Прочитайте онлайн Пожар любви | Часть 3

Читать книгу Пожар любви
2016+772
  • Автор:
  • Перевёл: Евгений Абрамович Кац
  • Язык: ru
Поделиться

3

Он только улыбнулся и сунул список в карман. Там будет видно. Дамьен хотел, чтобы она чувствовала себя перед ним в долгу, но внутренний голос приказывал ему не форсировать событий. В отличие от большинства женщин, которых он знал, Фредди Шариве не искала себе мужчину. И тем не менее нашла его. Похоже, они сумеют договориться. Он прекрасно знал, чего добивался, но Фредди должна думать, что инициатива принадлежит ей. Он может подождать. А когда придет время, скажет свое слово. Чутье подсказывало ему, что дело того стоит. Однако тогда Дамьен еще не знал, что Фредди займет в перечне его завоеваний особое место. Единственное и неповторимое.

…Фредди захлопнула дверцу машины, мысленно готовясь к новой встрече с Дамьеном Берже.

Верный слову, тот уже ждал ее на тротуаре перед входом в огромный универмаг «Спортивный мир».

Она сунула сумку под мышку и решительно пошла к магазину, при каждом шаге ощущая, как узка ее мини-юбка. Распахнутый короткий и прямой жакет, из-под которого была видна белая блузка с узким V-образным вырезом, годился как для офиса, так и для ранней весны, но Фредди прекрасно знала, что этот костюм шел ей, и сурово осуждала себя за то, что выбрала именно его.

Как ни привлекателен был Дамьен Берже, она не собиралась вступать с ним в любовную связь, тем более сейчас. Шел самый тонкий и щекотливый этап процесса усыновления Эме, и ничто не должно отвлекать ее от намерения стать матерью. Даже намеком. Главную роль в этом играет недоверие, которое Эме питает ко всем мужчинам на свете. Так что мужчина в данный момент был нужен ей как рыбке зонтик. Если бы она собиралась замуж, это еще туда-сюда. Но бойфренд исключается категорически. Да и не мастер она по этой части. Вечно отвлекает то одно, то другое. Опыта с Ксавье вполне достаточно…

Но если бы она собиралась снова вступить в связь, то не смогла бы найти лучшего мужчины, чем Дамьен Берже. Похоже, он искренне сочувствует людям, которые беднее его, а Фредди на собственном опыте убедилась, что это бывает очень редко. Как жаль, что они познакомились в столь неподходящее время! Впрочем, может быть, и не жаль. Если бы не Эме и забота о его будущем, она могла бы влюбиться в Дамьена Берже… и, наверное, безнадежно.

Фредди ответила на его улыбку, подошла и по привычке протянула руку. Но Дамьен не стал обмениваться рукопожатиями, а взял ее за руку и повел ее к двери магазина.

— Как раз вовремя. Не знаю ни одной женщины, которая приходила бы точно в назначенный час.

— Если так, то вы общались не с теми людьми, — холодно ответила Фредерика, освобождая руку. — Все женщины, которых знаю я, так же точны и пунктуальны, как и мужчины.

Дамьен смерил ее взглядом, сделал шаг в сторону и пропустил в дверь.

— Фредди, кем вы работаете?

— Я адвокат, — лаконично ответила она. Увидев, что у него отвисла челюсть, она слегка улыбнулась.

— Похоже, вы правы, — придя в себя, сказал он. — Я действительно общался не с теми женщинами.

Фредерика невольно засмеялась.

— Ну, с чего начнем? — спросила она.

— Давайте поднимемся на последний этаж и обойдем магазин сверху вниз, — предложил Дамьен и повел ее в секцию трикотажных тренировочных костюмов.

Поход за покупками оказался совсем не таким, к которому готовилась Фредди. Похоже, Берже решил потратить куда больше денег, чем казалось ей необходимым. Он настоял на том, чтобы все элементы формы были желто-голубыми: футболки, трусы, гетры, щитки, наколенники и даже бутсы: Вопрос, кто должен платить за снаряжение для Эме, вызвал у них ожесточенный спор.

— Почему Эме должен платить за то, что остальным достается даром? Это несправедливо, — заявил Дамьен.

— Другие дети просто не могут позволить себе платить.

— Это тут ни при чем. Вы и так делаете достаточно, тратя на них свое свободное время.

— Я смотрю на это по-другому.

