Прочитайте онлайн Последняя битва дакотов | XI. ОХОТА НА БИЗОНОВ

Читать книгу Последняя битва дакотов
2712+2068
  • Автор:

XI. ОХОТА НА БИЗОНОВ

Вахпекуты уселись широким кругом вокруг лагеря на открытой прерии. В любую минуту могла начаться пляска «Приди, бизон». Прошло уже три недели с тех пор, как они покинули Черные горы. Все запаслись жердями для палаток, теперь следовало добыть новые шкуры, чтобы их покрыть. Время для охоты было подходящее. Весна уже установилась, по всему пространству прерии колыхался под ветром голубовато-серый ковер любимой бизонами травы. Вахпекуты со дня на день ожидали прибытия первых стад, с незапамятных времен в это время года они перемещались с юга на север. Правда, исхудавшие за зиму бизоны сейчас линяли, шкура у них была покрыта редкими, вытертыми волосами, но как раз из таких шкур изготовляли покрытия для типи, а также все предметы быта.

Этим утром Желтый Камень послал разведчиков на север в направлении реки Северная Платт посмотреть, не появились ли там бизоны. Тем временем все вахпекуты готовились исполнять молитвенные обряды, в которых должны были умолить Великого Духа послать им большое стадо бизонов. Обряды обычно длились до тех пор, пока не приносили желаемого результата.

На краю площадки, предназначенной для танцоров, уселись музыканты с барабанами, трещотками и дудками. По знаку празднично наряженного Та-Тунка-Скаха музыканты начали выбивать на барабанах плясовой ритм. Через минуту к барабанам присоединились звуки дудок. Тихие поначалу звуки постепенно становились громче, передавая глухой топот бегущего стада бизонов. Вахпекуты сосредоточенно вслушивались в чарующие их звуки.

Теперь с краю танцевального круга стал привлеченный молитвой «бизон». Изображал его Длинное Перо. Сверху на него была надета могучая рогатая голова, сделанная из настоящей шкуры этого зверя, а к набедренной повязке был привязан настоящий хвост.

Зрители явно были взволнованы, здесь и там слышались приглушенные радостные возгласы. «Бизон» же тем временем маленькими шажками двигался по танцевальному кругу, при каждом шаге поворачивая голову то влево, то вправо. Он описывал небольшие круги у середины танцевального круга, склоняя голову, как будто щипал траву. Когда «бизон» оказался в самом центре круга, появились охотники. Одеты они были по-охотничьи — в набедренные повязки, ноговицы и мокасины, а в руках держали длинные пики и щиты со своими эмблемами. Они шли гуськом танцевальным шагом в отбиваемом барабаном ритме. Четырехкратно они обогнули танцевальный круг, демонстрируя зрителям свои щиты, склонялись к земле, как будто рассматривая следы, смотрели вдаль, а зрители подбадривали их криками и охотничьими песнями.

По знаку своего предводителя охотники одновременно повернулись к центру танцевального круга и «увидели» пасущегося «бизона».

Затаив дыхание, вахпекуты наблюдали представляемый им процесс охоты. Когда, наконец, «бизон» упал, прошитый насквозь умело просунутой между боком и рукой пикой, предводитель охотников поднял вверх руку с пикой. Охотники сгрудились вокруг «бизона», опустились на одно колено, вознесли вверх пики, а затем ударили ими о землю. И склонили головы, благодаря Великого Духа за то, что он послал им бизонов. Зрители присоединились к молитве.

Затем танцоры сменились и весь обряд повторился с самого начала. Три дня и три ночи вахпекуты молились Великому Духу, чтобы он послал в окрестности лагеря стада бизонов. Танец-обряд не прерывался ни на минуту. Люди иногда отрывались от танца, чтобы поесть, немного отдохнуть, а затем снова присоединялись к молитве.

