Прочитайте онлайн Седьмой сын | Глава 19

Читать книгу Седьмой сын
2216+1212
  • Автор:
  • Перевёл: С. Трофимов
  • Язык: ru
Поделиться

Глава 19

«Баки Ластард» прорывался сквозь облака и кренился в потоках турбулентности. Пятнадцать обитателей его стального брюха тревожно хмурились при каждом содрогании корпуса. Пилот V-22 выполнял полученные приказы: полет на максимальной скорости; маршрут Виргиния — Калифорния; после посадки забыть о рейсе и пассажирах. Час назад, вытянувшись в струнку перед бригадным генералом Орландо Хиллом, Лес Орчад молча выслушал инструкции. Его самолет уже стоял на взлетной полосе в двенадцати милях западнее базы «Седьмого сына». По пути на аэродром Хилл объявил секретность кода «Фантом». Пилот, совершивший немало тайных полетов, знал правила. Не задавай вопросов; лети, куда прикажут.

Люди, сидевшие в модернизированном пассажиро-грузовом отсеке V-22-X, не знали Леса Орчада. Но они понимали, что он будет лететь на максимальной скорости. Самолет, оснащенный экспериментальными реактивными двигателями, нещадно трясло в условиях десятибалльной облачности. Незакрепленный груз срывался с мест и перемещался по полу отсека. Пассажиры вскакивали, шатаясь, добирались до ящиков с амуницией и тащили их обратно к стеллажам. Затем, хватаясь руками за стены, они возвращались к своим креслам.

Некоторые из них пытались общаться, перекрикивая рев двигателей утроенной мощности. Впрочем, они могли бы и молчать. За час до полета Майкл собрал одиннадцать отобранных для миссии охранников «Седьмого сына» и провел с ними инструктаж. Это были компетентные люди, работавшие в службе безопасности секретной базы. Они умели хранить тайны и понимали, что ни одно слово о намечавшейся «вечеринке» не должно было просочиться во внешний мир. Тем более что генерал Хилл обещал им за это маленькое путешествие премию в четыре оклада.

Миссия была неофициальной — то есть опасной и граничащей с самоубийством. Имея лишь скудную информацию о здании, без поддержки разведки и секретных служб, они должны были ворваться в заброшенный клуб. Естественно, бойцы задавали вопросы. Будет ли там основная цель? Майкл этого не знал. Какое сопротивление ожидалось внутри? Тоже неизвестно. Вопросы, оставшиеся без ответов, повисли в воздухе, хотя о многом люди вообще не стали спрашивать. Например, зачем они летели на задание при такой вероятности риска?

Потому что необходимо устранить намеченную цель, сказал им генерал. Альфа сошел с ума. Он получил такие технологии, которые могут разорвать планету в клочья. Особенно если люди узнают о них. Вы должны сделать все, чтобы этого не случилось. Один из охранников заметил, что глупо лезть в будку к собаке, которая заболела бешенством. «Сегодня вам придется влезть туда», — ответил Хилл. Этот комментарий ничего хорошего им не предвещал.

Поэтому, если не считать рева двигателей и нервирующего скрипа металла о металл, в пассажиро-грузовом отсеке «Баки Ластарда» царила тишина. Майкл, Джон, доктор Майк и Роберт Дурбин, вцепившись руками в ремни безопасности, сидели в креслах напротив бойцов «Седьмого сына».

Джон, который плохо переносил полеты, плотно сжал колени. Доктор Майк закрыл глаза. Дурбин и Майкл, казалось, не обращали никакого внимания на условия полета. В худшие моменты турбулентности Джон незаметно поглядывал на морпеха, но не замечал перемен в его внешности: упрямо приподнятый подбородок Майкла не двигался, взгляд насмешливо прищуренных глаз оценивал обстановку. Он мог служить примером выдержки и дисциплины.

Внезапно боец, сидевший напротив Джона, прокричал ему: «Эй!» Его голос едва слышался на фоне громкого шума. Джон приподнял голову и узнал мужчину, который вчера утром засунул его в белый грузовой фургон. Он хотел сделать вид, что не замечает его, но затем вспомнил просьбу, высказанную Хиллом в оперативном центре: «Не держите зла на них».

— Что тебе? — ответил Джон.

— Ты тот парень из Майами, — прокричал охранник.

Бирка на его темной форме гласила: «ДЖЕЛЕН». Другие бойцы, сидевшие поблизости, посмотрели на них с интересом.

— Да.

— Говорят, что ты ушел из колледжа, чтобы стать музыкантом, — продолжил Джелен. — Это правда?

Чтобы перекричать рев двигателей, мужчина перешел на фальцет. Его голос был высоким и визгливым, как скрип дверных петель.

— Перед тем как забрать тебя, мы прочитали твое досье. Там было написано, что ты бросил учебу.

— Вы не забрали меня, — ответил Джон. — Вы меня похитили.

— Так ты тот самый парень?

Доктор Майк и морпех с любопытством повернулись к нему. Самолет, пробивая дыру в очередном облаке, раскачивал их в креслах, как тряпичные куклы. Джона начало тошнить.

— Да, я, — прокричал он в ответ.

