Прочитайте онлайн Песчаный дьявол | 18Вниз по кроличьей норе

Читать книгу Песчаный дьявол
2816+2276
  • Автор:
  • Перевёл: Сергей Саксин
  • Язык: ru

18

Вниз по кроличьей норе

4 декабря, 11 часов 2 минуты

Шисур

Кроу лежал, распластавшись на крыше здания из шлакоблоков. Он подобрал под ноги плащ, туго затянул концы платка. Ни в коем случае нельзя допустить, чтобы трепещущая на ветру материя выдала его местонахождение.

Пейнтер ждал, когда вертолет совершит следующий пролет над поселком. Время есть только на один выстрел. Пейнтер вынужден был исходить из предположения, что вертолет оснащен прибором ночного видения. И вспышка выстрела выдаст положение стрелка. Пейнтер ждал, прижав к щеке приклад винтовки, установленной на сошку. Из этого израильского оружия, позаимствованного у рахим, можно прицельно стрелять на триста ярдов. Но только не в бурю, только не в условиях такой отвратительной видимости.

Необходимо было дождаться, чтобы вертолет подлетел ближе. Пейнтер застыл неподвижно. Вертолет где-то здесь, ищет добычу – воздушный хищник, спрятавшийся в непогоде. Малейшее движение, и он откроет огонь из спаренного пулемета.

Пейнтер заметил, что бурлящий песок озарился свечением в той стороне, где находились древние развалины. Второй вертолет. Оставалось молить Бога, чтобы Сафии и Омахе удалось спрятаться от его всевидящего ока. Пейнтер попытался связаться с ними по рации сразу же, как только у него возникли подозрения о надвигающейся опасности, однако радиосигнал почему-то не проходил. Вероятно, всему виной было статическое электричество, заполнившее воздух. Затем Пейнтер попробовал было добраться до провала пешком, но вертолет постоянно кружил над поселком, готовый открыть огонь по любой движущейся цели.

Если в воздух подняты эти "птички", значит, речь идет не о небольшом разведывательном дозоре. Кассандра каким-то образом поняла свою ошибку и двинула сюда все силы.

Подключенный к работающей рации наушник шептал статическими зарядами. Вдруг сквозь шум пробились слова.

– Коммандер! – Это была Корал, которая отправилась разведать обстановку. – Как ты и предполагал, неприятель окружил поселок со всех сторон. Похоже, нас ждет тотальная зачистка – дом за домом.

Пейнтер нажал клавишу передачи, надеясь на то, что разыгравшаяся песчаная буря не позволит подслушать разговор.

– Что с детьми и пожилыми женщинами?

– Все готовы. Барак ждет твоего сигнала.

Пейнтер всмотрелся в небо. "Ну, где же ты?" Надежда вырваться из петли, затянувшейся вокруг поселка, появится только в том случае, если ему удастся завалить вертолет. План заключался в том, чтобы под прикрытием непогоды вырваться из поселка на запад в сторону развалин, забрать по дороге Сафию и Омаху. Хотя буря усиливалась с каждой минутой, непогода прикроет отход. Если они оставят развалины, возможно, Кассандра, удовлетворившись этой частичной победой, будет искать беглецов лишь вполсилы. А если им удастся добраться обратно до гор...

Пейнтер почувствовал, как у него в груди вскипает ярость. Ему ненавистна была сама мысль о том, что он должен отступить, оставить здесь Кассандру победительницей. Особенно после того, как в карстовом провале был обнаружен тайник. Определенно, там что-то есть. Женщины рахим являются живым свидетельством чего-то необычного. И сейчас единственная надежда заключается в том, чтобы скрыться вместе с Сафией, задержать Кассандру и предупредить в Вашингтоне кого-нибудь из тех, кому можно доверять.

Несомненно, к этим людям не относится руководство отряда "Сигма".

Ярость бурлила, разгораясь пламенем. Пейнтер чувствовал, что его подставили. И не его одного, а всех. На мгновение он вспомнил о Сафии. Вспомнил, как забилось ее сердце, когда он приставил лезвие кинжала ей к горлу. Вспомнил, как она потом смотрела на него – так смотрят на совершенно незнакомого человека. Но что она ожидала? В конце концов, это его работа. Иногда приходится делать нелегкий выбор.

Как, например, сейчас.

Судя по донесению Корал, через считанные минуты поселок будет полностью блокирован. Пейнтер не мог больше ждать, когда вертолет покажется сам. Значит, его придется чем-нибудь заманить.

– Новак, "кролик" готов бежать?

– По твоему приказу, коммандер.

– Выпускай!

Пейнтер ждал, прижимаясь щекой к прикладу, одним глазом прильнув к оптическому прицелу, другим – всматриваясь в небо. Внизу из раскрывшейся двери вырвался сноп яркого света. Детали были расплывчатыми, но в очки ночного видения вспышка показалась ослепительной. Надрывно взревел двигатель.

– Давай! – приказал Пейнтер.

– "Кролик" на свободе!

Из дома вырвался песчаный мотоцикл. Его продвижение было видно как яркое пятно, несущееся по улице между зданиями. Мотоцикл начал петлять в сплетении улиц. Пейнтер устремил взгляд в небо над ним.

И вот хищным ястребом появился вертолет. Затрещали его пулеметы, разрывая бурю вспышками выстрелов. Пейнтер навел винтовку на мелькающие огоньки, прицелился и нажал на спусковой крючок. Отдача лягнула его в плечо копытом мула. Пейнтер не стал ждать. Не обращая внимания на звон в ушах, он выпустил одну за другой еще три пули. И тотчас же увидел распустившийся в воздухе огненный шар.

