Прочитайте онлайн Похищая жизни. | День шестой

Читать книгу Похищая жизни.
3216+844
  • Автор:
  • Язык: ru
Поделиться

День шестой

Девин

До Сентвуда от столицы было три часа езды. Пришлось отправиться на рассвете, чтобы к полудню успеть вернуться на похороны. Родственников у Коула, насколько мне известно, не имелось, поэтому все хлопоты был вынужден взвалить на свои плечи. Я мрачно усмехнулся. Вторая траурная церемония за неделю - такого и врагу не пожелаешь.

Откинувшись на мягкую спинку, прикрыл глаза. Однообразные пейзажи за окном действовали угнетающе. Туман казался почти непроницаемым, отчего деревья, мелькающие по обеим сторонам ухабистой дороги, разглядеть было практически невозможно, они сливались в единую темную массу. Миновав лес, повозка помчалась к двухэтажному строению, чьи размытые очертания едва выделялись во мгле.

Домоправитель Ларсон, осведомленный о моем приезде, уже поджидал на крыльце, часто вздрагивая и кутаясь в шерстяную шаль, по-видимому, позаимствованную у жены. Керосиновая лампа в его руке приветливо подмигивала большим желтым глазом, освещая бледного, сонного дворецкого и каменные ступени, ведущие к входу.

Чинно поклонившись, слуга распахнул передо мной дверь.

- Куда прикажете подать завтрак? - забирая у меня пальто, спросил он.

- Я неголоден и надолго здесь не задержусь.

Домоправитель порывался еще что-то сказать, наверное, хотел выразить свои соболезнования. К счастью, вовремя понял, что в данный момент хозяин не расположен к задушевным беседам и благоразумно заткнулся.

Я привычно обежал взглядом знакомую обстановку. К этому дому, где прошло все мое детство, я питал особые чувства и любил уединяться здесь от столичной суеты. К сожалению, на этот раз остаться в Сентвуде и попытаться разобраться в своей жизни, напоминающей клубок, сплетенный из загадок и трагедий, возможности не было. Время бежало с неимоверной скоростью, и каждый новый день отдалял меня от Авроры. Скоро я буду бессилен ей помочь. Если не возьму себя в руки и не сосредоточусь на расследовании. Потребуется больше информации, чтобы Совет счел необходимым снова вернуть меня в прошлое, и тогда я просто буду не вправе ошибиться.

- Мне бы хотелось взглянуть на вещи леди Каролин, если, конечно, они сохранились, - нарушил я тягостную тишину. Сейчас бы пригодились любые, даже самые незначительные зацепки. Возможно, удастся выяснить, как медальон оказался в моей семье и знала ли сама Каролин, каким сокровищем обладала.

- По приказу леди Маделин вещи покойной графини отнесли на чердак, - с готовностью доложил слуга.

Я мысленно поблагодарил мать за то, что она не избавилась от ветоши, как обычно любила делать, а сберегла, будто предчувствовала, что в будущем что-нибудь может пригодиться.

- Отнеси все в мой кабинет.

Поклонившись в очередной раз, дворецкий отправился выполнять указание, велев миссис Ларсон, показавшейся в тот момент из столовой, подать чай. Мои слова об отсутствии аппетита он предпочел оставить без внимания. Поприветствовав пожилую женщину слабой улыбкой, я поднялся наверх. В кабинете, как обычно, царил полумрак. Раздвинув шторы и запалив свечи, подбросил в камин поленья. В Сентвуде и летом было прохладно, а с приходом осени старый дом превращался в настоящее ледяное царство, и даже затопленные камины не могли согреть просторные нежилые помещения.

Устроившись в кресле, позволил себе расслабиться, справедливо полагая, что хотя бы несколько минут покоя я уж точно заслужил. Словно загипнотизированный, любовался игрой золотых искр, вслушиваясь в потрескивание сухого дерева. Не знаю почему, но этот звук всегда действовал на меня умиротворяюще. Я мог часами сидеть у огня, ни о чем не думая и потеряв счет времени. Очнулся, когда за спиной скрипнули створки. Мэри бесшумно пересекла комнату и поставила на стол поднос. Кабинет сразу наполнился запахом поджаренного хлеба и бекона. Следом за кухаркой явился домоправитель, неся в руках большую коробку, полную старого барахла.

Бегло просмотрев шкатулки, набитые всевозможными побрякушками (Каролин всегда питала слабость к драгоценностям), я перешел к переписке. В основном это были письма от моего деда, Редьяра Уистлера, и от многочисленных знакомых графини. Ни в одном не было даже упоминания о медальоне.

После часа корпения над любовными признаниями деда и подробнейшими отчетами об отдыхе на престижных курортах закадычной подруги Каролин, баронессы Абигейл Свон, вынужден был признать, что тайна артефакта, скорее всего, так и останется неразгаданной. Прочитав по диагонали еще несколько посланий, достал из конверта последнее. Без сомнения, оно было написано рукой Каролин, но его содержание ввергло меня в недоумение. Непонятно почему, письмо было адресовано... детям Абигейл. Несколько обрывочных фраз, на мой взгляд, лишенных всякого смысла:

"Простите, что предала вас. Воспоминания о совершенной ошибке будут преследовать меня бесконечно, и я хочу, чтобы вы знали - расставание с вами далось нелегко, но это был единственный выход. Так у меня хотя бы появилась возможность наблюдать за вами со стороны. Хотела бы все исправить, но понимаю, что это невозможно. Я умерла для вас. Навсегда.

Браз слишком много знал и рано или поздно пришел бы за мной. Поэтому оставалось только исчезнуть. Но сердцем и душой я всегда буду с вами.

Навеки ваша Абигейл".

Пару минут я смотрел на пожелтевший листок, на несколько строчек, написанных размашистым почерком Каролин с замысловатыми завитушками. В голове крутились вопросы: зачем понадобилось писать от лица подруги и почему письмо так и не было отправлено адресату? И что за нелепое содержание? Кажется, графиня на закате своих дней окончательно лишилась рассудка, иначе ничем другим этот бред объяснить нельзя.

Каролин пережила свою подругу всего на несколько лет. Я тогда был еще ребенком, но хорошо помню, что со смертью Абигейл был связан какой-то громкий скандал. Вроде бы ее убил молодой любовник. Один из тех альфонсов, что приезжают в столицу в поисках легкой жизни за счет богатеньких леди. Что послужило причиной столь рокового конца, мне было неведомо, так же, как и дальнейшая судьба убийцы. В то беззаботное время меня мало волновали чужие страсти, а сплетен и досужих разговоров я всегда сторонился.

Задаваться и дальше вопросом, зачем Каролин понадобилось писать все это, не имело смысла. Скорее всего, в тот момент бабка просто была не в себе. Бросив листок в коробку, я допил уже остывший чай и поднялся. Настроение испортилось окончательно, хотя и до этого было хуже некуда. Моя поездка оказалась напрасной. Ничего об артефакте узнать не удалось и...

Я с досадой ударил себя по лбу. Идиот! И почему сразу об этом не подумал! Ругая себя последними словами, кинулся к письменному столу. Один за другим принялся выдвигать ящики и вываливать их содержимое прямо себе под ноги. Наконец я нашел, что искал. Выудив из кучи бумаг визитку, с жадностью впился в нее глазами. На карточке крупным шрифтом без каких-либо украшений было напечатано: "Мистер Сэйдок Флинн".

Несколько месяцев назад, еще до моего знакомства с Авророй, этот человек приезжал сюда с предложением продать ему медальон. Взамен предлагал хорошую сумму, но встретил категоричный отказ. В деньгах я не нуждался и разбазаривать фамильные ценности был не намерен. К огорчению антиквара сделка не состоялась. Уходя, тот оставил свои координаты в случае, если я вдруг передумаю. И только сейчас мне пришло в голову: вероятно, мистер Флинн был в курсе, что это за вещица, раз проявлял к ней такой интерес.

