Прочитайте онлайн Прекрасное пробуждение | ГЛАВА ВТОРАЯ

Читать книгу Прекрасное пробуждение
2216+510
  • Автор:
  • Перевёл: И. Филимонова
  • Язык: ru

ГЛАВА ВТОРАЯ

Криста недовольно нахмурилась, услышав звонок в дверь. Мансарду, где располагался ее рабочий кабинет, отделяли от входной двери три лестничных марша большого особняка викторианской эпохи. Она поселилась здесь с тетей после смерти родителей.

Кто бы сейчас ни звонил в дверь, он в любом случае не имел на это права. Все знали, что ее рабочие часы неприкосновенны, ей нельзя мешать.

Тетя предпочитала работать в маленьком кабинете, примыкающем к складу товаров, в котором они хранили ткани, но Кристе больше нравилась просторная комната с окнами на север, где она могла спокойно заниматься и ее никто не отвлекал.

Где она обычно могла спокойно заниматься, поправила она себя, когда в дверь снова позвонили. Ну что ж, она не собирается открывать. Кто бы это ни был, ему придется уйти. Прежде чем она уедет в Уэльс сегодня вечером, ей нужно завершить проект, над которым она работала. Люди, ничего не сведущие в этом бизнесе, всегда удивлялись, насколько она заглядывала вперед в своей работе.

Образцы тканей, которые Криста сейчас изучала, появятся на рынке только следующим летом. А отдел дизайна вместе с модельерами ушли еще дальше. Они разрабатывали цвета и модели, которые появятся в продаже в зимнем сезоне через два года.

Дизайнеров увлекла тема двадцать первого века с космическими сюжетами. Особенно пристальное внимание завоевало созвездие Водолея по причине каких-то изменений звезд, понятных только ученым, но с интересом обсуждаемых обывателями. В образцах, которые сейчас рассматривала Криста, присутствовали небесные символы: звезды, солнце, луна вместе с различными вариантами изображения Водолея и водными сюжетами. Окраска образцов представляла собой гамму голубых и зеленых цветов, а также песочных оттенков — от бледного беж, до темно-золотого.

Криста задумчиво вертела в руках кусочек темно-синего дамаста — она рассматривала тонкие ткани образцов на столе перед собой до тех пор, пока не нашла то, что искала. Темно-золотая парча хорошо смотрелась с дамастом. Хорошо, но немного мрачновато, размышляла Криста, представляя себе, как разные комбинации тканей будут смотреться на показе мод. Ткань цвета морской волны с золотыми солнцами создавала драматический контраст с одноцветными тканями.

Ее постоянный заказчик из дома моделей, очень лестно отзывался о ее коллекции тканей, но покупал не так много, как ей бы хотелось.

— Мило, но очень дорого, — сказал он как-то об одном из образцов дамаста сочных изумрудных тонов, который она показывала ему.

— Дорого, потому, что материал высокого качества, — возразила Криста. — За это десятилетие такие ткани приобретут неслыханную популярность у покупателей, а нынешние дешевые материалы выйдут из моды.

— Ммм. В моем бизнесе я не всегда осмеливаюсь забегать так далеко, — сухо ответил он.

Дверной звонок умолк. Криста удовлетворенно улыбнулась, но снова нахмурилась, когда в дверь принялись трезвонить с прежним упорством.

Кто бы это ни был, он явно не собирался уходить.

Доведенная до бешенства, она отшвырнула образцы, которые изучала, и ринулась вниз по лестнице.

Когда она добралась до входной двери, то не только окончательно вышла из себя, но и выбилась из сил. Отбросив прядь волос, все время падающую ей на лицо, и придерживая ее одной рукой, Криста открыла дверь.

— Послушайте, — раздраженно начала, было она, — я работаю…

Ее голос замер, когда она увидела, кто был непрошеным гостем.

Дэниел Гесхард. Что ему здесь нужно? Может быть, он пришел сказать ей, что передумал и берет свой вызов обратно?

Насмешливое выражение, появившееся у него, когда Криста предстала перед ним на пороге, свидетельствовало о том, что он появился не затем, чтобы, теребя в нерешительности шляпу, вымаливать у нее благосклонность. Девушка густо покраснела, когда поняла, что его забавлял вид ее босых ног.

