Прочитайте онлайн Пожар любви | Часть 1

Читать книгу Пожар любви
2016+816
  • Автор:
  • Перевёл: Евгений Абрамович Кац
  • Язык: ru
Поделиться

1

Фредерика сидела за столом в своем офисе, будто окаменев, хотя рабочий день давно закончился и вечерний полумрак настойчиво заполнял комнату.

Хотя добродушие и незлопамятность Ксавье позволили им остаться друзьями даже после развода, крах их брака все еще причинял Фредерике боль. Они прожили вместе всего год, после чего Ксавье заявил, что их женитьба была ошибкой. Фредерика не понимала, что муж недоволен ее преданностью работе. Пока она мечтала о детях и ломала голову, как совместить работу с семейной жизнью, Ксавье замышлял развестись с ней.

Как она могла допустить такую ошибку?! Ведь ей казалось, что она любит Ксавье, знает его привычки, изучила его характер…

Честно говоря, за прошедшие с тех пор два года она все еще мечтала о семье, но не о самом Ксавье.

В конце концов она начала подумывать об усыновлении. Временное воспитание приемного ребенка явилось шагом в нужном направлении. Фредерика отчаянно надеялась, что ей позволят усыновить Эме-Поля, очаровательного пятилетнего мальчика, который жил у нее последний год.

…Как обычно, все вышло из-за телевизора. Правильно говорила бабушка: ни в коем случае нельзя оставлять пятилетнего ребенка один на один с телевизором. Детская передача закончилась, Фредерики рядом не было, Эме от нечего делать стал нажимать на кнопки и попал на спортивный канал.

Показывали футбол. Местный «Олимпик» играл с парижанами. За марсельцев впервые выступал этот молоденький латиноамериканец — как его? — Перейра, кажется. Когда игра закончилась, Эме надолго замолчал. Малыш не любил выставлять напоказ свои чувства — жизнь с прежней матерью научила его многому. Но за прошедший год Фредерика успела изучить мальчика и вскоре выяснила, что ему хочется играть в футбол.

В футбол! Как будто на свете мало других игр. А впрочем…

Фредерика призадумалась. Мальчику нужно общаться со сверстниками. Не может же он всю жизнь держаться за юбку приемной матери.

…Визит на ближайший стадион оказался не слишком обнадеживающим. Выяснилось, что набор малышей давно закончился. Но в конце концов администратор смягчился, нашел окно в расписании и даже дал ей список детей, не принятых в группу главным образом из-за отсутствия денег у их родителей. Удовольствие было не из дешевых: плата за аренду поля; взнос в лигу; форма и инвентарь — тоже за свой счет. Но главная беда заключалась в недостатке тренеров, готовых заниматься с детьми бесплатно.

Фредерика тут же взвилась. Это что же получается, на стадион могут ходить только богатые? Черта с два! Во всех газетах пишут, что футбол — самый демократичный вид спорта. Это тебе не теннис и не фигурное катание.

— Если бы вы могли взять обязанности тренера на себя, — сказал администратор — невзрачный лысоватый мужчина лет сорока, — половина проблем была бы решена. Остальное — дело техники. Внесете определенную сумму в кассу лиги, после чего мы предоставим вам поле для тренировки и включим в календарь. Официальные игры проходят раз в неделю на разных полях.

Фредерика заглянула в список. Там было пятнадцать имен; почти половину составляли девочки. Ну это же надо… Раньше ей и в голову не приходило, что мальчики и девочки могут тренироваться вместе. А почему бы и нет, собственно говоря?

— Ладно, — хмуро сказала она. — Работа на общественных началах для меня дело привычное. Сколько и когда нужно внести?

Остановка была за малым — требовалось собрать нужную сумму. Своих денег у Фредерики оставалось кот наплакал. Придется идти по миру с протянутой рукой.

