морфотипов и значительный потенциал генофонда.

На этом сайте можно посмотреть учебные фрагменты работы лаек: http://www.russ-dog.com/video.php

От себя добавлю, по внешней красоте, трудолюбию, хитрости, преданности, работоспособности лучше породы лайка нет.

Казана мы планово вязали с западносибирской лайкой из Хакасии, всего один раз. Динка жила в соседнем доме у врача-гомеопата и была подарена той местными охотниками в одной из экспедиций по Хакасии. В помёте было шесть щенков: три девочки, и три мальчика. Судьба щенков сложилась по-разному. Пять щенков попали в руки к охотникам и лишь один к обычной женщине, но она с ним не справилась и, в конце концов, он тоже переехал жить за город на частный участок. Две дочки Казана уехали в Турцию, в горы. Обе проявили себя великолепно на охоте по горным козлам и турки приехали на следующий год за кобелями, оценив по достоинству качества этих великолепных охотников. Одна девочка попала в омскую область к зоологу, но погибла, не достигнув восьмимесячного возраста. Она начала охотиться на диких сурков и подхватила разновидность чумки, от которой наши прививки не подействовали. Сын Казана Кешка прожил в соседнем доме до двенадцатилетнего возраста и умер раньше отца. Кешка погиб от инфаркта. Незадолго до своей смерти он передрался с молодым боксером, раны у обоих собак были очень глубокими. Кешка, как и его папаша Казан был с характером лидера, последняя драка с боксером показала, что он слабеет и Кешка переживал из-за этого очень сильно. По сути, он так и не смог справится, больше психологически, нежели физически.

Гулять с сыном Казан не мог. Папаша и сын тут же начинали выяснять, кто из них круче.

Теперь лирика.

Динка — жена Казана погибла рано, в возрасте восьми лет. Вот её история.

О любви…

Любовь штука непредсказуемая. Любовь не купишь за деньги. Любовь нас спасает. Достойны ли мы огромной любви? Любви — нашего четвероного друга.

Динка жила в соседнем доме. У нее с Казаном были дети. Помет из шести щенков. Сын Кешка остался проживать вместе с Динкой, остальные щенки разлетелись в разные стороны. Динка обладала отменными охотничьими качествами. Это была уникальная собака, которая элементарно ловила и уничтожала гадюк. Больше я о таких собаках не слышала. Привезли Динку из далекой Хакасии. Ее подарили охотники в благодарность за лечение. Дело все в том, что хозяйка Динки врач — гомеопат, кандидат медицинских наук и по роду своей работы постоянно ездит в экспедиции для сбора редких трав, из которых потом сама делает различные лекарственные препараты.

Так вот, подарили Динку охотники из потомственного племени местных лаек, которые исторически охотятся в этой местности на куницу. Мелочница.

По сложению Динка была небольшой, верткой, очень подвижной собакой, именно за счет верткости, она и научилась брать гадюк. Знаю только еще одну собаку, цвергшнауцера Билли Бонса, который, тоже на дачном участке поймал и убил гадюку. Но это один раз. А Динка их переловила немало.

А уж, сколько крыс она на помойках вечером передавила, не меряно. Сын Динки — Кешка тоже отлично ловит крыс, но так и не научился мастерству ловли гадюк. Кешка змей боится. И очень осторожничает при встрече с ними.

Каждый год Динка вместе с хозяйкой ездила на сбор трав. А вот в том году, случилось так, что взять ее в экспедицию не разрешили. Вот как люди порой вершат судьбы наших любимых.

Динка осталась на даче с братом хозяйки. Тосковала, но ела. И вроде бы все было ничего. Только ближе к приезду хозяйки, вдруг вялая стала. Есть стала все меньше. Кешка бегает, все в порядке, а Динка как-то уж очень загрустила. Приехала хозяйка. Собака встретила ее, но вяло. Повезли Динку к ветеринару. Диагноз: пироплазмоз (закусали клещи).

Однако врач успокоил хозяйку — собаку вылечить можно. Стала хозяйка ее лечить, а собаке все хуже и хуже. Отвезли и Кешку к врачу проверить, оказывается он, тоже перенес это заболевание на ногах, но сам оклемался.