На рассвете четвертого дня опять произошла смена танцоров. На этот раз одеяние «бизона» надел на себя шаман Ва хи'хи, то есть Мягкий Снег. Пантомима приобрела более глубокий смысл, поскольку Ва хи'хи считался величайшим мастером исполнения роли бизона. Вахпекуты то и дело надавали возгласы восхищения, а танцоры — охотники, возбужденные реалистичной игрой шамана, еще совершенней изображали сцены воображаемой охоты.

Наконец, «бизон» пал, «пробитый» пикой. Зрители присоединились к молитве и тогда произошло то, чего все присутствующие так нетерпеливо ожидали. В лагерь вернулись следопыты, ушедшие на поиски бизонов. Известие, что поблизости обнаружено большое стадо бизонов, доставило всем огромную радость. Великий Дух услышал их смиренные молитвы.

Проявления радости не длились слишком долго. При известии об обнаружении стада бизонов власть в лагере перешла к членам «Сломанных Стрел». Немедленно раздались их призывы:

— Слушайте нас, все вахпекуты! К вам обращаются «Сломанные Стрелы». Женщины, погасите костры, засыпьте их землей. С этой минуты нельзя разжигать костры, нельзя отдаляться от лагеря. Мужчины, готовьте оружие, седлайте лошадей. На рассвете выходим на охоту. Бизоны близко, поэтому соблюдайте тишину! Женщины, следите за детьми, чтобы они не покидали пределы лагеря. Слушайте все, с вами говорят «Сломанные Стрелы»!

Отдав распоряжения членам «Сломанных Стрел», Желтый Камень направился к своему типи. Там он отобрал луки и стрелы, одновременно посвящая своего сына, тринадцатилетнего Ва ку'та, в сложные секреты охоты на бизонов. Во время охоты охотникам угрожало немало опасностей. Охотнику следовало знать, с какой стороны подъехать к бизону, в какую часть тела должна попасть выпущенная им из лука стрела. Требовалось немалое искусство наездника, чтобы не попасть на рога разъяренного зверя, что было тем труднее, что вся прерия была изрыта норами разных зверьков. Вообще-то спокойные, будучи раненными, бизоны впадали в бешенство. На такой охоте преследующий бизона охотник мог легко превратиться в преследуемого, за которым гонится разъяренный зверь.

Ва ку'та слушал отца с величайшим вниманием, назавтра он в первый раз в жизни примет участие в охоте на бизонов рядом со взрослыми мужчинами. Это необыкновенное событие помнилось до конца жизни. Если первая охота проходила успешно, мальчика признавали взрослым, и с той поры он отправлялся на охоту вместе с отцом, чтобы добывать пропитание для всей семьи.

Лишь год назад Ва ку'та перешел из детского «Общества Зайцев» в молодежное «Общество пастухов» и стал, вместе с другими мальчишками, ходить в ночное. В память о том, что он приступает к столь важной для всего общества работе, отец подарил Ва ку'та настоящий лук и стрелы, а также коня, о котором тот должен был сам заботиться. Еще будучи маленьким, он поражал всех меткостью в стрельбе из лука, этой меткости он был обязан и своим первым именем. А теперь он становился и неплохим наездником. По всем этим причинам отец послушал совета Та-Тунка-Скаха и взял Ва ку'та на первую в его жизни охоту на бизонов.

Желтый Камень объяснял сыну, как следует себя вести во время охоты. Его несколько беспокоило возбуждение мальчика, поэтому в конце он прибавил:

— Если ты хочешь, чтобы твоя первая общая охота на бизонов закончилась удачно, тебе следует быть спокойным и выдержанным. Только тогда ты все поймешь и заметишь. Преследуя бизона, надо не забывать, что в прерии полно нор разных зверей. Достаточно, чтобы сунка вакан сделал один неосторожный шаг, и всадник погибнет под копытами бизоньего стада.

— Ты мне уже не раз говорил об этом, отец, — ответил Ва ку'та. — Я ничего не забуду, только мне хочется, чтобы охота поскорее началась.

