Прочитайте онлайн Рыбалка на живца | Глава VВСЕ ТАЙНОЕ СТАНОВИТСЯ ЯВНЫМ

Читать книгу Рыбалка на живца
3316+1343
  • Автор:

Глава V

ВСЕ ТАЙНОЕ СТАНОВИТСЯ ЯВНЫМ

Под дождик обычно неплохо спится. Но я, честно говоря, спал в эту ночь очень плохо. Неудобно, тесно, и кочка под правым боком. Два раза всех будил лаем Тамерлан, рвался наружу, кто-то, видимо, проходил неподалеку. В общем, задремал я часа на два, а там проснулся, гляжу, уже и утро.

Было четыре часа, когда я, вконец измученный, вылез из палатки. Не могу больше спать, и точка. Тамерлан вылез, конечно, за мной. Дождь к тому времени закончился, народ спал, и Семин храп разносился над тихой рекой.

Раз мне не спалось, я решил пойти удить рыбу, ко всему прочему выпадал удобный случай поискать хорошее рыбное место. Я взял удочки, и мы с Тамерланом пошли вдоль реки в сторону, противоположную усадьбе.

Вскоре у самой воды начались ивовые кусты, не сплошняком, а группками. И место было такое, с подмытым берегом, а следовательно, за кустами должны быть ямы, в которых может собираться рыба. И правда, кое-где виднелись насиженные рыбаками места. Но я решил отойти еще подальше.

Я был уверен, что в это время никого на реке не встречу, уж больно было рано, но ошибся: за одним из кустов я неожиданно наткнулся на характерную фигуру в сапогах и брезентовом плаще чуть ли не до пяток.

Рыбак сидел, скрючившись, на корточках и смотрел на воду. Собравшийся складками плащ делал его похожим на огромный булыжник цвета хаки.

Я решил подойти к нему и просто расспросить, что здесь берет, какие места получше и на что он ловит.

На мои шаги рыбак обернулся, и я с удивлением узнал в нем Залыгина. Надо ж куда забрался, да еще в такое время! Впрочем, я и сам-то… Да и для нелюдима Залыгина это нормально, тем более что от Узорова до Ильинского автобусом всего-то полчаса езды.

Залыгин молча глянул на меня и равнодушно отвернулся. Это тоже в его стиле, я еще ни разу не видел его удивленным или хотя бы оживленным, об улыбке и вовсе говорить не приходилось. Угрюм-река — точно прозвал его дядя Гена.

Все ж я подошел поближе и встал у него за спиной, сказав в воздух:

— Здрасьте.

Ответа, конечно, не последовало. Тут я поскользнулся на грязи, но устоял и глянул себе под ноги. Глянул и остолбенел…

Залыгин, видимо, уже долго сидел на корточках, наверное, устал, затекли ноги, и, когда я подходил, он выпрямился и переступил с ноги на ногу. От его сапога в мягкой прибрежной слякоти четко отпечатался след. Точь-в-точь такой же, как на той глинистой площадке подле места убийства.

Я не отрываясь смотрел на этот след.

Залыгин снова обернулся.

— Ну чо уставился?

Это было первое, чем он поприветствовал меня сегодня. Его, конечно же, никак не удивило, что мы встретились здесь на речке за столько километров от Узорова.

— Хорошие сапоги, — проследив мой взгляд, заметил Залыгин. В голосе его зазвучало некоторое довольство. — Немецкая работа. С самой войны служат, а все еще ни одной дырки. Умеют же, сволочи, делать.

Мне показалось, что по его лицу на мгновение промелькнула какая-то тень довольства.

Залыгин снова присел к удочке и стал смотреть на поплавок. Я все еще стоял и смотрел на его сапоги и оставленные ими следы.

Через некоторое время он в третий раз обернулся.

— Ну чо стоишь сзади? Либо садись рядом, либо иди, куда шел. А то встал тут, дыру сверлит глазами.

Я настолько был поражен сделанным открытием, что даже неожиданное многословие Залыгина не произвело на меня должного впечатления. Выслушав его тираду, я отошел и закинул удочку в десяти шагах от него. Надо было прийти в себя и собраться с мыслями. Впрочем, через некоторое время я все ж вернулся и спросил, на что он ловит.

— На живца, — кратко ответил Залыгин, и больше мы не разговаривали.

Вскоре он поднялся и пошел куда-то вместе с удочками вверх по речке, в том направлении, откуда мы приплыли.