Положили Динку под капельницы, а она смотрит на хозяйку, голову ей на руки кладет и, отказывается есть, да и пить тоже. Что только не делала хозяйка. Она уговаривала Динку. Она не отходила от нее. Плакала, просила поесть. Но через неделю лечения, Динка вздохнула, посмотрела в глаза человека и умерла. Умерла на руках у своей хозяйки. И поняла тогда хозяйка, что Динка решила уйти сама. Потому что никогда не было такого, чтоб не взяли Динку. Потому что, всегда они были вместе, всегда были рядом, ели из одной миски.

— А раз не взяли, — решила для себя собака, — видно я стала не нужна.

Динке было всего 8 лет. Для лайки это не возраст.

Остался на душе у хозяйки огромный тяжелый валун. Когда хозяйка Динки приходит к нам с Казаном на собачью площадку, она не может сдержать слез и говорит нам с Казаном:

— Лайки ведь очень умные собачки. Динка так решила для себя сама. А мне теперь жить с этой тяжестью, не могла я не поехать, будучи руководителем экспедиции, и взять её не могла. Первая Динка у меня.

Вот как любят нас наши собаки. Любят так, как мы порой не способны их любить. Так что если завел друга, не предавай его. Он ведь жизнь за тебя отдаст. Отдаст просто так, потому что ты есть и он любит тебя таким, каков ты есть. Спасибо им за это, они помогают нам и спасают нас своей любовью.

А ещё мы много ходили в походы. Старые зарисовки, дабы не повторяться.

Озеро Съезжее

Несколько лет назад, мы с друзьями, три семьи с 4 детьми и 2-мя собаками решили съездить отдохнуть на природу. Выбрали Новгородскую область, озеро Съезжее. Поездку решили организовать на машинах. Но, так как в наличии у нас было только две машины, мы долго прикидывали, как всех правильно рассадить. Путем сложных математических вычислений получилось интересное уравнение. В одной машине сидели: семья из трех человек, и я на заднем сиденье с эрделем Ирвиным. В другой: наш друг за рулем, стаж вождения шесть месяцев, его дочь с подружкой и мой супруг с нашей дочкой и лайкой Казаном. Ехать предстояло десять часов без перерыва. Все бы ничего, но боялись мы за нашего новоявленного водителя, на такие дальние расстояния он выезжал в первый раз. Выехали в шесть утра. Наша машина шла первой, Андрей держался строго за нами. Пока ехали по Москве, мы правда его несколько раз теряли, но выехав на Ленинградское шоссе, все восстановилось. Доехали отлично. Вот только в одном месте мы просмотрели знак в кустах, и нас тормознул дорожный патруль, а Андрюша чудесным образом объехал наше мини — ДТП и еще весело помахал ручкой.

К вечеру приехали на место. Озеро в лесу — четыре километра в длину. Белые ночи. Сосны. Комары. Поставили палатки.

Посередине Андрюшину (он и дочурка с подружкой), а по бокам две оставшиеся палатки. В одной палатке эрдельтерьер Ирвин обосновался, с другой стороны лайка Казан. И начали наши бравые парни делить территорию. Ну, казалось бы места — целый лес. Но лагерь-то один! Дойдут псы с двух сторон до Андрюшиной палатки, и давай рычать. Ирвин был постарше, ему пошел девятый год, и он уже начал седеть, Казану же тогда было пять лет:

— Пошел отсюда морда серая, не видишь тут приличные собаки отдыхают…

— Да, ладно кудрявый, посмотри на бороденку свою? Сейчас кудри разовьем.

— Да, ты баранкой-то не очень тут размахивай, а то с одной дыркой от бублика останешься.

— Я с дыркой, а ты без уха и без кудрей…

Андрюха выйдет из палатки, рявкнет на них, вроде как разойдутся. У Андрея дома немецкий овчар остался с супругой. Не взяли его по причине драк. Овчар просто на дух не выносил других кобелей, при этом, мирно уживаясь в квартире с двумя кошками, которых он нежно вылизывал, каждый день.

На второй день пребывания мы построили из сосен столовую. Стол и две длинных скамьи. Ох, если бы мы знали тогда, чем закончиться это для наших бойцов. И один и второй в драках участвовали не один раз. И у того, и у другого наглости в мордах, что божьей росы в глазах…

В первый же обед два всклокоченных собачьих лица встретились под столом. Едва успели растащить. Миски псам навалили из общего котла, чтобы не обидно было, и отнесли подальше в разные стороны. Ирвин свою смел со скоростью звука, подумав при этом, что и серому гаду есть дадут.