Через мгновение сквозь рев бури послышался грохот взрыва. Пылающие обломки разлетелись во все стороны, но корпус, пролетев по пологой траектории, врезался в дом, озарился еще более яркой вспышкой и рухнул на дорогу.

– Пошли! – крикнул в рацию Пейнтер.

Закинув на плечо винтовку, он скатился с крыши. Рыхлый песок смягчил падение. Повсюду вокруг закашляли и завыли ожившие двигатели внутреннего сгорания. Вспыхнул свет фар.

Из тесных переулков, из-под навесов, из дверей пустых строений вырвались песчаные мотоциклы и багги. Ревущий мотоцикл пронесся совсем близко от Пейнтера. Одна женщина управляла им, склонившись к рулю, другая сидела сзади с автоматической винтовкой. Этим рахим предстояло расчистить дорогу и прикрывать отход.

В дверях дома с заколоченными окнами появилась Кара с маленькой девочкой на руках. За ней последовали другие. Барак помогал идти пожилой женщине, следом шли две старухи, поддерживая друг друга. Клей и Денни вели за руки детей. Никто не скулил и не жаловался.

– Идите за мной, – распорядился Пейнтер, указывая дорогу.

Винтовка висела у него за плечом, в руке он сжимал пистолет.

Не успел маленький отряд дойти до угла дома, служившего убежищем, как со стороны развалин донесся частый треск выстрелов. В мутном мраке вспыхнул луч прожектора. Второй вертолет!

– О господи... – вскрикнула у Пейнтера за спиной Кара, осознав, что означает эта стрельба.

Враг обнаружил Сафию и Омаху.

* * *

11 часов 12 минут

– Бежим! – крикнул Омаха, когда они с Сафией выскочили из треугольного колодца.

Однако его голос не достиг собственных ушей. Грохот спаренных пулеметов оглушил. Омаха подтолкнул Сафию перед собой. Они побежали, ослепленные бурлящим песком, а вдогонку за ними устремилась сдвоенная полоса пуль, вгрызающихся в мягкий песчаник.

Прямо впереди поднималась скала, образовавшая западный край карстового провала, над которым нависли развалины цитадели. Если им удастся забежать под этот выступ, спрятаться от прямого огня, они хоть на время окажутся в относительной безопасности. Сафия бежала, неуклюже размахивая рукой на перевязи, обогнав Омаху на несколько шагов. Ураганный ветер спутывал ей ноги длинными полами плаща, и она то и дело спотыкалась. Хлещущий в лицо песок слепил, они даже не успели защитить глаза очками.

Мгновение назад Омаха и Сафия пришли к выводу, что зависший над головой вертолет представляет меньшее из двух зол. Энергия, бурлящая в полости трилита, означала неминуемую гибель. Поэтому они решили рискнуть и попытаться бежать.

Треск пулеметов становился все громче по мере того, как вертолет настигал их. Оставаться в живых так долго им удавалось только благодаря песчаной буре. Летчику приходилось проявлять чудеса мастерства, чтобы удерживать легкую машину в воздухе, преодолевая сопротивление ветра. Вертолет швыряло из стороны в сторону, словно колибри, застигнутую ураганом, и у пилота не было возможности тщательно прицелиться.

Омаха и Сафия вслепую бежали к укрытию. Омаха ждал, что ему в спину вот-вот вопьется смертоносный свинец. Он приготовился в случае необходимости на последнем издыхании подтолкнуть Сафию вперед, в безопасность.

Необходимость не наступила.

Свинцовый дождь внезапно прекратился, словно у вертолета иссяк боезапас. Омаха обернулся: луч прожектора отклонился в сторону, вертолет делал разворот назад. Пока все внимание Омахи было поглощено крылатой машиной, он не заметил под ногами осколок скалы и, споткнувшись, растянулся во весь рост.

– Омаха!..

Сафия поспешила к нему на помощь. Омаха махнул рукой, прогоняя ее прочь.

– Беги в укрытие!

Он заковылял следом, стараясь не обращать внимания на обжигающую боль в щиколотке – вывих или растяжение связок. Оставалось надеяться, что кости целы. Омаха выругал себя за беспечность.

Вертолет завис над противоположным краем провала. Что заставило летчика отвернуть назад? Он ведь держал их под прицелом, и они не должны были успеть добраться до укрытия.

Черт побери, что здесь происходит?

* * *

11 часов 13 минут

– "Орел", твою мать, только не зацепи цель! – прокричала в микрофон Кассандра.

Она в сердцах ударила кулаком по подлокотнику командирского кресла бронированного вездехода. Ее взгляд был прикован к мерцающему голубому кружку на экране компьютера. Сигнал передатчика, вживленного в спину хранительницы музея, ожил какое-то мгновение назад. Стрельба вынудила Сафию покинуть укрытие.

Послышался прерывистый голос пилота вертолета:

– Я вышел из контакта. Их двое. Я не могу определить, который именно является целью.

Кассандра с облегчением поняла, что успела вовремя. Она с ужасом подумала, что летчик мог бы расстрелять доктора аль-Мааз. Все надежды на успех заключались в том, что хранительница музея сумеет быстро раскрыть все тайны, после чего можно будет смыться отсюда, унося заветный трофей. И вот этот осел только что чуть не скосил ее очередью из своих пулеметов!

– Не трогай обоих, – приказала Кассандра. – Веди наблюдение за дырой, откуда они вынырнули.