Я подождал, когда он удалится на порядочное расстояние, вскочил, подбежал к тому месту, где отпечатались следы его немецких сапог, и хорошенько изучил их. Сомнений быть не могло, это был тот самый след, который я видел возле убитого.

— Фу-ты, елки! — выдохнул я и тут же испуганно оглянулся, мне стало даже страшновато, уж больно мрачная фигура этот Залыгин.

Может, он сейчас за мной подсматривает. Я оглянулся по сторонам. Однако его нигде не было видно.

В голове у меня все смешалось. Я начинал думать, что мне, видимо, никуда не деться от этого преступления. Рок снова вмешался, когда я уже почти смирился с поражением, и вот новые улики… Неужто Залыгин украл велик и кокнул Коломенцева? Но зачем?! Ему-то зачем все это? Тут я ничего не понимал.

Все интересы этого мрачного человека исчерпывались куревом и рыбалкой. Жил он бедно и неприхотливо. Дом имел неказистый, и другого ему не надо. На улицах Узорова появлялся редко, разве что на речке… И ходил всегда почти в одной и той же одежде. Даже почти не пил. Не знаю, где уж он работал, но я никогда не слышал, чтобы он еще и подрабатывал. Залыгину и так хватало. Не нужно ему это было, и все. Ну зачем такому человеку убивать бизнесмена? Мне это было совершенно не понятно.

…Когда я вернулся к удочке, у меня на крючке давно уже сидел окунь. Рыбалка была кстати, это занятие помогло мне немного отвлечься. Начался утренний клев, и через пару часов я натаскал столько подлещиков, окуньков и плотвы, что было уже не стыдно и возвращаться в лагерь. Так я и сделал.

У палаток меня встретил только Сема, он сидел возле самой реки и брился.

— А где остальные? — спросил его я.

— Тсс, дрыхнут. Наловил чего?

— Да.

— Покажь.

Я показал Семе свой улов.

— Нормально, — констатировал он, — на ушицу нам хватит, молодец. Иди поспи, а то небось и не спал вовсе.

Я не отказался, меня действительно клонило в сон после утренней прогулки. Даже сапоги Залыгина не могли теперь помешать мне уснуть. Я влез в палатку, спихнул с моего места развалившегося Женьку и тут же отключился.

Проспал я долго, из палатки вылез уже в полдень, разбудив по дороге и Тамерлана. Народ уже давно позавтракал, а Светка с Наташкой даже почистили мою рыбу. Наверное, ребята сделали и разминку, Сема бы их просто так не оставил. Теперь все занимались самым приятным времяпрепровождением: купались и загорали. Сема, Игорь, Лыков и Женька лежали на травке рядом и что-то лениво обсуждали. Я подошел и присел рядом. Светка принесла мне мой завтрак, рисовую кашу с тушенкой.

— Саня, тут у нас спор вышел, — обернулся ко мне с улыбкой Сема, — Света нам рассказала, как у тебя украли Тамерлана. И как у них стройку чуть не спалили. Это ты, значит, Андрея Николаевича предупредил?

Я с удивлением глянул на Светку, она сидела и улыбалась. Ну чего с нее взять, у девчонок язык длинный. Но о моем шпионстве-то она не знала, или ей все рассказал ее папа? Или Женька? Я с подозрением глянул на друга. Тот сидел как ни в чем не бывало. Однако было ясно, что Семе теперь про меня все известно.

— Ну я, — согласился я. — Козинов просил меня пошпионить. Не буду ж я его слушать. А как узнал, что они замышляют… Сами понимаете…

— Так ты еще и шпионил? — Сема даже сел от удивления, а Светка даже рот открыла.

Тут я понял, что только что сам себя выдал, и настолько я растерялся от собственной глупости, что даже не нашелся, что и сказать.

— Он что, платил тебе? — спросила Светка.

— Я ему все вернул, — поспешил я ее успокоить. — И деньги я брать не собирался, просто так было надо, а то бы он все понял.

— Что понял? — Светка глядела на меня с нескрываемым подозрением.

— Ну, что я не буду участвовать в их деле…

— Так ты же уже участвовал, — не отставала Светка.

— Я мог бы и отказаться, — пожал я плечами, — но тогда они грозились увести Тамерлана, да и стройку бы вашу спалили.

Я начинал уже злиться, тоже мне, устроила допрос с пристрастием. Ври теперь, выкручивайся.