У Кристы была привычка расстилать образцы на полу и, сбросив туфли, ползать на коленях, рассматривая ткани. Она никогда раньше не думала, что босые ноги могут выглядеть сексуально, но теперь чувствовала, что ее щеки начинают пылать, а она сама безуспешно борется с желанием зарыть большие пальцы в ковер в тщетной попытке, как-то спрятать их от его взгляда.

Он оказался гораздо выше, чем ей подумалось при первой встрече, от него исходило ощущение необычайной крепости и мужской силы. На нем были джинсы и рубашка пастельно-голубого цвета, расстегнутая на груди. Криста почувствовала, что ее и без того красные щеки приобретают багровый оттенок при воспоминании о том, что именно в такую одежду она облачала его в глупых фантазиях.

Надо отдать ему должное: даже в моем разнузданном воображении он не был так хорош в джинсах, неохотно призналась себе Криста. Это несправедливо. Ни один мужчина не имеет права быть обладателем таких длинных ног и таких мускулистых бедер!

Она вся напряглась, когда Гесхард, так и не дождавшись приглашения, переступил порог и вошел в холл…

Криста нервно сглотнула. Позволить ему застать ее в таком неприглядном виде: в поношенном топике, но очень удобном, поэтому она и любила ходить в нем дома. В облегающих леггинсах, знавших лучшие времена; без макияжа; с растрепанными волосами, выбившимися из-под заколки. Откуда у него ее адрес? — размышляла Криста, искоса рассматривая гостя. Ей пришлось нехотя признать, что он очень привлекательный мужчина, с мужественными правильными чертами лица. Она слегка вздрогнула и поспешно отвела взгляд.

— Что вам здесь нужно? — нахмурилась Криста, пытаясь взять ситуацию под контроль, пока он внимательно изучал коллекцию тканей, собранную ею во время учебы в колледже. Тетя настояла на том, чтобы ее повесили в холле, и очень гордилась Кристой.

Ее следовало давно снять, недовольно подумала Криста. Гесхард отвел взгляд от коллекции и внимательно посмотрел на нее.

— Что мне здесь нужно? — повторил он. Что-то в его взгляде заставило ее почувствовать себя так, словно она ступила на тонкий лед и не может обрести равновесие на этом опасном отрезке пути.

— Я хотела сказать — что вы здесь делаете? — быстро поправилась она.

— А-а.

Сардоническая улыбка искривила его губы. Криста с самого начала настроилась враждебно по отношению к нему, поэтому, ее приятно удивило бы такое тонкое чувство юмора в любом другом мужчине, но с ним нужно быть осторожней. Она знала ему цену. В конце концов, это в его интересах — переманить ее на свою сторону. Эти томные взгляды всего лишь средство, с помощью которого он надеется изменить ее мнение о своем драгоценном Центре.

— Я приехал, чтобы забрать вас, — ответил Гесхард на ее вопрос. — Центр не так уж легко найти…

— Забрать меня? Я вам не посылка! — возмутилась она. — И если учесть, что я умею сама добираться до самых Богом забытых мест без посторонней помощи, сомневаюсь, что найти дорогу в ваш Центр станет для меня неразрешимой проблемой.

— Вы все еще хотите пройти курс нашего обучения?

Криста окинула его гневным взглядом. Неужели он действительно считает, что она могла передумать?

— Конечно же, я хочу пройти курс обучения, — сердито проворчала она.

— Отлично.

— Но занятия начинаются завтра не раньше десяти часов утра, а у меня еще есть работа, которую мне нужно закончить, так что, если вы меня извините… — ядовито начала Криста.

Гесхард удивленно приподнял бровь.

— Последний местный поезд отправляется в четыре часа от ближайшей станции. У вас еще достаточно времени, чтобы собрать вещи.

Поезд? Криста с глупым видом уставилась на него.

— Но я не собиралась… Я не собиралась ехать поездом. Я пользуюсь машиной.

— Боюсь, что в данном случае вам придется отказаться от подобной привычки. Нашим клиентам не разрешается приезжать на личном транспорте, — сказал он тоном, не допускающим возражений.

— Но я не думала, что вы…

— Это было упомянуто в нашей брошюре, — как бы извиняясь, напомнил он. — Я посылал вам копию.

Да, действительно, она получила брошюру, но тут же отшвырнула ее, не потрудившись даже перелистать. Она тогда была слишком сердита за то, что он вовлек ее в эту историю, из которой все равно ничего не выйдет, а она позволила ему сделать это.