Тысяча франков. Паршивая тысяча франков! Фредерика боролась с желанием швырнуть мятые кредитки в наглую, самодовольную физиономию своего шефа. Юридическая контора, в которой она работала адвокатом, была одной из богатейших на юге Франции, и, естественно, Фредерика обрадовалась, когда Палотен пообещал субсидировать футбольную команду ее приемного сына. Она все еще не могла поверить, что вклад фирмы может составлять какую-то несчастную тысячу франков.

На одну форму и снаряжение для шестнадцати четырех-пятилетних детей из малообеспеченных семей требовалось несколько тысяч франков, но, когда она сказала об этом младшему партнеру адвокатской конторы, тот нахально заявил, что, если бы Фредерика не увлекалась защитой бедняков, а старалась увеличить прибыль фирмы, руководство могло бы по-другому отнестись к ее «маленькому проекту». Этот гад прекрасно знал, что защита бедняков не приносит Фредерике ни цента и что ее банковский счет почти исчерпан. Кроме того, Палотен знал, что последнее дело Фредерики, во время которого она предоставляла убежище для женщин и детей, являвшихся жертвами насилия, обеспечило фирме множество похвальных отзывов в прессе. К несчастью, похвальные отзывы в прессе для конторы «Сибило, Тавернье, Перигор и Палотен» значили очень мало. Особенно по сравнению с твердой наличностью.

Но больше всего Фредерику злило — точнее, доводило до белого каления — то, что Жорж Палотен, женатый человек и ее непосредственный начальник, пялился на ее грудь и намекал, что сделает приличный персональный вклад, если она будет «мила» с ним. Он делал такое предложение уже не первый раз и, к несчастью, не последний. Ее жалобы другим партнерам вызывали сначала улыбки, потом нотации, выговоры и, наконец, тщательно завуалированные угрозы. По иронии судьбы, контора часто вела дела о сексуальных преследованиях — большей частью успешно. Да, попустительство приятелей и знание законов позволяли Палотену выходить сухим из воды, но спускать такие вещи было нельзя. Как только закончится срок ее контракта (который должен был истечь через десять месяцев и пять дней), она уйдет отсюда к чертовой матери. Фредерика устала быть женщиной, взятой в фирму только под давлением общественности и неохотно принятой в клуб старых приятелей, но она еще не нашла себе подходящего места. Какая контора, помешанная на прибыли, захочет взять на работу адвоката с репутацией человека, не желающего защищать подонков за большие деньги?

Полчаса спустя Фредерика стояла у магазина компании «Бержера телевизьон», куда ее привели неотложные дела. Эме и его маленькие друзья рассчитывали на нее. Она толкнула тяжелую стеклянную дверь и вошла в магазин, где заведовал отделом ее бывший муж. Конечно, он тоже не откажется сделать вклад… Негромко постукивая низкими каблуками, Фредди шла через кучи оборудования для магнитофонов, телефонов, телевизоров, предназначенных для специальной распродажи. Компания «Бержера телевизьон» была хорошо известна своими стабильными ценами и значительными скидками, которые приводили в отчаяние ее конкурентов. Кроме того, она имела славу сверхдоходного предприятия, что давало Фредерике не меньшую надежду на успех, чем добродушие бывшего супруга.

Подойдя к стойке, она посмотрела на клерка средних лет в майке с надписью «Бержера телевизьон», надетой поверх нарядной рубашки с длинными рукавами. Обычные продавцы «Бержера телевизьон» были молодыми людьми, упакованными по последней моде. Этот мужчина выглядел скорее управляющим.

— Чем могу служить?

— Ксавье здесь? Скажите ему, что пришла Фредерика.

Услышав незнакомое имя, мужчина растерянно заморгал, а затем показал на дощечку, стоявшую на прилавке.

— Прошу прощения, но сегодня у наших торговых работников профессиональный праздник, поэтому места продавцов заняли представители административно-управленческого персонала.

