Прочитайте онлайн Поединок двух сердец | Глава 6

Читать книгу Поединок двух сердец
4118+3330
  • Автор:
  • Перевёл: Ольга Литинская
  • Язык: ru

Глава 6

Семь дней спустя

— Где Мэри? — спросил Тай без предисловий. Он нашел Дэвида на скотном дворе фермы Совера, где тот ставил компресс ломовой лошади[10]. Спешившись и бросив поводья, Тай приказал своему коню Данди стоять.

Дэвид отвлекся от задней ноги тяжеловоза[11].

— О, приветствую, как поживаешь?

Тай нахмурился.

— Я искал тебя повсюду добрых три часа и сейчас не намерен ходить вокруг да около. Где Мэри?

— С чего ты взял, что она где-то? — спросил Дэвид с раздражением в голосе. Он наложил поверх компресса бинт, подобрал ступку и пестик, с помощью которых растирал снадобье, встал и потянулся. Затем обратился к сыну Совера, который придерживал лошадь: — Теперь ей нужен покой. Посмотрим, снимет ли компресс воспаление. Завтра я загляну и проверю, как дела.

— Хорошо, мистер Аткинсон, — ответил светловолосый мальчуган и повел лошадь в стойло.

Тай преградил дорогу Дэвиду.

— Ты ведь знал, что она исчезла?

— Кто?

— Мэри! — сердито ответил Тай. — Мне сказали, что она отсутствует уже целую неделю. Кроме того, я только что побывал у тебя дома и, похоже, Джейн тоже испарилась! — Тай явно гордился своей проницательностью.

Дэвид нахмурился.

— С чего ты взял?

— В твоем доме полный беспорядок. Как в холостяцкие времена. Ты же никогда не отличался особой аккуратностью. Судя по всему, Джейн отсутствует уже давно. Как и Мэри.

Дэвид отвел взгляд.

— Ты же знаешь, я врать не люблю. Особенно тебе. Так что лучше не задавай мне лишних вопросов.

Он направился к повозке. Тай не отставал ни на шаг.

— Они вдвоем куда-то уехали, да?

— В гости, — сказал Дэвид, подбирая слова так тщательно, словно от этого зависела его жизнь. — Они поехали в гости. К родственникам.

Тай покачал головой.

— Ты явно что-то недоговариваешь. Они не могли все бросить и уехать. Я же вижу, что-то пошло не так. Жеребец все еще у Спендера, а его племянник покинул Лифорд Медоуз, устроив дикий скандал. Слуги говорят, он так кричал, что мог бы и мертвого поднять! Вдобавок мне стало известно, что Мэри наняла одного из деревенских парней помогать старому Питеру. Значит, она уехала надолго.

— Вижу, ты времени зря не терял, — бросил Дэвид через плечо. — Выслеживать, дружище, — неблагородное занятие.

— На карту поставлена лошадь! — воскликнул Тай.

Дэвид открыл саквояж, в котором носил лекарства и инструменты, и стал аккуратно укладывать туда ступку и пестик. Выглядел он при этом достаточно мрачно.

Тай положил руку на крышку его чемодана.

— Где она? — спросил он спокойно.

На лице Дэвида отразились душевные терзания. Таю показалось, что сейчас он выложит ему всю правду. Но тот продолжал молча рассматривать свои принадлежности.

— Я не удивлен, что ты не хочешь сказать мне, — поддел его Тай. — Я знаю, что с некоторыми мужчинами это случается после свадьбы. Они становятся подкаблучниками, больше преданными жене, нежели друзьям. Даже друзьям, которых знают с пеленок. Даже другу, который был шафером на свадьбе.

Дэвид пробормотал что-то о взбалмошной свояченице и о том, что и сам хотел бы поскорее увидеть жену. Затем уже громче добавил:

— В конце концов, какая разница… — Он посмотрел своему лучшему другу в глаза. — Джейн и Мэри уехали в Лондон навестить мою тетю Элис.

— Ту самую, которая была на твоей свадьбе?

Тай вспомнил ее. Она выглядела полной дурой, флиртуя с ним на свадьбе и напрашиваясь на местечко в его постели, где, впрочем, так и не смогла побывать. Тая совсем не впечатлили ее лондонские манеры. К тому же слишком настойчивые женщины были не в его вкусе. Уж если устраивать охоту, то он предпочитал быть охотником, а не жертвой.

— Зачем это вдруг им понадобилось навестить ее?