Дамьен улыбнулся и коснулся ее носа кончиком указательного пальца.

— Никакой суд не примет такой аргумент, а я тем более. Сдавайтесь, тренер.

Фредерика вздохнула и признала свое поражение.

— А вы сами случайно не адвокат?

— Не угадали.

— Кстати, не скажете, чем вы занимаетесь в «Бержера телевизьон»?

Дамьен на мгновение запнулся, но потом пришел в себя и с улыбкой ответил:

— Кое-кто считает, что практически ничем. В данный момент я руковожу программой повышения квалификации. Многие служащие высокого ранга не имеют понятия о том, что известно простому продавцу. Они видят процесс только через призму отчетов и документов и ничего не смыслят в практике. Моя задача состоит в том, чтобы изменить это.

— Значит, профессиональный праздник продавцов — это ваше детище?

— Каюсь, виноват.

— И что, получается?

— Поживем — увидим. Мы посылаем администраторов в магазины, разбросанные по всей стране. Пока что отчеты разноречивые, но я думаю, что это позволит компании получить ценный опыт и решить, какие действия по дальнейшему завоеванию рынка следует предпринять в ближайшее время.

— По-моему, блестящая мысль, — ответила Фредерика и с удивлением заметила, что глаза Дамьена потемнели, став почти черными.

— Серьезно? — Он подошел к ней, поднял руку и осторожно провел кончиком пальца по ее высокой скуле. — Я польщен. Спасибо.

У нее перехватило дыхание. До этого момента Фредерика уверяла себя, что ухаживания Дамьена лишь плод ее воображения, но сейчас никаких сомнений не оставалось. Она ощутила радостное возбуждение, но через секунду вспомнила об Эме и интуитивно отстранилась.

— Мы… нам еще нужно кое-что купить — пробормотала она.

Дамьен улыбнулся от уха до уха, как уверенный в себе хищник. От этой улыбки по коже Фредерики побежали мурашки, а сердце безудержно заколотилось. Она испуганно устремилась к прилавку с футбольными мячами, борясь с желанием броситься наутек.

Дамьен посмотрел вслед удаляющейся Фредерики и с удовлетворением отметил, что она покачивает бедрами куда обольстительнее, чем прежде. Да, она смущена, но сомневаться не приходится: его усилия принесли плоды. Все прошло даже лучше, чем он надеялся.

Вслед за Фредерикой он подошел к секции, но вопреки ее ожиданиям не клюнул на облюбованную ею сетку с мячами, продававшимися по специальной цене. Он прекрасно знал, что этим мячам по меньшей мере два года, что это остаток нераспроданной партии, который производитель уступил магазину бесплатно или почти бесплатно в обмен на новый крупный заказ. Такие мячи годятся для игры с родными или соседями, но что от них останется через час тренировки шестнадцати малышей? Нет уж, дешевые вещи нам не по карману… Но Фредерика стала спорить.

— Они еще совсем маленькие и не почувствуют никакой разницы.

— Но они должны ее чувствовать.

— Согласна. Раз так, купим дешевые мячи для тренировки и пару дорогих для игры.

Но Дамьен покачал головой.

— Подумайте сами. Если на тренировке они привыкнут к легким и мягким мячам, то во время игры просто не сумеют справиться с более тяжелыми и твердыми. Тогда провал обеспечен.

Она вздохнула и сдалась.

— Уф… Когда я бралась за это дело, все казалось куда проще.

Дамьен хмыкнул.

— Обычная история. Будь по-другому, половина дел вообще осталась бы невыполненной.

Ее золотистые глаза заискрились.

— Это верно.

Они купили полдюжины дорогих мячей, два свистка на цепочках, сетки для ворот, вратарскую форму и несколько фляжек. Против фляжек Фредерика категорически возражала, доказывая, что дети будут обливать друг друга водой.

— Конечно, — с улыбкой согласился Дамьен. — Но им будет весело, а это самое главное, верно?

Как ни круги, а выходило, что он опять прав. В глазах Фредерики сияла такая благодарность, что у Дамьена сжалось сердце. Он ощущал удовольствие, гордость и в то же время непонятное и непривычное чувство вины. Отогнав от себя эту мысль, он зарылся в кучу налобных лент и поролоновых держателей для шнурков.

Когда с покупками было покончено и им назвали общую сумму, Фредерика ахнула.