— Может быть, я смогу его заменить? — прозвучал чей-то голос, и к Фредерике подошел высокий темноволосый мужчина с карими глазами и квадратной челюстью, державший в руке табличку с зажимом.

Потрясающе красивый мужик, подумала Фредерика. Примерно моего возраста, немного за тридцать. Старший мужчина отошел в сторону и освободил место за стойкой; судя по всему, это был знак уважения к начальству. На вновь прибывшем тоже была фирменная майка, надетая поверх рубашки, из чего она сделала вывод, что бедолага встал за прилавок, потому что вытянул жребий. Фредерикой овладела непонятная и тягостная неловкость. Очень жаль, что Ксавье нет, но делать нечего. Взнос в футбольную лигу необходимо сделать завтра, иначе команду не допустят до игр. Если Фредерика не получит помощи, то будет вынуждена снять последние деньги со своего банковского счета и сама внести нужную сумму. Что ж, попытка не пытка…

Она улыбнулась и протянула руку.

— Фредерика Лерминье-Шариве.

Мужчина положил табличку и пожал ей руку. При этом глаза его заискрились.

— Дамьен… гм… Берже.

— Очень рада познакомиться с вами, месье Берже. — Фредерика убрала руку и попыталась успокоиться, но побежавшие по коже мурашки заставили ее закинуть голову и переступить с ноги на ногу. — Есть одна проблема… Надеюсь, вы мне поможете. Точнее, помощь необходима шестнадцати пятилетним детям из бедных семей, которые не могут позволить себе купить даже школьные завтраки, не говоря о бутсах, мячах и форме, нужной для игры в футбол. Я надеялась, что ваш магазин мог бы спонсировать команду — конечно, в обмен на рекламу.

— Понятно.

Берже смерил ее взглядом, и Фредерика невольно задумалась: интересно, что же ему понятно? Борясь с желанием одернуть скромный темно-синий жакет, она пригладила короткие рыжие кудри и расправила плечи.

— Догадываюсь, что тренер этой команды ваш муж.

Эта реплика заставила Фредерику поднять брови. Еще один мужской шовинист?

— Конечно нет. Тренер — я сама.

Улыбка мужчины стала шире. Он наклонился вперед и оперся локтями о стойку.

— Отлично! Я просто подумал… Обычно пожертвования собирают супруги тренеров.

— Ну, поскольку супруга у меня нет, то все приходится делать самой, — парировала Фредерика, удивленная ярким блеском карих глаз собеседника. — У меня есть только пятилетний мальчик, который обожает футбол, но не сможет играть в него, если я не сдвину дело с мертвой точки.

— Это «дело» — команда из шестнадцати бедных детей? — уточнил Берже.

Фредерика кивнула.

— Представитель футбольной лиги дал мне список детей, которых не взяли в команду, потому что у родителей не хватило средств заплатить за них. А я хочу внести нужную сумму и дать им возможность играть.

— Хотя это означает самой собирать средства и тренировать команду, — догадался Берже.

— Да.

Он выпрямился во весь рост, сложил руки на груди и спросил:

— Вы когда-нибудь тренировали футбольную команду?

Фредерика выдержала его взгляд.

— Нет, но я много читала об этом и…

— Вы думаете, что тренировать можно по книгам? — скептически перебил ее Берже.

Она вздернула подбородок.

— Особых навыков в их возрасте еще нет. Самое важное для них — это просто возможность играть.

— Значит, вы не ждете, что они смогут побеждать?

Нет, Фредерика не ждала побед, но не собиралась в этом признаваться. Некоторые команды младшей лиги были оснащены по последнему слову техники и имели способных и опытных тренеров. Правда, большинство таких тренеров занимаются с мальчиками постарше, но представитель лиги сказал ей, что один хороший специалист уже создал команду из пятилеток, которая могла бы «надрать задницу любому сопернику».