Казан же напротив — отказался от пищи. Морду отвернул и в лес слинял и нет его. Нет двадцать минут, тридцать, сорок, часа через полтора из леса серой тенью появился. И мирно у палатки калачиком свернулся:

— Спать то некогда. Каждая минута на счету.

— Бам-с, — утки прилетели и сели аккурат посередине озера. Не выдержала душа охотника. Казан, как сиганет в озеро и на середину гребет, а по ширине озеро около двух километров. Походники наши переполошились. Давай скорее резиновую лодку надувать. Муж мой рукой махнул, да ну его — не утонет. Живучий гад. Хозяин Ирвина говорит:

— Ребята пес туда доплывет, а обратно сил не хватит, Ирвин точно не доплывет. Быстрее качаем. Быстрее спускаем. Садимся. Гребем.

Пока мы лодку надували, пока на воду спускали, Казан уток поднимает и поднимает с воды, злится, фырчит, плыть старается бесшумно. И ведь никто не стреляет. Мужчины гребут к псу, как на соревнованиях каяков. А лайка на них зыркает зло из воды, понаделали шума. Утки, увидев подмогу, снялись с водной глади и улетели. Казан к берегу быстрее лодки по водной глади пошел — глиссер, а не собака. Вылез, схватил палку и давай с ней носиться от переполнения чувствами. Походники тем временем не спеша назад догребли и диву дались, что пес не только не устал, а еще и прыть у него увеличилась. В целом, первый день кое-как пережили.

На другой день рано утром мы с супругом и дочкой проснулись от того, что наша палатка с бешеной скоростью раскачивалась из стороны в сторону. Вылетев пулей наружу видим такую экспозицию. Около сосны, к которой привязан потолок нашей палатки стоит корова, над которой в экстазе трудится огромный бык:

— Мама миа, бычара здоровый, корова млеет от удовольствия, а палатка вот-вот рухнет.

Я мужу тихонько говорю:

— Возьми прутик, отгони их от сосны, иначе конец нашему жилью.

Глаза поднимаю, а по всему лагерю нашему стадо коров ходит. Андрюша в цветных семейных трусах и легкомысленной панамке уже с прутом вокруг своей машины носится, пытается один все стадо построить.

Коля вокруг своей тачки с женой насмерть стоят. Эрдель Ирвин носится — гоняет молочные бидоны, сметану взбивает. А Казана нет.

Тут мой муж спросонья и правда, хватает прутик и щелк по заднице быка. Бык взревел. С коровы слез и на мужа моего. Ой, не знала я, что он у меня такой прыткий. Сдуло супруга с места влет. Вдруг откуда ни возьмись из кустов Казан вылетает и на быка прёт. Погнал его и метит под бычье хозяйство вцепиться. Тут сценарий развернулся по-другому. Бык оказался не дурак, и развернулся на лайку. Глаза налились кровью, и пошел коровий сын на прямой таран. Казан увернулся и за коровой нацелился. Догнал. Хвать ее за вымя. Весь лагерь замер от звука падающей с мычанием на землю туши. Коля кричит:

— Ребята на зимовку остаемся, мяса хватит до следующего лета! — тут же издал вопль: — Ай-й-й…

Стадо направилось на Колю прямой наводкой. Коля насмерть стоял у любимого «жигуля» и пытался направить коровью массу в сторону от лагеря. Жена Николая задом пятилась к лесу. Сын уже где-то растворился в новгородских лесах, а эрдель Ирвин продолжал носиться и гавкать, где-то в середине движущейся массы.

После падения коровы взбудораженное стадо стало смерчем носиться по лагерю. Кругом мины (коровьи лепешки), от страха минирование пошло быстрее. Упавшая корова вскочила на копыта и понеслась вслед за всеми. Куда-то пропал мой супруг. Я его потом увидела, он нервно сворачивал козью ножку на берегу озера. Андрюша стоял у своей машины и заходился здоровым смехом, так как стадо плавно его обошло, направив все усилия на Колю. Всклокоченный Коля ни на йоту не отступал от автомобиля. Упершись в бампер, он грозно размахивал хилым прутиком. Таким прутиком, только комаров от носа гонять. В итоге, кое-как нам все-таки удалось перенаправить стадо в сторону от лагеря. Пьяных пастухов мы увидели, чуть позже, когда сделали вылазку на машинах за свежим молоком в близлежащую деревню. А основные усилия направили на уборку лагеря от мин. Хорошо озеро большое и рядом.