— На мой взгляд, ты зря транжиришь время, — сказал охранник, — «Седьмой сын» дал тебе мозги и возможности, а ты растрачиваешь их понапрасну, разогревая толпу на музыкальных вечерах. Готов поспорить, ты даже показываешь клиентам демоклипы.

Несколько его коллег засмеялись. Джон не понимал причины их веселья. Похоже, Джелен гордился собой, противопоставляя себя «бездельнику из Майами».

— Наверное, мои слова не будут иметь для тебя никакого смысла, — сказал Джон. — Мне не нравится выполнять чужие приказы. Я не хотел отдавать честь старшим по званию. Не хотел работать в маленьких тесных кабинетах. Поэтому я решил быть самим собой, чтобы свободно ходить по своим дорогам и не оглядываться назад.

— Лично я понимаю тебя, — вмешался в разговор морпех.

Несколько солдат с недоумением посмотрели на него.

— Прежде чем сражаться в серьезной битве, воин должен обрести веру в себя. Найти свой путь.

— Джон, давай уж говорить по-честному, — с усмешкой произнес доктор Майк. — Наверняка ты жил от чека к чеку. Возможно, побирался, как нищий. Ты шагал под собственную барабанную дробь, но чем твой путь лучше нашего? Мозолями на пальцах?

Джон взглянул в улыбающиеся глаза психолога.

— Мне нравится моя жизнь. Я скорее буду пить дешевое пиво и бренчать на струнах, чем стану таким циником, как ты. Да, иногда мои чеки возвращали обратно, но, по крайней мере, я спокойно спал по ночам. И меня не мучили угрызения совести.

Парни в форме снова захохотали.

— Туше, — сказал доктор Майк и шутливо отдал честь.

«Баки Ластард» продолжал лететь на запад.

Психолог, Джон и Майкл покинули базу всего лишь час назад, но, несмотря на краткое знакомство, отец Томас уже соскучился по их компании. Они оставили после себя пустоту и гнетущую тишину. После их отъезда Томас понял, что морпех и доктор Майк были движущей силой маленькой группы клонов. Майкл постоянно преодолевал скованность «близнецов», выдвигая планы, подталкивал их от разговоров к поступкам. Доктор Майк обычно вел себя сдержанно и эгоистично. Но Бог благословил его даром улавливать смысл загадок, созданных Джоном Альфой. Эти двое мужчин стали признанными лидерами их разношерстной команды. И теперь они растворились в алом свете заката, как кавалеристы в старом фильме про гражданскую войну.

А Джон? Честно говоря, Томас так и не понял, что заставило его присоединиться к группе спасения. Священник с самого начала относился с пренебрежением к музыканту с конским хвостом. Джон обладал харизмой и добрым характером. Но в стентонском церковном приходе Святого Варнавы, где Томас вел службы, такого народа было хоть отбавляй. Джон показал себя искренним парнем. Однако зачем ему было отправляться в поход, как какому-то праведному рыцарю… К тому же он скорее напоминал бродягу.

Мир руководствовался правилами, и отец Томас, несмотря на личный кризис, по-прежнему верил в это. Джон не казался ему человеком, который следовал догмам. Иногда люди подобного склада ума вели за собой толпы таких послушных последователей, как Томас. В большинстве случаев это заканчивалось бедой. Искренних харизматичных Джонов губило несовершенство. Томас ухмыльнулся. Возможно, его отношение к Джону объяснялось завистью, которую он маскировал пренебрежением. Вот почему он теперь лежал на кровати в маленькой комнате, пытаясь спрятаться и забыть о прошлых двадцати четырех часах. И вот почему Джон летел сейчас навстречу своей судьбе.

Лежа на кровати в своей спальне, он действительно прятался — или, точнее, уклонялся от ответственности. Четверо оставшихся здесь клонов — Джей, Джек, Килрой 2.0 и он сам — решили провести свое собственное расследование. Им хотелось найти и сложить вместе куски той загадки, которую состряпал Джон Альфа. Если экспедиция в ночной клуб Лос-Анджелеса закончится спасением Дании Шеридан, захватом или смертью Джона Альфы, то пусть так и будет. Но Томас не верил, что миссия окажется легкой. На самом деле засоры в канализации удаляются с большим трудом. И вам всегда требуется больше бумажных полотенец, чем показывают в телевизионной рекламе.

Он перевел взгляд на красные цифры электронного будильника. Пять часов вечера. Томас выдохся, но не мог уснуть. Виной тому было отсутствие друзей. Или как их назвать? Близнецами? Вновь обретенной семьей? Хотя его тревога имела и другие причины. Вот почему его живот болел от напряжения. Ему хотелось молиться. Хотелось обрести покой и обдумать события прошлого дня. Ему хотелось выйти из спальни в общий холл и посмотреть, как Килрой 2.0 выуживал ответы с экранов мониторов.

Что тебе нужно, Альфа? Зачем ты совершаешь эти преступления? Я могу понять, почему ты убежал с секретной базы и сфальсифицировал свою смерть. Тебе хотелось, чтобы ищейки «Седьмого сына» оставили тебя в покое. Но зачем ты убил президента? Зачем стер разум ребенка? Зачем похитил нашу мать и разбросал хлебные крошки, ведущие к ночному клубу? Что ты задумал, исчадие ада?