Глядя Дамьену Берже в красивые глаза с пушистыми черными ресницами и ярко-карими радужками, Фредерика спросила:

— Вы можете мне помочь или нет?

К ее удивлению, на вопрос откликнулся старший коллега Берже:

— Юная дама, боюсь, это невозможно. Политика «Бержера телевизьон».

— Начальник здесь я, — мягко прервал его Дамьен. Мужчина тут же умолк, как будто Берже нажал на кнопку, но бросил на шефа изумленный взгляд. Дамьен тепло улыбнулся Фредерике и продолжил: — Месье Нерсе хочет сказать, что обычно мы пожертвований не делаем, но, поскольку возможность очень хорошая, я думаю, на этот раз можно сделать исключение.

Фредерика с облегчением закрыла глаза.

— Спасибо. Вы и не представляете себе, как много это для меня значит. Если вам требуется подтверждение, можете позвонить в футбольную лигу.

Пока она говорила, Дамьен Берже подошел к кассовому аппарату и начал нажимать на кнопки.

— О, не думаю, что это необходимо. Я вижу, что вам можно доверять. — Он широко улыбнулся, открыл ящик с наличными и начал их пересчитывать. — Как по-вашему, пяти тысяч франков хватит?

Пять тысяч франков! Фредерика чуть не упала в обморок. Этого хватило бы, чтобы заплатить взнос, и еще около пятисот франков осталось бы.

— Да!

Мужчина постарше ахнул и воскликнул:

— Месье Бер…

Берже властно поднял руку и прервал подчиненного на полуслове.

— Если кто-то будет возражать, я возмещу эту сумму из собственного кармана. Согласны, Нерсе?

Нерсе шумно выдохнул и кивнул. Берже передал деньги изумленной Фредерике. Держа в руке кредитки, она чувствовала себя так, словно встретила доброго волшебника. Дамьен по-прежнему не сводил с нее глаз. Нет ли здесь чего-то большего? — подумала Фредерика, но потом еще раз посмотрела на Берже и мысленно покачала головой. Этот мужчина был настоящим красавцем. Потрясающие глаза, волнистые темно-русые волосы, точеные черты лица, широкие плечи, спортивная фигура… Но этим дело не ограничивалось. От него исходила ясно ощущавшаяся аура мужественности и уверенности в себе. Женщины типа Фредерики не в его вкусе. Если она не смогла удержать Ксавье, то такого мужчину не удержит и подавно. О да, он флиртует с ней. Конечно, флиртует. Это часть его натуры. Возможно, он делает это просто интуитивно, так что рассчитывать на что-то большее смешно.

— Дети будут прыгать от радости, — сказала она ему. — На наших майках будет написано «Бержера телевизьон».

— «Бержера телевизьон» как-нибудь перебьется, — широко улыбаясь, возразил Берже, — а вот вы сэкономите на надписях.

Она засмеялась.

— Да уж!

— Кстати, как называется ваша команда? Вы так и не сказали.

— Ну… Вообще-то мы еще не решили, — призналась Фредерика.

— Вот и хорошо, — ответил Берже. — Я мог бы кое-что предложить. Вернее, раз уж вы будете представлять «Бержера телевизьон», нужно будет выбрать название позвучнее.

— Гм… Понимаете, команда будет решать это голосованием.

Он пожал плечами.

— Нет проблем. И когда же состоится собрание?

— Гм… В четверг. Мы тренируемся на поле Сен-Себастьян. Улица Богарне. Начинаем около шести.

Дамьен улыбнулся.

— Раз так, до четверга. Если не успею к шести, то к половине седьмого буду непременно.

— Договорились. Вы можете подъехать и после тренировки, около семи.

Он потер пальцем висок и сказал:

— Пожалуй, нужно будет свериться с расписанием. Если вы согласитесь дать мне номер телефона, по которому я смогу позвонить…

— Ах да, конечно.