Дэвид оглянулся. Сын Совера был занят тем, что наполнял ведра водой и не обращал на них никакого внимания. Никого больше рядом не было. Понизив голос, Дэвид сказал:

— Джейн повезла Мэри в Лондон, чтобы найти ей мужа. Моя тетя представит ее светскому обществу.

— Мужа?! — Если бы земля разверзлась и Глас Господний объявил о начале Судного дня, Тай удивился бы меньше. — Для Мэри? — Оправившись от первого шока, он громко засмеялся, запрокинув голову. Мысль показалась ему невероятной.

— А почему бы и нет? — сказал Дэвид. — Должна же она когда-нибудь выйти замуж. Иначе ей придется доживать свой век под моей крышей, а я не хочу этого допустить.

Видишь ли, я могу ладить с Мэри только до тех пор, пока мы находимся на расстоянии друг от друга.

Он стал забираться в повозку, но Тай вцепился в полу его сюртука.

— С чего это вдруг ей захотелось замуж? Раньше что-то было не заметно, чтобы ее интересовали мужчины.

«Кроме сыночка Джергена, — напомнил он себе. — О да, за него Мэри наверняка бы выскочила сразу».

Дэвид посмотрел на край сюртука, зажатый в руке Тая. Тот ослабил хватку.

— Потому что время для замужества может уйти, — коротко пояснил Дэвид.

Тай сходу отклонил такой вариант.

— Она и так уже который год ходит в старых девах. Сколько ей? Двадцать пять? Двадцать шесть?

В таком возрасте женщины уже и не мечтают о свадьбе. То ли дело мужчины! С течением лет они только набирают силу. Вот ему, например, почти тридцать, и у него никаких забот… Тай призадумался. В общем-то, уже тридцать. Он нахмурился. Выходит, он сам уже не первой молодости…

— Я тоже так думал, — не заметив его замешательства, продолжал Дэвид. — Но Джейн убедила меня, что в Лондоне у Мэри блестящие перспективы. Знаешь, она очень даже ничего, если ее как следует приодеть. К тому же там никто не знает, что с ней невозможно ужиться.

На лице Тая вдруг возникло такое выражение, которое Дэвид мог бы назвать ревностью. Но это никак не могло относиться к Мэри. Во всяком случае, мысль о «женушке Мэри» совершенно не вязалась с образом Тая.

— Но почему именно сейчас? — не отступал тот. — Ей никогда не был нужен муж. Напротив, она всегда хвастала тем, что прекрасно способна обходиться и без него.

— Ей нужны деньги, ты же знаешь. Джейн рассказала мне о вашем споре в «Эдмундсоне» из-за лошади Спендера. Она говорила, вы кричали так, что стены тряслись. Когда Мэри отказалась иметь с тобой дело, Джейн убедила ее, что получить необходимые деньги она сможет с помощью удачного брака.

Тай ударил кулаком по борту повозки.

— Я так и знал, что у нее нет денег! Вот паршивка! Взвинтить цену, зная, что все равно не заплатит… — Он внезапно внимательно посмотрел на друга. — Мэри же не продаст свою свободу за лошадь, — неуверенно протянул он.

— За Жеребца — продаст, — ответил Дэвид.

Тай рассеянно посмотрел вдаль, обдумывая вновь открывшиеся обстоятельства. Мэри была на себя не похожа. В тот ее образ, какой он ее представлял, совсем не вписывался этот скоропалительный отъезд в Лондон.

Затем он произнес, выразительно выделяя каждое слово:

— Значит, она хочет найти богатого мужа, чтобы выкупить Жеребца. — Картина происходящего наконец обрела для него ясность.

— Она не сможет сделать этого, — постарался успокоить его Дэвид. — Среди знакомых тети Элис много достойных мужчин, например судебных секретарей или банкиров. Но это не тот круг, где водятся экземпляры с доходами, позволяющими выбросить тысячу фунтов на лошадь. Подожди два месяца, и Таннер будет твоим.

— Мэри знает об этом?

— Нет, я и не собирался ей рассказывать. Я даже не уверен, что Джейн вполне понимает это. — Он вздохнул. — Во всяком случае, это вряд ли ее волнует. Моя жена не успокоится, пока не найдет для Мэри мужа. Не важно, какого.

— Почему ее это так волнует? Кажется, Мэри вполне счастлива.

— Тай, у каждой женщины должен быть муж. А у каждого мужчины — жена. — Барлоу фыркнул в ответ, но Дэвид спокойно продолжал: — Знаю, ты не поверишь, но я никогда не был счастлив так, как после женитьбы на Джейн. Она мой свет и смысл моей жизни.