Несомненно, та пещера, в которой пряталась хранительница музея, представляет интерес. Кассандра склонилась к экрану компьютера, не отрывая взгляда от мерцающего кружка. Сафия по-прежнему оставалась в огромной яме, образованной землетрясением. Где бы она ни спряталась, Кассандра ее обязательно найдет. Даже если доктор аль-Мааз скроется в другом подземелье, Кассандра будет знать, где искать вход в него.

Она повернулась к Джону Кейну, который сидел за штурвалом вездехода.

– Поворачивай туда.

Водитель переключил передачу и дал газ. Вездеход, дернувшись, начал взбираться на бархан, за которым скрывался поселок Шисур. Кассандра откинулась на спинку кресла, крепко держа одной рукой компьютер.

Вездеход добрался до гребня бархана, резко задрал перед вверх, перевалился и начал сползать по противоположному склону. Впереди лежал оазис Шисур. Однако лучи ксеноновых фар вездехода проникали в сплошной мрак всего на несколько ярдов. Остальное поглощала буря.

Из долины донеслись отдаленные отголоски прерывистых очередей. Перестрелка между передовым отрядом Кассандры и неизвестным противником продолжалась. Командир передового отряда доложил по рации Кассандре:

– Кажется, нам приходится иметь дело с одними женщинами.

Получалась какая-то чепуха, но у Кассандры не выходила из головы таинственная женщина, за которой она гналась ночью по пустынным улицам Маската и которая бесследно исчезла буквально у нее на глазах. Нет ли тут какой-то связи?

Кассандра тряхнула головой. Теперь все это уже не имело значения. Наступил эндшпиль. Она не потерпит, чтобы кто-то шел ей наперекор. Наблюдая за мечущимися в темноте огоньками, Кассандра поднесла к губам рацию и вызвала командующего артиллерией.

– Головная батарея, вы заняли позицию?

– Так точно. Готовы по вашему приказу запалить свечки.

Кассандра взглянула на экран компьютера. Голубой кружок передатчика по-прежнему пульсировал на дне провала. Все остальное не имеет значения. То, что им нужно, находится среди развалин, где прячется хранительница музея.

Подняв взгляд, Кассандра всмотрелась в мерцание блуждающих огоньков там, где скрывался в темноте поселок Шисур. Она взяла рацию и приказала командиру передового отряда начать отход. Затем снова переключилась на командующего артиллерией.

– Сотрите поселок с лица земли!

* * *

11 часов 15 минут

Пейнтер услышал свист, когда во главе беглецов, покинувших поселок, входил в ворота, за которыми начинались развалины. Резкий звук прорвался даже сквозь рев бури. Резко обернувшись, Пейнтер успел увидеть, как первый снаряд взорвался в поселке. К небу взметнулся огненный шар, вспышкой молнии разорвал сплошную пелену бурлящего песка и на мгновение озарил пустынную деревушку. Раскат взрыва гулким эхом отозвался у Пейнтера внутри. Вокруг послышались испуганные восклицания, а воздух уже снова наполнился зловещим свистом. Реактивные снаряды и минометы. Пейнтер даже представить себе не мог, что в распоряжении Кассандры имеется такая огневая мощь. Он судорожно схватил рацию.

– Корал! Туши свет!

Незначительное тактическое преимущество, обусловленное неожиданным броском песчаных мотоциклов и багги, сошло на нет. Пришло время отступать. Машины и мотоциклы, вырвавшиеся за пределы поселка, разом погасили фары. Рахим предстояло под покровом темноты возвратиться к развалинам. В Шисуре продолжали рваться мины и снаряды, распускавшиеся страшными огненными всплесками, которые тотчас же разгонял беснующийся ветер.

– Корал! – закричал Пейнтер в рацию.

Ответа не последовало.

Барак схватил Пейнтера за руку.

– Они знают, куда им идти.

Пейнтер обернулся. Земля под ногами содрогнулась от новых раскатов.

Пулеметы второго вертолета, зависшего над провалом, по-прежнему молчали. Что там происходит?

* * *

11 часов 17 минут

Сафия и Омаха забились под нависающий край скалы. Сверху их осыпал дождь мелких камешков, которые срывала с развалин цитадели ударная волна близких разрывов. На юге темное небо озарилось багрянцем пожаров. Сквозь рев бури донесся очередной гулкий раскат. Поселок стирали с лица земли. Успели ли рахим покинуть Шисур? Свои рации Омаха и Сафия оставили в трилите, и теперь у них не было возможности узнать о судьбе остальных.

Пейнтер, Кара...

Омаха стоял, стараясь перенести весь вес своего тела на правую ногу. Сафия видела, как он упал, торопясь к укрытию. Судя по всему, у него была подвернута лодыжка.

Омаха пробормотал сквозь платок, закрывающий лицо:

– Ты могла бы попробовать добежать туда.

Силы Сафии были на пределе, раненое плечо ныло.

– Вертолет...

Вертолет по-прежнему висел над провалом. Луч прожектора погас, но сквозь рев бури был слышен рокот двигателя. Вертолет медленно кружил над плитой песчаника, не давая Омахе и Сафии высунуть нос из укрытия.

– Один раз летчик уже повернул назад. Вероятно, его ослепила песчаная буря. Если ты будешь прижиматься к стене, побежишь быстро... А я даже смогу тебя прикрывать.

Омаха показал пистолет.

– Без тебя я никуда не пойду, – прокричала Сафия.

И это заявление было обусловлено не только альтруизмом. Сафия стиснула Омахе руку, черпая силы в прикосновении к его упругим мышцам. Он попытался высвободить руку.

– Даже не думай об этом. Я буду только стеснять тебя.

Сафия крепче сжала пальцы.