Томас пожал плечами. Он не знал ответов на эти вопросы. Никто пока не знал ответов. Доктор Майк назвал одним из мотивов застарелую месть, и Томас поверил бы ему. Но месть не могла быть единственным поводом для таких поступков. Насколько он успел узнать Альфу, парень был гораздо выше этого.

Чтобы не смотреть на часы, священник перекатился на другой бок. Он закрыл глаза и попытался думать о другом. Ему хотелось спать. Всего лишь несколько минут сна. Немного покоя после неприятных откровений. Скала веков, открой свое лоно. Позволь мне укрыться в глубинах твоих.

Когда послышался стук в дверь, он почувствовал благодарность и облегчение. У порога его ожидал Джек. Парень выглядел таким же утомленным, как Томас.

— Не можешь заснуть? — спросил священник.

— Да, — взглянув на него через дужку очков, ответил Джек. — Килрой раскалил свои компьютеры докрасна. Общий холл напоминает штаб Бэтмена.

Томас глубоко вздохнул.

— Тогда пойдем к нему.

Четыре клона сидели на диване, ожидая, кто из них первый нарушит молчание. Взгляд Килроя 2.0 скользил по лицам «близнецов» и вновь возвращался к блокноту и карандашу, которые лежали на круглом столике. Джек со вздохом откинулся на мягкие подушки. Джей смотрел на угасавший солнечный свет. Его колено подергивалось вверх и вниз, словно по нему пропускали импульсы тока.

«Иногда кажется, что я смотрю на привидения, — подумал Томас. — Мои глаза и уши, нос и руки. Хотя имеются и отличия. Их вполне достаточно, чтобы не сводить нас с ума».

Это было точное наблюдение. Толстый, неряшливый и лохматый Килрой 2.0 представлял собой одну из крайностей. Борода Джека затемняла округлые щеки. Большой округлый живот генетика свидетельствовал о частых свиданиях с «Долли Мэдисон» за коктейлем, а его прическа могла бы служить эталоном для школы консервативного парикмахера. Джей выглядел почти как отец — то же телосложение и редкие волосы. Но худощавое лицо с выпиравшими скулами и почти прозрачной кожей придавало ему болезненный вид. Такие люди, по мнению Томаса, всегда производили впечатление невыспавшихся доходяг.

«Интересно, а что они думают обо мне? Нет, лучше не знать».

Священники и без того получают много нелестных оценок из «реального мира». Не стоит усугублять ситуацию. У Томаса и так хватало поводов для огорчений.

— Так чем мы займемся? — спросил он.

— Это зависит от того, что мы хотим получить, — с усмешкой ответил Джек. — Чтобы найти следы, оставленные Альфой, мы должны думать как он. Но прежде мы должны понять, куда смотреть и где искать следы.

— Я не уверен, что нам удастся это, — сказал Джей.

Его лицо осунулось от долгой тревоги.

«Когда я улыбаюсь, то становлюсь похожим на него, — подумал священник. — Неужели в озабоченном настроении я выгляжу таким же мрачным?»

— Ты сам подумай, — продолжил Джей. — Допустим, ты Джон Альфа. Сокровище короны в ужасно засекреченном эксперименте. Тебе стали известны самые потрясающие и важные технологии на земле. Ты сфальсифицировал свою смерть, разработал план по убийству президента, и у тебя все получилось. Затем ты похитил мать и подверг ее допросу. Как можно отождествляться с таким человеком? Как пробраться внутрь его мозга?

Томас вытащил четки из кармана штанов и сжал их в руке. Это принесло успокоение. Джей покачал головой.

— Альфа слишком умный.

— Возможно, — согласился отец Томас. — Но данное предположение не помешало нам расшифровать его послание с азбукой Морзе. Я сказал бы, что мы вышли на баскетбольную площадку и отбили его первую подачу.

— «L. A. Woman», — захихикав, напомнил Килрой. — Анальная музыка.

— Спасибо, красавчик, — сказал Джек.

Джей закатил глаза.

— Вы знаете, что это была игра в поддавки. Альфа специально оставил нам серию намеков. Он знал, что Кляйнман соберет нас вместе для решения загадки. Азбука Морзе, музыка, психиатрический диагноз… Он изначально предполагал, чтобы мы разгадаем его ребус. Разве ты не видишь, Томас? Он преподнес ответы на серебряной тарелочке. И теперь два Майка и Джон летят в его западню.

— К чему ты клонишь?

— Когда Альфа хочет быть увиденным, он классно подставляется нам, — ответил Джей. — Но когда ему не нужна огласка, он умело скрывает следы. Смотрите, как легко он ушел от ищеек «Седьмого сына».

Джей скрестил руки и склонился вперед, словно ему нечего было добавить. Но, Господь всевышний! Даже в пустоте всегда можно что-то найти!

— Я согласен с тобой, — кивнув, сказал Томас. — Однако здесь и должен находиться ключ к разгадке. Какая-нибудь оплошность! То, с чего мы могли бы начать расследование.

— Я вынужден повторить свои слова, — произнес Джек. — Нам нужно знать, где искать следы Альфы. Возможно, именно в Лос-Анджелесе.

— Или западней, — беспечно возразил Килрой 2.0.

— Мы не знаем этого наверняка, так что спорить бессмысленно, — сказал Томас. — Трое наших друзей выполняют свою работу. Давайте делать нашу. Я предлагаю подумать. Что нам известно о Джоне Альфе?

