Прочитайте онлайн Пять лимонов на мороженое | Глава 21Обманутый банк

Читать книгу Пять лимонов на мороженое
3916+2448
  • Автор:

Глава 21

Обманутый банк

– А я думала, ты любую систему взломать можешь! – протянула Катька, разглядывая согнувшегося над клавиатурой брата.

– Любую систему можно сломать, если у тебя есть время – а к ней есть доступ! – буркнул Вадька. – У этих банковских умников прямой доступ в Интернет имеет только детский банк, и один компьютер у этих… эйчаров… в смысле кадровиков! Через него новичков тестируют, обсчитывают их тесты и ответы рассылают. Я в него еще вчера залез, а толку! Ни один из этих компьютеров не имеет выхода во внутрибанковскую сеть. Она у них намертво закрыта! Если бы Кисонька мой жучок не воткнула – фиг бы я к ним подобрался!

– Жучок там, а сама Кисонька где? – проворчал Сева. Банковский день закончился, Сева уже успел до «Белого гуся» добраться, и даже драный комбинезон и кепку сменить на нормальную одежду, а рыжей все не было. И мобильник отключен… А вдруг она сейчас крадется банковскими коридорами в погоне за разгадкой банковской тайны? Да нет, чепуха! Разгадка этого дела – в документах! Только он ее почему-то в упор не видит. Сева снова тупо уставился на документы из синей папки, отщелканные скрытой на Саляме камерой.

– Ну а ты – тоже не понимаешь, как надурили наш банк? – Похоже, Катька полностью разочаровалась в мужской половине их агентства.

И как эта малая всегда умудряется безошибочно ткнуть в самое больное место!

– Как – я разобрался! – рявкнул в ответ Сева. – Уникально! Афера на грани фантастики! Бухгалтерша получает доверенность и письмо, и в полной уверенности, что действует по распоряжению хозяев, открывает новую фирму и берет на нее многомиллионный кредит. Дальше, по идее, эта фирма должна каждый месяц выплачивать банку проценты – между прочим, сотни тысяч евро – и еще понемногу возвращать так называемое «тело» кредита… Ну, в смысле, те самые миллионы, что одолжили! – пояснил Сева. – Но не возвращает – и дело попадает в коллекторное агентство. Которое тут же начинает действовать – арестовывает счета учредителей, то есть наших Петра с Анной, третий-то неизвестен. А эти счета – в их собственном банке!

– Получается, банк арестовал сам себя? – обалдела Мурка. – Ну не целиком, конечно, но какую-то часть себя… – уточнила она. – А не проще им было бы пока начать платить – ну, чтоб не было ареста… Председатель же говорил, что они на этом теряют больше, чем пять миллионов.

– Ха! Ха! Ха! – Сева изобразил зловещий хохот. – А вот тут-то и прячется бесконечное коварство плана! Каждый думает, что аферу провернул другой! Петр валит на Анну, Анна – на Петра. И оба отказываются платить – по принципу: лучше сдохну, но не сдамся! – Сева помолчал и добавил задумчиво: – Знаете, они вроде как даже пробовали договориться, но потом нашлось это письмо в синей папке, и Анна Викторовна снова обозлилась на мужа. Даже шваброй побила… Я все думаю – кто его мог подкинуть? Там были наш заказчик, бухгалтерша, ну я еще…

– Может, сама Анна и подкинула? – предположила Катька. – А потом спектакль разыграла…

Сева покачал головой:

– Слишком много денег она на разброде в банке теряет.

– А вдруг этой тетке муж так осточертел, что она готова все потерять, лишь бы ему козью морду сделать? – поддержала Катьку Мурка.

Сева поморщился:

– Слишком это все… по-человечески! А тут надо рассуждать по-банковски – кто со всего этого безобразия выиграет?

– Ну, наверное, тот, кто прямо сейчас акции нашего банка на международной бирже скупает? – меланхолично предположил Вадька. – Все как Большой Босс передал. Я на биржевой канал вышел, сижу и наблюдаю – покупает, гад! Вот еще купил… – добавил Вадька, наблюдая за сменяющимися на экране цифрами. – И недорого совсем, видать, кризис сказывается.

– Плюс общее печальное положение банка, о котором еще не знают вкладчики, но уже знают на бирже, – грустно добавил Сева.

– А мы можем эту покупку остановить? – жалобно спросила Катька.

– Все сейчас само остановится – биржевой день закончился! – бросил взгляд на часы Сева. – Странно, чего ж он так поздно начал? Хотя… Ничто не помешает ему завтра продолжить!