– Нет, я не могу тебя бросить.

Казалось, Омаха вдруг осознал истинный смысл ее слов, скрывающийся за ними страх. Он привлек Сафию к себе.

Ей нужны его силы. И он их даст.

Вертолет пролетел у них над головой – звонкое завывание несущего винта на мгновение стало громче. Он накренился, разворачиваясь над серединой провала, невидимый, обозначающий свое присутствие лишь гулом двигателя.

Сафия прижалась к Омахе. Она успела начисто забыть, какие же у него широкие плечи, как ей уютно у него на груди. Заглянув Омахе через плечо, Сафия обратила внимание на голубое мерцание в глубине провала, похожее на пляшущие молнии.

О господи...

Она крепче стиснула в объятиях Омаху.

– Саффи, – пробормотал тот, прижимаясь губами к ее уху, – после Тель-Авива...

Окончание фразы потонуло в оглушительном взрыве. Стена раскаленного воздуха швырнула Омаху и Сафию к скале, сбив с ног. Сверкнула ослепительная вспышка, после чего все перед глазами померкло.

Сверху пролился каменный дождь. Где-то в вышине раздался жуткий треск. Огромный осколок, отскочив от нависающего выступа скалы, рухнул вниз и с глухим стуком погрузился в песок. Камни продолжали падать – настоящий поток обломков песчаника.

Ослепленная яркой вспышкой, Сафия почувствовала коленями, как под ней задрожала почва.

Это рушилась цитадель.

* * *

11 часов 21 минута

Пейнтер успел добраться до края провала, когда внизу прогремел взрыв. Единственным предупреждением о надвигающейся катастрофе явилось дрожащее голубоватое свечение в глубине ямы. Затем из отверстия подземной камеры вырвался столб лазурно-синего пламени, озарив все уголки, потеснив песчаную бурю ослепительным сиянием и жарким дыханием.

Земля под ногами содрогнулась. Пейнтер ощутил лицом поток горячего воздуха, который вырвался прямо вверх, стиснутый отвесными стенами глубокого провала. Пейнтера отшвырнуло назад. Послышались крики.

Реактивная струя синего пламени поразила уцелевший вертолет прямо в брюхо, подбросила вверх и перевернула. Топливный бак взорвался оранжево-красным пламенем, особенно зрелищным на лазурном фоне. Обломки вертолета разлетелись в стороны не твердыми кусками, а расплавленными потоками жидкого пламени. Весь летательный аппарат в считанные мгновения растаял в облаке кобальтово-синего огня.

Упав на четвереньки на южном крае провала, Пейнтер зачарованно смотрел, как развалины цитадели, опасно накренившиеся над западным склоном, начали медленно рушиться в зияющий колодец. А на дне, озаренные языками рвущегося кверху жуткого пламени, брели под каменным градом две спотыкающиеся человеческие фигурки.

Сафия и Омаха.

* * *

11 часов 22 минуты

Оглушенный Омаха оперся на Сафию. Молодая женщина обнимала его за плечо. Они с трудом шли по песку. Глаза Омахи слезились от ожога сетчатки, вызванного ослепительной вспышкой, однако зрение постепенно возвращалось к нему. Сначала появилось тусклое голубоватое сияние. Затем Омаха начал различать черные тени, которые падали вокруг, глухо ударяясь в песок и иногда отскакивая.

Каменный дождь. Библейское проклятие.

– Нам нужно выбраться отсюда! – что есть силы прокричала Сафия.

Ее голос прозвучал так, словно она находилась под водой.

Что-то ударило Омаху в здоровую ногу. Его и Сафию швырнуло на песок. Позади, вверху звучали низкие ревущие раскаты, как голос разгневанного божества.

– Она рушится!

* * *

11 часов 23 минуты

Не разбирая дороги, Пейнтер бросился напрямик в провал. Слева от него сползала в раскрывшуюся бездну задняя половина цитадели. Древнее каменное сооружение стонало и рычало, проливаясь потоками песка и камней в глубокий колодец.

Пейнтеру приходилось видеть селевой оползень, когда во время проливного дождя целый горный склон, раскиснув в жидкую грязь, хлынул вниз. Сейчас происходило приблизительно то же самое. Но только чуть медленнее. Камень оказался более упрямым.

Сквозь пелену песчаной бури Пейнтер различил Сафию и Омаху. Они с трудом уходили прочь от лавины, которая, медленно разливаясь по дну провала, ползла за ними. Омахе в плечо попал камень, и он упал.

Пейнтер понял, что не успеет добраться до них.

Вдруг у него за спиной раздался рев, сквозь который прозвучал крик:

– Прочь с дороги!

Пейнтер резко обернулся. Вспыхнувший луч света вонзился ему прямо в лицо. Ослепленный, за долю секунды Пейнтер успел все же кое-что разглядеть и отскочил в сторону. Мимо него вниз по склону пронесся песчаный мотоцикл, разбрасывая вокруг щебенку и песок. В десяти футах от дна провала мотоцикл сорвался с тропы и на мгновение завис в воздухе, с задранным вверх передним колесом и бешено вращающимся пухлым задним колесом. Рухнув на землю, мотоцикл подскочил, дернулся, выплюнул из-под заднего колеса струю песка и снова рванул вперед.

Пейнтер продолжал бежать вниз.

Он успел разглядеть водителя мотоцикла, пригнувшегося к рулю. Это была Корал Новак, в плаще и очках, с откинутым капюшоном и рассыпавшимися за спиной длинными светлыми волосами.

