Прочитайте онлайн Призрак в Венеции | ЕЩЕ О РАКОВИНЕ

Читать книгу Призрак в Венеции
4416+1200
  • Автор:
  • Перевёл: Юрий Хазанов

ЕЩЕ О РАКОВИНЕ

Сильные руки обхватили ее, когда она уже почти падала через барьер, головой вниз, в темные, глубокие воды лагуны.

Нэнси была бледна как смерть, сердце чуть не выскакивало из груди. Но все-таки собралась с духом, попыталась осознать, что с ней, и поняла: голова ее крепко прижата к груди Дона Мэдисона, а его руки обвились вокруг нее железным кольцом.

— Вы в порядке? — прозвучал над ее ухом голос.

Она могла только молча кивнуть, их взгляды встретились и задержались, прежде чем они сами оторвались друг от друга. И оба, как видно, испытали облегчение после вынужденных объятий.

— Кто-то вроде толкнул вас, — проговорил Дон. В голосе его слышалась злость.

— Да. Не знаю, случайно или… А еще я сломала каблук и совсем потеряла равновесие.

Они, как по команде, посмотрели вокруг, но что могли они увидеть? Все спешили взойти на борт парохода, никто не обращал на них внимания. Не было никакой возможности определить, кто именно толкнул Нэнси и зачем.

Внезапно она вспомнила о чувстве, которое преследовало ее на пути сюда: будто кто-то непрерывно наблюдает за ней! Неужели могло так быть, что от самого дворца Фальконе она была объектом преследования? Зачем?

Однако если так, толчок, что она получила, определенно не случаен!

Ей стало по-настоящему страшно. Кто-то хочет ее смерти? Или это что-то вроде предупреждения: мол, если не прекратит совать нос в чужие дела, с ней может случиться то же, что с Рольфом Иганом?! Она содрогнулась.

Дон, который наблюдал за выражением ее лица, спросил сочувственно:

— Вы в самом деле в порядке? Все прошло? Он неуверенно обнял ее за плечи. Нэнси нашла в себе силы улыбнуться.

— Нормально, Дон. Не беспокойтесь… Только вот с каблуком неувязка. Придется похромать немного.

Кажется, это был первый раз, что она назвала его по имени. Он помолчал, как бы колеблясь потом выговорил:

— Как насчет того, чтобы позавтракать здесь? После всего, что было? Не мешает, а?

— Я бы с удовольствием, но меня будут ждать во дворце. Один человек…

На лице его успела смениться целая гамма чувств: от радости, когда только она произнесла «с удовольствием», до огорчения от слов «меня будут ждать» и снова к успокоению, когда она добавила, что ее подруга Тара Иган приглашена к дневному чаю в дом маркиза и нужно ее там встретить.

— Ладно, — сказал он. — Значит, до вечера, надеюсь.

— Конечно. И спасибо, что показали мне квартиру Пьетро Ринальди… И за все остальное.

— Не за что!

На обратном пути в Венецию Нэнси с опаской смотрела на всех, кто был близко от нее, и старалась находиться подальше от борта парохода. Ее мысли все время возвращались к тому моменту, когда она чуть не оказалась в воде — и оказалась бы, если б не Дон Мэдисон.

Какое это все-таки жуткое переживание! Но, как ни странно, чем больше она думала и вспоминала о нем, тем радостней становилось на душе. Чудеса, да и только!..

Нэнси полагала, что чай будет сервирован, как вчера, в саду, но, видимо, одноглазый угрюмый дворецкий Доменик решил по-другому: чтобы все происходило предельно формально — в огромной гостиной, где и полагается принимать гостей.

— Va bene, va bene, — бормотал он, когда Нэнси пыталась выразить ему свои пожелания. — Ладно, ладно…

И продолжал накрывать на стол в гостиной.

«Хитрый старый пират, — говорила про себя Нэнси, улыбаясь, несмотря на некоторое раздражение. — Я тебя вижу насквозь: ты понимаешь по-английски ровно столько, сколько сам хочешь…»

Но и в гостиной, где работал кондиционер, ярко светило послеполуденное солнце и не было летающих насекомых, как в это время в саду, оказалось не так уж плохо.