Спрятав визитную карточку в карман, я невольно улыбнулся. И все-таки не зря тащился в такую даль! Осталось найти антиквара. Вдруг он прольет свет на таинственную историю медальона.

Алексис

Моим надеждам на спокойную ночь не суждено было сбыться. Где-то около одиннадцати заявился Шейрон, весь такой расфуфыренный, надушенный и с загадочной улыбкой на устах. Наш бастард, похоже, решил за мной приударить всерьез, что в общем-то было неплохо. Правда, момент он выбрал не самый удачный. Я только-только уснула, и была чертовски зла, когда какой-то идиот начал трезвонить в дверь. Спускаясь вниз, придумывала страшную месть камикадзе, осмелившемуся нарушить мой сон, но, заметив бутылку дорогого вина, букет алых роз и маленькую бархатную коробочку, которую Вильерс с ловкостью фокусника достал из кармана пальто, сразу сменила гнев на милость и даже выдавила из себя нечто похожее на улыбку. А когда моим глазам открылось содержимое этой самой коробочки - изумительные сережки с до неприличия огромными изумрудами - едва не влюбилась в Шейрона, пусть и не с первого взгляда. Если он каждый вечер станет притаскивать мне нечто подобное, я определенно не буду против его визитов.

Понятное дело, уснули мы только под утро, а с первыми лучами в мою дверь поскреблась служанка с ненавязчивым напоминанием, что на сегодня у меня запланирована важная поездка. Я накрыла голову подушкой, отчаянно желая, чтобы Нэтти куда-нибудь провалилась, но девушка, уже привыкшая к тому, что разбудить хозяйку - занятие долгое и кропотливое, уже не скреблась, а колотила в дверь кулаками; не хватало еще, чтоб ногами.

Шейрон что-то недовольно пробормотал во сне. Перевернувшись на бок, по-хозяйски опустил руку мне на бедро и захрапел как ни в чем не бывало. Это было уже выше моих сил! Пришлось вставать. Нежно скинув его конечность, так, что она ударилась о кованую спинку кровати, я выскользнула из-под одеяла и накинула пеньюар. Выглянув в окно, убедилась, что новый день ничем не отличается от предыдущих: такой же дождливый, туманный и слякотный.

- Завтрак уже готов, - боясь нарваться на мое недовольство, с улыбкой залебезила служанка. - Только что доставили из пекарни ваши любимые пирожные с корицей.

Нэтти знала, как ублажить хозяйку. Почувствовав аромат кофе, я засунула свои негативные эмоции куда подальше и уселась поближе к камину. Что может быть по утрам прекраснее чашечки крепкого кофе! Даже дождь, барабанящий по карнизам, больше не омрачал моего настроения. Наказав напоследок подать завтрак лорду Вильерсу, когда его светлость, наконец, соизволит оторвать свой зад от перины, принялась за сборы.

Ежу понятно, в такую погоду куда лучше нежиться в постели, в чьих-нибудь жарких объятиях, нежели тащиться черт знает куда, но что поделаешь. Сначала служба, потом удовольствия. Вот такая я правильная, аж самой противно.

Подобрав под изумруды Шейрона платье василькового цвета, быстро переоделась, зашнуровала высокие ботинки и, наспех соорудив на голове нечто, больше похожее на соломенное гнездо, поспешила на улицу, предусмотрительно захватив с собой зонтик. Дождь прекратился, но клубящиеся на небе тучи ясно давали понять, что это только временное перемирие.

Пересекла площадь, в центре нее находился фонтан со статуями трех юных дев, держащих на головах корзины с фруктами, которые, утратив свою былую яркость, теперь походили на внушительных размеров булыжники. Если таким запустить кому в голову, точно мало не покажется. Размышляя о том, какой дурак сотворил эту ужасную композицию, двинулась вдоль торговых лавок по направлению к вокзалу. Хотела было поймать экипаж, но передумала, вокзал находился в десяти минутах ходьбы от моего дома. Лучше бы я не меняла своего решения. Да и умудренная опытом интуиция тактично советовала не искать на одно место новые приключения. Так нет же! Я ее не послушалась и сейчас пожинала плоды.

Нарочно задержалась возле цветочной лавки и, сделав вид, что изучаю ассортимент, скосила взгляд в сторону. Парень, следовавший за мной, тоже остановился и теперь очень внимательно рассматривал объявления, расклеенные на деревянной доске. Не спеша стала перебирать цветы, чтобы потянуть время. Мой следопыт не отрывал глаз от немногочисленных листочков. Неужели не понимает, что за это время все там написанное можно было сто раз по слогам прочитать. Тоже мне, конспиратор!

Разглядеть преследователя не удалось, коричневая фуражка, низко надвинутая на лоб, скрывала его лицо. Зато рыжие кудри выдали недотепу с головой. От сердца сразу отлегло. Я уж было решила, что это очередной наемный убийца, посланный по мою душу. Все-таки хорошо, что иногда чутье меня обманывает. Не желая раньше времени разочаровывать парня, дав понять ему, что обнаружен, я перекинулась парой фраз с цветочницей, купила маленький букетик незабудок и прогулочным шагом направилась дальше. Не было нужды оглядываться, дабы убедиться, что "наружка" следует за мной попятам.

Когда же мне наскучила эта игра, я перешла дорогу и затаилась в проулке, поджидая своего преследователя. Долго там торчать не пришлось. Уже через минуту парень вывернул из-за угла и остановился как вкопанный, наткнувшись на дуло моего карманного пистолета. На веснушчатой физиономии отразилась гамма чувств: от удивления до досады, но страха я не заметила.

- Алексис! - выдохнул паренек, обиженно поджав губы, будто не он, а я его так бездарно пасла все это время. Хитрые глазки забегали в разные стороны - явный признак того, что Джесс судорожно соображает, что бы такое соврать сейчас мне, а потом Рене, когда придется объяснять тому свой прокол в первые же минуты слежки. - Вот так встреча! Безумно рад тебя видеть! - заюлил хвостом рыжий, стараясь выглядеть счастливым и безмятежным. Но это у него получалось, скажем, так себе. Наверное, мало тренировался перед зеркалом.

- Мне пристрелить тебя прямо сейчас или все-таки расскажешь, зачем плетешься за мной от самого дома? - чтобы не выглядеть слишком уж кровожадной, предложила я вполне неплохую, на мой взгляд, альтернативу и помахала пистолетом перед носом парня, дабы убедить того в серьезности своих намерений.

Поняв, что дальше ломать комедию просто нет смысла, Джесс понуро опустил голову и невнятно пробормотал:

- Рене велел присматривать за тобой.

- Что, так беспокоится? - усмехнулась я. - Или ты хотел сказать, приставил следить, - озвучила очевидную мысль.

- Зная тебя, это вполне оправданная предосторожность, - осмелился вякнуть рыжий. - Никогда нельзя точно сказать, что найдет на тебя в следующую минуту.

- Так уж мы, женщины, устроены, - передернула я плечами. - Непредсказуемые, нелогичные создания.

Посчитав инцидент исчерпанным, сунула пистолет в карман и быстрым шагом двинулась к высокому зданию с куполообразной крышей, часы на которой показывали половину одиннадцатого. Следовало поторопиться. Мой поезд отходил через четверть часа, а из-за этого простофили я могла на него опоздать. Джесс, как оказалось, не собирался оставлять меня в покое, перейдя от тайного сопровождения к явному.

Обернувшись к нему, прямо высказала свое видение ситуации:

- Советую больше не попадаться мне на глаза и не нарываться на грубость.