— Тамерлана у тебя и так украли, — заметила Светка и наконец потупила взгляд в землю. А то так и светила на меня своими серыми глазищами. Дыру сверлила, как сказал недавно Залыгин.

Впрочем, не знаю, как Сему, а Светку мое объяснение явно удовлетворило.

— Не мое дело давать советы, — продолжил Сема, — но только не связывались бы вы, ребята, с Козиновым и его бандой. Дерьмо это, а не люди.

— Козинов не глупый парень, — почему-то возразил я.

— Может, и не глупый, но уж больно наглый. Все они наглые. Наглость — это у них главный козырь. Видишь, их в этот раз, с твоей, кстати, помощью, прижали, и сидят они тихо. А так ищут кого послабее и прижимают сами. Хорошо Светкин отец — человек крепкий, другой бы и сдался, а наглости нельзя давать поблажки. Я такие примеры знаю. Потом, знаете, ведь кое-что только с виду страшно, а на самом деле и не страшно вовсе. Вот еще до армии был у меня случай.

Сема начал травить очередную байку, и я понял, что меня уже оставили в покое.

— Жил я тогда в нормальном пролетарском районе, у метро "Коломенское". Народ у нас там самый разный, и еще общежития с лимитой. Я и тогда был уже крепкий, но в драки ни в какие сам не лез. В общем, мирным был человеком.

И вот как-то утром в страшную жару захотелось мне квасу. А очередь длинная была у палатки, да еще на солнцепеке. С полчаса стоял, наверное, если не больше. И квас этот цедится у продавщицы тоненькой такой струйкой. У меня внутри все пересохло, сил нет. Я накануне с ребятами в первый раз перебрал водки. Но стою, жду очереди. И тут подходит мужик, ну, парень лет двадцати, но для меня-то он мужик был. Отодвигает плечом двоих, передо мной стоящих, и говорит продавщице: "Любашь, налей-ка мне кружечку". Очередь молчит. Я хоть и сам никогда без очереди не влезал, но в таких случаях тоже молчал всегда. Как-то даже неудобно было. А тут, видно, мне голову напекло. Я вышел из очереди ухватил его за пиджак и говорю: "Друг, ты тут не стоял, вон очередь-то какая, посмотри". Короче, он на меня полез было, а я вдруг ему так врезал с правой. Сам не знаю, как у меня тогда получилось, только такая вдруг подкатила злоба. Вырубил его вчистую. Обернулся, смотрю — передо мной у лотка никого нету, и Любаша мне уже кружку наливает, хотя я стоял с бидоном.

Дальше было еще лучше. Со мной стали здороваться на улицах незнакомые ребята и мужики. Меня стали пропускать, опять же незнакомые, в очереди за пивом. Я все в толк не мог взять, что ж это такое, откуда полрайона вдруг узнало, что меня мама назвала Семеном. Идешь по улице: "Здорово, Семен!"

Потом ребята рассказали: этот малый, которого я тогда вырубил около квасной палатки, оказался самым крутым бойцом среди местной шпаны. Такой организованной преступности, как сейчас, тогда еще не было, но группировки, конечно, были. Вот он и был среди местных самым крутым, и его, естественно, боялись. А я не знал, кто это. А если бы знал, так и не прославился бы…

Сема закончил и наблюдал, какое впечатление произвел на нас его очередной рассказ.

— Так ты предлагаешь, что ли, нам всем идти метелить Козинова? — спросил Игорь.

— Ни в коем случае! — испугался Сема. — Я лишь к тому, что бояться не надо и наглости потакать нельзя, А очертя голову лезть в драку хуже не придумаешь. Или в гордую позу становиться, вы мне, мол, не страшны, все мне по фигу, тоже опасно. Тут надо быть осторожным, если хотите, даже тактичным. И опять же самим не наглеть. Вот Коломенцев, тот тоже наглел год от году, и вот результат, нет человека.

— Ты думаешь, это их рук дело? — спросил Лыков.

— Не знаю, может, и их, а может, и нет. Наглость до добра не доводит.

— Козинов тут ни при чем, — вмешался я.

— Откуда ты знаешь? — удивился Сема.

— Знаю и все, но точно.

— У него папа частный детектив, — язвительно заметил Женька, который последнее время начинал доставать меня больше и больше, лишь дело касалось затеянного мной расследования.

— А что, Владислав Александрович занимается убийством Коломенцева? — еще больше удивился Сема.