Пейнтер бежал по тропе, не отрывая глаз от мотоцикла, несущегося вдоль каменной лавины. Луч фары метался из стороны в сторону. Корал на полной скорости объезжала препятствия. Добравшись до Сафии и Омахи, она резко затормозила, разворачивая мотоцикл юзом. До Пейнтера донесся ее крик:

– Держитесь крепче!

После чего Корал снова газанула и понеслась напрямую через дно провала прочь от кувыркающихся камней, увлекая за собой Омаху и Сафию. Те, вцепившись в спинку сиденья, волочились ногами по земле.

Всем троим удалось выбраться из-под каменного оползня.

Пейнтер добежал до дна и остановился на почтительном расстоянии от беснующегося потока камней и песка. Когда он оказался внизу, все уже было кончено. Обрушившаяся башня и скала, на которой она стояла, остановились. Отвесный обрыв превратился в пологий склон.

Обежав по краю широкую дельту разлившейся каменной реки, Пейнтер поспешил к мотоциклу. Сафии уже удалось подняться на ноги. Омаха стоял, опираясь на сиденье. Корал выпрямилась, сжимая руль.

Все трое зачарованно смотрели на открывшееся перед ними отверстие в земле. Оно, словно вход в преисподнюю, испускало клубы дыма. Именно там раньше находился вход внутрь трилита. Но теперь расширенное взрывом отверстие увеличилось до десяти футов в поперечнике.

А внутри бурлила вода.

Луч фары мотоцикла освещал пенящуюся поверхность. На глазах у Пейнтера вода стала быстро отступать, стекая вниз.

Открывшаяся картина заставила всех четверых умолкнуть в благоговейном ужасе.

* * *

11 часов 23 минуты

Кассандра смотрела, не мигая, сквозь ветровое стекло вездехода. Минуту назад у нее на глазах в небо взметнулся столб ослепительного голубого пламени. Прямо впереди. Там, где находились древние развалины.

– Черт побери, что это было? – спросил сидевший на месте механика-водителя Джон Кейн.

Проехав еще ярдов сто, вездеход остановился. Слева мерцал десятками огоньков поселок. Строго впереди прятались в песчаной буре развалины, которые снова погрузились в темноту.

– Могу сказать точно, это был не один из наших треклятых минометов, – добавил Кейн.

Это уж конечно! Кассандра глянула на экран компьютера. Голубой кружок, отмечавший местонахождение хранительницы музея, по-прежнему горел, но только теперь он мигал, словно на сигнал передатчика оказывали воздействие какие-то помехи. Черт возьми, что там происходит? Кассандра попробовала связаться с единственным, кто мог это знать.

– "Орел", вы меня слышите?

Она подождала. Ответа не последовало. Кейн покачал головой.

– Обе "птички" сбиты.

– Прикажи поднять в воздух следующую пару вертолетов. Я хочу иметь прикрытие с воздуха.

Кейн замялся. Кассандра понимала его тревогу. Буря еще только набирала силы. Пик буйства стихии впереди. Со стороны моря надвигается область высокого давления, и когда два атмосферных фронта столкнутся, здесь разверзнется настоящий ад. Отряд выступал вперед, имея в своем распоряжении шесть вертолетов. Но поднимать сейчас в воздух еще две машины – это риск ослабить оставшуюся авиацию еще вдвое. И все же Кейн понимал, что на карту поставлено все. Нет смысла беречь силы: или пан, или пропал. Кейн включил рацию и передал распоряжение Кассандры. Закончил и повернулся к ней, ожидая дальнейших указаний.

Кассандра кивнула.

– Двигаемся вперед.

– Быть может, следует дождаться, чтобы "птички" поднялись в воздух?

– Нет, вездеход защищен броней, – ответила Кассандра, оглядываясь на бойцов отборного отряда Кейна в пассажирском отсеке. – И у нас достаточно поддержки на земле. Там что-то происходит. Я это нутром чую.

Кейн включил передачу, и неуклюжий вездеход тяжело пополз в сторону развалин.

* * *

11 часов 26 минут

Опустившись на колено, Сафия прикоснулась ладонью к краю отверстия. Рукой она ощутила тепло. Порывистый ветер рвал с нее одежду. В воздухе кружился песок, но уже не так сильно. Буря немного утихла: временная передышка, словно взрыв отобрал у урагана часть сил.

– Осторожнее! – предостерег стоявший у нее за спиной Омаха.

Сафия бросил взгляд в зияющую под ногами дыру. Вода продолжал а спадать, что казалось совершенно невозможным. По мере отступления воды обнажалась стеклянная лента, которая уходила по спирали глубоко вниз. На месте камеры трилита оказалось стекло, огромным штопором вкрученное вглубь.

Вход в Убар.

Сафия медленно поднесла ладонь к самому стеклу. На черной поверхности все еще блестели капельки воды, искрящиеся в свете фары мотоцикла. Молодая женщина не ощутила обжигающего жара. Осмелев, она прикоснулась пальцем к черному стеклу. Оно до сих пор было теплым, очень теплым, но не горячим. Сафия прижала к нему ладонь.

– Оно затвердело, – объявила она. – Еще не остыло до конца, но поверхность твердая.

Сафия постучала кулаком, подтверждая свои слова. Выпрямившись, она опустила в отверстие ногу и поставила ее на стекло. Блестящая черная поверхность выдержала ее вес.

– Судя по всему, вода остудила стекло, и оно затвердело.

К ней подошел Пейнтер.

– Нам надо как можно быстрее выбираться отсюда.

Корал, все еще сидевшая за рулем мотоцикла, тихо произнесла несколько слов в рацию, затем обратилась к остальным:

– Коммандер, все рахим уже собрались. По первому твоему слову мы готовы отступать.