— Вот почему я решил, что, может быть, вы оцените то, что я предлагаю подвезти вас…

Криста подозрительно смотрела на него прищуренными глазами. Какова настоящая цель его визита? Она была уверена, что он пришел не затем, чтобы искать ее расположения. Если она не приедет вовремя к началу занятий, он имеет полное право объявить, что она отказалась от их соглашения, и воспользоваться ее неявкой в качестве доказательства того, что она испугалась оказаться побежденной.

— Я не могу сейчас ехать, — раздраженно возразила Криста. — У меня незаконченная работа, и вещи не собраны…

— Ничего страшного. Я подожду…

Подождет?.. Где? Ну, только не здесь, решила Криста. Но Гесхард, казалось, придерживался другого мнения и снова начал внимательно изучать ее коллекцию.

— Очень мило… — сказал он. — У вас удивительное чувство цвета. А вы знаете, что выбор таких сочных тонов, особенно с присутствием красного оттенка, говорит о сильной личности с амбициями.

— А вы, конечно же, специалист в подобных вещах, — насмешливо заметила Криста.

— Это один из предметов, которые я изучал, — согласился он, не заметив презрительных ноток в ее голосе или по крайней мере сделав вид, что не заметил. Криста была уверена, что в нем, может быть, все фальшиво, кроме его воспитанности, поэтому, скорее всего, он просто подавляет свои чувства… стараясь усыпить ее бдительность, создав у нее ошибочное ощущение безопасности. Ну что ж, она скоро заставит его признать свое поражение.

— Вы только зря теряете, время, — предупредила Криста. — Не думайте, что, проведя месяц или даже полгода в ваших горах, я изменюсь сама и переменю взгляд на жизнь. И, кроме того, — с вызовом бросила она, прищурив глаза, — я точно знаю, что продолжительность подобных курсов не больше двух недель, разве я не права?

И Криста с триумфом отметила озадаченное выражение, появившееся при этом на его лице. Некоторое время он, смутившись, не знал, что сказать. Пытаясь скрыть свое замешательство, он поспешно отвернулся от нее, не позволив рассмотреть выражение его глаз. Что в них было: смущение или гнев? Криста неожиданно развеселилась. Если ей удалось задеть его за живое, тем лучше.

Она не боится его гнева, ей даже хочется довести его до бешенства. Когда такие люди теряют над собой контроль, они выдают себя с головой.

— Обычно это так, — согласился Гесхард, — но в вашем случае…

— Вы решили дать себе фору, увеличив время учебы вдвое больше положенного? — язвительно предположила Криста.

К удивлению Кристы, он не стал даже пытаться отрицать обвинение. Вместо того, чтобы сказать что-нибудь в свою защиту, он посмотрел на нее взглядом, от которого у нее бешено забилось сердце, гулко отзываясь в груди.

— Все равно из этого ничего не получится, — быстро отозвалась Криста. — Я не собираюсь менять свое мнение…

Этот долгий спокойный взгляд удивил ее. Она понимала, что ему ничего не останется делать, как признать ее враждебное отношение, но никак не ожидала, что он позволит ей заметить, как ему это неприятно. Подобные мужчины обычно хорошо умеют владеть своими чувствами. Криста считала, что он попытается создать видимость полного безразличия к ее враждебности. Он же принял брошенный вызов. Она поняла это по особому блеску его холодных серых глаз. Если бы Криста была наивной дурочкой, то, без сомнения, попалась бы в сети этого особого мужского магнетизма, исходящего от всего его облика, блеск его глаз заставил бы ее сердце биться быстрее, а ее тело…

— Вы очень уверены в себе.

Блеск, в глазах сменился холодным испытующим взглядом.

— Да, уверена, — твердо сказала Криста, — ибо хорошо себя знаю.

— Вы знаете себя настоящую или имеете в виду ту женщину, которой позволяете себе быть? Вы понимаете, сколько стрессов порождает подобный жесткий контроль над своей личностью?

Криста гневно сверкнула глазами.

— Я уже поняла, что вы хорошо разбираетесь в подобных вещах. Скажите… чем именно вы занимались до того… до того, как примазались к популярному движению так называемых профессионалов, которые на самом деле всего лишь, слащавые обманщики, подпевающие своим клиентам елейным голоском? — ядовито спросила Криста, стараясь оскорбить его.

