Прочитайте онлайн Песчаный дьявол | 14Расхитители гробниц

Читать книгу Песчаный дьявол
2816+2275
  • Автор:
  • Перевёл: Сергей Саксин
  • Язык: ru

14

Расхитители гробниц

3 декабря, 20 часов 7 минут

Джебаль Эйттин

Кроу взглянул на часы. Оставалась еще одна минута.

Он лежал, распластавшись на животе под стволом фигового дерева, скрытый кустами акаций. Над головой по пологу из листьев барабанил дождь. Пейнтер притаился далеко справа от дороги, осторожно взобравшись сюда по почти отвесной скале.

Отсюда ему открывался вид на стоянку.

С помощью очков ночного видения Кроу без труда различал в темноте часовых, одетых в синие ветровки с поднятыми для защиты от дождя капюшонами. В основном они расположились вдоль дороги, которая вела к вершине, но несколько человек медленно описывали более широкие круги.

Пейнтер потратил драгоценные минуты на то, чтобы незаметно прокрасться сюда, вынужденный двигаться только тогда, когда часовые уходили чуть дальше.

Он размеренно дышал, готовясь к тому, что ему предстояло. До ближайшего внедорожника было около тридцати ярдов. Пейнтер составил план, мысленно прокрутил его в голове, затем подправил, убирая последние шероховатости. Когда все это начнется, времени размышлять не будет – надо будет действовать.

Кроу снова взглянул на часы. Время подошло.

Он медленно приподнялся на четвереньки и прислушался сквозь шум дождя.

Ничего. Еще раз посмотрел на часы. Десять минут истекли. Ну где же...

И тут Кроу услышал. Снизу донеслось пение, нестройный хор нескольких голосов. Он оглянулся. В очках ночного видения весь мир раскрасился в различные оттенки зеленого, но внизу расцвели осколки ослепительного света. Факелы и фонари. Воины племени байт-катир начали не спеша, с песнопениями подниматься по дороге.

Пейнтер снова полностью переключил внимание на гробницу. Часовые, заметив приближение бедуинов, сместились, сосредоточившись вдоль дороги. Двое из них скрытно спустились в кустах вдоль обочины до первого поворота серпантина.

Убедившись, что машины оставлены без присмотра, Пейнтер начал действовать: выбрался из укрытия и пробежал, пригибаясь, тридцать ярдов до ближайшего "мицубиси". Он бежал осторожно, стараясь не шуршать гравием. Все прошло гладко.

Пейнтер добрался до первого внедорожника и нырнул под него. Раскрыв смазанную маслом молнию сумки, он достал обернутые в целлофан две упаковки взрывчатки с предварительно установленными детонаторами и засунул одну под картер рядом с бензобаком. Пейнтер мысленно поблагодарил Кассандру за этот подарок. Что ж, будет справедливо, если он вернет то, что принадлежит ей по праву.

Он пробрался под другую машину и уложил вторую упаковку взрывчатки. Третий внедорожник Пейнтер трогать не стал, только убедился, что ключ торчит в замке зажигания. Подобная предосторожность при проведении специальных операций являлась совсем не лишней. Когда станет жарко, не придется искать водителя с ключами. Удовлетворившись своей работой, Кроу осмотрелся вокруг.

Все внимание часовых по-прежнему было сосредоточено на приближающихся верблюдах и людях.

Развернувшись, Пейнтер стремительно метнулся к невысокой стене, которая опоясывала мемориальный комплекс. Он старался держаться так, чтобы машины оставались между часовыми и ним, загораживая его. Из-под горы слышались оклики по-арабски, добродушные пререкания.

Пение прекратилось. Один из верблюдов жалобно закричал, забрякал колокольчиком на шее. Бедуины дошли уже до середины склона.

Надо поторапливаться. Кроу сиганул через низкую стену, имевшую в высоту всего около четырех футов. Он выбрал самое укромное место прямо за мечетью. Приземление получилось более шумным, чем он рассчитывал, однако гроза весьма кстати заглушила звук раскатом грома.

Пейнтер застыл неподвижно. С обеих сторон от мечети в темноту изливался яркий свет, источник которого находился во дворе перед ней. В очках ночного видения он показался Пейнтеру ослепительным. Ему были слышны приглушенные голоса, однако барабанивший дождь не позволял разобрать слова. Кроу не мог даже определить, сколько человек находится во дворе.