Желтый Камень незаметно улыбнулся. Какой охотник не дрожал от возбуждения перед охотой на бизонов, тем более, если она была первой в его жизни? Тем не менее охота на бизонов была отнюдь не забавой, от ее исхода зависела судьба всей их общины. Потому-то Желтый Камень с беспокойством поглядел на разгоряченного сына и снова начал:

— Сын мой, Великий Дух послал бизонов на Землю для того, чтобы удовлетворить все наши потребности. Охота — это опасный, тяжелый и ответственный труд. Именно поэтому во время общей охоты все охотники подчиняются приказаниям «Сломанных Стрел». Никому не дозволено действовать самостоятельно, вырываться вперед. Это «Сломанные Стрелы» решают, каким образом окружить стадо бизонов. И только по их знаку начинается охота. Если бы какая-нибудь горячая голова преждевременно вспугнула стадо, этот человек совершил бы тяжкое преступление против всей нашей общины и был бы сурово наказан. Ему было бы запрещено участвовать в общей охоте до тех пор, пока он не научился бы подчиняться дисциплине.

— Я буду об этом помнить, отец мой, тебе не придется за меня стыдиться, — горячо заверил его Ва ку'та.

— Я в этом уверен, сын мой, иначе не брал бы тебя на охоту, — произнес Желтый Камень. — Только не волнуйся, я буду рядом!

И все же это отцу было легче убеждать сына сохранять спокойствие, чем Ва ку'та справиться со столь понятным волнением. В ту ночь Ва ку'та долго не мог заснуть, в голову ему то и дело приходили разные ситуации, которые могли приключиться во время охоты. Ему так хотелось, чтобы все прошло удачно! Тогда отец стал брать бы его в военные походы, а там бы он отличился и добыл славу. Удача и слава были мечтой каждого индейца с Великих равнин.

Поздно ночью Ва ку'та, наконец, уснул, но и тогда его не оставили мысли об охоте. Ему снилось, что он охотится в одиночестве. Только что он обнаружил следы целого стада бизонов и осторожно взбирался на обширную возвышенность. Вот он стоит на ее вершине, оттуда ему видны пасущиеся бизоны. Однако он не может ближе подкрасться к стаду, дорогу ему преграждает большой белый бизон. Зверь стоит, повернувшись к нему, смотрит на него красными глазами. Ва ку'та остановился, ошеломленный зрелищем духа первого священного бизона, посланного Создателем на Землю, и опустился перед зверем на колени. Он начал ему молиться, объясняя, для чего отправился на охоту на бизонов. Бизон-альбинос терпеливо выслушал длинные объяснения, после отвернулся и двинулся к стаду. Ва ку'та уже хотел двинуться за ним, как проснулся от того, что кто-то трясет его за плечо.

Он сел на постели. Перед ним стоял отец, он еще держал руку на плече сына. Взволнованный сновидением, Ва ку'та с трудом возвращался к действительности.

— Глаза твоей души, кажется, видели что-то необыкновенное, ты говорил во сне, — сообщил ему Желтый Камень. — Пора собираться в дорогу, скоро выходим!

Ва ку'та глубоко вздохнул, не сразу произнес:

— Я сейчас же буду готов, отец!

Он быстро поднялся, стал натирать тело жиром. Мысль о необыкновенном сне все не отпускала его. Надевая на плечо колчан с луками и стрелами, он спросил:

— Отец, ты не можешь дать мне какой-нибудь твой нож? Ты не один нож добыл во время войны.

— Я же подарил тебе нож, ты что, потерял его? — удивился Желтый Камень.

— Нет, отец, я его не потерял, — возразил Ва ку'та. — Я хотел сделать подарок…

Желтый Камень бросил на сына внимательный взгляд. Мальчик не смотрел ему в глаза, видимо, избегая дальнейших расспросов. Желтый Камень достал из котомки охотничий нож:

— Что ж, возьми вот этот, раз он тебе так нужен.

— Спасибо, отец! — ответил Ва ку'та, взял нож и, уже выходя из типи, сказал:

— Я приведу наших сунка вакан.