— Я же говорила, что этого слишком много! Нам не нужны тренировочные костюмы, налобные ленты и…

Дамьен взял Фредерику за руки, сверху вниз посмотрел в ее серьезное лицо и почувствовал, что она застыла как манекен. Эта искренняя, неравнодушная женщина действовала на него как глоток свежего воздуха. До сих пор Дамьен знал только одну такую представительницу прекрасного пола — свою сестру. Но Амели не стала бы мешать ему тратить деньги. Правда, Амели знает, что он может купить весь этот магазин, не нанеся ни малейшего ущерба своему банковскому счету.

Внезапно он вновь ощутил чувство вины. И тут же забыл о нем, увидев кончик языка, нервно облизывавший пухлую нижнюю губу Фредерики. Им овладело яростное желание, простительное только подростку. На мгновение — лишь на одно мгновение — ему захотелось наклонить голову и поймать губами этот розовый язычок. Должно быть, она почувствовала это, увидела в его взгляде, ощутила летавшие между ними искры, прочитала его мысли, потому что внезапно сделала шаг назад, убрала язык и сжала губы. И только тут до Дамьена дошло, что он едва не поцеловал женщину на глазах у всех. Он опомнился, обнял Фредерику за плечи и увел подальше от секции.

— Мы пришли сюда за спортивным инвентарем. Именно его я и покупаю.

— Но вы слишком много тратите, — возразила она. — У вас будут трудности с начальством.

— Это моя забота, — промолвил он, вновь ощутив укол вины. — А вас должно волновать только одно. Вы хотите, чтобы эти малыши могли состязаться с другими?

— Конечно, хочу. Сами знаете.

— Тогда молчите и не мешайте мне делать то, ради чего я сюда пришел.

Фредерика закусила губу и посмотрела на него.

— Просто я не хочу навлечь на вас неприятности.

Чувство вины нахлынуло на него снова, причем с такой силой, что он едва устоял на ногах. Оказывается, лгать человеку в глаза очень трудно… Он вздохнул и неохотно открыл ей часть правды.

— Компания тут ни при чем, ясно? Я плачу за это сам. — Когда Фредерика открыла рот, он поднял руку ладонью наружу. — Не ругайте меня. Я могу себе это позволить. Без труда. Тем более что мне этого хочется. Я люблю детей.

Как ни странно, он говорил правду. Дамьен уже видел, как они бегают по полю в форме с иголочки, ничем не уступая детям из других команд. И очень обрадовался, когда Фредерика протянула руку и прикоснулась к его щеке.

— Вы хороший человек, Дамьен Берже, — прошептала она, — но вы действительно уверены, что можете позволить себе такие траты?

Вместо ответа Дамьен вынул из кармана пачку кредиток и начал пересчитывать их. Когда набралось достаточно, чтобы заплатить за покупки, он показал Фредерике остаток.

— Я был готов заплатить вдвое больше.

Она посмотрела на пачку и подозрительно прищурилась.

— Вы кто? Вице-президент компании?

Дамьен хмыкнул.

— Ни в коем случае. — Это была правда. — Просто у меня много ценных бумаг. — И это тоже была правда.

Фредерика вздохнула и сказала:

— А от моего бизнеса проку как от козла молока.

Дамьен только улыбнулся.

— Зато ваше дело правое. — Он круто повернулся и пошел к кассе.

Она неохотно последовала за ним. Ее одолевали противоречивые чувства: нежелание, чтобы Дамьен тратил так много, и стремление, чтобы у детей было все самое лучшее. Когда он расплачивался, она не спорила. Кассирша позвала двух крепких продавцов, и те помогли донести покупки до машины. Места в багажнике маленького седана не хватило, и сумки пришлось класть на заднее сиденье.

Дамьен дал продавцам на чай. Когда молодые люди ушли, он дружески улыбнулся Фредерике и непринужденно, но в то же время очень уверенно предложил:

— Может быть, поужинаем вместе? Я проголодался.

Фредерика улыбнулась в ответ, но, к изумлению Дамьена, решительно сказала:

— Нет, спасибо.

Какое-то время Дамьен только хлопал глазами и лишь потом вспомнил, что нужно улыбаться.

— Ай, бросьте. Бьюсь об заклад, вы тоже хотите есть.

— Мне очень жаль, — сказала она и с грустью покачала головой.