- Думаешь, я в восторге от этой затеи? - скривился юноша, всем своим видом пытаясь показать, как ему претит мое общество.

Врал, конечно, потому как еще несколько лет назад у нас были, несмотря на разницу в возрасте, довольно крепкие приятельские отношения. Когда-то этот паренек спас мне жизнь, правда, и я в долгу не осталась. Отплатила, чем могла: частенько вытаскивала его из передряг, но потом наши пути разошлись. Джесс остался в банде Рене, а я вроде как сменила приоритеты и перешла на сторону закона, дав себе слово никогда больше не возвращаться к прошлому. Но, видимо, от этого самого прошлого не так-то просто избавиться.

- Куда собралась? - никак не реагируя на мой ультиматум, продолжал давить на психику рыжий, лениво пиная валявшуюся на дороге консервную банку.

- Послушай, Джесс! - я начала терять терпение. Досчитав до десяти, сделала глубокий вдох и вполне миролюбиво проговорила: - Отчитываться перед Стоуном за каждый свой шаг я не намерена, так ему и передай. Рене нужен артефакт - он его получит. А ты в этом деле с какого боку?

Парень распахнул передо мной стеклянные створки и, отвесив шутовской поклон, весело возвестил:

- Я бы с радостью вас послушался, моя прекрасная леди, но вынужден исполнять приказ босса, иначе он мне голову отвинтит. А значит, желаешь ты того или нет, до тех пор, пока медальон не окажется у Рене, я буду следовать за тобой тенью.

- Звучит многообещающе, - констатировала я мрачно. Признав, что продолжать дебаты бесполезно; все равно, что метать бисер перед свиньями, вынужденно смирилась с обществом семнадцатилетнего пройдохи.

Преодолев сутолоку на перроне, мы подошли к поезду, следующему в Вейнхилл. Предъявив проводнику в темно-синей ливрее свой посадочный билет, обернулась к Джессу, гадая, как он намерен проникнуть в вагон. Оплачивать проезд скряга наотрез отказался, мотивировав это тем, что Стоун велел не разбазаривать по пустякам его нечестно нажитое добро.

Каково же было мое удивление, когда рыжего поблизости не оказалось. Вот только секунду назад был рядом, а теперь как сквозь землю провалился. Проводник напомнил, что поезд через минуту отправляется, и предложил руку, дабы помочь подняться.

Я недоуменно хмыкнула. Может, Джесс передумал со мной ехать? Это было бы замечательно. Жаль, что моя радость была преждевременной. Войдя в купе и ответив на приветствие разряженной матроны, смерившей меня любопытным взглядом, хотела уже устроиться возле окна, когда кто-то сильно пихнул меня в бок и издал возмущенное:

- Эй! - заглушившее испуганный вскрик моей соседки.

Женщина театрально закатила глаза, готовая сию минуту грохнуться в обморок, но желание узнать, что за невидимка обосновался в нашем купе, оказалось сильнее привычки, и дама продолжила пялиться на стеганый, обитый кожей диванчик. А я инстинктивно отпрянула и, уперев руки в боки, негодующе уставилась на Джесса, точнее на фрагменты его тела, которые стали появляться по очереди, словно бы из ниоткуда: сначала улыбающаяся физиономия, потом руки и туловище и наконец ноги в растоптанных, тоже рыжих, как и шевелюра, ботинках. Весьма довольный своим эффектным появлением, Джесс развалился на диване и заговорщицки подмигнул несчастной пассажирке. Та тоненько всхлипнула и благополучно отключилась.

- Значит, на билеты Рене тратиться не хочет, зато на сомнительные изобретения магов денег ему не жалко. - Подвинув нахального типа, я все-таки заняла свое законное, честно оплаченное место возле окна.

В ответ Джесс продемонстрировал мне небольшое устройство овальной формы, напоминающее отполированную морем гальку и легко помещающееся в ладони.

- Заряда хватает на пять-шесть использований. Стоит сжать эту штуковину в руке и представить, что тебя никто не замечает, и вуаля, становишься невидимым.

Я завистливо вздохнула. В нашем Бюро и простейших телепортов, способных переносить на короткие расстояния, не допросишься, Блейк вечно оправдывается, что Совет выделяет недостаточно средств. Зато люди Стоуна ни в чем себе не отказывают и экипированы по последнему слову магии.

- Но ведь тебе дали его не для того, чтобы бесплатно кататься в поездах, - попробовала сбить с парня спесь. - Рене по головке не погладит, если узнает, на что идут его нажитые чужими потом и кровью денежки.

- А он и не узнает, - беспечно отмахнулся Джесс и хитро добавил: - Ты ведь не скажешь! - Вытянув ноги, громко зевнул и прикрыл глаза, намереваясь всю дорогу проспать беспробудным сном.

- И куда теперь? - поинтересовался мой попутчик, когда мы сошли на станции в Вейнхилле.

- Я готова мириться с твоим присутствием, но только, если будешь молчать как рыба об лед и не задавать глупых вопросов, - не терпящим возражений тоном отчеканила я.

Раскрыв зонтик, поспешила в здание. Дождь припустил не на шутку. Крупные капли бодро застучали по перрону, на глазах превращаясь в темные лужицы. Если в Миствиле было просто прохладно, то в небольшом городке на берегу моря, казалось, властвовала настоящая стужа. Ледяной ветер кружил над землей, до самых костей пронизывая редких прохожих. Джесс, одетый в легкую куртку и тонкие шерстяные брюки, хоть и хорохорился и делал вид, что ему все нипочем, на самом деле уже через каких-то пару минут стал напоминать по цвету синий, вернее, фиолетовый баклажан. Пришлось задержаться на станции и отпаивать бедолагу горячим чаем с булочками, платить за которые, разумеется, пришлось мне.

- Уже, наверное, и не рад, что за мной увязался. - Подперев подбородок руками, я наблюдала за тем, как парень расправляется с очередной плюшкой.

- Ты так и не ответила на мой вопрос. Зачем мы сюда притащились? - с набитым ртом осведомился Джесс.

- Если тебе от этого станет легче, отвечу: в музей Льюиса, других достопримечательностей здесь нет, - поразилась я недогадливости парня.

- Считаешь, медальон находится в музее? - недоверчиво уставился на меня тот.

- Вижу, Рене тебе ничего не рассказал. Что, не доверяет? Или совсем за дурака держит? - решила поддеть приятеля. - Артефакт в Миствиле, ну, или, по крайней мере, был там до недавнего времени.

- Тогда чего сюда приперлись? - никак не врубался рыжий.

Справившись с желанием хорошенько стукнуть его, терпеливо пояснила:

- Это называется расследование. Когда появляется гипотеза, ее необходимо проверить. Именно затем я сюда и явилась.

- Значит, ты теперь у нас великая сыщица? - с иронией уточнил юноша.

- Типа того, - подтвердила скупо. Поднявшись из-за стола, предложила: - Если хочешь, можешь подождать меня на станции. Надолго я не задержусь.

Мои слова прозвучали для Джесса, как приказ к действию. Позабыв об угощениях, парень вскочил со своего места и ринулся за мной к выходу.

- Ну уж нет, знаю я твои штучки. Слиняешь, а Стоун с меня потом три шкуры спустит. Я теперь от тебя ни на шаг.

- Тогда поехали, - не сумела сдержать досады. Очередная попытка избавиться от прилипалы оказалась безуспешной.