Она ждала, что разразится буря: серые глаза потемнеют от гнева, чувственный рот перекосится от негодования и на нее обрушится поток брани и ответных оскорблений, чтобы, как можно больнее задеть ее, но, к удивлению Кристы, ничего этого не последовало. Он просто сказал:

— Я читал лекции по психологии в Оксфордском университете. Не хочу подгонять вас, но будет лучше, если мы отправимся в путь прямо сейчас. Хорошо бы приехать до наступления темноты. Сегодня стояла безветренная погода. Скорее всего, придется подключать запасной генератор, основного будет недостаточно…

Поспешность, с которой он сменил тему разговора, его кажущееся спокойствие и тихий голос быстро охладили пыл Кристы. Она чувствовала себя так, словно на нее вылили ушат холодной воды. Ее мысли спутались, а нужные слова никак не приходили в голову. Криста рассердилась, но теперь гнев был вызван скорее ее собственным поведением, чем словами Дэниела Гесхарда.

Преподаватель психологии…

— Все это есть в брошюре вместе с характеристиками профессиональной пригодности других членов нашего коллектива.

Этот тихий ответ заставил Кристу густо покраснеть от стыда.

— Генератор, — повторила она, воспользовавшись его собственной тактикой. — Значит, у вас нет постоянного снабжения электрическим током?

— Да, к Центру не подведены провода высоковольтного напряжения, — согласился он. — Электричество вырабатывается при помощи ветровой энергоустановки. Мы в Центре стараемся, как можно меньше зависеть от внешнего мира: сами вырабатываем энергию, выращиваем овощи и фрукты. Мы даже пытались обеспечить себя мясом, но у нас ничего не получилось.

— Почему?

— Овцы становятся ручными, и никто не отваживается, послать их на бойню, — объяснил он. — То же и с курами: никто из нас не может заставить себя отрубить им голову.

Мысленно Криста сопоставила его рассказ с тем, что она видела в деревнях Индии и Пакистана. Там люди не могут позволить себе роскошь держать прирученный домашний скот.

Он словно прочитал ее мысли, тихо сказав:

— Я понимаю, что вы сейчас думаете. Может быть, вы и правы. Но смогли бы вы хладнокровно поставить свою подпись под смертным приговором?

Его восприятие действительности привело Кристу в замешательство.

— Это зависит от того, чье имя стоит в этом приговоре, — решительно сказала она.

Ее уже стали порядком раздражать его постоянные улыбки в ответ на любые ее замечания. Он должен злиться, чувствовать себя оскорбленным, как человек, задетый за живое. Гордость и эгоизм должны выдать его, представив обманщика в истинном свете. А он вместо этого проявляет редкое терпение и, кажется, находит ее поведение даже забавным.

Пришлось признать, что противник опасней, чем она думала. Криста не приняла всерьез его заявление о том, что после месяца занятий на его курсах она полностью изменит свое представление о жизни. Она теперь хорошо его знала, тем более имела представление о роде его занятий, и заверила себя, что нет никакого риска, вновь попасть под его влияние. Ему не удастся воспламенить в ней чувство симпатии, как это случилось при первой встрече. Но велика ли цена этому ее заверению?

— Что не так?

Криста невольно насторожилась. Он выбрал странное словосочетание. Дэниел не спросил: «Что-то не так?» Он задал вопрос в такой форме, словно очень хорошо ее знал. Это «Что не так?» подразумевало его полную уверенность в том, что у нее на самом деле что-то не в порядке.

— Что не так? — Она смерила его ледяным взглядом. — Все в порядке, — съязвила Криста, — если не принимать во внимание такие пустяки, как то, что вы прервали меня в самый разгар очень важной работы, фактически силой ворвались в мой дом и пытаетесь полностью контролировать мою жизнь…

— Но решение принимали вы, — непринужденно напомнил он. — В любой момент можете отказаться.

Лжец, хотелось крикнуть Кристе. Он ведь хорошо понимал, что она не может отказаться, иначе опозорит себя. Она резко повернулась, собираясь уйти, но услышала, как он сказал вслед:

— Вам нужно упаковать, по крайней мере, три смены верхней одежды и теплый плащ, который защитит вас от непогоды. Когда у нас идет снег…

— Снег? — Криста обернулась. — Но сейчас октябрь, — насмешливо возразила она. — В это время года в стране не бывает снега.