— Как по мне, тебе и до нее было не очень-то плохо, — сказал Тай, посмеиваясь.

— Внешне — возможно, но в глубине души я всегда знал, что мне нужна такая, как Джейн.

Тай постарался не допускать эти слова глубоко в сердце. Разговор был слишком странным для него. И слишком интимным.

Дэвид продолжал:

— Ты не поймешь, пока сам не влюбишься.

— Я влюблялся сотни раз. — Тай незаметно перевел все в шутку. — Но знаешь, в мире оказалось так много красоток, что невозможно остановиться на какой-нибудь одной!

Тай по опыту знал, что настоящая любовь не всегда бывает такой простой, как о ней рассказывают. Если она безответна, то ее удар может быть сокрушительным. Даже сейчас, спустя годы, он помнил ту боль так, словно испытал ее вчера. Хуже всего было то, что Мэри, казалось, даже не понимает, как жестоко поступила с ним тогда. Она бессердечно вычеркнула его из своей жизни и двинулась дальше, как полководец, который никогда не оглядывается назад.

Никто и не догадывался, что между ними что-то было. Тай хранил эту частичку своего прошлого в тайне. Насколько он знал, Мэри тоже никому ничего не рассказывала. Но, разумеется, им самим было никуда не деться от этого, и все их дальнейшее общение несло на себе отпечаток былого разрыва. Зато впоследствии он научился хорошо защищать свое сердце.

Дэвид тем временем продолжал читать нотации:

— Отнюдь, Тай, ты испытывал лишь похоть. А я говорю о любви. Между этими вещами нет ничего общего.

Тай, намереваясь положить конец этой щекотливой теме, ответил:

— Не знаю, относится ли этот разговор к тем, которые принято вести в кругу мужчин. Что дальше, Дэвид, — ты заговоришь стихами?

В глазах Дэвида вспыхнули колючие огоньки.

— По-твоему, Блэки тоже похож на поэта? И Брюстер? Все мы чувствуем одно и то же. Никто из нас не пожалел о браке. Может, и тебе стоит попробовать?

В ответ Тай демонстративно зевнул, заставив друга улыбнуться.

— Ты безнадежен. — Дэвид взобрался на сиденье и взял вожжи. — Боюсь, ты так и проживешь всю жизнь, заигрывая с каждой юбкой и кочуя по вдовьим спальням, а умрешь старым холостяком, как лорд Спендер, у которого нет никого, кроме племянничка-прохвоста.

Такой вердикт задел Тая.

— Я женюсь. Когда-нибудь. Когда буду готов. — В знак примирения он торопливо добавил: — Просто я еще не встретил женщину, которая была бы для меня той, кем Джейн для тебя.

Мэри, конечно, была совсем не похожа на сестру. Внезапно Тая осенило, что именно из-за той боли, которую причинила ему Мэри, он любыми способами старался избегать серьезных разговоров о браке. Это вновь всколыхнуло в нем давно забытые чувства. Он хотел бы больше не возвращаться к этой теме, но не удержался и спросил:

— Я все-таки не могу понять, почему устройство этого брака так важно для Джейн. Не думаю, что это связано только с лошадью.

Некоторое время Дэвид молча рассматривал поводья. Потом произнес:

— Мы с Джейн хотим детей. У Брюстера уже есть один. У Блэки тоже, и второй, как говорится, на подходе. Но мы с Джейн… — Он умолк, так и не высказав до конца своих переживаний.

— У вас будет ребенок. Это естественный ход вещей, — по-свойски поддержал его Тай. — При условии, конечно, что вы продолжите делать то, что обычно для этого делают.

— Мы и делаем, — ответил Дэвид и покачал головой, — только все впустую. Понимаешь, она слишком волнуется из-за сестры, в этом все дело. Мне кажется, как только Мэри выйдет замуж, Джейн сразу забеременеет. — Он устроился в повозке поудобнее и уже совершенно бодрым голосом произнес: — Знаешь, Тай, предоставь Джейн два месяца. Она выдаст сестру замуж, и Жеребец Спендера станет твоим.

— При условии, что Мэри не найдет богатого мужа.

— Она не найдет.

— А если все-таки найдет?

Что-то в этой охоте на мужа, которую устроила Мэри, ему не давало покоя. Он не мог просто сидеть и ждать, слепо полагаясь на судьбу. Особенно учитывая, что Мэри хотела заполучить Жеребца Таннера так же сильно, как и он. Он знал ее. Она всегда добивалась своего. И уж тем более постарается сейчас, поскольку ее приобретение одновременно будет означать поражение для него. Он резко повернулся на каблуках и направился к лошади.