Пригибаясь за оградой, он пробежал вдоль задней стены мечети, стараясь держаться в тени. Достигнув двери черного хода, Пейнтер подергал ручку. Заперта. Конечно, дверь можно было бы выбить, но это произведет слишком много шума. Кроу двинулся дальше, ища окно или какой-нибудь другой способ проникнуть внутрь. Попытавшись обойти здание мечети с другой стороны, он окажется у всех на виду. Слишком яркий свет и никаких укрытий. Надо каким-то образом проникнуть в мечеть, чтобы подобраться ближе. Если он собирается похитить Сафию прямо из-под носа у Кассандры, ему необходимо находиться рядом с местом действия.

Пейнтер дошел до дальнего угла мечети, так и не найдя ни одного окна. Ну кто строит здания без окон в задней части?

Кроу остановился в небольшом огородике, заросшем сорняками, над которым возвышались две финиковые пальмы. Он посмотрел вверх. Одна из пальм росла совсем близко со стеной мечети, свешиваясь листьями на крышу. Крыша мечети плоская. Если забраться на пальму, перелезть на крышу...

Пейнтер посмотрел на гроздья фиников, свисавшие под листьями. Залезть на пальму будет непросто, но попробовать стоит. Собравшись духом, он запрыгнул как только мог высоко, обвивая ствол пальмы руками, пытаясь упереться в него ногами. Скользкая кора не держала нисколько. Пейнтер тотчас же сполз вниз, шлепнувшись задом в раскисшую грязь.

Оказавшись на земле, он увидел два объекта, скрытые в невысоких зарослях вдоль задней стены: алюминиевую стремянку и бледную человеческую руку. Кроу застыл.

Рука не шевелилась.

Осторожно пробравшись вперед, Пейнтер раздвинул ветви. Стремянка лежала, приваленная к ограде, рядом с садовым секатором. Ну конечно, должен же быть какой-то способ доставать финики. Следовало бы догадаться, что нужно искать лестницу.

Пейнтер приблизился к фигуре, распростертой на земле. Это был пожилой араб в шитом золотом халате. По всей видимости, служитель или сторож при гробнице. Он лежал навзничь недвижимый. Пейнтер пощупал его шею. Кожа оказалась теплой, под ней медленно билась жилка. Старик был жив, но без сознания.

Кассандра оглушила старика стрелой со снотворным, как это было с Клеем? Но зачем оттаскивать тело сюда и прятать в кустах? В этом не было никакого смысла, однако у Пейнтера не было времени ломать голову над этой загадкой.

Кроу выпрямился. Он убедился, что часовые не смогут его заметить, поднял стремянку и приставил к задней стене мечети. Она чуть-чуть не достала до крыши. Пейнтер начал быстро взбираться по ступеням. Он оглянулся и увидел, что часовые полностью перегородили дорогу. Ниже по склону были видны огни факелов воинов племени байт-катир, собравшихся у поворота. Остановившись, бедуины начали разбивать лагерь. До Пейнтера доносились обрывки фраз, произнесенных громко по-арабски. Кочевники делали вид, будто собираются заночевать.

Поднявшись на последнюю ступеньку, Пейнтер ухватился за край крыши, подтянулся, закинул ногу на козырек и перекатил тело. Пригибаясь, он быстро пересек крышу в направлении минарета у передней стены. Всего в нескольких футах над крышей невысокую башенку окружал открытый балкончик, откуда муэдзин призывал правоверных на молитву. Кроу без труда зацепился за ограждение балкона и перелез через балюстраду. Крадучись, он прошел по балкону. Теперь весь двор гробницы открывался ему с высоты птичьего полета. Для очков ночного видения освещение было слишком ярким, поэтому Пейнтер сдвинул их на лоб и огляделся вокруг.

Совсем рядом ослепительным заревом светились развалины. По соседству с входом в гробницу валялся забытый фонарик. Его луч освещал металлический шест, воткнутый в землю. Шест был увенчан какой-то скульптурой, судя по виду человеческой головой.

Внизу звучали голоса, которые доносились из приземистого здания гробницы. Дверь, выходящая во двор, была открыта. Внутри горел свет. Пейнтер услышал знакомый голос:

– Покажите на карте.

Это была Кассандра. У Кроу внутри все перевернулось. Он стиснул зубы.

