Прочитайте онлайн Пламенная нежность | Глава 33

Читать книгу Пламенная нежность
4418+8937
  • Автор:
  • Перевёл: А. М. Медникова
  • Язык: ru

Глава 33

Сколь бы прелестно ни выглядело тело Джулианы, облепленное мокрым пеньюаром, настала пора с одеждой проститься.

Патрик поднялся из ванны, держа жену в объятиях, с обоих на ковер ручьем текла вода. Наверное, разумно было бы укутать жену во что-нибудь сухое, но Патрик не собирался делать ничего подобного. В комнате было очень тепло, в камине вовсю полыхали поленья, а значит, схватить воспаление легких им не грозит.

Патрик отнес жену на постель и принялся снимать с нее уже почти совсем невидимый пеньюар. Ткань отчаянно сопротивлялась, но Патрик не сдавался и, наконец, стянул пеньюар до талии. Его жадному взору предстала роскошная совершенная грудь.

В мозгу огненными буквами запылало: «Моя!» Это незамысловатое утверждение был способен понять даже такой идиот, как он.

Джулиана была великолепно сложена, ее выпуклости и впадинки манили Патрика совершить захватывающее путешествие – или впасть в горячечный бред, от которого не хочется опоминаться. Склонившись, он приник поцелуем к одному дивному холму, затем провел языком по другому…

Джулиана беспокойно пошевелилась:

– Знаешь, мне, оказывается, нравится, когда ты мешкаешь…

– Разумеется, ведь спешить нам некуда. – Патрик наслаждался влажным запахом ее кожи, а губы путешествовали по телу, выискивая самые чувствительные места. – Но, должен сознаться, я слишком долго ждал. И теперь ожидание меня убивает…

Сорвав наконец постылый пеньюар, он опрокинул Джулиану навзничь и принялся с восхищением разглядывать ее тело, от головы до кончиков пальцев крошечных ступней. Видит бог, она прекрасна! Шелковистая светлая кожа, тонкая талия, высокая грудь и… и яростно-рыжие кудри… Даже тонкие ключицы были воплощенной эротической мечтой. Патрик провел ладонями по ее шее, груди, вниз, к выпуклым бедрам… потом погладил изящную лодыжку и нащупал нежное, необычайно чувствительное к прикосновениям местечко под коленом. Он хотел дюйм за дюймом исследовать ее всю, от маленькой ступни с высоким подъемом до сочных ярких губ, способных или погубить мужчину, или вознести к высотам блаженства – в зависимости от настроения этой непостижимой леди или положения светил…

Отчего-то ему казалось, что нынче ночью положение светил им благоприятствует.

Опустившись на матрас рядом с Джулианой, он осторожно провел кончиком пальца по ее животу, погладил прихотливые завитки в паху и тотчас понял, что она вполне готова принять его. Все тело Патрика возликовало от этого открытия.

– Знаешь ли ты, сколько раз я мечтал увидеть тебя такой – совершенно нагой, лежащей рядом со мной?

Вздрогнув от его прикосновения, Джулиана раздвинула ноги в бесстыдном и безмолвном призыве.

– Ну, не думаю, что много раз… мы ведь женаты всего три недели.

Патрик тихо рассмеялся:

– О нет, любовь моя. – Пальцы его безошибочно нащупали заветное местечко, и Джулиана затрепетала всем телом, выгибаясь навстречу его прикосновениям. – Ты завладела моими помыслами гораздо раньше, чем мы поженились. Почти год назад…

– Так давно? – изумленно ахнула она.

Его рука продолжала поддразнивать нежную плоть – Патрику нравилось, что дыхание супруги тотчас участилось. Теперь из ее груди рвались короткие всхлипы – и это лишь от прикосновения!

– Да. Все началось после того проклятого вальса. Полная чертовщина… А ведь тогда я едва не отказал тебе. Я знал, что ты ищешь приключений на свою огненную голову, и оказался прав.

– А я думала, ты меня возненавидел…

Джулиана запрокинула голову, зажмурившись от наслаждения.

– Я хотел возненавидеть тебя. – Палец его скользнул в ее потаенные глубины, и Патрик едва не застонал от восторга: на ощупь она была словно горячий шелк. – Но при этом хотел еще и овладеть тобой. Когда я думал о тебе долгими ночами в Мореге, воображал, как ты, разрумянившись и задыхаясь, лежишь подо мной, готовая выполнить любую мою прихоть. И все это после единственного нашего вальса! Представь, что я сейчас хочу с тобой сделать – ведь теперь я распробовал угощение…

Джулиана мучительно желала, чтобы муж овладел ею незамедлительно, на этих мокрых смятых простынях. Она хотела кануть в пучину страсти навсегда… Она хотела этого… хотела прямо сейчас!