— Два факта, — ответил Джей. — Джек…

— …и остальное дерьмо, — нахмурившись, проворчал генетик.

Килрой 2.0 рассмеялся.

— Седьмой класс, — выпалил он. — Сэм Джетер шутил так надо мной в седьмом классе.

Отец Томас вздрогнул. Точно! Сэм Джетер. Сэм знал два факта о мире: Джека и остальное дерьмо. Погода у него всегда была холоднее, чем сиськи ведьмы. Еще одна шутка, которую он любил повторять. И он часто предлагал мне выбор: нюхнуть его пук или купить ему леденец…

— Я выбирал леденец, — прошептал Джей.

Сдерживая изумленный возглас, Томас прижал ладонь ко рту. Килрой 2.0 заметил это и начал хихикать. Ему нравятся такие моменты. Необъяснимые совпадения. Голоса в голове, приходящие неизвестно откуда. «У меня живот болит от такой идентичности мыслей. И кожа чешется до самых костей. Это не хорошо. Не по-человечески…»

— Меня трясет от нашей схожести, — прошептал Джек. Его лицо побледнело. — Она чертовски действует на нервы.

Томас почесал предплечье. Четки раскачивались в его зудевшей руке.

— Давайте не думать об этом, — сказал он Джеку, себе и остальным. — Я прошу вас, оставим тему сходства. Мы еще не успели привыкнуть к ней.

— Подожди!

Джей поднял карандаш и нацарапал в блокноте несколько слов.

— У нас огромный объем информации об Альфе. Мы знаем все его детство, и эти данные находятся здесь.

Иллюстрируя свои слова, он постучал карандашом по голове.

— Я думаю, любой из нас помнит, как мы планировали завоевать весь мир, — сказал Джек.

Все засмеялись, и момент напряженности миновал. Слава богу.

— Ладно. Что еще мы знаем о нем?

Голос Томаса немного дрожал, но, несмотря на боязнь самовыражения, ему хотелось подтолкнуть своих собратьев к истине, какой бы она ни была.

— Его детство идентично нашему… Насколько я помню, оно было нормальным. А что мы знаем о его пребывании здесь, на базе? Что об этом говорил генерал?

— Он хорошо разбирался в компьютерах, — напомнил Джек.

Килрой 2.0 встрепенулся.

— Мужик с погонами сказал, что Альфа перед самоволом хакнул их охранную систему.

— Нам известно, что он имел доступ во все помещения базы, — произнес Джей, записывая что-то в блокноте. — Он обучился процедурам клонирования, записи данных в массивы сверхкомпьютеров и выгрузке полной памяти в сознание клонов…

— Он имел доступ к архивным файлам, — добавил Килрой 2.0.— Возможно, не к материалам с «Кодом фантом», но к чему-то важному. Во всяком случае, он знал о первых экспериментах.

Отец Томас поерзал на сиденье. Подожди минуту…

— НПСП-разряд, — прошептал он. — Вот где он узнал об этой технологии! Из архивных документов. Могу поспорить, что он заглядывал в Аппендикс.

Остальные клоны с недоумением посмотрели на него. Джей выжидающе кивнул.

— И что?

— Кляйнман говорил, что после разряда нейронной пульсации жертвы опытов вскоре умирали. Когда вам стирают мозг и записывают новую полную память, вы живете около трех недель.

— Да, — согласился Джек. — Старик сказал, что этот разряд разрушает ткани мозга. Он оставляет такой же заметный след, как уровень воды в реке. Они нашли его при вскрытии того несчастного мальчишки. Но к чему ты ведешь?

Отец Томас вскочил на ноги.

— Допустим, я Джон Альфа и у меня имеется грандиозный план, который не заканчивается убийством президента. Для грязной работы я использую чужие тела. Но для реализации большого плана одного маленького мальчика мне будет недостаточно.

Килрой 2.0, лучась улыбкой, захлопал в ладоши.

— Товар годен до пятнадцатого марта. Пожалуйста, не забывайте сохранять ваши чеки.

— Точно! — вскричал Томас, показав толстяку пять пальцев.

— О чем вы говорите? — с недоумением спросил Джей.

— Я говорю о завершении срока годности, — ответил Томас. — То есть о телах, которые отжили свой срок после НПСП-разряда. Мне кажется, мы можем узнать, как Альфа использовал их.

— Тела! — кинув, сказал Джей. — Особый вид повреждений головного мозга! Как метки для уровня воды в реке!

— Дайте мальчику сигару, — шутливо произнес отец Томас. — Мы можем найти подборку случаев, которая документировала бы гибель людей по странным или невыявленным причинам. Эти люди должны были выглядеть идеально здоровыми до самой смерти. Возможно, мы отыщем такие упоминания в газетных хрониках.

Джек тихо присвистнул.

— Намек, который мы искали.

Он с восхищением посмотрел на отца Томаса.

— Интересно, чем ты зарабатываешь на жизнь?

— Ты же знаешь. Я священник.

— Тебе нужно было стать ученым.

— У нас уже есть один ученый в семье, — с улыбкой ответил Томас.

Он повернулся к Килрою.

— Безумный хакер! Озари пещеру Бэтмена! Нас ожидает серьезный поиск!

Первые четыре часа напоминали безмолвный взрыв.