— Эй, — крикнул вслед ему Дэвид, — куда это ты так заторопился?

Тай даже не замедлил шаг:

— В Лондон!

Для Мэри поездка в Лондон оказалась не такой уж приятной затеей. В юности, когда отец готовил ее к выходу в свет, Лондон представлялся ей сказочным городом, красивым, утонченным и изысканным. Вместо этого сейчас она попала в самое мрачное, тесное и зловонное место из всех, где ей случалось бывать. Она сразу же затосковала по дому, лошадям и свежему воздуху.

Вдобавок ко всему, она с первого взгляда невзлюбила Элис Пиблз, тетю Дэвида. Чувство оказалось взаимным. На свадьбе Джейн и Дэвида они виделись лишь мельком. Но одно дело — познакомиться с человеком на семейном празднике, и совершенно другое — жить с ним под одной крышей. Как выяснилось, миссис Пиблз была категоричной, не терпящей возражений особой — Мэри вообще не могла выносить подобного отношения к себе, а уж тем более от женщины. Несмотря на солидный возраст, леди собирала крашеные, орехового цвета волосы в высокую прическу, становясь похожей на изваяние римской богини Юноны, красила губы, облачалась в прозрачные пурпурные наряды и носила открытые туфли в тон. Первое, что услышала от нее Мэри, было суждение о ее облике в целом: «Мы все переделаем!» К чему богиня сразу же и приступила. За счет Мэри, конечно. Поскольку обновление было задумано с размахом, сумма, оставшаяся у Мэри от приданого, таяла на глазах. Миссис Пиблз организовала для нее уроки правильной речи, танцев, визиты парикмахеров и портных. По заоблачной цене был куплен особый крем, который Мэри ежедневно следовало втирать в кожу. Ее дергали за волосы, укладывая их так и эдак, не давали ни минуты покоя, и за любую мелочь ей приходилось платить, платить и платить. Однако, вместо того чтобы неукоснительно следовать замечаниям миссис Пиблз и препоручить себя заботам учителей, швей и парикмахеров, Мэри исподтишка старалась нарушить их планы. На примерках она ерзала так, что платья приходилось подгонять снова и снова, учителю танцев как бы невзначай отдавила ногу, так что он еще долго хромал, и убегала сразу, как только ножницы или щипцы для завивки приближались к ее волосам. Но ее самый серьезный проступок заключался в том, что она игнорировала абсолютно все правила этикета, установленные миссис Пиблз. Она сама не понимала, почему действует всем наперекор, и винила в этом свою проклятущую гордость, которую считала главной причиной многих бед.

Кроме всего прочего, поездка всколыхнула в ней воспоминания, которые не давали ей спокойно спать по ночам. Это был Лондон, и тут был дом Джона. В Лифорд Медоуз она могла притворяться, что его больше не существует. Но здесь возникала большая вероятность, что их пути однажды пересекутся. Драгоценности, украшения и даже платья, которые ей теперь полагалось носить, напоминали Мэри о той беззащитной девочке, какой она была, когда еще верила в любовь. Тогда, поставив на кон все в отчаянной попытке угодить и Джону, и отцу, она добилась лишь того, что ее возлюбленный уехал, не оставив и тени надежды, а отец отвернулся от нее. Она держалась все эти годы только благодаря тому, что похоронила эту ранимую девочку под бриджами, бравадой и показной независимостью, и теперь была не уверена, стоит ли ее воскрешать. Но все ее сомнения и страхи исчезали сразу, как только она вспоминала о Таннере Дерби-Малыше. Если лошадь достанется Барлоу, Гейтсы будут опозорены ее стараниями дважды. А этого она не могла допустить.

Было решено, что ее дебют состоится во время званого вечера у миссис Виллоуби, старинной подруги миссис Пиблз. От миссис Виллоуби требовался лишь внешний антураж. Вечер, конечно же, устраивали за счет Мэри. Миссис Пиблз заверяла, что там соберутся исключительно важные, добропорядочные и определенно красивые господа, какие только есть в Лондоне. Джейн встретила известие с восторгом, Мэри — достаточно сдержанно.