Когда сын вышел из палатки, Желтый Камень улыбнулся. С молоком матери Ва ку'та впитал в себя уважение не только к собственным вещам, но и ко всякому достоянию семьи, общины. Он одинаково ценил как свой детский лук, так и настоящий, полученный при вступлении в «Общество Пастухов». Желтый Камень догадывался, кому предназначался охотничий нож, который сын попросил, пробудившись ото сна. И, догадываясь, с беспокойством ожидал возвращения сына.

Ва ку'та двинулся прямо к типи шамана Ва хи'хи. Небо уже розовело на востоке. Было совсем еще рано, но вахпекуты уже выходили из типи, мужчины натирали тела жиром, готовили оружие. Кое-где перед палатками уже стояли приведенные с пастбища лошади. Женщины готовили жерди, на которых потом будут развешивать сушить на солнце добытое на охоте мясо. И, хотя жизнь в лагере шла полным ходом, кругом царила тишина, только иногда раздавалось лошадиное ржание или собачий лай.

Ва ку'та вошел в типи шамана. Уже готовый к выходу, Ва хи'хи поначалу решил, что мальчик пришел с каким-то известием от Желтого Камня, однако смущение, рисовавшееся на лице мальчика, показало ему, что он ошибается. Согласно обычаю шаман как старший заговорил первым:

— Приветствую моего младшего брата! Я вижу, ты уже готов к охоте. По какому делу ты пришел?

— Привет тебе, отец! — ответил Ва ку'та. — Я принес тебе в подарок охотничий нож…

Ва хи'хи моментально усмотрел, что у Ва ку'та, помимо принесенного в подарок ножа, был и свой собственный, заткнутый за ремень, поддерживавший набедренную повязку. Без всякого труда он отгадал, зачем пожаловал к нему его ранний посетитель, кивнул головой, принимая подарок, и спросил:

— Ты, видимо, хочешь получить у меня совет, сынок. Я собирался пойти за сунка вакан, так что пойдем со мной, поговорим по дороге.

Они вышли из типи. Шаман Ва хи'хи тактично подождал, пока они отдалятся от лагеря, и тогда произнес:

— А теперь говори, сынок!

Ва ку'та пересказал шаману свой загадочный сон.

Ва хи'хи внимательно его выслушал, потом сказал:

— Ты правильно поступил, что пришел ко мне! Глаза твоей души видели необыкновенные вещи. Я видел священного бизона! Я теперь припоминаю рассказ моего отца. Он говорил, что твой великий дед на своей первой охоте убил священного белого бизона. Шкуру его он принес в жертву Солнцу. То был великий праздник для вахпекутов.

— А это хорошо для меня, отец мой, или плохо? — с тревогой задал вопрос Ва ку'та.

— Подожди, я должен подумать… Ты говоришь, что белый бизон стоял перед стадом, а потом отвернулся и пошел к другим бизонам?

— Так оно и было! — повторил Ва ку'та. — И тогда моя душа вернулась к телу.

Ва хи'хи долго размышлял, потом уверенным тоном проговорил:

— Священный белый бизон хотел отвести тебя к стаду, это хорошее предзнаменование. Сегодня ты точно убьешь своего первого бизона. Когда бизон будет уже твой, окажи ему почтение!

Чувство громадной радости охватило Ва ку'та. Его самые заветные желания должны были исполниться!

— Благодарю тебя, отец мой! — воскликнул он.

Вскоре он был с лошадьми в лагере. Перед типи его уже ожидал Желтый Камень. Единственный брошенный на радостное лицо сына взгляд успокоил его. Когда Ва ку'та попросил у него нож, Желтый Камень сразу же догадался, кому он был предназначен, а теперь удовлетворение, ясно отражавшееся на лице сына, свидетельствовало, что беседа с шаманом прошла успешно. Желтый Камень обрадовался не меньше, чем Ва ку'та, плохое предзнаменование могло бы сорвать все их планы.

Желтый Камень как старший офицер «Сломанных Стрел» принял командование над охотниками. Прежде всего он выслал Длинное Копье и Орлиные Когти следопытами, они должны были ехать в нескольких сотнях шагов перед всеми остальными и выискивать стадо. Вскоре после их выхода отправились в путь и все остальные.