Сафия посмотрела вверх, однако стены провала терялись в темноте. Она снова перевела взгляд на горловину уходящей вниз стеклянной спирали.

– Мы пришли сюда для того, чтобы найти именно это.

– Если мы немедленно не уйдем отсюда, Кассандра закупорит нас здесь, – торопил Пейнтер.

К ним подковылял Омаха.

– Куда мы направимся?

Пейнтер махнул рукой на запад.

– Уйдем в пустыню. Воспользуемся песчаной бурей как прикрытием.

– Ты что, спятил? Стихия только начинает разыгрываться! Худшее еще впереди. К тому же надвигается область высокого давления, которая принесет сюда настоящий ад. Посреди пустыни нас ждет верная гибель! – Омаха покачал головой. – Уж лучше рискнуть и помериться силой с этой стервой.

Сафия мысленно представила себе Кассандру, ее ледяное сердце, безжалостный блеск в глазах. Тайна, скрытая внизу, достанется Кассандре. Ей и ее хозяевам. Этого нельзя допустить ни в коем случае.

– Я спускаюсь вниз, – сказала Сафия, обрывая все споры.

– Я иду с тобой, – поддержал ее Омаха. – По крайней мере, так мы будем дальше от бури.

Наверху вдруг с новой силой вспыхнула перестрелка. Все непроизвольно пригнулись.

– Похоже, решение приняли за нас, – пробормотал Омаха.

Корал отрывисто бросила несколько слов в рацию, Пейнтер, достав свою рацию, тоже выкрикнул приказ. По всему периметру провала вспыхнул свет фар. Взревели двигатели. Песчаные мотоциклы и багги понеслись вниз по склону.

– Что они делают? – спросил Омаха.

Пейнтер с мрачным видом убрал рацию.

– Кто-то из них заметил вход в тоннель.

Ходжа – предположила Сафия. Теперь, когда Врата Убара наконец открылись, рахим никуда не побегут. Они будут защищать это место до последней капли крови. Лулу ведет вниз все племя. Два багги даже выскочили на остановившийся язык оползня. Рахим спускались вниз.

Внезапно вспыхнувшая перестрелка так же внезапно прекратилась. Корал, прижимая рацию к уху, объяснила:

– Разведотряд неприятеля занимал огневую позицию наверху одной из башен. Его уничтожили.

В ее голосе Сафия услышала уважение: рахим уже успели доказать свою небывалую отвагу. Через мгновение багги и песчаные мотоциклы с женщинами затормозили поблизости. В головном багги Сафия увидела знакомые лица: Кара и Денни, сзади Клей. За ними следовал на мотоцикле Барак.

Кара выскочила из машины первой, а за ней остальные. Ветер, снова усилившись, срывал с лиц платки, хлопал полами плащей. Кара сжимала в руке пистолет.

– Мы увидели свет приближающихся фар, – сказала она, указывая в сторону востока. – Много огней. Большие грузовики, гусеничные вездеходы. По меньшей мере один вертолет поднялся в воздух. Я успела разглядеть его поисковый прожектор.

Пейнтер стиснул кулаки.

– Кассандра готова сделать последний ход.

Сквозь толпу протиснулась ходжа.

– Убар открыт. Он защитит нас.

Омаха оглянулся на зияющее отверстие.

– Все равно я свой пистолет прихвачу с собой.

Пейнтер бросил взгляд на восток.

– Выбора у нас нет. Пусть все спускаются вниз. Держитесь вместе. И возьмите с собой столько, сколько сможете унести, – оружие, боеприпасы, фонари.

Ходжа кивнула на Сафию:

– Она поведет нас.

С опаской посмотрев на уходящую в темноту стеклянную спираль, Сафия вдруг засомневалась в правильности своего решения. У нее перехватило дыхание. Если бы речь шла только о ее жизни, риск приемлем. Однако на карту оказались поставлены жизни других людей.

Взгляд молодой женщины остановился на двух девочках, вцепившихся в руки Клея. Оба ребенка были перепуганы. Однако Клей старался не подавать виду, как ему страшно. Сафия поняла, что ей также нужно держаться молодцом. Сердце по-прежнему гулко колотилось у нее в висках, но она заставила себя дышать спокойно.

Ветер донес новый шум. Низкий, глубокий рев мощного двигателя. Восточный край провала озарился светом.

Кассандра уже совсем близко.

– Пошли! – крикнул Пейнтер и посмотрел на Сафию. – Уводи всех вниз. Быстро!

Кивнув, Сафия развернулась и первой начала спускаться по стеклянной спирали. Она успела услышать, как Пейнтер обратился к Корал:

– Мне нужен твой мотоцикл.

* * *

11 часов 44 минуты

На глазах у Кассандры голубой кружок сигнала передатчика мигнул и исчез. Она стиснула кулаки. Хранительнице музея опять удалось бежать.

– Гони к развалинам, – сквозь стиснутые зубы процедила Кассандра. – И быстрее!

– Мы уже на месте, – ответил Кейн.

Впереди из полумрака в ярком свете фар показалась каменная стена, полуобвалившаяся, покрытая оспинами, которые за долгие годы оставил песок, гонимый ветрами. Вездеход подъехал к развалинам. Кейн повернулся к Кассандре.

– Какие будут приказания?

Кассандра указала на отверстие в стене рядом с полуразрушенной башней.

– Высаживай своих людей. Необходимо как можно скорее оцепить развалины. Никто не должен уйти из провала!