— Вполне вероятно, но в Уэльсе другой климат, и там идет снег. Тем более Центр расположен в горах, достаточно высоко, чтобы иногда снег шел даже в начале сентября. Между прочим, у вас есть горные ботинки? — окликнул ее Дэниел.

— Горные ботинки?

— Они были упомянуты в списке снаряжения, которое может вам потребоваться.

Список, без всякого сомнения, находился в брошюре, которую она выбросила, уныло подумала Криста. Интересно, что еще она упустила из-за своего упрямства и глупой гордости?

— Нет у меня никаких горных ботинок, — мрачно отрезала она. — Но мне они все равно не понадобятся. Я не собираюсь заниматься горным туризмом.

Если она рассчитывала, что он примет ее вызов и будет спорить с ней, то ее опять ожидало разочарование… Он непринужденно продолжил, словно Криста ничего не говорила:

— Но вы можете об этом не беспокоиться. В маленьком городке, недалеко от нашего Центра, есть замечательный магазинчик спортивного снаряжения. Вам понравится там бывать — всем нравится. В этом маленьком городке часто проходит распродажа крупного рогатого скота. Вам понравится…

Криста устало воззрилась на него.

— Я так не думаю, — поспешно отреагировала она. — Я горожанка, и, боюсь, наблюдать, как несколько фермеров торгуются из-за пары потрепанных овец, вряд ли доставит мне удовольствие… — Это было неправдой. Кристу начинала беспокоить та легкость, с которой он угадывал ее мысли, словно читал раскрытую книгу.

— Нет? — Его темная бровь взметнулась вверх. — Это противоречит тому, что я слышал о вас. По-видимому, торговцы на фабриках Индии и Пакистана научились вести себя очень осторожно в присутствии английской леди.

Криста насторожилась. Откуда он это узнал?

— Покупать ткани — моя работа… а наблюдение за покупкой овец таковой не является. Кроме того, я всегда считала, что характерной особенностью подобных курсов является то, что люди перестают думать о работе и учатся играть, — насмешливо парировала Криста.

— Наша характерная особенность, как вы изволили выразиться, состоит в том, чтобы научить людей жить полноценной жизнью со сбалансированными интересами. Люди должны понять, что потребности духовные куда важнее для них, чем материальные.

— А как же психологические травмы, появляющиеся у бедных сотрудников в результате постоянных стрессов, — едко отпустила очередную шпильку Криста. — Как грандиозны потребности рядового работника, как благородна роль того, кто освободит его от них. Но ведь перед вами реальный мир, населенный людьми, которые голодают… умирают…

— Я знаю, — сказал он спокойно.

Была такая убежденность в тихом голосе мужчины, что Криста слегка покраснела и отвела от него взгляд, растерянная и смущенная.

— Я не могу помочь всем голодающим — это не в моих силах, — но я могу помочь людям прийти к согласию с самими собой, научить их жить в гармонии с другими людьми. Если все люди будут жить в согласии, — сказал он мягко, — не будет войн и голода. Я подожду вас внизу, ладно? — неожиданно произнес он.

Криста взглянула на него озадаченно. Его слова заставили ее почувствовать что-то… Он сбивал ее с толку и смущал и уже не первый раз заставал врасплох, так что она начинала чувствовать себя куклой на ниточках, которой он управлял, как хотел.

Осторожно, предостерегла она себя. Если ты сейчас поторопишься наверх, то позволишь ему добиться своего, но ты не должна. Помни, кто он, ведь он не тот, кем кажется. Он психолог, он знает, как люди ведут себя, как они реагируют, и он знает, как создать определенный образ и добиться чьего-то восхищения и симпатии.

Ничего, скоро он узнает, что ее не так легко обмануть, и, прежде чем закончится месяц ее пребывания в Уэльсе, он горько пожалеет о своем глупом заявлении, что может изменить ее взгляды на жизнь. Только Бог мог добиться этого от Святого Павла по дороге в Дамаск, но Дэниел Гесхард всего лишь простой смертный.

Простой смертный… Она замерла, поставив ногу на следующую ступеньку, сердце тревожно екнуло в груди. Этот мужчина не так уж прост, и ей следует постоянно помнить об этом.