Апогей наступил накануне, когда Мэри делала последнюю примерку роскошного кремового платья, задуманного в качестве ее вечернего наряда. Она стояла на скамеечке посреди спальни миссис Пиблз, которая восседала на стуле прямо напротив нее, потягивая чай с бренди и управляя процессом. Ее гнусавый голос действовал на нервы. Джейн поблизости не было, она занималась рукоделием где-то в комнатах на первом этаже. В это время швея, француженка мадам Фокье, со всех сторон начиняла надетое на Мэри платье булавками — так плотно, что то и дело колола девушку. Разумеется, мадам была недовольна, если мисс Гейтс возмущалась или вздрагивала от укола. В довершение всех неприятностей у Мэри еще и затекли ноги. После часа подобных упражнений она стала терять терпение. Ей невыносимо, до боли, захотелось немного подвигаться и размяться.

— Мисс Гейтс, прекратите дергаться, — резко произнесла миссис Пиблз. — Мадам, вам не кажется, что лиф платья плохо сидит? Что-то не так с вырезом.

В ответ мадам возмутилась:

— Платье не виноват, — сказала она с сильным французским акцентом. — Если мисс Гейтс настаивать на толстый нижний белье под моим невесомым ткань, что я могу делать?

— Толстое нижнее белье? Разве мы не купили новое?.. — В следующую минуту миссис Пиблз догадалась, что это было очередной упрямой выходкой Мэри. Она тяжело вздохнула, изобразив страдание. — О господи! Мадам Фокье, покажите, что там на ней надето?

Прежде чем Мэри успела возразить, мадам через голову стащила с нее недошитое платье, немилосердно царапая булавками. В мгновение ока молодая леди очутилась перед ними лишь в одних чулках с подвязками и панталонах, зардевшись от смущения.

— Где ваш корсет?! — возмущенно воскликнула миссис Пиблз, вскакивая со стула. — И почему на вас это ужасное полотняное белье? Мы же специально заказали хлопковое!

— Я уже доставить его, — быстро вставила мадам.

— Оно мне не нравится, — замялась Мэри, — оно слишком… как бы это сказать… — Она махнула рукой, не зная, как приличнее выразиться. По правде говоря, в легком, мягком хлопке она чувствовала себя словно голой и слишком женственной — ощущение, которого она так давно избегала. — В Лифорд Медоуз я больше привыкла к своей старой одежде.

Миссис Пиблз недоуменно пожала плечами и попросила швею надеть на Мэри новую облегающую нижнюю сорочку. Затем медленно обошла вокруг, придирчиво разглядывая ее фигуру, и наконец жестко резюмировала:

— Проблема не в платье и не в белье. У вас нет груди.

— Конечно, есть, — запротестовала Мэри.

Миссис Пиблз только хмыкнула и одним движением легко свела груди Мэри вместе.

— Вот теперь что-то есть. Видите? Образуется вполне симпатичная ложбинка. — Затем она повернулась к мадам Фокье: — У нас есть что-нибудь, способное придать пышности ее формам?

Мэри покраснела еще больше, прикрывая грудь скрещенными руками.

— Не нужно мне никакой пышности!

— Как провинциально, — закатила глаза мадам.

— Возможно, — охотно согласилась Мэри. — Но в Лифорд Медоуз других женщин не тискают!!!

Брови миссис Пиблз взлетели вверх.

— Вы ведь хотите произвести в обществе благоприятное впечатление, не так ли, дорогая?

— Нет, если для этого потребуется менять грудь.

— Вот! — Порывшись в швейных принадлежностях, мадам извлекла оттуда два комка овечьей шерсти. — Сейчас мы положить это вместо грудь! — Она начала засовывать шерсть в лиф сорочки Мэри.

Мэри шлепнула ее по рукам и спрыгнула со скамейки.

— Оставьте меня в покое!

Мадам воздела руки с комками шерсти вверх:

— Это невозможно! Она не понимать моды!

— Мне не нужна шерсть! Я не нуждаюсь в этой вашей… — следующее слово Мэри не могла произнести без смущения, — пышности.

Миссис Пиблз была не столь деликатна и нарочито проговорила назидательным тоном:

— Бюст. Это называется бюст, мисс Гейтс. Некоторые обладают им от природы, а другим приходится предпринимать искусственные меры.

Мэри оставалась непреклонной:

— Другим, но не мне!

— Вам не подкладывать много, — сказала мадам, продолжая разминать шерсть руками, — чуть-чуть.

— Ни за что! — отрезала Мэри.

Глаза миссис Пиблз сузились:

— Мы это уже сто раз проходили, милочка. Запомните, каждая девушка, которая обращается ко мне, должна найти мужа. И вы не станете исключением из этого правила! Я не позволю вам испортить мою репутацию! Ваша сестра — такая хорошая, послушная девочка. Но вы — какое-то упрямое чудовище!