Килрой 2.0, хихикая, взломал архивы «Лексис-Нексис», «Ассошиэйтед пресс» и других новостных веб-страниц. Он выпустил на волю какую-то доморощенную «паучью» программу, которая, перебирая тысячи сайтов, выискивала некрологи и списки пациентов, умерших в больницах. Томас был ошеломлен, узнав, какое огромное количество американцев погибло за прошлые шесть месяцев от аневризмы мозга. И стариков, не перенесших апоплексические удары, тоже было много. Но Томас верил этой информации. Ему часто приходилось провожать в последний путь пожилых и больных прихожан.

И кого же им было подозревать в пособничестве Альфе? Взять, например, Лукаса Кволлу, сорокачетырехлетнего учителя из Сан-Диего, у которого в прошлом месяце остановилось сердце прямо во время урока. Он откусил себе половину языка перед ошеломленной группой четвероклассников и умер еще до того, как его голова ударилась об пол. Был ли он агентом Джона Альфы? А что сказать о Кимберли Форчунер, старшем вице-президенте по финансам в компании «Гликман-Бишем», производящей фармакологические энергетические коктейли? Кровеносный сосуд в ее мозгу лопнул вовремя телефонного звонка домой. Ее «сааб» перелетел разделительную полосу и выскочил на противоположную часть трассы, вызвав столкновение семи машин. Авария унесла с собой четыре жизни и потребовала несколько часов на приведение дороги в порядок.

Был ли жертвой Альфы Оскар Флорес из Бренданвилля, штат Канзас? Или Нора Рид из Литтл-Рок? А может быть, Джаред Рейнольдс, всю жизнь проживший в Мемфисе? Или преподобный Терри Брюс из Батон-Руж? Или Сьюзен Зеканис, социальный работник из Манхэттена? Что тут можно было сказать? Фактически ничего.

Второй час они посвятили расследованию наиболее подозрительных случаев. Килрой без труда обходил защитные пароли и, нарушая закон о неприкосновенности внутренних сетей, предоставлял им отчеты о вскрытиях. Затем за дело брались Томас, Джек и Джей. Поначалу их внимание привлек вышеупомянутый преподобный Терри Брюс — глава церкви пятидесятников «Спасительный огонь с небес» (прием в члены с двадцати восьми лет). Между газетных строк проглядывали подозрительные обстоятельства: за последние две недели жизни его поведение стало сумасбродным. Вдова Брюса утверждала, что он вел себя необычно и «действовал как другой человек». Медики связали его неожиданную смерть с «неврологией».

Перебрав перекрестные ссылки, «близнецы» наткнулись на отчет коронера, сохранившийся на внутреннем сервере полицейского участка Ист-Батон-Руж. Реальность отличалась от газетной истории. Брюс скончался в местном мотеле от передозировки кокаина — прямо во время секса со своим любовником-геем. Томас вычеркнул его имя из списка.

Каждые несколько минут один из компьютеров Килроя призывно пищал. Это означало, что сравнительный поиск паучьей программы давал очередной результат. Клоны покорно анализировали очередной случай смерти и выясняли, достоин ли он дальнейшего изучения по перекрестным ссылкам на других сетях. Часто такой необходимости не возникало. Если история казалась им подозрительной, они находили ее подоплеку или адекватное объяснение. Так, например, один житель Чикаго случайно перебрал героина, пока вдыхал наркотик, попавший в слезный проток. Но в основном смерть забирала людей по естественным причинам. Томас знал, что она, как тихий коммивояжер, обходила дом за домом, стучалась в двери и предлагала товар, от которого невозможно было отказаться.

Файлы, проходившие перед взором «близнецов», выглядели суровыми, холодными и стерильными: рапорты токсикологов о вскрытии мужчин и женщин отличались строгостью и немногословностью. Однако после первых двух часов работы Томас почувствовал отвращение. Он любил наблюдать за людьми, но это расследование напоминало ему мерзкую разновидность вуайеризма. Одно дело, когда кто-то подглядывает за пациентами доктора, зашедшими в медицинский кабинет, или за парочкой на вечеринке с коктейлями. И совсем другое дело, когда ты узнаешь, какая пища была в желудке человека, когда он умирал.

Компьютер Килроя вновь запищал, и Томас взглянул поверх пустой чашки, на которую он тупо смотрел уже пару минут. Священник сидел слева от хакера. Джей — справа. Некролог на экране рассказывал о владельце банка из Уичиты, который скончался как раз на вечеринке с коктейлями. Рыдавшая сестра утверждала, что он был хорошим человеком. «Я не могу поверить, что он ушел, бла-бла-бла… миленький, родной». Неужели я стал настолько безразличным к смерти незнакомых людей?

— Мне не хочется признаваться в этом, но, похоже, наш поиск ведет в никуда, — немного презирая себя, сказал отец Томас.

— Я согласен с тобой, — ответил Джек, стоявший за его спиной. — Еще чашку кофе?

— Давай.

Джек забрал пустые чашки и побрел к кофеварке, которая располагалась у входной двери. Через минуту он передал товарищам горячий напиток.

— Поначалу я думал, что это расследование даст нам какой-то результат, — сказал Томас. — Сравнивая данные о вскрытиях, мы могли бы найти необычные случаи. Так делал профессор Плюм в телефильме «Случай с револьвером». Однако вся эта канитель…

Он указал рукой на жужжавшие башни компьютеров.