Дом, где когда-то жила чета Льюисов, находился в центре уездного городка. После смерти мага и самоубийства его жены, Софии, здание превратили в музей, куда ежегодно стекались любопытные из разных концов королевства, дабы поглазеть на то, что принадлежало некогда великому чародею. Когда властям стало известно о медальоне, агенты Бюро обследовали музей вдоль и поперек, проштудировали все сохранившиеся документы и записи Эйвана, но никаких зацепок, способных указать на местонахождение артефакта, отыскать не удалось. Казалось, тот исчез из Фейриленда навсегда.

Получив приказ отыскать медальон, я первым делом отправилась в Вейнхилл, но, как и мои предшественники, потерпела фиаско. Однако в свете последних событий, думается, прошлая поездка была ненапрасной.

Передав Джесса в руки бойкого словоохотливого гида и дав парню клятвенное обещание никуда не исчезать, я отправилась прямиком в хранилище. Узнав, кто к ним пожаловал, стражник безропотно меня пропустил, зажег керосиновую лампу и, любезно пообещав вернуться по первому моему зову, удалился.

Сняв верхнюю одежду, я огляделась, отмечая про себя, что со времени моего последнего визита здесь мало что изменилось. Взяла чадящий светильник и направилась к стеллажам, внимательно изучая приклеенные к папкам ярлыки. Чего тут только не было! Дотошные служащие музея тащили в хранилище все, что хоть как-то касалось легендарного чародея: вырезки из газет, журналов, описания его опытов и изобретений, подробности биографии. Вся жизнь Льюиса была запечатлена на страницах многотомных изданий. Но сейчас меня интересовал не сам маг, а его ничем непримечательная супруга. Точнее, обстоятельства ее гибели.

Если не ошибаюсь, София тоже была не обделена магическим даром, но всегда оставалась в тени, затмеваемая славой своего выдающегося мужа. Сама же она не изобрела ничего стоящего, судьбой женщины было стать женой гения, а потом скончаться от безмерной тоски по любимому. Хотя насчет последнего у меня теперь появились большие сомнения.

Отыскав папку, где содержалась информация о самоубийстве Софии, я поставила лампу на полку и, умирая от нетерпения, впилась взглядом в печатные строки. Просмотрев несколько листков, наткнулась на вырезку из местной газеты, датированной 15 мая 1780 года. В статье говорилось о том, как двое рыбаков выловили тело утопленницы и с трудом узнали в ней жену Льюиса. Из краткого отчета полиции можно было сделать вывод, что София превратилась в труп, очень смахивающий на мумию. Особенно поразили всех глаза женщины, с бельмом и без зрачков. Окончательно убедиться в правоте свой догадки мне помог последний абзац, где сообщалось, что тело отправили в городской морг, а наутро оно исчезло, оставив после себя только кучку пепла, словно предварительно побывало в крематории. Знакомая картина, не правда ли?

Я повторно перечитала статью. Зародившаяся накануне идея теперь не казалась такой уж парадоксальной и постепенно отвоевывала все больше места в моем мозгу, вселяя уверенность, что я на верном пути. Оставалось сложить кусочки мозаики, и получим целостную картину.

По словам подруги Авроры, мисс Оуэн боялась своего отца и не доверяла ему. В их доме я не обнаружила ни семейных портретов, ни фотографий, на которых были бы запечатлены маленькая или большая девочка Аврора, ее любящий отец и ныне покойная, но ведь когда-то же имевшаяся в наличии мать. Как-то все это очень странно: вроде бы люди без прошлого. Разве так бывает?

А может, это был всего лишь фарс, устроенный с определенной целью? Например, заарканить перспективного жениха и, заманив его в ловушку, завладеть украшением. Только к чему такие сложности? Не проще ли было выкрасть его, как это попытались сделать люди Блейка? Стоило ли разыгрывать целый спектакль про провинциального вдовца и его непорочную дочь, этакого ангелочка с крылышками? К сожалению, на сей вопрос у меня пока не было ответа.

Идем далее. Коул неожиданно погибает, с ним происходит та же метаморфоза, что и с покойной женой Льюиса. С этого момента моя версия строилась на одних догадках, но я нутром чувствовала, что истина где-то рядом. София, несомненно, была в курсе всех достижений мужа и наверняка знала всю его подноготную, а, следовательно, и правду о медальоне. Если предположить, что госпожа Льюис не умерла от горя, а, наоборот, решила взять от жизни как можно больше и для этого начала все с нуля, то получается очень даже складно. Она подобрала себе новую оболочку, а старую за ненадобностью выбросила в море, инсценировав суицид.

И дальше одному богу известно, сколько раз София меняла свое "пристанище". Нужно будет просмотреть нераскрытые дела Бюро и выяснить, не было ли похожих случаев, когда тела вдруг странным образом превращались в прах без помощи истопника, - сделала пометку в памяти и продолжила свои размышления.

Каким-то образом артефакт оказался в семье Уистлера и некто по имени Коул решил его прикарманить. Для этого он сочинил целую мелодраму с участием красотки Авроры (или как там ее по батюшке) и таки выдурил у нашего наивного Девина заветную безделушку. А девушку убил, когда та стала ему не нужна. Конечно, в моей версии многое притянуто за уши и многое пока остается неясным, но это все же лучше, чем ничего. Будем считать, что убийца мисс Оуэн вычислен. Следовательно, можно со спокойной совестью сосредоточиться на поисках артефакта и не отвлекаться на мелочи вроде упокоившихся душой аферисток. Хоть с этим разобрались.

Вырвав нужные страницы и припрятав их в сумку (Блейк, как всегда, потребует доказательства), я вернула папку на место и покинула хранилище. Джесс уже поджидал меня возле выхода. Парень заметно нервничал, как солдат на посту вышагивал из угла в угол, нетерпеливо поглядывая на часы.

- Наверное, решил, что я все-таки слиняла? - весело улыбнулась рыжему.

- Если честно, был в этом почти уверен. Даже странно, что ты еще здесь, - озадаченно почесал затылок приятель. - Что-нибудь выяснила?

- Я убеждена, ну, почти убеждена, что знаю, у кого сейчас медальон. Дело осталось за малым - отыскать человека, способного перемещаться из тела в тело.

- В каком смысле перемещаться? - озадаченно переспросил Джесс.

- В прямом, - просто ответила я.

Некоторое время парень молчал, наверное, переваривая услышанное, потом глубокомысленно заключил:

- Теперь понятно, зачем Рене так понадобилась эта штуковина. - И вскинул на меня взгляд. - Думаешь, будет легко? Я имею в виду, найти артефакт?

- Напротив, даже очень сложно. - Оказавшись на улице, я поежилась от ледяного ветра. Виданное ли дело, в середине октября такой холод! Сбежав по ступеням, махнула проезжающему мимо кэбу, и тот сразу остановился. - Но мне обещал помочь один знакомый маг.

- Тогда передам Стоуну, что артефакт скоро будет у него, - сделал для себя поспешные выводы Джесс.

- Лучше заткнись и не мешай мне думать! - нервно огрызнулась я. Упоминание о Рене основательно подпортило настроение. Велела извозчику отвезти нас к ближайшему телеграфу и забралась в повозку.

Отправив начальнику краткое послание, вернулась в кэб. Всю дорогу до станции вынуждена была отвечать на бессмысленные вопросы неугомонного Джесса и бороться с желанием вышвырнуть болтуна из коляски. А рыжий и не думал умолкать. Чувствую, с такими успехами к концу дня у меня разовьется предынфарктное состояние.

К счастью, следующий поезд до Миствиля должен был прибыть через полчаса. Решили скоротать время в уже знакомой кофейне. Воспользовавшись временным затишьем, когда Джесс сосредоточился на сладостях и перестал до меня докапываться, я попробовала наметить дальнейший план действий. Сегодня узнать еще что-нибудь вряд ли получится. Когда вернусь, будет уже поздний вечер. К тому же необходимо отдохнуть и привести себя в порядок, вдруг Шейрон и сегодня рассчитывает на мою благосклонность. В том смысле, что я милостиво приму его; естественно, с достойными подношениями.