Тара была просто ошеломлена великолепием дворца и, видимо, не замечала или не обращала внимания на следы упадка, в котором тот давно уже находился.

— Ух, — говорила она, — расскажу обо всем матери и соседям! Вот они уши развесят, когда узнают, что я пила чай в самом настоящем дворце! Да еще венецианском! Да еще с маркизом!

Она была еще больше поражена, когда ее лично приветствовал сам маркиз, владелец дворца, и даже поинтересовался, где она остановилась и как себя чувствует.

— Зачем вам пансион? — воскликнул он со страшным возмущением. — Это безрассудно! Вы должны переехать сюда и завтра присутствовать на нашем традиционном маскараде. Я правильно говорю, Нэнси, дорогая?

— О, это было бы чудесно! — воскликнула Тара, прежде чем Нэнси успела ответить.

— Значит, так и решим! Я пошлю служащего уладить дела в пансионе и забрать ваши вещи, юная леди.

Тара была вне себя от счастья, но, когда попыталась выразить маркизу свою благодарность, он величественным жестом отвергнул все ее излияния.

— Prego… Пожалуйста, не надо. Прошу вас… без этого. Нам на маскараде как раз не хватает такой тоненькой и стройной блондинки…

Потом появился отец Нэнси, он тоже познакомился с Тарой, произнес слова сочувствия ее горю и выразил удовлетворение по поводу того, что у дочери появилась такая приятная подруга.

— Вам вместе будет не так тоскливо здесь, — сказал он. — Потому что окружающая нас красота не всегда спасает от чувства одиночества и скорби.

— Да, да, вы правы! — воскликнула Тара со слезами благодарности на глазах.

Она давно не встречала, — если встречала вообще, — таких вежливых и обходительных людей…

Со стороны центрального холла прозвучал звонок, и через некоторое время Доменик вошел в гостиную и объявил о новом госте. Он вручил маркизу его визитную карточку, и они обменялись несколькими быстрыми фразами на венецианском диалекте. После ухода дворецкого маркиз повернулся к гостям.

— Пришел некий англичанин, — объяснил он, — по имени Оливер Джойс. По-видимому, собиратель предметов искусства. Прошу меня извинить, я вынужден узнать, что он желает.

Но до того как маркиз вышел из комнаты, дворецкий уже ввел нового гостя. Это был высокий, одетый с иголочки мужчина со сверкающей лысой головой, обрамленной короткими рыжеватыми волосами.

— Дорогой маркиз, — лучезарно улыбаясь, заговорил он от порога, протягивая руку хозяину, — как любезно с вашей стороны, что вы согласились принять меня! Конечно, я должен был сначала написать вам, но случилось так, что я проезжал рядом с вами по Большому каналу и не мог отказать себе в удовольствии посетить ваш дворец! Мне повезло, что застал вас дома!

Далее мистер Джойс объяснил, что он не только коллекционер, но и торговец предметами искусства.

— До меня дошли сведения, — продолжал он — что вы собираетесь расстаться с некоторыми из семейных сокровищ. Это печально, но могу я узнать, соответствуют ли слухи действительности? Маркиз печально улыбнулся.

— Увы, дорогой сэр. Случилось несчастье — похищен мой служащий, и я должен за короткое время собрать весьма значительное количество денег для выкупа. Надеюсь, моим банкирам удастся получить некоторые суммы под залог фамильных оливковых рощ и других земельных угодий. Если же нет… — он улыбнулся еще печальнее, — придется расстаться с последними предметами старины… Но только не сейчас… Не прямо сейчас.

И все же маркиз согласился показать гостю дворец и находящиеся в нем ценности. Вскоре гостиную покинул и отец Нэнси: ему нужно было написать несколько деловых писем. Девушки остались в одиночестве допивать свой чай.

— Ты спрашивала меня о каких-то раковинах? — вспомнила Тара, обращаясь к Нэнси.

— Да, — ответила та. — Произошла удивительная вещь. Вот что я обнаружила вчера у себя в чемодане…

Нэнси показала принесенную из комнаты раковину — снежно-белую, ту, которую называют «крыло ангела».

Тара смотрела на этот предмет, широко открыв глаза. Она сидела совершенно неподвижно, не отводя застывшего взгляда от раковины. Как завороженная.