— …не оправдала мои ожидания. Возможно, где-то в газетах и остался след, ведущий к Альфе, но чтобы найти его, потребуется вечность.

Он отхлебнул кофе и пожал плечами. Джей одобрительно похлопал его по плечу.

— Поверь мне, при анализе событий мы так и ищем скрытые тенденции. Ждем, собираем факты, преодолеваем скуку. Затем ломаем голову над данными. И наконец наступает уверенность, ведущая к действиям.

— Ты говоришь о своей миссии в ООН? — спросил Томас.

— Да, в некотором смысле. Я работаю в подразделении по правам человека. Моя команда отслеживает нарушение гражданских прав и дискриминацию национальных меньшинств. Мы призываем политических лидеров к принятию ответственности за то неравенство, которое скрытно распространяется в их странах. Наше подразделение старается исправить ситуацию, пока варево в горшке политики не выплеснулось наружу. Мы проводим дискуссии, собираем статистические данные, совершаем поездки в различные страны, обсуждаем злободневные вопросы с их лидерами и направляем Генеральной Ассамблее свои рекомендации о возможном вмешательстве. Иногда наши советы остаются без внимания.

— Интересная работа, — сказал Джек.

— Возможно, — вяло согласился Джей. — Я помню, как после колледжа вступил в одну из благотворительных организаций Калифорнии. Мы предоставляли юридическую помощь трудовым иммигрантам — вопросы гражданства и оплаты труда, социальные права и советы, как не стать жертвой обмана местных фермеров и землевладельцев. Сначала работа казалась мне звездочкой в небе. Сказочной лунной радугой. Она имела для меня реальный смысл, описанный красивыми лозунгами. Поступай правильно и честно! Возвышай достоинство человека!

Томас и Джек улыбнулись.

— Через три недели я понял, где находились рычаги управления. Меня научили основам офисной политики. Я начал прислушиваться к сплетням. То же самое дерьмо вы можете обнаружить и в других конторах. Вы найдете эту дрянь в любой организации. Игры во власть. Моральные уроды во главе подразделений. Я относился к этому спокойно, потому что видел смысл в функционировании организации. Идеализм во всей своей красе. Но, перейдя в структуры ООН, я погрузился в ту же атмосферу. Несмотря на все хорошее, что мы делали, суть миссий неизменно смешивалась с миазмами офисной политики. ООН может быть быстрой и эффективной в моменты кризисов, однако в спокойные времена ее деятельность растворяется в подкомитетах. По крайней мере, мне так часто казалось.

Один из компьютеров Килроя вновь подал звуковой сигнал. Пальцы хакера застучали по клавишам. Остальные клоны не смотрели на экраны.

— Значит, ООН устарела? — спросил отец Томас.

— Ничуть, — ответил Джей. — Я думаю, что ООН является единственной общественной структурой, которая удерживает планету от разрушения. Она старается улучшить мир. Она заставляет страны отвечать за свои поступки. Пусть мои слова звучат напыщенно, но я действительно верю в это. И когда ООН работает, она работает. Проблема не в уставе. Проблема в огромном количестве стран, которые пытаются проталкивать свои повестки в комитеты. И еще в продажных «попугаях», лоббирующих интересы сильных и богатых государств. Здесь здравый смысл противоречит политике комитетов. Идеология выступает против законов реального мира.

— Тебе стоило бы однажды посетить собрание членов университетского правления, — сказал Джек. — Та же самая hernia хотя и в другом разливе. Пардон за мой французский.

— Je ne prenderai pas vos mots tellement litteralement, — почти без акцента ответил Джей. — Я и так не принимал твои слова буквально.

— Круто! — с восхищением произнес отец Томас. — На скольких языках ты можешь говорить?

— Бегло? Если считать вульгарную латынь, то на девяти.

— Офигеть! — одновременно воскликнули Томас и Джек.

Джей усмехнулся и небрежно взмахнул рукой.

— Короче, нам нужно терпеливо ждать. Вот основа анализа! Терпение!

Килрой 2.0 тихо хрюкнул и отвернулся от сиявших экранов.

— Облом. Этот метод не работает. Следы секретных операций не ищут на солнечных аллеях. Мой «паук» по-прежнему вылавливает файлы, но данные не те.

Джек пригладил бороду.

— Вот этого я и боялся. Мне кажется, мы ищем правильные вещи. Но я сомневаюсь, что мы ищем их в правильных местах.

— Что ты хочешь сказать? — спросил Томас.

— Килрой 2.0 прав. Тайны гнездятся под камнями. А мы ищем информацию в газетных статьях и в отчетах о вскрытии. Это действительно аллеи, освещенные солнцем. Я думаю, идея Томаса верна. Однако нам нужно искать данные в местах, не предназначенных для…

— Пешеходов, — подсказал Килрой 2.0.

— Точно, — согласился Джек. — Позвольте привести пример. Когда мое университетское начальство желает похвастаться чем-то — при условии, что имеется достойный повод, — оно приглашает работников прессы. Но в моем отделе было выполнено несколько исследований, которые не получили публичной огласки. Мы добились интересных результатов, однако они выглядели не столь значительными, чтобы афишировать их. А существует правило: когда люди читают о нас в газетах, они должны знать, что деньги налогоплательщиков были потрачены не зря.