Однако в одно место заглянуть все же придется. Мой прошлый визит в "Ле Шане" и связанные с ним надежды, мягко говоря, провалились с треском. Так и не удалось поговорить с девушкой по имени Брин. Вероятнее всего, она не имела никакого отношения к нашему делу, но идиотская привычка доводить начатое до конца взяла верх, и я дала себе слово убедиться, что эта дорога точно тупиковая.

На сей раз рыжий не стал прибегать к помощи артефакта, а раскошелился на билет. Наверное, возымело действие мое предупреждение о чреватом последствиями растранжиривании магических ресурсов мистера Стоуна. Устроившись в купе первого класса, я заказала легкий ужин, радуясь тому, что хотя бы на обратном пути буду избавлена от докучливых расспросов не в меру любознательного Джесса. Не тут-то было! Каким-то образом этот проныра умудрился, не прибегая к помощи магии, перебраться из эконом-класса в мой шикарный вагон.

- Послушай, друг, но отсюда-то уж точно сбежать не получится, - расправляя салфетку на коленях, заметила я. Вооружившись столовыми приборами, приступила к трапезе, тактично намекнув: - И, если честно, я немного устала и хотела бы отдохнуть.

- А кто против? - Ничтоже сумняшеся, парень придвинул к себе откупоренную бутылку дорогого вина и отхлебнул прямо из горлышка. Затем, экспроприировав мою тарелку, стал проворно уничтожать ее содержимое. - Здесь мне больше нравится. Да и еда тут на порядок вкуснее.

От такой наглости я даже оторопела и не сразу нашлась, что ответить. Очнувшись, все-таки исполнила свою недавнюю мечту и хорошенько треснула наглеца по макушке свернутой в трубочку газетой. Возмущенно вскрикнув, Джесс потер ушибленное место, не преминув обличить меня в черствости.

- А в следующий раз, так и знай, воспользуюсь чем-нибудь потяжелей, и тогда ты вряд ли отделаешься лишь синяком, - грозно пообещала я, борясь с желанием наградить Джесса еще и пинком.

В ответ тот обиженно хмыкнул и, демонстративно отвернувшись (впрочем, ловить в тарелке ему уже было нечего), уставился в окно, всем своим видом давая понять, какая я злая и бессердечная. Можно было бы заказать еще порцию, но аппетит почему-то пропал. Я развернула периодику и сосредоточилась на последних известиях.

Очень скоро Джессу наскучило играть в молчанку. Пресытившись созерцанием полей и лесов, он повернулся ко мне и попытался выудить секретную информацию:

- Скажи, Алексис, а каково это возвращаться в прошлое?

- Как к бабушке на блины, - не желая развивать затронутую им тему, нехотя выдавила из себя.

- Я серьезно! - насупился приятель. - Что ты чувствуешь во время перемещения? Это вообще опасно?

- Для кого как... - Я в упор посмотрела на Джесса. Небось спит и видит, как бы отправиться в захватывающее путешествие по эпохам. И что самое страшное, его мечты могли стать реальностью. Стоит новомодным артефактам, ввозимым бог знает откуда, подешеветь, как любой желающий будет способен на временной пилотаж. Для блага самого же юноши решила сразу развеять его иллюзии. - Хочешь дружеский совет: даже не думай покупать эту самопальную дрянь. Если, конечно, жизнь дорога. Последствия могут быть непредсказуемыми.

В ответ Джесс неопределенно хмыкнул, как бы говоря, что он уже взрослый мальчик и в няньках не нуждается. Ну и пожалуйста! Сопли я ему вытирать точно не буду. Зачем тогда вообще спрашивал? Попробовала сосредоточиться на газетных сплетнях, но в одном месте у рыжего продолжало свербеть. Допив остатки вина и промокнув рот рукавом замызганной куртки, мой дотошный попутчик снова закидал меня вопросами:

- А как вы узнаете, если прошлое вдруг изменилось?

- Так прямо сейчас и рассказала, - бесцветно отозвалась я. Еще не хватало посвятить Джесса и всю их шайку в тайны Бюро.

- И все-таки? - не унимался рыжий.

- И все-таки лучше тебе заткнуться, - метнула в приставалу злой взгляд.

Джесс на мгновение приумолк. Наверное, раздумывал, с какой стороны подобраться, дабы выпытать нужные ему сведения. Но выкладывать хитрюге про заклятие, которое накладывали на каждого сотрудника Бюро и благодаря которому мы помнили разные варианты развития событий, я не собиралась.

Поэтому спешно поднялась и, бросив на ходу:

- Скоро вернусь, - вышла в тамбур.

Загляну-ка пока в ресторан. Все равно почитать не даст, да и с ужином по его вине я пролетела. Необходимо срочно наверстать упущенное. Об этом прежде робко, а теперь во всеуслышание напоминал взбунтовавшийся желудок, который никак не хотел довольствоваться лишь чашечкой кофе и жалким пирожным.

У выхода из вагона я обернулась и с облегчением поняла, что Джесс от меня вроде отлип. Уверена, ненадолго. Лучше бы вообще самоликвидировался или, в худшем случае, проспал до конечной станции. Наверное, следовало добавить в вино снотворного. Жаль, под рукой не оказалось дорожной "аптечки".

Предвкушая трапезу в одиночестве, я заняла свободный столик и раскрыла меню. В мгновение ока рядом материализовался официант, зажег свечу и, наполнив бокал, пообещал исполнить любое мое желание. Загнул, конечно! Потому как с моими фантазиями мало кто мог соперничать, хотя сейчас они были вполне приземленными: отделаться все от того же Джесса.

Из светящегося шара под потолком разливалась приятная музыка, ей вторил перезвон столовых приборов. Немногочисленные пассажиры негромко переговаривались, не желая нарушать атмосферу комфорта. Расслабленно откинувшись на спинку дивана, я перевернула страницу.

И тут минуты блаженства закончились. Совсем близко послышались шаркающие шаги, а затем кто-то бесцеремонно плюхнулся напротив меня. Не отрывая от меню глаз, гневно процедила:

- Начинаю склоняться к мысли, что нам стоит вернуться к первоначальному варианту. Ты следишь за мной на расстоянии не менее чем в десять ярдов!

Длинные, жилистые пальцы ухватили мое запястье. Я вздрогнула и выронила на стол папку. Подняв голову, тут же уразумела, что передо мной не Джесс. Красные глаза с темной поволокой впились в мое лицо, парализуя волю.

- Отдай медальон. - От голоса незнакомца по телу побежали мурашки.

Я судорожно сглотнула и даже хотела ущипнуть себя на предмет, если мне все это привиделось, но неослабевающая хватка убеждала в обратном. Тоненько вскрикнула, почти неслышно, наверное, интуитивно опасалась нарушить ресторанную благодать.

Цепкие пальцы медленно разжались. Удерживать больше не имело смысла. Даже если бы и очень захотела, не смогла бы сдвинуться с места. Сейчас я была полностью подчинена гипнотизирующему взгляду и чувствовала себя, словно маленький кролик перед пастью удава, который к тому же еще и умел говорить:

- Мне нужен медальон, отдай его, - как заезженная пластинка скрипел незнакомец.