– Ну, по крайней мере, денежки наши не пропадут, – бодро сказал Вадька. – Покупатель – кто бы он ни был – собирается наш банк сохранить. Иначе зачем бы он так тщательно шифровался от здешних вкладчиков? – пояснил он на вопросительные взгляды остальных.

– Может, он просто боится, что вкладчики начнут скандалить, и это помешает покупке? – пессимистически пожал плечами Сева. Потом вдруг оживился: – Погодите! Этот парень из Англии, который звонил Кисоньке от Большого Босса – он ведь передал, что деньги идут со счета в нашем банке? А говорили – пустой счет, забрали деньги… Вадька, ты можешь выяснить – чей?

– Не могу, – совершенно спокойно сообщил Вадька.

– Почему?

– Потому что такого счета в нашем банке нет! Только не надо ахать и охать: «Как – нет? Почему – нет?», – взорвался он, и стало видно, что спокойствие его – напускное. – Нету – и все! Хотя есть еще информация, запертая под личными кодами учредителей. Может, он там, – неохотно добавил Вадька.

– Но ведь ты эти коды взломаешь, правда? – с надеждой спросил Сева.

– Меньше американских фильмов смотри! – снова озлился Вадька. – Только там героический хакер сел за компьютер, по кнопкам пальцами побегал и вошел в систему вражеской ракетной базы как к себе домой. Учредители, они же на самом деле могли какой угодно код поставить: хоть комбинацию цифр, хоть имя собачки, которая в детстве была! Нет, в конце концов, я код подберу, вот только когда? Может, через неделю, а может – через месяц. А этот, финансовый гений, который всю аферу придумал – он уже завтра весь банк к рукам приберет!

– Ну если не весь, то приличный кусочек, – согласился Сева. – И главное, он умудрится сделать это на деньги самого же банка! То есть получается… – Сева замер, открыв рот. – Получается, деньги-то, пять миллионов, на самом деле из банка и не уходили! То есть сперва они попали на счет, который «Сан-инвест» открыл в этом же самом банке. Потом исчезли с этого счета – и теперь лежат на другом, которого вроде бы нет в банковской базе данных, но с которого акции банка скупаются на Международной бирже. А оттуда деньги просто вернутся обратно в банк! Ничего себе! Пять миллионов лежат, где и лежали, а сам банк поменяет хозяина! – Сева длинно присвистнул. – И ведь как ни обидно признавать, тот, кто придумал всю эту схему, и правда – гений. Ну или, по крайней мере, талант!

– Вся операция прошла исключительно через компьютеры? – ошарашенно пробормотал Вадька. – А что, если разбираться в системе и иметь все коды доступа – даже особых знаний не потребуется. Так, на уровне продвинутого пользователя. Да, но неужели никто не заметил, что в системе кто-то шухарит?

– А кто б заметил? – переспросила Мурка. – Системщик же в больнице! – Она вдруг встала и потянулась, выгибая спину. – Я вот думаю, Катька, а не засиделись ли мы с тобой, а? Остальные все время при деле, одни мы почти не участвуем… Может, пока Кисоньки нет, съездим к этому недовешенному системщику в больницу, поинтересуемся, чего его вешаться потянуло? Только ли от того, что учредители ему нервы трепали?

– Думаешь, это он – тот самый неизвестный? – жадно спросил Сева.

– Ну кроме учредителей, кто еще мог знать все коды? Программист!

– Между прочим, он в психушке! – сообщил Вадька. – Туда всех неудавшихся самоубийц отправляют. Не в отделение для психов, а такое специальное – для сильно нервных! Чтоб нервы им на место поставили. Наш вообще в платной палате, за него банк платит, – он кивнул на экран компьютера, видимо, эту информацию удалось нарыть в одном из банковских файлов. – Вот, Караваев Владимир Владимирович, вторая палата, третий этаж… Лечащий врач… Процедуры… О, его тут и гипнозом лечат! Его сеанс – последний на очереди, в семь часов вечера.

Все дружно поглядели на часы:

– Была бы машина – точно бы успели! – невольно воскликнула Мурка.

– Зачем вам его гипноз? – игнорируя это высказывание, буркнул в ответ Сева.

– Мало ли что человек под гипнозом увидит, мало ли что кому расскажет, – неопределенно пожала плечами Мурка.

– Ну если мало ли что… – протянула Катька, – тогда я вызываю такси – и беру с собой Евлампия Харлампиевича!