Желание накатывало на Джулиану, подобно волнам прибоя. От признания супруга с нее словно спали некие невидимые путы, и она храбро и бесстыдно притянула его к себе. Джулиана лизнула его за ухом, затем слегка прикусила зубками кожу у основания шеи и улыбнулась, когда из груди Патрика вырвался хрипловатый смех.

– Ты что, загрызть меня хочешь, жена?

Патрик рассмеялся, и в этом смехе было что-то невероятно интимное.

– Просто хочу тебя поторопить, – созналась Джулиана.

…Нет, ее тело приветствовало неторопливые ласки – по этой части Патрик был совершенно великолепен, – но кровь уже закипала в жилах. Яростное объяснение, приведшее супругов в постель, словно воспламенило все ее существо, и сейчас Джулиане требовалось нечто большее, нежели искусная ласка супруга. Слишком они мешкали на пути к блаженству… Пора было наконец завершить это долгое путешествие.

– Не желаю больше ждать, – шепнула она, готовая умолять, если потребуется.

– Ничего не имею против спешки. – Патрик запустил пальцы в ее роскошные кудри. – Если мы будем спешить вместе.

Прильнув к ее полураскрытым губам обжигающим поцелуем, он вошел в нее. И Джулиана всецело отдалась сладкой муке…

Она прижималась к мужу, жаждала уже знакомого ей ощущения и понимала, что оно вот-вот настанет. На сей раз все было иначе: она уже знала, что пламя, пылающее у нее под кожей, – это всего лишь прелюдия к тому головокружительному, что ожидает в конце. И Патрик поможет ей пройти этот путь, лаская грудь, сладко шепча ее имя…

Джулиана была охвачена чувством, которое он пробудил в ней, и теперь она знала, что имя этому чувству – Любовь. И она отпустила себя на свободу. Отныне Джулиана доверяла супругу и себе самой. Ее тело уже знало, чего ожидать, и томилось по тому ослепительному мгновению, которое должно было вот-вот настать…

– Пожалуйста, – взмолилась Джулиана.

Патрик послушно склонился и прильнул губами к ее соску. Этого оказалось достаточно, чтобы все тело ее содрогнулось в его объятиях, а взгляд заволокло пеленой страсти. Из груди Джулианы вырвался почти звериный крик, но его заглушил протяжный сладкий стон Патрика…

Она возвращалась к реальности блаженно долго. Предметы в комнате мало-помалу обретали четкие очертания. Сперва Джулиана увидела пылающий в камине огонь. Потом пол, где валялись башмаки Патрика, облепленные грязью. Затем промокший насквозь ковер, остывающую ванну… и, наконец, мужа – его всклокоченные каштановые волосы, стройное подтянутое тело и такую самодовольную улыбку…

Впрочем, если у кого и были причины для самодовольства, то это у нее.

Джулиана улыбнулась, все еще пребывая во власти сладкого дурмана:

– Почему ты так… так похотливо ухмыляешься?

Патрик сгреб ее в объятия и провел ладонью по руке, отчего по коже тотчас побежали мурашки.

– Ты потеешь. До сего дня я и не подозревал, что истинные леди потеют…

– Полагаю, что абсолютное большинство леди не потеют никогда, – сказала Джулиана, понимая, что ей стоило бы обидеться. Но разве время сейчас обижаться, если самым горячим ее желанием было повторить то, что произошло несколько минут назад? – Впрочем, они вернее всего и не занимаются любовью.

Прямо над ее ухом прозвучал бархатный смешок:

– Ну и дуры…

Джулиана хотела целую вечность провести вот так – лежа на его груди, влажной от пота, за дверью со сломанным замком, подпертой дубовым стулом. Но рано или поздно придется вернуться к действительности.

– Полагаю, мне нужно принять ванну.

– Но зачем?

– Как зачем? Потому что я вспотела, как ты только что сам весьма любезно отметил.

Приподняв огненные завитки на ее затылке, Патрик поцеловал жену в шею:

– Придется тебе немного подождать с этим. Потому что я еще не закончил.

Прижимаясь к мужу, Джулиана почувствовала, что его тело вновь пробуждается, и закрыла глаза в предвкушении наслаждения.

– Думаю, я могу ненадолго отложить купание, – шепнула Джулиана, а губы Патрика уже вновь умело воспламеняли ее чувства. – Ну… покуда ты не закончишь.

Патрик рассмеялся, и от этого бархатного смеха по телу Джулианы пробежала сладкая дрожь.

– Я никогда не закончу, Джулиана. Так что берегись, любовь моя! Возможно, ты никогда в жизни больше не будешь мыться…