Руки непроизвольно потянулись к сумке. Схватив ридикюль, дрожащими пальцами отстегнула застежку, подсознательно ругая себя за то, что так и не нашла более подходящего тайника для злосчастной подделки. И черт бы с ней, с этой бижутерией! Рене мог еще кучу таких наваять. Вот только получив желаемое, маг, скорее всего, поспешит от меня избавиться. Подтвердил догадку пакетик с серебристым порошком, который Внушающий одним незаметным движением (это ему так казалось) высыпал в мой бокал. Знакомый яд. Подействует не сразу, поэтому установить время смерти не получится. Такую отраву часто использовали, чтобы запутать Наблюдателей и спрятать концы в воду, не дав установить точный момент преступления. Обнадеживало одно, мало кому удавалось ее достать. Только в руках редких негодяев могло оказаться это смертоносное "жало", и сейчас оно было нацелено на меня.

Проклятье, Алексис! Сдается, ты серьезно вляпалась! Во что-то, от чего дурно пахнет аж за версту...

Обливаясь потом и мысленно прощаясь с жизнью, я достала чертову побрякушку. Негодяй уже простер ко мне свою клешню, когда его голова вдруг странно дернулась и упала на белоснежную скатерть. Довершил натюрморт стеклянный графин, из которого вытекала липкая жидкость, по запаху - ягодная наливка, наподобие лака склеивающая седые космы мага. Напоследок тот часто заморгал, будто хотел мне подмигнуть, но не справился с трудной задачей и отключился, может, еще и не навсегда.

- Бежим! - Джесс схватил меня за руку и потащил из ресторана.

Из-за дальнего столика подскочили двое верзил и ринулись следом. Видимо, сообщники нашего без пяти минут убийцы и вора. Надо же, опомнились!

Ко мне вернулась способность соображать, а вместе с тем накатила злоба. Чертов маг! Нужно было влить в его паршивую глотку уготованную мне отраву. Ненавижу Внушающих! Используют людей, как мусор, для своих гадких целей. Я бы с превеликим удовольствием избавила мир хотя бы от одного такого мерзавца, но не возвращаться же обратно! К тому же нас быстро догоняли двуногие "гориллы".

Поняв, что избавиться от преследователей не удастся, Джесс решил прибегнуть к неординарным мерам. Покрепче ухватившись за меня, скомандовал:

- Закрой глаза!

А в следующее мгновение мы стартовали из поезда.

Чувствуя, как накатывает тошнота, без сил опустилась на мешки, так удачно оказавшиеся поблизости, и глубоко вдохнула сырой стылый воздух. Рыжий ободряюще похлопал меня по плечу и заботливо произнес:

- Это просто с непривычки. Сейчас пройдет.

Я подарила ему болезненную улыбку. Уже и забыла, каково это телепортироваться.

- Спасибо. Если б не ты, не знаю, чем бы все закончилось.

- Ничего. Свои люди - сочтемся, - скромно отмахнулся приятель, а потом, не сдержавшись, нравоучительно выдал: - И больше не говори, что я для тебя обуза.

- Не наглей, - спустила его с высот на землю.

Совсем близко послышался гневный оклик торговца, в нескольких довольно резких выражениях потребовавшего, чтобы мы не рассиживались на его товаре и не распугивали покупателей (хотя таковых, честно говоря, поблизости не наблюдалось), а проваливали подобру-поздорову прочь. Джесс не остался в долгу и ответил ему в том же духе, что чуть не привело к настоящей баталии. Желая прекратить прения, я поднялась и на нетвердых ногах двинулась между прилавков. - Пойдем, Джесс. Мне уже лучше...

- Прошептала она бескровными губами, - позабыв о стычке, с иронией закончил рыжий. - Тебе ведь раньше легко давались переходы. Почему сейчас не пользуешься телепортами? - недоуменно вопросил он, вприпрыжку следуя за мной. - Это ведь так удобно!

Джесс выглядел бодрым, как огурчик, и голодными глазами провожал продуктовые прилавки, мимо которых мы проходили. Такого легче убить, чем прокормить. Меня же от одного вида съестного чуть не выворачивало наизнанку.

- Удобно, но очень дорого, - хмуро подметила я, стараясь скорее миновать торговые ряды и сбежать от щекочущих обоняние и провоцирующих мой желудок ароматов. - Зарплаты едва хватает на аренду скромного дома и оплату пансиона для сестры. А ведь еще надо хоть как-то одеваться, не ходить же мне в обносках.

- Возвращайся к нам. С твоим-то умом будешь, как сыр в масле кататься, - совсем не вовремя занялся пропагандой рыжий.

- А ты, однако, поэт. - Я устремилась на свет бумажных фонариков, нависающих над прилавками, полными всевозможного магического добра.

Теперь, наконец, поняла, куда нас забросило. На так называемый черный рынок, изобилующий запрещенными в Фейриленде артефактами. Здесь не спеша, словно на прогулке, прохаживались немногочисленные покупатели, намеренно скрывая свои лица под надвинутыми на лоб капюшонами, по-видимому, не желая светиться и запятнать свою безупречную репутацию. Потому что, как правило, это были известные и состоятельные люди, не чета нам, мелким служащим. Полиции никак не удавалось разворошить это осиное гнездо; в целях конспирации месторасположение рынка постоянно менялось.

- Давненько я здесь не бывала, - пробормотала, с увлечением разглядывая предложенный ассортимент.

Многие из выставленных на продажу предметов были мне незнакомы. Кроме стандартных телепортов, приворотных и отворотных зелий, ядов и противоядий здесь имелась масса интересных вещиц. Заметила небольшие округлые предметы, похожие на отшлифованные камни, вроде того, что сегодня утром продемонстрировал мне Джесс. А узнав стоимость такой финтифлюшки, отшатнулась от продавца, как от чумного, и с поспешностью переместилась к прилавку напротив, вокруг которого, в отличие от других, не толпились любопытствующие.

- Что это? - кивнула я на небольшое синее стеклышко, очень смахивающее на бутылочное, вправленное в металлический ободок.

Переваливаясь с ноги на ногу, невысокий пузатый человечек с рыжей бородой приблизился ко мне и заискивающе улыбнулся:

- Изобретение века, сударыня! Единственное в своем роде! Больше вы такого нигде не найдете!

- А если коротко и по существу? - наклонившись к лепрекону, оборвала его страстный монолог.

Фейри перестал декламировать заученный текст и лаконично пояснил:

- Мгновенные портреты. Сейчас! - кряхтя и что-то неразборчиво бормоча, заковылял обратно к прилавку. Двигался он неуклюже и весь был каким-то несуразным и смешным.

Взяв одну из стекляшек, направил ее на меня. Прошептал несколько слов, и артефакт замерцал, из темно-лазурного став ярко-голубым. Я невольно зажмурилась.

- Не бойтесь, - хихикнул продавец, потешаясь над моей реакцией, - я не торгую опасными артефактами. Лучше смотрите сюда!

Неуверенно подняла взгляд. Странный прямоугольный прибор вдруг зашипел, и из его недр медленно, как бы нехотя, стала выползать карточка, а потом плавно опустилась на пухлую руку лепрекона. Тот протянул мне снимок, на котором запечатлелась я собственной персоной, с перекошенной от страха и изумления физиономией. Н-да, это явно не самый удачный мой портрет. Но что касается артефакта... Определенно, штучка весьма занятная. От такой я бы не отказалась.

Поэтому деловито осведомилась:

- Сколько?

- Сорок сольнов, - глаза коммерсанта алчно сверкнули.

Я глянула на него, как на умалишенного:

- И чего так дешево? Мог бы и тысячу запросить.

Гордо вскинув голову и развернувшись на девяносто градусов, намерилась затеряться в лабиринте базара.

- Для очаровательных леди сегодня скидка! - не растерялся фейри, изо всех сил стараясь удержать единственную потенциальную клиентку.

Я притормозила.

- Вы, кажется, говорили про пятидесятипроцентную скидку?

- Но я же так разорюсь! - испуганно взвизгнул лепрекон, выпучив на меня свои огромные совиные глаза.