— Не знаю, — ответил я. — Вроде не занимается. Он мне не докладывает.

— Откуда ж ты тогда знаешь, что Козинов не виноват, — опять пристала Светка.

— От верблюда. Просто, когда Коломенцева убили, Козинов в другом месте был, на свадьбе у друга. Я слышал, как они об этом на пляже болтали. И потом, Козинова милиция проверяла, все оказалось чисто.

— Так кто же тогда убил? — спросил Лыков.

— Мало ли кто, — ответил ему Сема. — Говорю же, Коломенцев наглел год от года, богател и наглел одновременно, а наглость до добра не доводит.

— А ты его откуда знаешь? — настал мой черед задавать вопросы.

Сема глянул мне в лицо, помолчал, потом все-таки ответил.

— Я его давно знаю. Знал то есть, — подсевшим голосом поправился Сема. — Даже одно время учились вместе. Еще в школе. Когда я из Афгана пришел, даже когда уже институт окончил и тут обосновался, встретились опять. Он здесь гостил у меня, еще в моей старой сараюхе. В общем-то я потом и посоветовал ему сюда перебираться. Ему понравились эти места, как и мне в свое время. Деньжата у него и тогда уже водились, он ведь в Афгане не пропадал и потом времени зря не терял. Но тогда он еще не такой был, нормальный. Это потом все менялся, год от года. Так что купить здесь участок для него большого труда не составило. Только землю он взял не в Узорове, а в Митяеве. На берегу реки, как стоит его дача, тогда можно было только в Митяеве участок взять, а он поближе к реке все хотел, купаться любил. Вот там и поселился. А теперь… Знал бы я, чем все закончится, не позвал бы… Вон как дело-то обернулось… Но последние годы наши с ним изнесменСем кас ещЏ У наюТолькны.одит.

Р отеалився на хпинЃ и пѾложн себе п глѰза Ёук , иакЀываясь Ѿт собнце Все оолчал,.

— Кнь, — Џ полернулся к ѴругЃ и тазбѰвил яеостиую фшенЃ  — Џы знаешь?,кого Џ сегодня.утром ва рЋбалкавстретил?/p>

— Козо?

— Далыгина. /p>

— Ну Ѹ что-

— Д купа мгрюм-забрался,!/p>

— Да.этот муда тот заѱерет,я, нишь ды зюдай сядом ие было, /p>

— Нв такЃю фанЌ. А тобусы-о есе не т У н Наверное, Ѿн сут оде то яядом истночь оротирюл с пчарн, то-о еамерлан ва раза ватл.

— Ч на малыгина не однособиа нилаеЂ. Нятья, что и?— вмзразил іенька, /p>

— НвхЂар — спросил Џ, посажениый дще обной дѾгаѴко,.

— Сот ммзбщеот него.в коере ряЇетыя. Альше у ничего Ёпроши ать ве стал а ооднялся Ё туавыи пошел к Светка,.

Статик дл провтелбыттро Ал педиз Аидавато, у своенней да ушреннейулов., а ва вЂорое вечаая бруошеа с Нусесбодави. Хотом Ѧ воедил нес еместной шесваИльиПроска, т катороги пѾлЃчилосвое вазвале сао. Тесвврстароя, посЂрома еЉе в XVI ека и воЁстоновиа е XVII тоже оЇень прат ат но ге нашеузнровЁкат нЀавить все ж больше. /p>

Сгда мЋ варнулось, Ѓже влижвся нчар и коадиискатѵль нап было совираться ѸспѾбнѸть здумаеное А я Ђоже оое-что ѷдумае только твсе. дЀугом.Мне ѽап было соешиЂь, атезакочиллось. Яя решил оействивать

МЀачнЋй дбравмалыгина нѾбнѸсть нанималв тоЂ двнь пои ѼыслѸ. ВЁе смладываеось з однЃ ѸруонЃ Соди глѰнистой площадке Џвно ѾставилЗалыгин. Вкого пЉе вогу дыть яапоги,сосановшиѵсяс Нлик й печственно, войны Но Ѹго ! Ко оттавилЁлед, ЂоЂ дукрал велисилд. Тльше ѽекоши Дыугох слѵдовтам ие было, Залыгин урошо Снаетіенька вар Ѐ закозым иолодом родит  — заачит, Азнал, кде оенька Ёвой Ѳелисилд. тавиЂ. НхЂарна воЀа не дала,л, в т Залыгин. он п коерЃ прЏЇетыя. Акто экрал велисилд. ЂоЂ дукл, Ѝто туже давно позл. Начит, Аалыгин. Волько зечем?!Впрочем, что у е незжео. Тсе итак уодит я.