— Те, кто меня хорошо знают, говорят, что я непробиваемая! — с гордостью заявила Мэри, вспомнив слова Барлоу.

— Хочу заметить, что в этом доме мое слово — закон! — сказала миссис Пиблз и негодующе продолжила: — Больше недели вы перечите мне на каждом шагу. С меня довольно! Вы сейчас же позволите мадам прикрепить набивку к вашему лифу, или я буду держать вас силой, пока она не сделает это!

— Хотела бы я посмотреть, как у вас это получится, — дерзко ответила Мэри.

— Мадам! — скомандовала миссис Пиблз. — Держите иглу с ниткой наготове.

— Да, мадам. — Француженка выросла за спиной своей покровительницы.

Мэри немедленно вооружилась против них стулом. Миссис Пиблз изумленно захлопала глазами. Видимо, она не ожидала столь решительного отпора.

Внезапно раздался громкий стук в дверь. Затем послышался голос дворецкого Говарда:

— Госпожа Пиблз, позвольте вас побеспокоить?

Лицо пожилой леди расцвело в победной улыбке.

— Это подкрепление, мисс Гейтс! — Повысив голос, она крикнула: — Входите, Говард.

В дверях показался дворецкий:

— Мадам, к вам…

Миссис Пиблз оборвала его на полуслове и, указав на Мэри, завопила:

— Держите ее!

Глаза дворецкого округлились.

— Прошу прощения?

— Хватайте мисс Гейтс! — рявкнула миссис Пиблз и тут же вместе с мадам Фокье бросилась к Мэри.

Но Мэри уже успела подготовиться. Бросив стул в хозяйку дома, она промахнулась, зато заставила отшатнуться мадам Фокье. Прежде чем изумленный дворецкий смог отреагировать, она скользнула за дверь.

— Догоняйте! — завизжала миссис Пиблз.

Мэри в одной сорочке бросилась к спальне, которую они делили с Джейн, но вдруг остановилась. Там они наверняка загонят ее в тупик. Быстро оценив обстановку, она кинулась вниз по лестнице, на первый этаж, туда, где должна была сейчас находиться Джейн, и стала громко звать ее на помощь.

Говард, миссис Пиблз и мадам не отставали от нее, подняв невообразимый шум своими криками. Мэри в чулках несколько раз поскользнулась на деревянных ступеньках, но сумела удержаться и, достигнув первого этажа, что есть мочи бросилась к задней комнате, где обычно шила Джейн: в послеполуденную пору там было светлее.

Как только она найдет Джейн, они покинут этот дом незамедлительно! Она никому не позволит делать ей бюст!

Говард изловчился и прыгнул на нее прямо с лестницы, но она вовремя увернулась. Дверь в комнату оказалась не заперта, и Мэри, ворвавшись внутрь, сразу же налетела на сестру, которая уже спешила ей навстречу, привлеченная шумом. Мэри едва устояла на ногах, столкнувшись с Джейн.

Быстро окинув взглядом комнату, она заметила две расположенные там софы с высокими спинками и удобный мягкий стул перед камином.

— Мэри, что случилось? — воскликнула Джейн.

— Они гонятся за мной, — выпалила сестра, — чтобы набить мне бюст, но я им этого не позволю!

— Чтобы… что? — переспросила Джейн.

Мэри не стала объяснять, поскольку в комнату ворвался Говард, а вслед за ним — портниха и миссис Пиблз. Ловко, как кошка, Мэри вскочила на софу, чтобы укрыться за ней на безопасном расстоянии от их рук. Но ее ноги утонули в подушках, так что она чуть не потеряла равновесие. Говард уже почти подобрался к ней, но ей вновь удалось от него улизнуть, сбив при этом с ночного столика дорогую вазу, которую бросилась ловить миссис Пиблз, завопив от ярости. Мэри резво перепрыгнула через чайный столик и рванулась к дверям.

Внезапно с противоположной стороны прямо ей навстречу поднялся Тай Барлоу, сидевший до этого на другой софе, утопая в подушках и наслаждаясь спектаклем. Мэри врезалась бы в него, но он успел перехватить ее в воздухе и затем аккуратно поставил прямо перед собой.

В глубине его синих глаз она увидела собственное отражение в окружении пляшущих задорных огоньков.

— Мэри, — протянул он, — я смотрю, вы берете Лондон штурмом!