- Ну как хотите, - изрекла равнодушно, хотя на самом деле сгорала от желания заполучить необычную вещицу. Сделала вид, что собираюсь уйти, но фейри, по-видимому, был тоже не промах.

- Тридцать пять! - азартно выкрикнул он.

- Двадцать четыре! - включилась я в аукционный торг.

- Тридцать и запасные стекла в подарок! - скороговоркой выпалил лепрекон и уставился на меня молящим взглядом, чуть не падая ниц. Так смотрит нищий, желая получить подаяние.

Мне стало жаль беднягу. Раскрыв ридикюль, отсчитала нужную сумму, получив взамен вожделенное приспособление. При детальном осмотре увидела, что состояло оно из двух стекол, скрепленных рамой, на одной стороне которой было небольшое отверстие. Вероятно, из него и появлялась фотокарточка.

Довольный сделкой, торговец завернул в холщевую ткань запаски, сказав, что их необходимо менять по мере надобности, потому как постепенно изображение будет становиться нечетким. Нацарапав на клочке бумаге незамысловатое заклинание, приводящее артефакт в действие, простился со мной, заверив, что будет с нетерпением ждать следующей встречи. Еще бы! Если учесть, что за те десять минут, что мы препирались, к нему так больше никто и не подошел, я перешла в ранг любимой и, похоже, единственной покупательницы.

Джесс поджидал меня неподалеку. Лениво подпирая стену, глазел по сторонам и жевал лакричную палочку.

- Вижу, тебе здесь понравилось, - протянул он, заметив улыбку на моем лице. - Хочешь задержаться?

- И распрощаться с теми жалкими грошами, что сейчас остались от моей нищенской зарплаты? Лучше убраться отсюда, потому как в подобных местах мои потребности опережают мои возможности. Не будем искушать себя. - Стараясь не смотреть по сторонам, дабы не прикипеть душой к еще какой-нибудь диковинной штучке, я стала пробираться к выходу.

Девин

После похорон сразу поехал в Бюро. Когда прах Коула опустили в землю, я мысленно попрощался с Оуэном и опрометчиво пообещал ему все исправить. И сейчас ломал голову, как убедить Блейка снова вернуть меня в вечер помолвки. Как назло, мои доводы мне самому казались надуманными и неубедительными. А если учесть, что в последнее время Адам относился к моей персоне с долей настороженности, то шансы добиться своего были ничтожно малы.

И тем не менее я решил попытать счастья. Вспомнив нашу последнюю встречу и ссору, которой она закончилась, приготовился услышать от старика нелицеприятную отповедь, но, оказалось, тот и не думал меня ни в чем упрекать. Не успел переступить порог кабинета, как Адам поднялся и шагнул мне навстречу. Чуть ли не с распростертыми объятиями.

- Садись, Девин, - с какой-то безотчетной грустью прошептал он. - Для тебя есть новости.

Я покорно опустился в кресло, уже по тону Блейка понимая, какими они будут.

- Что-то произошло? - Внутри все похолодело от предчувствия чего-то неотвратимого и ужасного.

Адам медлил, подбирая слова. Выдержав драматичную паузу, тускло проронил:

- Мы нашли убийцу.

Я сидел как громом пораженный, не в силах произнести ни звука. Мысли в голове путались, а надежда на скорую встречу с любимой таяла на глазах.

Воспользовавшись моим замешательством, старик быстро продолжил:

- Алексис сегодня ездила в Вейнхилл. Вот что ей удалось узнать...

Рассказ Блейка поверг меня в смятение. По его словам, убийцей оказался мой несостоявшийся тесть, Коул Оуэн. А сама Аврора... Я схватился за голову и безотчетно уставился в пол, отказываясь верить в то, что услышал. Просто не мог этого принять! Или не хотел...

- Я уже отправил запрос в пансион, где якобы обучалась мисс Оуэн, но заранее знаю ответ. Больше чем уверен, ее там никогда не было, - вкрадчиво вещал начальник. - Они втерлись к тебе в доверие, чтобы обманом выманить артефакт. Мне жаль, Девин, что все так вышло.

- Значит, дело... моей невесты официально закрыто? - еле слышно пролепетал я, запнувшись на словах "моей невесты". Теперь уже и не знаю, кем мне приходилась Аврора и кем вообще являлась на самом деле. Неужели она вся была фальшивой до мозга костей? Впрочем, как и ее любовь ко мне.

- Закрыто, - подтвердил Адам. Пересек кабинет, опустился в кресло и стал машинально перебирать листы бумаги, разбросанные по столу. - Теперь нужно сосредоточиться на поисках самозванца, выдававшего себя за Оуэна, и, разумеется, на поисках медальона. - Сунув последний документ в папку, спрятал ее в нижний ящик. - Вижу, что ты потрясен, и это неудивительно. Сложно пережить смерть близкого человека, но еще сложнее узнать о его предательстве. Мне все-таки кажется, что тебе не стоит влезать в это расследование.

- Наоборот! Теперь я тем более должен во всем разобраться и выяснить, кем были эти двое проходимцев и как долго собирались меня дурачить.

Понимая, что я настроен решительно, Блейк не стал спорить и только молча кивнул. У самой двери окликнул меня:

- Мне действительно очень жаль, Девин. Ты, как никто другой, заслуживаешь счастья. Надеюсь, у тебя еще все впереди.

- Я тоже на это надеюсь, - только и сумел выдавить из себя.

Алексис

Джесс ни в какую не хотел оставлять меня в покое, намерился препроводить домой, но услыхав, что мой путь лежит не в родные пенаты, а в бордель на Хотвич-стрит, сразу ретировался, коротко обронив, что в "Ле Шане" он с недавних пор ни ногой. Меня это вполне устраивало. Попрощавшись с новоиспеченным телохранителем и выразив желание больше никогда не видеть его ухмыляющейся физиономии, я отправилась в публичный дом.

На этот раз решила действовать осторожнее и, обойдя здание, вошла с черного входа. Чем меньше посетителей меня увидят, тем лучше. Не хватало еще снова напороться на Рене или того хуже - на очередного охотника за "сокровищем". На сегодня с меня довольно приключений.

В небольшой передней суетились служанки, из кухни доносились гневные окрики повара, распекающего своих подопечных, и аппетитные ароматы. Правда, я так до конца и не отошла от головокружительного путешествия и невольно скривилась, когда одна из девушек выскочила из кухни с подносом, наполненным мясными блюдами.

Другая служанка, заметив меня, открыла было рот, явно собираясь спросить, какого черта я здесь забыла, но была остановлена моим нетерпеливым возгласом:

- Мне необходимо поговорить с хозяйкой. Немедленно! - и ткнула в глаза пышнотелой красотки свою визитную карточку, где черным по белому было написано, какого рода занятием я зарабатываю себе на жизнь.

Та моментально заткнулась и пулей взлетела по лестнице. Вскоре я сидела в роскошно обставленном кабинете и, цедя вино, вела светскую беседу с альвессой. Хозяйка борделя выглядела молодо, больше тридцати не дашь, но я знала, что мадам Сюзон уже давно разменяла шестой, а то и седьмой десяток. Об этом говорили ее глаза, в которых отражались мудрость и большой опыт зрелой женщины, приправленный долей скептицизма.

- Твой последний визит, дорогуша, влетел мне в копеечку, - не преминула попенять бандерша, правда, без особого недовольства.

- Счет предоставь мистеру Стоуну, - приторно улыбнулась я, выискивая в темной грозди сочную виноградину. - А сейчас поговорим о другом. Мне нужно встретиться с одной из твоих девушек, Брин.