Следопыты временами появлялись вдали на вершинах возвышенностей, а потом снова исчезали на холмистой местности. Желтый Камень приказал охотникам сдерживать мустангов, рвущихся помчаться во весь опор. Ва ку'та ехал рядом с отцом и нетерпеливо ждал знака от следопытов, что в поле их зрения появились бизоны. Следопыты, наконец-то, остановились на вершине холма, размахивая высоко поднятыми шкурами и подавая этим сигнал, что они уже видят бизонов. Потом не спеша поехали дальше.

Желтый Камень поднес к губам свисток, сделанный из орлиной косточки. Раздался короткий, приглушенный свист. Охотники сгрудились плотнее, мустанги задвигались помедленнее. Когда они оказались на возвышенности, стали видны следопыты, остановившиеся у подножия следующего холма. Очевидно, стадо было уже совсем близко и следопыты опасались, как бы бизоны их не заметили. Вскоре охотники присоединились к следопытам, Желтый Камень спешился, вместе с Длинным Копьем они. стали скрытно взбираться вверх по холму.

У их ног расстилалась широкая полоса равнинной прерии, там-то и паслись бизоны, они разделились на несколько небольших групп. Вблизи были видны лишь старые быки, невдалеке за ними паслись молодые самки.

Грубые, более твердые шкуры быков плохо поддавались дублению и не подходили для покрытия типи, поэтому вид большого количества самок весьма обрадовал Желтого Камня и Длинное Копье. Для того, чтобы покрыть больше десятка типи, вахпекутам требовалось несколько сотен шкур, их-то они и собирались добыть во время весенней охоты на бизонов. Появление в окрестностях первого стада бизонов означало, что бизоны уже начали перекочевывать с юга на север. Теперь надо было только идти следом за ними, чтобы добыть сколько надо мяса и шкур.

— Хо! Похоже, неплохая будет охота, — прошептал Длинное Копье.

— Нам нужно отделить от стада ближайших бизонов и погнать их вниз под гору. Тогда они побегут помедленнее, — тоже шепотом ответил Желтый Камень.

— Остальное стадо тоже не уйдет далеко, — добавил Длинное Копье. — Пойдем следом за бизонами и совсем скоро устроим еще одну охоту.

— Ветер подходящий, дует со стороны стада, — заметил Желтый Камень.

— Мы можем возвращаться, пора начинать охоту, — сказал Длинное Копье.

Охотники были поделены на две группы. Одна из них, ведомая Длинным Копьем, должна была вклиниться в стадо с северо-востока, другой, под предводительством Желтого Камня, предстояло сделать то же самое с юго-востока. Таким образом стадо было бы прижато к возвышенности.

По сигналу, поданному Желтым Камнем, обе группы охотников разъехались в противоположных направлениях. Почти нагие всадники прижались к лошадиным шеям, чтобы не спугнуть стадо до срока. Быков не обеспокоило зрелище несущихся лошадей, табуны диких мустангов частенько паслись рядом со стадами бизонов. Охотники двумя обращенными друг к другу клиньями врезались в стадо. Длинное Копье выстрелил из лука первым, его стрела впилась в бок бизона. Смертельно раненное животное с глухим рычаньем упало на землю. Это послужило сигналом к началу охоты и с этой минуты каждый охотник действовал самостоятельно.

Ва ку'та ехал сразу за отцом. Он скрывался за боком коня, вися на ноге, стопа которой была всунута в петлю, привязанную к ремню, что опоясывал его верховую лошадь. Когда в начале охоты бизоны рассыпались по склону холма, юный Ва ку'та перестал скрываться и погнался за убегающим стадом. Он управлял лошадью, надавливая коленями ей на бока. Аркан, привязанный одним концом к нижней челюсти коня, тянулся вслед за ним, чтобы в случае падения всадник мог бы уцепиться за коня, схватившись за свободный конец аркана. Разгоряченным взором он стал высматривать подходящую добычу. Лошадь инстинктивно огибала предательские норы, однако погоня с каждой минутой становилась все опаснее. Несущиеся бизоны и преследующие их всадники подымали в воздух громадные тучи пыли, они не давали дышать, ослепляли.