Дамьен лишился дара речи.

— Тогда давайте выпьем, — наконец выдавил он.

— Я не употребляю алкоголя.

— Если так, то кофе. Или что-нибудь прохладительное.

Она вздохнула, снова покачала головой и открыла дверцу машины.

— Большое спасибо за вашу щедрость. Дети будут в восхищении.

— Но… Я думал, что нравлюсь вам! — порывисто выпалил Дамьен.

— Нравитесь, — просто ответила она. — Если вам это интересно, то наша первая игра состоится через неделю. В понедельник, в пять пятнадцать в парке Варенн.

Сбитый с толку ее отказом, он смотрел на нее во все глаза.

— До свидания, — весело сказала Фредерика, села в машину и уехала.

Он не верил своим ушам. Просто стоял с открытым ртом и смотрел вслед машине, выезжающей со стоянки. Наконец он понял, что его отвергли, густо покраснел, подбоченился и покачал головой.

Все напрасно!

Чувство унижения было таким сильным, что он не знал, как с ним справиться. Никто и никогда так не разговаривал с Дамьеном Альбером Бержера, тем более женщины! А вот Дамьену Берже дали от ворот поворот, причем весьма недвусмысленно. Это ему не понравилось. Очень не понравилось. Черт побери, почему она отказалась?! У нее не было для этого никакой причины!

Ну ничего, утешил он себя, по крайней мере у детей будет все необходимое. Дамьену очень хотелось увидеть их удовольствие, но мысль о посещении игры или новом выходе в свет с Фредерикой Шариве вызывала у него инстинктивное отторжение. Собственная реакция разозлила Дамьена. До сих пор он никого не избегал, — даже Рене! — а игра лучший предлог для новой попытки.

…Всю следующую неделю он продолжал думать о малышах и Фредди. Нашла ли она человека, хоть немного разбирающегося в футболе? Понравилась ли детям форма? Научились ли они играть командно, пасовать и бить по мячу?

В четверг Дамьен не знал, что делать: то ли отправиться на тренировку, то ли назначить свидание какой-нибудь сговорчивой девице. Но никто не пришел на ум, а сталкиваться с Фредерикой ему не хотелось тоже. В результате он без приглашения явился к сестре и остался обедать. Впрочем, назвать обедом макароны с сыром, горох, зеленые бобы и сосиски мог бы только такой неразборчивый и непритязательный человек, как его трехлетний племянник Анри.

Впрочем, Анри всегда поднимал ему настроение. Избалованный родительской любовью, он командовал взрослыми как хотел. И при этом был так мил, что оставалось только млеть и подчиняться. Поэтому Дамьен, собиравшийся вместе с зятем Шарлем смотреть баскетбольный матч, вскоре обнаружил, что прислушивается к репликам Шарля, неподвижно лежа на полу и изображая скоростное шоссе, по которому взад и вперед ездит мусоровоз величиной с ладонь, управляемый маленькой, но уверенной рукой.

Шарль был хорошим инженером-теплотехником, но спортивный комментатор из него оказался никудышный. И все же когда Дамьен вернулся домой, его настроение улучшилось. Проснувшись среди ночи, он понял, что рано пал духом. Фредерика явно пригласила его на игру в понедельник. Пожалуй, эта мадам вовсе не такая несгибаемая, как ему показалось. После этого он уснул с улыбкой на губах, а в понедельник ушел с работы раньше пяти часов — возможно, впервые в жизни.

Площадка в парке Варенн отличалась от тренировочного поля как небо от земли, однако Дамьен без труда нашел своих желто-голубых «Болидов». В секторе, отведенном для болельщиков их команды, сидел кое-кто из родителей, так что Фредерика его не заметила. Следующие сорок пять минут оказались настоящим мучением. «Болиды» пропустили три гола, хотя счет и не объявляли. Дети просто не знали, что им нужно делать. Малыши, которые могли бы играть, просто пинали оказавшийся рядом мяч, не имея ни малейшего представления, в каком направлении тот должен лететь. Другие были полностью равнодушны к футболу и вместо него играли в песочек, в том числе и вратарь. Третьи, совсем сбитые с толку, стояли, таращили глаза и совали палец в рот. В отличие от них соперник не дремал.