Он вынул из-под прилавка перьевую ручку, взял толстую брошюру, предлагавшую целый комплект телеоборудования, и перевернул ее обратной стороной. Фредерика продиктовала все десять цифр своего домашнего номера, зная, что Сибило, Тавернье, Пери-гор и Палотен по горло сыты ее «душераздирающими проектами». Дамьен Берже переписал их и сверху жирными печатными буквами начертал «ФРЕДЕРИКА».

— Вообще-то, — услышала она собственный голос, — все называют меня Фредди.

Он приподнял бровь.

— Серьезно? Странно… Я знавал многих Фредди, но вы не похожи ни на кого из них.

К ужасу Фредерики, она начала постыдно и неудержимо краснеть. С ее бледной кожей и рыжими волосами скрыть это было невозможно.

— Я… гм… ну, тогда до четверга. — Она быстро отвернулась, но все же была вынуждена добавить: — Спасибо. Большое спасибо.

— Пожалуйста, — ответил он, сложил руки на груди и кивнул.

Фредерика пулей вылетела из магазина, умудрившись ничего не своротить по дороге. Сердце у нее колотилось как бешеное. И только оказавшись на тротуаре, подумала, что день сегодня выдался удачный. Несмотря ни на что.

Ксавье в жизни не дал бы ей пяти тысяч франков! Конечно, что-то он дал бы — возможно, больше, чем Палотен, но пять тысяч? Никогда. Фредерика смеялась, засовывая банкноты в кошелек. Она была готова целовать ноги тому, кто устроил профессиональный праздник для продавцов «Бержера телевизьон». И волновало ее только одно.

С какой стати она сказала этому мужчине, что ее зовут Фредди? Так ее называют лишь родные и друзья. На работе она Фредерика, крутой адвокат. Акула, амазонка-воительница в мире юриспруденции. Фредди же чувствительная и беззащитная молодая женщина, отчаянно хотевшая создать семью. Интуиция подсказывала ей, что чувствительной и беззащитной с таким мужчиной, как Дамьен Берже, быть не следует. Берже добился высокого поста с отдельным кабинетом, продемонстрировав выдающиеся успехи в торговом деле, значит, он человек решительный и умеет брать быка за рога. Если она потеряет осторожность, этот Дамьен переедет ее как паровой каток, и тогда команда будет принадлежать ему и «Бержера телевизьон», а не ей и ребятишкам.

Если она потеряет осторожность и отнесется к его заигрываниям всерьез, это закончится бедой. Может быть, он станет называть ее Фредди, но в отношениях с ним ей придется стать Фредерикой.

…Дамьен положил в ящик с наличными три тысячные бумажки и с досадой щелкнул пальцами.

— Ну нет у меня с собой больше! Остальное верну позже. Честное слово.

— Дело не в деньгах, — сказал Нерсе. — Просто я не могу поверить, что именно вы попрали все правила компании, которые, кстати, сами же и составили. Я так и знал, что из этого поощрения продавцов за хорошую работу ничего путного не выйдет.

Дамьен сунул деньги в кассу, закрыл ящик и хитро хмыкнул.

— Честно говоря, Нерсе, замена продавцов высшими администраторами, привыкшими сидеть в своей башне из слоновой кости, идет делу только на пользу. Администраторы стряхивают пыль с ушей, а работяги, которые пополняют нашу кассу реальными деньгами, наслаждаются честно заслуженным отдыхом.

Нерсе скорчил гримасу.

— Ладно, рациональное зерно в этом есть. Но зачем вам понадобилось спонсировать какую-то футбольную команду? Это же в корне противоречит политике компании!

— Политика компании тут ни при чем, — признался Дамьен. — Мне просто захотелось поближе познакомиться с этой дамой.

Нерсе поднял глаза к небу.

— Пять тысяч франков за возможность познакомиться с женщиной? И это говорит человек, которому женщины сами вешаются на шею!