Кейн сбросил скорость, а бойцы его отряда стали выскакивать из вездехода через боковые люки, перепрыгивая через движущиеся гусеницы. Двадцать человек, ощетинившихся оружием, шагнули в бурю и скрылись в проеме стены.

Кейн повел вездеход вперед, двигаясь с черепашьей скоростью. Взобравшись на каменное основание древней крепостной стены, тяжелая гусеничная машина оказалась в самом Убаре. Лучам фар удавалось проникнуть лишь на несколько шагов сквозь тучи песка, поднятого завывающим ветром. Впереди находился провал, притихший, погруженный во мрак. Пришла пора ставить точку. Вездеход затормозил.

Бойцы Кейна распластались по периметру горловины провала, укрываясь за большими камнями и развалинами построек. Кассандра подождала, когда отряд займет исходное положение, обхватив провал с двух сторон. У нее в наушниках звучали переговоры, которые вели между собой по радио бойцы.

Кассандра ткнула клавишу на клавиатуре компьютера, и на выведенном на экран подробном плане местности появился двадцать один красный треугольник. У каждого бойца в форму был зашит радиомаячок. Глядя на экран, Кассандра видела, как отряд выдвигается на позиции, быстро, уверенно, без проволочек.

Кейн руководил своими людьми из кабины вездехода. Подавшись вперед, он стоял, опираясь руками на приборную панель, и смотрел сквозь ветровое стекло.

– Все на своих местах. Внизу никакого движения. Все темно.

Кассандра знала, что Сафия где-то там, прячется под землей.

– Включайте свет!

Кейн передал ее приказ.

По всему периметру провала вспыхнул десяток прожекторов, направленных вниз. Яркие лучи разорвали полумрак бури и осветили дно впадины.

Кейн прижал к уху наушник. Выслушав краткое донесение, он сказал:

– Их по-прежнему не видно. Внизу только брошенные багги и песчаные мотоциклы.

– Сверху не виден вход в пещеру?

Кейн кивнул.

– Именно перед ним и стоит вся техника. Там зияет черная дыра. Сейчас поступит видеоизображение. Переключаю его на третий канал.

Кассандра открыла на экране компьютера новое окно. Появилось изображение, передаваемое в реальном времени. Картинка была размытой, дрожащей и зернистой. Влияние электростатических помех. На штыревой антенне вездехода плясали светящиеся электрические разряды. Буря набирала силу.

Кассандра склонилась к компьютеру. На экране было видно подернутое рябью изображение дна провала. Мотоциклы на больших широких колесах, несколько багги, предназначенных для гонок по пустыне. И ни одного человека. Куда они все делись? Телекамера повернулась и зафиксировалась на темном отверстии ярда три в поперечнике. Вход в подземный тоннель.

И все кролики нырнули в эту нору.

Видеоизображение покрылось "снегом", прояснилось на мгновение и снова исчезло. Кассандра выругалась вполголоса. Ей необходимо увидеть все это своими глазами. Закрыв на экране компьютера окно с пропавшим видеоизображением, она взглянула на план с красными треугольничками, которые обозначали расстановку людей Кейна. Провал был полностью окружен.

Кассандра отстегнула ремень безопасности.

– Я схожу и взгляну лично. Ты остаешься на командном посту.

Она протиснулась в пассажирский отсек и выбралась из вездехода через боковой люк. Ветер толкнул ее в спину, швырнул в лицо пригоршню песка. Кассандра, поморщившись, нагнулась, натянула на рот и нос платок и, воспользовавшись гусеницей в качестве подножки, соскочила на землю.

Придерживаясь рукой за гусеницу, чтобы сохранять равновесие, Кассандра обошла вездеход спереди. Ветер буквально разрывал ее на части. Только теперь Кассандра прониклась настоящим уважением к людям Кейна. Когда она находилась под защитой брони вездехода, их действия казались ей удовлетворительными – быстрыми, уверенными, четкими. Сейчас же она находила подобную эффективность чем-то из ряда вон выходящим.

Кассандра обошла вездеход и оказалась между лучами фар. Следуя вдоль них, она направилась к провалу. Ей потребовалось сделать всего несколько шагов, однако когда Кассандра добралась до края, гул двигателя вездехода почти полностью потонул в реве бури.

– Командир, ну как там? – послышался в наушнике голос Кейна.

Опустившись на корточки, Кассандра заглянула в провал. На противоположном склоне лежала беспорядочная груда камней, которая продолжала время от времени осыпаться тонкими ручейками песка и щебня. Свежий оползень. Черт побери, что здесь произошло? Кассандра перевела взгляд прямо вниз.

Оттуда на нее блестящим глазом смотрел вход в тоннель. Стекло. От этого зрелища у Кассандры чаще забилось сердце. Несомненно, этот путь ведет к сокровищам, скрытым под землей. Кассандра обвела взглядом брошенные мотоциклы и багги. Нельзя допустить, чтобы награда досталась кому-то другому.

Она прижала к горлу ларингофон.

– Кейн, мне нужно, чтобы твой отряд в полном составе был через пять минут готов войти в тоннель.

Ответа не последовало.

– Кейн! – во весь голос закричала Кассандра, оборачиваясь.

Ее ослепили фары вездехода. Она отскочила в сторону, заподозрив неладное. Шагнув вперед, Кассандра заметила что-то лежащее на боку за углом стены и наполовину занесенное песком.

Песчаный мотоцикл.

Только у одного человека на свете хватило бы ума додуматься до этого.

* * *

11 часов 52 минуты

Ему в лицо метнулся нож. Потеряв равновесие, Кроу упал, успев в последнее мгновение повернуть голову и увернуться от смертельного удара в глаз. Лезвие скользнуло по щеке и ободрало скулу.