Он начал подсказывать им с места. Тут Фредерика заметила Дамьена и стала передавать его команды игрокам. К концу тайма кое-кто из малышей действительно принял участие в игре. Паскаль лучше других понял всю бесславность их дебюта. Как только игра закончилась, он подбежал к кромке поля и громко сказал:

— Черт побери, мы продули!

Фредерика тихо отчитала его за недопустимые выражения и отправила детей обменяться рукопожатиями с игроками команды-соперника. А потом объявила, что на этой неделе состоятся две тренировки. После чего детям раздали апельсины и яблоки, погрузили в два микроавтобуса и ветхий седан, принадлежавшие разным родителям, и увезли. Остался один Эме, помогавший Фредерике собирать мячи, форму, сетку для ворот, мини-холодильник и аптечку. Дамьен сунул руки в карманы джинсов и направился к Фредерике.

— Не повезло, — сказал он.

Фредерика только фыркнула.

— К везению это не имеет никакого отношения! — Она вздохнула, провела рукой по волосам и призналась: — Тренер из меня никудышный.

— Думаю, без помощника вам не обойтись.

— Я пыталась кого-нибудь найти. Но все отцы заняты на работе. А матери так же беспомощны, как и я. Представитель лиги сказал, что тренеров на общественных началах в этом году очень мало.

Дамьен потер ладонью шею и неожиданно для самого себя предложил:

— Может быть, я попробую?

Фредерика отвернулась и неохотно промолвила:

— Кажется, вы разбираетесь в этой игре.

— Но не как специалист.

— По сравнению со мной вы специалист, — сказала она и посмотрела Дамьену в глаза.

Он только пожал плечами.

После паузы она продолжила:

— Наверное, вам придется поговорить с представителем лиги и заполнить соответствующие документы.

Он усмехнулся.

— Думаю, с этим я справлюсь.

Она благодарно улыбнулась ему.

— Как бы там ни было, а новая форма нашим малышам очень к лицу.

— Да уж. — Довольный Дамьен покачался на пятках.

Тут Эме дернул Фредерику за рукав, посмотрел на нее снизу вверх и жалобно спросил:

— Ну что, мы можем ехать домой?

— Сначала мне нужно подписать протокол игры, — с сожалением ответила она и пошла к центральному кругу, где ждали молодой судья и тренер соперника.

Дамьен посмотрел вслед Фредерике, обратил внимание на ее голубые джинсы и бледно-желтую тенниску и велел себе не забыть купить пару спортивных костюмов для тренеров. Желательно попросторнее. Одобрить такие джинсы было невозможно. Они слишком обтягивают ее красивую женственную попку.

— Ну чего уставился?

— Что? — Захваченный врасплох Дамьен посмотрел на мальчика. — Ах… Гм… Я подумал, что твоей маме тоже понадобится тренировочный костюм.

Эме угрюмо посмотрел на Фредерику, потом на Дамьена, после чего стало ясно, что мальчик и мужчина поняли друг друга без слов. С таким же успехом малыш мог бы крикнуть на весь стадион: «Руки прочь от моей мамы!» Дамьен невольно задумался, как маленький ребенок мог прийти к столь правильному и совершенно взрослому выводу, но тут вернулась Фредерика.

— Ну что, поехали? Я есть хочу! — взмолился Эме.

— Конечно, милый. Что ты скажешь, если я закажу на обед пиццу?

Эме сморщил нос.

— Слишком долго ждать. Хочу куриные грудки и жареную картошку.

Фредерика улыбнулась, кивнула, и Эме побежал к машине. Обернувшись к Дамьену, она сказала:

— Кажется, мне не по силам отучить его от привычки к блюдам быстрого приготовления.

— Я вас понимаю, — ответил Дамьен. — Мой племянник тоже ест только то, что ему хочется. В данный момент это макароны с сыром на завтрак, обед и ужин. Его мать достигает компромисса, добавляя к макаронам овощи.

Она закинула голову.

— И сколько лет вашему племяннику?

— Три года. Замечательный малыш. Но ужасно избалованный.

Эме нажал на клаксон. Фредерика быстро повернулась к машине и пробормотала:

— Мне пора.

И только тут Дамьен понял, что надеялся на приглашение на обед. Увы, оно не последовало.

— Конечно.

— Тогда до завтра.

— До завтра? — эхом повторил он.

— Разве вы не слышали? Теперь тренировки будут по вторникам и четвергам.

— Ах да, верно.

— Утром я позвоню представителю лиги.