— Ва ку'та, наконец, высмотрел крупную самку и криком принудил коня к галопу. Вскоре он догнал бизониху и какое-то время несся слева от нее. Немного успокоившись, он достал из колчана лук и стрелы, низко склонился, натягивая тетиву. Он целился животному под левую лопатку. Стрела поразила самку, но застряла только на половину древка. Выстрел оказался несмертельным. Взрослому мужчине иногда удавалось пробить стрелой бизона насквозь, однако у почти еще мальчика не хватало сил, чтобы с такой силой натянуть лук. Тем не менее Ва ку'та издал победный клич и тут же выпустил следующую стрелу. Животное все еще бежало, а Ва ку'та посылал стрелу за стрелой, пока с морды могучего зверя не побежала кровавая пена. Бизониха теряла силы, последним усилием она повернулась к своему преследователю. Рога низко склоненной головы едва не распороли живот лошади, только внезапно отскочив, мустанг избежал острых рогов. Ва ку'та, наверно, упал бы с лошади, если бы не нога в петле, она позволяла ему укрываться за боком лошади. К счастью для Ва ку'та, то было последнее усилие бизонихи, она споткнулась передними ногами о кочку, низко склонила голову, с морды и из ноздрей хлынула струя крови. Животное жалобно простонало и свалилось на землю.

Ва ку'та соскочил с лошади, пылающий взор его не отрывался от умирающего зверя. Топот копыт бизонов и лошадей, крики охотников постепенно затихали вдали, но юный Ва ку'та ничего не слышал и не видел, кроме первого добытого им бизона. Наконец он всунул лук в колчан, волна внутренней радости подымалась все выше. Уставясь в замутненные близкой смертью глаза бизонихи, он опустился на колени и дрожащим голосом проговорил:

— Благодарю тебя, о могучий бизон, что ты позволил именно моей стреле лишить тебя жизни. Я сделал это, потому что Великий Дух послал бизонов на Землю для того, чтобы они удовлетворяли все наши потребности. Белые люди прогнали нас с родимой земли, вахпекуты голодают и им нужны новые типи, чтобы летом защищать их от жары, а зимой — от холода. Мы молились Великому Духу, чтобы он привел стадо бизонов поближе к нашему лагерю, и Великий Дух услышал наши просьбы. Ты — первый добытый мною бизон, и с этой поры я буду охотиться самостоятельно и заботиться, чтобы мои близкие не знали голода. И чтобы это доказать, я не возьму себе ни единой частички твоего тела. Я оказываю тебе этим честь, а ты повтори это всем бизонам, чтобы они приходили на мою охотничью тропу.

Ва ку'та поднялся с колен и только теперь заметил стоящего рядом отца.. Желтый Камень не скрывал своей радости и гордости за сына. Его сын стал мужчиной!

Солнце стояло высоко в зените, охота подошла к концу. Прерия была усеяна убитыми бизонами, остатки стада скрылись в северо-западном направлении. В самое ближайшее время вахпекутам предстояло двинуться вслед за стадом, но пока они должны были обработать шкуры убитых бизонов и высушить мясо. Вдали уже виднелись женщины и дети, они спешили помочь мужчинам в тяжелой, но такой нужной для всех работе.

В ожидании женщин охотники собрались вокруг Желтого Камня и Ва ку'та. Рост числа охотников в группе вахпекутов — это было важное для всех событие. Потому они с удовольствием глядели на юного Ва ку'та. Шаман Ва хи'хи подошел к мертвому бизону, низко ему поклонился, а затем обратился к Ва ку'та:

— Вот ты и добыл первого бизона. Праздничный это день для тебя и для нас всех. С этого времени ты вошел в общество охотников. Никогда не забывай, что бизоны — это дар Великого Духа, и убивай их не больше, чем нужно.