- Боюсь, это невозможно. - Потянувшись к позолоченной коробочке, альвесса достала сигарету и, вставив ее в мундштук, пару раз с наслаждением затянулась, окутывая себя облаком дыма. В горле неприятно запершило.

- Почему невозможно? - кашлянула я.

- Мисс Кун покинула нас еще в начале весны, - все так же не спеша, даже несколько лениво ответила собеседница.

- Хочешь сказать, умерла?

- Может, и умерла, - невозмутимо кивнула женщина. - А может, просто исчезла.

- Ни с того ни с сего? - подозрительно сощурилась я. - И даже не попрощалась?

- Именно, - подтвердила Сюзон и, вдавив недокуренную сигарету в пепельницу, наполнила свой бокал белым вином. С улыбкой продолжила: - Я ведь не держу здесь никого силой. Девушки приходят ко мне, чтобы подзаработать. Я даю им кров, еду, деньги, а взамен беру то, что мне полагается, небольшой процент с их доходов.

Небольшой! Так сразу и поверила!

- Когда настает время, они покидают мой дом, а на смену им приходят другие. Ты, Алексис, могла бы сколотить здесь целое состояние. С твоей-то красотой и темпераментом... Жаль, что выбрала неверный путь, - патетично вздохнула альвесса и снова пригубила вино.

За сегодня это, по-моему, уже второе предложение сменить профессию.

- Ну, насколько он неверный, позволь мне самой судить. - Перспектива стать даже высокооплачиваемой шлюхой в борделе, пусть и очень дорогом и процветающем, меня не прельщала. Я, конечно, девушка не самых строгих моральных принципов, зато очень разборчивая и привыкла "пастись" на вольных хлебах. А дураков на мой век всегда хватит, таких, что с радостью захотят расстаться с малой толикой своих сбережений; причем, заметьте, совершенно добровольно. Посвящать в свои сокровенные мысли мадам Сюзон я, разумеется, не стала и с улыбкой произнесла: - К тому же, куда уж мне тягаться с твоими прелестными распутницами? Тебе ведь дриад или как минимум полукровок подавай. Простым смертным здесь нет места.

- Ради тебя готова сделать исключение, - разливалась соловьем вербовщица.

Поняв, что ловить здесь больше нечего, я поспешила откланяться, напоследок спросив:

- Может, сохранились какие-нибудь данные о мисс Кун. Ее адрес или хотя бы фотография?

Сюзон снова меня разочаровала:

- Все, что остается после ухода девушек, я выбрасываю. Таковы мои правила.

- Тем не менее, если что-нибудь вспомнишь, свяжись со мной. - Оставив женщине свои координаты, я простилась.

Хотела покинуть бордель тем же путем, что и вошла, но дорогу преградил стол, на котором возвышалось кремовое великолепие - трехъярусный торт, украшенный фруктами и марципановыми фигурками, и обильно политый взбитыми сливками. Если бы не мой капризный желудок, до сих пор хранящий память о незапланированном перелете, я бы стопудово сняла первую пробу. Можно сказать, тем, кому предназначалось это искушение, крупно повезло. Но только сегодня.

Повернув обратно, вошла в зал. Здесь было настоящее столпотворение. У возвышенности, где отплясывали танцовщицы в своих супер коротких юбках, сосредоточилась большая часть посетителей. Они что-то выкрикивали юным прелестницам и с вожделением смотрели на их стройные ножки, которые то и дело взметались вверх, открывая многочисленной публике простор для фантазии. Где-то в гудящей толпе наверняка затерялся и сам виновник торжества, в честь которого сейчас лилось через край шампанское, летели в потолок пробки, визжали притворно напуганные девицы, гремело веселье.

Обойдя на почтительном расстоянии разбитную компанию, двинулась было к выходу, когда мое внимание привлек столик в дальнем углу. За ним, не обращая внимания на творящийся бедлам, мирно беседовали двое мужчин, в одном из которых я тотчас узнала Ника.

Вот тебе раз! В голове не укладывается, каким ветром могло занести сюда нашего праведника. Всегда считала, что такие паиньки, как Девин с Ником, даже на пушечный выстрел не приблизятся к подобному заведению. Как видно, я ошибалась.

Стоит отметить, Росс и его собеседник за все время, что на них пялилась, даже ни разу не взглянули по сторонам. Мужчины были поглощены разговором и время от времени опускали глаза на бумаги, разложенные на столе; на нем, кроме документов, стояли только графин с водой и два бокала.

Во дают! Ну кто в здравом уме назначает деловую встречу в доме терпимости?! И куда мир катится...

Мне вдруг стало обидно за всех прелестных девушек, которыми сейчас пренебрегали эти два сухаря. Непорядок! Может, они того, неправильные мужчины?

Отогнав обидное для моего начальника подозрение, решила исправить досадную оплошность. Подозвала двух миловидных блондинок с кудряшками, как у нечесаного пуделя, и сказала:

- Видите тех двух приятных джентльменов?

Прелестницы дружно покивали перманентными головками, отчего кудряшки запрыгали с удвоенной скоростью.

- Они здесь впервые и поэтому немного смущаются. Нужно помочь обрести им уверенность. По своему опыту знаю, из таких робких мужчин получаются самые пылкие любовники. - И чтобы окончательно убедить куртизанок в достоверности своих слов, сунула им под кружевные ленты корсетов по два сольна. Почувствовав приятную свежесть благородного металла, девицы отбросили сомнения и устремились к указанному мной столику. Последнее от себя отрываю, но, как говорится, для друга ничего не жалко. - И подружек прихватить не забудьте, - посоветовала я резво удаляющейся парочке, а сама спряталась за общипанной искусственной пальмой, так удачно укрывшей меня от аборигенов этого заведения.

Вскоре началось самое увлекательное. Заливисто смеясь, девушки, словно разноцветные бабочки, запорхали вокруг то краснеющих, то бледнеющих кавалеров. Одна ничтоже сумняшеся уселась опешившему Россу на колени и, обвив его шею рукой, принялась чуть ли не силой вливать в него шампанское, прямо из бутылки. Другая, дабы отработать свой гонорар, нежно целовала нашего зама в ушко и что-то ему нашептывала. Еще две девушки вплотную занялись собеседником Ника.

И тут мне в голову пришла гениальная мысль - испытать недавнее приобретение в действии. Достав артефакт и шпаргалку с заклятием, я быстро прочла несколько слов и навела предмет на так называемый эпицентр событий. Стекла замерцали, а через пару секунд из недр чудесного прибамбаса выползла первая фотокарточка. Я бы ее подписала: "Клиент дошел до кондиции".

И дальше уже не могла остановиться... Наделав дюжину снимков с разных ракурсов (благо, Росс был так поглощен тем, чтобы отбиться от назойливых прилипал, при этом не обидев их ненароком, что ничего вокруг не замечал), я с удовлетворением просмотрела результаты своего творчества: Ник с бутылкой, Ник в боа из розовых перьев, Ник с алыми отпечатками губ на щеках. И все это в совокупности со страстными поцелуями, жаркими объятиями и сконфуженной физиономией Росса.

Окрыленная успехом, решила разделить свою радость с коллегами и друзьями, пообещав себе завтра же разместить самые удачные фотографии (к слову сказать, они все у меня вышли удачными) на самом видном месте Бюро. Может, я даже стану родоначальником нового направления в служебных отношениях, придумав так называемую доску почета, на которой мы и дальше будем увековечивать своих героев. Думаю, и Блейк, и Совет не смогут остаться равнодушными и по достоинству оценят мое начинание.

С такими радужными мыслями, весьма довольная собой и не зря прожитым днем, я отправилась восвояси. На душе было легко и хотелось петь. Правду говорят, нагадь ближнему - и надолго получи заряд оптимизма!