— Нет, это я беру на себя, — сказал он, прекрасно зная, что Дамьен Берже не сможет расписаться в ведомости, поскольку такого человека не существует в природе. Напротив, у Ди Эй Бержера никаких проблем не возникнет — конечно, если представитель лиги согласится принять во внимание причину, которая заставляет столь важную шишку хранить инкогнито. — После этого он позвонит вам сам.

— Ладно.

Гудок прозвучал снова.

— Ребенок проголодался, — пошутил Дамьен.

Фредерика только кивнула.

— Еще увидимся.

— Можете не сомневаться, — сказал Дамьен, и она трусцой побежала к автомобилю.

Дамьен смотрел вслед машине и ощущал странную тоску. Он сам не знал, о чем тоскует. Просто чувствовал себя как ребенок, которого не позвали на день рождения. Всех позвали, а его нет. Что особенного в этой Фредди Шариве? Почему она оказывает на него такое влияние? По десятибалльной шкале она тянет максимум на семерку. Ну что ж, семерка — счастливое число…

На мгновение Дамьеном овладело уныние, но он быстро справился с собой, поняв, что до их следующей встречи осталось меньше суток.

…Когда Фредерика выводила машину с переполненной автостоянки, по которой взапуски бегали дети, у нее бешено колотилось сердце. Ее реакции были классическими реакциями девочки-подростка. Будь у нее мозги, она ни за что не согласилась бы на предложение Дамьена помогать ей тренировать команду.

Помогать ей? Смешно. В футболе она не смыслит ровным счетом ничего, что и доказала сегодняшняя игра. После такого позора выбора у нее просто не оставалось. Ребятишкам требуется специалист, а Дамьен единственный подходящий для этого человек. Если бы она отвергла его помощь только потому что рядом с ним чувствовала себя девчонкой, сохнущей по своему первому бойфренду, это было бы чистейшим эгоизмом. Кроме того, он вложил в команду большие средства.

Фредерика радовалась бы этому куда больше, если бы не боялась, что их встречи станут регулярными. Это было опасно. Дамьен Берже — опасный человек. Щедрый, неравнодушный, заботливый…

Но опасный. Очень опасный. Преодолеть его чары нелегко. Она едва справилась с желанием пригласить его на обед… И тут послышался голосок Эме. Казалось, мальчик читает ее мысли.

— Тебе нравится этот малый?

У Фредерики упало сердце, но она сумела сдержаться. Потом подняла руку, отрегулировала зеркало заднего вида и увидела Эме, сидевшего сзади и надежно пристегнутого к пассажирскому креслу.

— Месье Берже? — Она слегка пожала плечами. — Да, конечно. А почему ты спрашиваешь?

Эме отвернулся и уставился в окно.

— А мне нет.

— Он тебе не нравится?

— Нет.

— Он очень щедрый и помог команде.

— Угу.

Фредерика съехала на обочину и остановила машину.

— А чем он тебе не нравится?

Мальчик уставился на свои руки. Иногда он был таким печальным, что у Фредерики разрывалось сердце.

— Потому что ему нравишься ты.

— И это тревожит тебя? Почему?

— Когда какому-то мужчине нравилась моя мама, — тихо сказал Эме, — моя другая мама… Она уходила, и я долго ее не видел. Иногда очень долго.

Фредерика поставила машину на тормоз, повернулась и заглянула ему в глаза.

— Эме, — сказала она, — этого больше не будет. Не будет никогда. — Потом протянула руку и промолвила, проглотив комок в горле: — Разве ты не знаешь, как долго я тебя ждала? Задолго до твоего рождения я мечтала, что ты станешь частью моей жизни. Я хочу быть твоей мамой больше всего на свете. Все остальное неважно. — Эме взял ее за руку и улыбнулся так радостно, что у Фредерики выступили слезы на глазах. — Все хорошо? — спросила она.

— Да, — ответил малыш.

Фредерика включила двигатель и поехала дальше.

— А теперь давай купим тебе поесть, — весело сказала она. У нее ныла грудь, которая не могла вместить всю ее любовь к этому чудесному мальчику. Никакой Дамьен Берже, никакой мужчина не может встать между ними. Страх Эме вполне достаточная причина, чтобы держать Дамьена на расстоянии. Эта мысль причиняла боль, но Фредерика старалась не обращать на нее внимания.