— Это возвращает нас к противостоянию здравого смысла и комитетов, — согласился Томас.

— Мы живем в жестоком мире, — напомнил Джек. — Послушайте, что я придумал. Допустим, где-то хранятся отчеты о феномене, спровоцированном Джоном Альфой. Их важность — или незначительность — такова, что информацию не публикуют в газетах. Возможно, люди, которые исследовали такие случаи, были лишены вводных данных и, не зная всей истории Альфы, не уловили важность происходящих событий. Хотя возможно и обратное. Зная историю Джона Альфы, они засекретили гибель людей, перенесших невральный разряд.

Джей обернулся и посмотрел на экраны мониторов.

— Ты имеешь в виду учреждения, похожие на твой университет?

— Возможно, хотя я говорил о другом, — ответил Джек. — Фактически речь идет об организациях, содействующих ООН. О ваших союзниках. Я имею в виду государственные агентства. Мне кажется, мы должны начать с Центров контроля заболеваний. Не удивлюсь, если они уже нашли жертв НПСП-разрядов.

Он повернулся к Килрою.

— Нам нужно прогуляться по архивам федералов. Ты можешь проникнуть туда?

Килрой 2.0 усмехнулся.

— Разрешите звонок другу, — сказал он, стуча по клавишам. — Точнее, друзьям.

Всплывающие окна с отчетами вскрытий и списками погибших людей исчезли с экранов. После нескольких кликов мыши открылась дюжина новых программ. Взглянув на короткие заставочные ролики, Томас узнал часть из них: три окна принадлежали AOL-чатам; еще на одном появился сайт мгновенных сообщений. Контактные списки в каждом чат-окне тянулись в бесконечность. Незнакомые программы имели впечатляющие названия: «Ниже нижнего», «Клоака», «СекьЮРЛ». Еще одна называлась «Черная шляпа». На ее экране в верхнем левом углу красовался усмехавшийся череп со скрещенными костями. Соседнее окно выглядело совершенно пустым. В его центре лишь помигивал курсор. По словам хакера, эти программы находили «битые пути» к сайтам, не предназначенным для «пешеходов».

Килрой 2.0 использовал огромный арсенал вооружения. С его помощью он мог рассматривать мир изнутри. Это был фундамент его конспирологических теорий, в которые он, несомненно, верил.

«Забавно», — подумал отец Томас.

Они уже не выглядели такими смешными и нелепыми.

— Похоже, ты знаешь, как работает система, — сказал он, похлопав Килроя по плечу.

Тот повернулся к нему и хитро подмигнул.

— Килрой 2.0 везде. Ве-зде!

Томас пожал плечами. Хакер хохотнул, повернулся к компьютерным экранам и позволил остальным «близнецам» войти в его мир.

Вскоре клоны поняли, что Килрой взломал программы чата и каким-то образом сложил их вместе. Что бы он ни печатал в простом (без отличительных черт) окне, его сообщение тут же отражалось на всех других экранах с программами чата. Слова одновременно появлялись в дюжине активированных окон. Томас почувствовал, как по его рукам побежали «мурашки».

«Пока Большой брат спит, — подумал он. — Килрой устроил сетевую рассылку».

В тринадцати чат-окнах появилось сообщение:

> Килрой 2.0 здесь

И внезапно все экраны пробудились к жизни. Мониторы роились армадами новых окон с сообщениями от людей, отмеченных в френд-листах Килроя. Сайт мгновенных сообщений и AOL-программы пищали, как сошедшие с ума дверные звонки. Череп в окне «Черной шляпы» хохотал голосом робота. Пророк пришел с проповедью к своим верным последователям. Те из них, кто был в Сети, забросали его вопросами, шифровками и приветствиями:

cthulhu_call: Поговори с нами, Мессия.

silent(e): i n33d ur h3lp

it's_a_wonderful_lie: Где ты был?

Special(k): Расскажи, что случилось.

wicked_lil_critta: Расскажи нам, плз.

codeshaman: Куда ты уходил?

three-?ve-zero-zero: Пожалуйста…

Килрой 2.0 откинулся на спинку стула. На его губах заиграла озорная усмешка. Компьютеры продолжали сигналить. Сообщения скользили вниз по экранам мониторов. Почему. Как. Пришло ли время. У меня появились вопросы. Ты получил информацию. Расскажи, где ты был. Поговори с нами. Поговори с нами. Пожалуйста, поговори с нами. Открывались все новые и новые окна — их были уже дюжины. Полусонная улыбка не покидала лица Килроя. Томас повернулся к Джеку и Джею.

— Идите и поговорите с ними на горе, — тихо прошептал он.

Или под горой. Здесь существовал целый мир. Прямо под поверхностью — в подполье. И люди там общались на своем языке — пикселями и кликами.

— Потрясающе, — произнес Джей.

Его глаза расширились, лицо побледнело.

«Нет, не потрясающе, — безмолвно ответил Томас. — Его последователи думают, что он кибермессия. Парень проповедует из ниоткуда — он везде, — и они слушают его. Килрой взял на себя роли священника, пророка и божества — а это все богохульство…»

Килрой 2.0 посмотрел на клонов. Он указал рукой на мониторы — на вихрь всплывающих окон.