— Это мои пять тысяч, — с достоинством парировал Дамьен.

— А как быть с политикой компании?

— Моя компания. Что хочу, то и делаю.

— Как по-вашему, сколько времени пройдет, прежде чем она узнает, что вы не какой-то рядовой администратор Дамьен Берже, а сам Ди Эй Бержера?

Дамьен улыбнулся.

— Надеюсь, много.

Нерсе только вздохнул и покачал убеленной сединами головой.

— Месье, я вас не понимаю. Никогда не понимал. И думаю, что уже не пойму.

Дамьен рассмеялся и похлопал своего вице-президента по плечу.

— Скажите, Нерсе, вы когда-нибудь были молодым и холостым?

— Конечно.

— Ну и?..

— Что «ну и»?

— Разве вам никогда не хотелось поучаствовать в беге только ради азарта погони?

— Я не мог позволить себе такую роскошь, — мрачно ответил Нерсе.

Дамьен сочувственно покачал головой, затем улыбнулся и бросил:

— Ну а я могу. Доказательство — целая коллекция кроссовок, лежащая у меня в шкафу.

— И множество зарубок на столбах кровати, — пробормотал Нерсе.

Дамьен потыкал себя пальцем в висок.

— Единственная запись, которая мне нужна, находится здесь.

— Будем надеяться, что там она и останется, — фыркнул Нерсе.

В предыдущей жизни Нерсе наверняка был английским дворецким, подумал Дамьен. Только дворецкий может быть таким чопорным. Но на своем посту этот человек незаменим. Благодаря Нерсе и его команде компания «Бержера телевизьон» работает как хорошо смазанные часы. К единственному недостатку этого человека следует отнести нелюбовь к работе в качестве рядового продавца. Нерсе, как и большинство других администраторов, считает себя выше этого, хотя на самом деле изобретение просто гениальное. Дамьен специально придумал ежегодный профессиональный праздник торгового работника, чтобы администраторы не забывали о практике, а поскольку он верил в силу личного примера (по крайней мере в деловой жизни), то с удовольствием вставал за прилавок сам.

Дамьен думал, что это напоминает ему прошлое, когда он пытался найти свою нишу на рынке, занятом гигантами, но дело заключается не в этом. Слишком много воды утекло с тех пор, как он сразу по окончании университета открыл свой первый магазин. Честно говоря, воды утекло столько, что она увлекла с собой и его. Теперь Дамьен в своем бизнесе считается одним из капитанов… Когда я в четверг поеду к Фредди, не забыть бы пересесть из «порше» в «рено», подумал он.

Фредди. Странное имя для женщины. Особенно для женщины с такой внешностью. Нет, ее нельзя назвать потрясающей красавицей. И, если вдуматься, она абсолютно не соответствует его вкусу. Обычно его тянет к женщинам, роскошным в полном смысле этого слова: пышным голубоглазым блондинкам, предпочитающим алую губную помаду и туфли на умопомрачительно высоких каблуках. Так что же его прельстило в этой рыжей, с неплохой фигурой, но ничего особенного собой не представляющей? Уж никак не манера одеваться. Даже учительницы воскресной школы одеваются более броско.

Забавно, но эти мысли пришли ему в голову только сейчас. Внезапно Дамьена осенило, что Фредди не пользуется косметикой. Да, ее овальное лицо можно назвать хорошеньким, губы — приятно полными, а носик — коротким, не широким и не узким, пикантным, но ни в коем случае не курносым. Брови у Фредди прямые, глаза круглые, но, безусловно, ее к лучшим украшениям относятся темно-рыжие кудри. Необычный медный оттенок заставляет ее глаза отсвечивать ярко-зеленым и голубым. Пушистые ресницы были намного светлее бровей. Странно… Дамьену представилось, что он просыпается и видит на соседней подушке эти глаза и ресницы, на которых мерцает утренний свет. Интересно, какая она в постели?