Злость и отчаяние придали Пейнтеру новых сил. Не обращая внимания на хлещущую кровь, он обвил ногами противника, а локтем правой руки захватил его шею.

Ублюдок оказался сильным как бык, он вырвался и покатился по полу. Пейнтеру удалось перехватить руку, сжимавшую нож.

Пять минут назад Кроу на головокружительной скорости промчался вверх по склону со дна провала и остановился у пролома в восточной стене, где затаился, закопавшись в рыхлый песок, нанесенный ветром к развалинам. Пейнтер понимал, что все транспортные средства, имеющиеся в распоряжении Кассандры, должны будут проехать именно через этот пролом.

Но он не ожидал увидеть этот огромный вездеход, судя по виду – двадцатитонное чудовище. Целый автобус, поставленный на танковые гусеницы. Однако этот монстр устраивал Пейнтера даже больше обычного грузовика.

Когда вездеход остановился в пелене бури, Кроу выполз из укрытия и нырнул сзади под гусеницы. Как он и предполагал, все внимание экипажа было приковано к провалу. Когда из вездехода выбралась Кассандра, задача Пейнтера еще больше упростилась. Через открытый люк он проскользнул в пассажирское отделение, сжимая в руке оружие, и сразу же узнал того, с кем предстояло иметь дело. Но к несчастью, противник, вероятно, увидел в стекле отражение нападавшего. Развернувшись на загипсованной ноге, Джон Кейн ударил здоровой ногой, выбивая пистолет у Пейнтера из руки.

И вот теперь они, сплетясь, катались по полу.

Кроу удалось удержать удушающий захват. Кейн попытался ударить затылком ему в нос. Увернувшись, Пейнтер запрокинул голову противника еще дальше назад и с силой впечатал его лицо в стальной пол. Раздался стон. Пейнтер повторил это еще трижды. Кейн обмяк. Кроу продолжал сжимать ему горло. Только теперь он заметил кровь, растекающуюся по серой стали. Сломанный нос.

Понимая, что времени нет, Пейнтер отпустил противника. Поднявшись на ноги, он пошатнулся и едва не упал. Если бы Кейну не пришлось предварительно сразиться с леопардом, в этой схватке победа была бы на его стороне.

Добравшись до водительского сиденья, Кроу включил передачу и дал газ. Громоздкий гигант на удивление проворно пополз вперед. Сверяясь с ориентирами, Пейнтер вел вездеход прямо на провал. Вдруг по бортам застучал град пуль, выпущенных из автоматического оружия. Значит, его присутствие обнаружено.

Грохот был оглушительный. Кроу как ни в чем не бывало продолжал ехать вперед. Вездеход был бронированный. А люк Пейнтер запер.

Впереди показался край провала. Пейнтер не сбавлял скорость. Пули стучали по броне как камни по железной бочке. Вездеход переполз через гребень. Пейнтеру этого было достаточно. Положившись на момент инерции, он вскочил с кресла. Вездеход, сбавив скорость, прополз еще немного. Рыхлый песок осыпался, и многотонная махина начала заваливаться вперед. Пол накренился.

Кроу пополз к заднему люку, намереваясь выпрыгнуть до того, как вездеход рухнет вниз, а потом испытать свое счастье, сразившись с бойцами Кассандры. Но вдруг рука схватила его за штанину, сбивая с ног. Кроу тяжело рухнул на пол.

Кейн тащил его к себе, по-прежнему немыслимо сильный. Кроу не мог терять ни секунды. Пол уже опасно накренился. Пейнтер выбросил ногу, попав каблуком Кейну в сломанный нос. Наемник отлетел назад, выпустив ногу Пейнтера.

Кроу пополз по вздыбившемуся полу, словно взбираясь на стальной утес. На него сыпалось незакрепленное оборудование. Вдруг он ощутил сильный толчок. Теперь вездеход оказался уже во власти земного притяжения. Гусеницы скользили по рыхлому песку. Стальное чудовище поползло вниз.

Прыгнув, Пейнтер ухватился за рукоятку заднего люка. К несчастью, люк открывался наружу. У Пейнтера не было упора, чтобы его распахнуть. Напрягая пальцы ног, мышцы бедер, он с трудом приоткрыл люк лишь на фут. Остальную работу доделал за него ветер, распахнув люк настежь.

Пейнтера, не выпустившего рукоятку, буквально вышвырнуло из кабины. А вездеход, все убыстряясь, скользил вниз, на дно провала.

Пейнтер успел оттолкнуться ногой от заднего борта. Вытянув руки перед собой, он прыгнул, стремясь ухватиться за край скалы. Ему это удалось с огромным трудом. Пейнтер упал животом на песчаник, болтая ногами над пропастью. Его пальцы вцепились в рыхлый песок, ища опоры. Снизу донесся скрежещущий грохот. Пейнтер успел заметить бегущих к нему людей, но тотчас понял, что они не успеют.

Он начал сползать вниз. Опоры не было. Гусеницы вездехода превратили край скалы в кашу. Пейнтеру удалось на мгновение ухватиться за присыпанный песком камень и глянуть вниз. В сорока футах под ним вездеход вонзился передней частью в отверстие, круша остекленевший песок, сминаясь сам. Двадцатитонная пробка закупорила вход в тоннель.

Неплохо.

Камень не выдержал, и Пейнтер, кувыркаясь, рухнул вниз. Он смутно услышал свое имя. Затем его плечо ударилось о каменный выступ, он отлетел в сторону, и ему навстречу понеслась земля, утыканная острыми обломками скалы и искореженным металлом.