— Моя стая, — промурлыкал он.

— У тебя тут настоящий фан-клуб, — сказал Томас.

— О да.

— И они такие же хакеры, как ты?

Щеки Джея подрагивали от напряжения. Он всеми силами пытался сохранить на лице невозмутимое выражение.

— В основном, — ответил Килрой, отвернувшись обратно к экранам.

В его голосе появились нотки разочарования. «Вы надоели мне, нормальные и обычные пешеходы».

— Они просят твоего наказа? — спросил Джек.

Килрой 2.0. кивнул.

— Они просят материалы, которые ты никогда не читал. Мои проповеди о тенях. Мои мысли об извивающихся червях в нашем правительстве. О сообщениях из других миров. О чуме, распространяемой Противником. О темной материи и о том, чем действительно является реальность…

Томас встретил взгляд Джека и молча передал ему свое мнение: «Пусть болтает. Давай узнаем его получше».

— …о химических следах в небе и низкочастотных шумах Кокомы. О дао нашей земли. Я рассказываю им о видеокамерах на улицах, о радиации в воде, об украденных суперкомпьютерах, о вездесущих глазах и ушах, неусыпно наблюдающих за людьми. Они всегда следят за нами, — Килрой 2.0 облизал толстые губы и еще раз кивнул. — Всегда. Наблюдают. За нами.

Сигналы компьютеров наполняли комнату, как звон настенных дедушкиных часов. Окна наползали друг на друга, изливаясь каскадами, словно ряды карт в пасьянсе. Килрой покосился на мониторы.

blackjack: Пожалуйста, поговори с нами.

J3nnyB3ntoBox: Ты здесь?

anthropohedron: говори говори говори

Килрой начал печатать текст.

> Это ночь восстания. Как действовать? Через СекьЮРЛ. Страшно? Тогда на выход.

Почти треть окон для мгновенных сообщений тут же исчезли с экранов. Килрой 2.0 самодовольно захихикал.

— Некоторые из них боятся призывов к оружию, — произнес он, ни к кому не обращаясь. — Но остальные пойдут за мной. Видите, сколько верных учеников? Они создадут ту силу, которая потребуется нам для штурма федеральных баз данных. Сейчас они активируют обходные пути, переводя свои ЦПУ в ядра «СекьЮРЛ». Это наши бойцы-невидимки.

— Их адреса нельзя определить? Ты это имеешь в виду?

— Именно, Джей.

— А что ты скажешь о нашей линии? — спросил Джек. — Кто-то может отследить ее?

Килрой 2.0 вздохнул и провел пальцами по засаленным волосам.

— Ох уж эти дилетанты, — усталым голосом ответил он. — Я активировал защиту еще несколько часов назад, как только сел за установку. Вскрыл диапазон частот «Седьмого сына», произвел корректировку, и теперь никто не сможет узнать, чем мы тут занимаемся. Даже служба безопасности этой базы. Операторы, которые следят за нами, убеждены, что я все еще выискиваю газетные некрологи за прошлый год. А мы в это время вошли в их подсеть и подключились к высокоскоростному каналу спутниковой связи.

— И что это означает? — спросил Томас.

— Это означает, что Килрой общается со своей стаей прямо из космоса, — ответил Джек.

Хакер самодовольно кивнул, продолжая печатать инструкции для своих последователей.

— Прямо как Бог, — прошептал он в знак согласия.

Остальные клоны молча смотрели на экран, где оживало сообщение Килроя.

> Я в руках Противника. Моей жизни пока ничто не угрожает, но время поджимает. Срочно требуется информация, размещенная во внутренней Сети Центра контроля заболеваний. Мне нужна ваша помощь для доступа к ней. Распространите «червей». Используйте ваши «лазейки». Пустите в ход весь ваш варез для хака и крэка. Все наши «злобные программы», столь презираемые Противником. Не оставляйте граффити. Не снимайте кредиты. Сегодня ночью вы должны выйти из тени ради вашего пророка.

> Перед вами одна-единственная цель. Затопите Сеть флудом. Уложите сервера ЦКЗ. Пусть федералы поведутся на ваш отвлекающий маневр. Пусть они в отчаянии заламывают руки и корчатся от злобы. Пусть говорят. Пусть замышляют недоброе. Проведите диверсию, которая сейчас мне так нужна.

> Вас много, но вы должны действовать как одно целое. На два часа Сеть отдается вам на разграбление. Станьте призраками в их машинах. Будьте полтергейстами на их чердаках. Создайте хаос, которого они боятся больше всего на свете. А затем исчезните. Я сам завершу остальное.

> Это все, о чем я прошу вас. Вы выполните мою просьбу?

Килрой 2.0 набрал ключевую комбинацию, и сообщение перенеслось в программы чата. Прошла секунда. Джей открыл рот. По крайней мере семьдесят новых всплывающих окон одновременно вспыхнули на экранах компьютеров. Из динамиков изливались сигналы, звонки и смех черепа «Черной шляпы».

— Неужели они это сделают? — прошептал Томас.

Джек кивнул на экраны.

— Вот тебе ответ.

О да. Сообщений было все больше и больше. Ответы шли чередой. И все они повторяли одно и то же:

Я исполню

Я исполню

Я исполню