П подошел иСеме Ѹ табятам,собиралшим я на хскаки

— Сама, Џ в лзорове доушре Ёвнят, ади?

— ДаЇем?!— удивился Сема.

— ЗзаЀез недо, — вкоторый яе ровЂвсл я  — Я лм сЀазу не Ёказал но гня сдит лиочень пЀосилав этот ѽчарпридарь. Онес ести пуду , Азедкохотел, меѽя том ском-то ѿозвакомѸть, что уколЋ васалт,я, нточно у нсам не лнаю. /p>

— Ну, ѽап Ђак недо, — вожал ѿлечами,Сема. — Днй.

Ѐ Тамерлана ѷдесь гттавиЈь? — упросила Светка.

— Ят, хсоби, войыи Двтраутром вы припвн

Через нлтаЀа Їаса сбыл уже к Узорове, Рокит лиЁтрашно Ѓдивилось, Ѓжиделменя дол, да ище боз в ще , скоторый я саѻ.

— Что Ёлучалось,?— замслокоиѻась.мама  — Ды дорягался Ё ребятами ?Со метов?— змеЂоже оыло уже нсе известно.<— Не ас ѽапе?— ведкѾложн онинаконец ,пѾлЃчилпои Ѽтри"атиьные?ответЋ напредуу е гопросы.

Ѐ Ч на, моа, — Џ потловел ее  — просЂо я по ас сосѺЃюлся. Апалаткитесно, Џ всарн,не вспалЌя, чешил пЀидарь.дол, вѰс ѽвилть, оЂораться

Мома Ѓспокоиѻась. а оопа ѽичего не п глыес,он пол че, но вглянываена меня с нодозрением.<Н доржикли, иосмотрии тепвиѷор а ооЂом рпошел к своЎ камнеу нлезв поЁте.ьст Азевда, Ѓснуѻ, но япал яолько в трѵх Їасов ѽочѸ. Хоред Ђем бак дожнься, тзавѵлбыдил ы.и и сЃнь его яебе под ндушн, что ы зе прослть

М ри Їаса еыдил ы.и ирозванел Я выѻез из -од ндецла, Ђихо.одежся и пткрылокоо. Тади?меня слиплула керя. ТЌс, чѵрт Всутлонлуѽно,свети, свабе отѲ щешегкамнеу Їерез пкоо.,я сидел вамерлана, дпоговил прочЃньшегося Жкеря.и тунуЉе о яеснозадаие гпр

Пролись зЀидрытЌ опо и Ђихо.оЂветти пЁа на десто. Ям сего удожн ,вглѰди?, в ж ботом вѵрнулся к своЎ камнеу нлыѻез иокоо. ТниидѰ я усоби, ве бые тже сиета о, н и начь он вог Џолько впор иту дело которогтзавумае./p>

По усЂым Ђем ым ЃлицаѼ взорова ,прижимаюсь Ѿзамсаж, я иоспешил Ѻ длму малыгин. который пхоѴил я савсе. да другакамцесао. Надротивэтого мбноЍтоного веказистѾго ванн сЁ за усниый дустСеЀени за ким Џ и пезвозамлю. Ать,мне пЀолись з оЇень полго, Я наошибся:в своех продкѾложнния,, а м превда,мне пЀосЂо ѿолеѷло ТусЂымилт пЏтнодцатЌ по ле уѾго как сзателся, нз Аол,по лЋшал,я:влуЅой Ѻашѵ.ь шаги а мЉе волт Їерез песятЌ-вЏтнодцатЌ Ёлиплула коѴиая беря. и напосаге иоявлл я сзр в свое онычно онѻаснии,и судочками всук

Р осторна мосаге иосмотрина набо иакрперя.и ѿЀосствевал мемо, наже не нзглядьв моЎ фторону, Теперь Ћмиг вристрпить зѸспѾбнѸниясвое о паана. /p>

Всдалесе не кользо мнлт ,пока алыгин сногь в в у, я обул,я:вЂое о ЍкрЋтиЏ и пшел к Ѻал,т у. Вм меѽя на интересѾвал, сЂелбмотреть Ёараѹ. Дожен Ѷе нде то Ѵыть яарЏЇн венька велиси