Пару дней нам удалось прожить относительно спокойно, пока за завтраком Андрюша не стал жаловаться на Казана. Мы с супругом давно уже обратили внимание, что по нескольку раз за ночь, Казан, выскальзывал из палатки и куда-то исчезал. Через некоторое время пес возвращался в палатку и продолжал спать. И вот его отлучки обнаружились. Видимо Андрей долго терпел и, наконец, решил вынести мучивший его вопрос на общее собрание. Получив свою порцию каши, Андрей попросил тишины. Собак на время кормежки мы теперь привязывали во избежание убийства друг друга под обеденным столом.

Выяснилось, что Андрюша плохо спал из-за чистого воздуха и по этой причине часто вставал ночью и бродил по лагерю и близ него. Казан же чуть услышав шорох шел поверять: во-первых, Андрюшу, во-вторых, Ирвина.

Первым делом Казан подходил к Андрею, затем подкрадывался к палатке Ирвина. Естественно, из жилья эрделя раздавалось глухое рычание. Казан, понятное дело не переходя грань палатки, делал «фэ» в ответ. Андрюша, чтобы избежать драки и дать поспать остальным, намеренно шел на берег, или в лес маня за собой лайку. В итоге Казан провожал Андрея в ночных прогулках, потом доводил его до палатки, и напоследок ещё раз рыкал на Ирвина, после чего шел досыпать в родные пенаты.

И третье, сказал потупясь Андрюша:

— Казан не дает мне спокойно сходить в туалет. Ну, никуда от него не денешься, только пойду в сторонку он, тут как тут и смотрит на меня. А я так не могу!

За столом раздались хлопки в ладоши и громкие овации. Оказывается, Казан сопровождал не только Андрея, но и всех остальных. Он успевал везде, как недремлющее око, это был третий глаз каждого, кто задумал сходить по нужде.

После разборок ночных полетов Казана, все ушли на рыбалку. Казан же ушел в неизвестном направлении. Обнаружил его Коля, в трех километрах от лагеря, где ушастый с упоением давил птичек. Давил и прикапывал. Тогда, мы еще не поняли почему?

Все разъяснилось позже. Эрдель Ирвин питался регулярно и плотно из общего котла, Казан же вообще ничего не ел из миски. Он смотрел, как накладывают кашу с мясом эрделю, скандалил с Ирвином и удалялся в новгородские леса. И вот однажды, в один из белых вечеров, дочка радостно мне сообщила:

— Мама я видела, как Казан из земли подтухших птичек выкапывает и съедает, вместе с перьями, клювом и когтями. Ничего не остается. Но это ещё не всё. Еще я видела, у него на берегу творожок прикопан. Причём прикопан в песок и его омывает вода. Мама, а он ведь ест один, чтобы никто не видел.

— М-да-а… Вот этого от него не ждали. Пес питался сам. И неплохо питался. Главное, чтобы никто запасы не обнаружил. Вот теперь стали понятны его отлучки. МОЛОДЕЦ! А птичек он прикапывал на сутки, чтобы мясо «созрело» и никогда не ел сразу.

Следующая глава повествования печальная. Зрел конфликт с Ирвиным. И созрел. Случилось все быстро. Я загорала, Колина жена лежала рядом. Мы славно беседовали. Ирвин подошел со стороны своей хозяйки, а Казан с моей. Сцепились они над нашими телами в один миг. А куда нам голым деваться? Попытались их за задние лапы растащить, но у них даже зубы переклинило. Подбежали мужья, начали помогать нам растаскивать драчунов. Вчетвером мы их расцепили. Раны были у обоих. У Казана дыры на шее и в районе ушей. У Ирвина одно ухо наполовину оторвано и рассечено веко глаза.

Итог? Пытались в походных условиях обработать раны у обоих псов, но у эрделя Ирвина картина была хуже. Утром Коля за семьсот километров повез пса в Москву, оставив нас всех отдыхать дальше. Приехал он через сутки. Ирвину пришлось зашивать ухо и веко. Оставили его с бабушкой и дедушкой на даче. Отпуск был испорчен. Но самое печальное, с тех пор нас в походы больше не брали, потому что у всех наших друзей по собаке и одни мальчики. А нам пса оставить не с кем.

А здесь описана одна из рядовых прогулок.