— Я буду помнить, отец, — прошептал взволнованный Ва ку'та.

Желтый Камень вырезал у бизона язык и подал его сыну на пучке травы. Ва ку'та взял в руки лакомый кусок, встал с ним перед шаманом Ва хи'хи.

— Ты предсказал сегодня на рассвете, отец мой, что сегодня я добуду своего первого бизона, — произнес он. — Вот он — первый, и потому прими его от меня в подарок.

Вместе с охотниками Желтый Камень с Ва ку'та сняли с бизона шкуру. Ва ку'та подарил ее вдове вахпекута, погибшего во время переправы через Миссури. Затем приступили к разделке туши. С помощью ножа вырезали сплетения сухожилий, отделили крупные кости, печень, кишки, копыта и рога. Ва ку'та раздавал все, прежде всего старикам и вдовам, и следил при этом, чтобы, согласно обычаю племени, не подарить чего-нибудь тем, кто принадлежал к его семье.

Желтый Камень радовался в глубине души, глядя на поведение сына, юный охотник учился таким образом благородству, бескорыстию, необходимости помогать более слабым. Когда все было роздано, Желтый Камень объявил, что по случаю добычи сыном его первого бизона он, Желтый Камень, устраивает вечером пир.

Теперь охотники разбрелись по прерии и каждый из них приступил к разделке добытых им бизонов, а кто кого убил, можно было установить по оперению стрел, все они имели отличительные знаки. Подошли женщины с детьми, началась нелегкая работа. Охотники были совсем голодные, до начала охоты и военных походов они никогда не ели, поэтому кое-кто ел сырую печенку, другие ломали большие бедренные кости и высасывали из них костный мозг. Маленькие дети отрезали ножами кусочки нежного мяса вокруг челюстей и шеи бизонов и немедленно их съедали. Женщины нарезали мясо пластинами, вьючили их на лошадей, и отвозили в лагерь. Только там мясо резали на длинные, тонкие полоски и сушили. Бизоньи шкуры тоже перевезли в лагерь, чтобы их обработать.

Работа длилась до самого захода солнца, одни охотники отдыхали после тяжких трудов. Женам Желтого Камня пришлось особенно тяжко, им ведь еще надо было приготовить вечерний пир. По всему лагерю разносились запахи жареного мяса.

Только наступил вечер, как старейшины и воины-вахпекуты поспешили на пир. Они уселись широким кругом на шкурах, разложенных вокруг типи Желтого Камня. Каждый гость принес с собой деревянную миску и ложку.

Юный Ва ку'та в первый раз в жизни сидел среди взрослых мужчин. Он старался сохранить серьезный вид, хотя изнутри его распирала радость, ведь в тот вечер он был почетным гостем пира.

Когда собрались все приглашенные, жены Желтого Камня принесли котлы с вареным и жареным мясом, вареный язык и горячий костный мозг. Желтый Камень раздавал угощенье, а гости ели и время от времени передавали вкусные кусочки своим женам, сидевшим позади них на земле. Все, наконец, наелись досыта, а в знак того, что угощенье было вкусным, старательно вылизали свои миски.

Теперь мужчины уселись поудобнее, разожгли трубки. Согласно обычаю, Та-Тунка-Сках предложил, чтобы юный Ва ку'та рассказал всем собравшимся, как он добыл своего первого бизона. Ва ку'та встал у костра, немного дрожащим голосом повел свой рассказ. Его осыпали похвалами, особенно в том месте, когда он говорил, как во время атаки раненой бизонихи он чуть не упал с лошади. Желтый Камень и Длинное Копье, находившиеся во время охоты поблизости, чтобы в случае чего помочь Ва ку'та, подтвердили, что он держался очень храбро. И все охотники единогласно заявили, что принимают Ва ку'та в свои ряды.

В завершение пира не принадлежащие к семье Желтого Камня гости были им одарены лошадьми, бизоньими шкурами, ножами и разными вещами, добытыми во время восстания в Миннесоте.