Кассандре ответил голос Сафии:

– Это какая-то бессмыслица. Следующая веха может быть где угодно.

Пейнтер присел ниже. Слава богу, Сафия жива. Его захлестнула волна облегчения и заново вспыхнувшего беспокойства. Сколько человек сейчас с Сафией? Несколько минут Кроу всматривался в тени, мелькающие за запотевшими стеклами. Точно определить было трудно, но, похоже, в гробнице находилось не больше четырех человек. Пейнтер внимательно обвел взглядом внутренний двор, высматривая дополнительных часовых. Никого. Все было спокойно.

Если действовать быстро...

Пейнтер начал было спускаться вниз, но в этот момент в дверях усыпальницы показался высокий мускулистый мужчина, одетый во все черное. Кроу застыл, опасаясь выдать себя неосторожным движением.

Натянув на глаза бейсболку, мужчина в черном вышел под дождь. Быстро пройдя к железному шесту, он присел на корточки. Затаив дыхание, Пейнтер следил, как тот медленно ведет пальцем по шесту, начав с самого низа. "Черт побери, что он делает?" Добравшись до верха шеста, мужчина выпрямился и поспешил обратно в гробницу.

– Шестьдесят девять, – сказал он, скрываясь внутри.

– Ты уверен? – снова послышался голос Кассандры.

– Да, черт возьми, я абсолютно уверен.

Ждать дольше было нельзя. Пейнтер нырнул в сводчатую дверь, за которой начиналась винтовая лестница, ведущая вниз в мечеть. Надвинув очки ночного видения на глаза, он всмотрелся в темноту.

Все было тихо. Пейнтер достал пистолет и большим пальцем сдвинул рычажок предохранителя. Опасаясь наткнуться на часовых, он начал медленно спускаться, прижимаясь плечом к стене, выставив перед собой пистолет. Внизу короткой винтовой лестницы Пейнтер остановился и обвел взглядом молельный зал мечети. Расцвеченное зелеными тонами маленькое помещение оказалось пустым. Молитвенные коврики лежали скатанными у дальней стены. Кроу быстро направился к выходу.

Наружная дверь была открыта. Подняв очки ночного видения на лоб, Пейнтер встал за косяком. Выглянул. За дверью находился крытый портик. Прямо впереди была лестница из трех ступенек во двор. С двух сторон сводчатую крышу портика поддерживали беленые стены. Пейнтер постоял, осматриваясь. Внутренний двор оставался пустым. Со стороны гробницы доносились голоса. Если быстро добежать до усыпальницы, затаиться в дверях...

Кроу быстро произвел в голове расчеты: успех зависит от быстроты. Выпрямившись, он поднял пистолет и вдруг застыл на месте, услышав едва различимый звук сзади. По всему телу электрическим разрядом пронесся ужас: он здесь не один.

Пейнтер молниеносно развернулся, приседая в позу для стрельбы с пистолетом наготове. Из темноты на него неслись две тени. Отраженным светом, ярко горели четыре глаза. Хищные и голодные. Леопарды.

С бесшумностью ночи две огромные кошки набросились на Пейнтера.

* * *

20 часов 18 минут

– Покажите на карте, – сказала Кассандра.

Хранительница музея стояла на коленях на полу усыпальницы. Перед ней лежала развернутой та же самая карта, что и в прошлый раз. Прямая синяя линия вела от первой гробницы на побережье к этой, в горах. Теперь от нее отходила вторая линия, красная, на северо-восток, покидая пределы гор и устремляясь в бескрайние просторы пустыни Руб-эль-Хали, недаром прозванной "пустыней пустынь".

Проведя пальцем по линии, уходящей в пески, Сафия покачала головой.

– Это какая-то бессмыслица. Следующая веха может быть где угодно.

Несколько мгновений Кассандра молча смотрела на карту. Затерянный город находится где-то в пустыне. Где-то на этой линии, но где именно? Красная черта проходила через бесконечную пустоту.

– Мы все еще что-то упускаем из вида, – пробормотала Сафия, откидываясь на пятки.

Она потерла виски.

Тишину нарушил писк рации Кейна. Он выслушал сообщение и спросил:

– Много?

А после подробного доклада решительно распорядился:

– Хорошо, просто присматривайте за ними повнимательнее, черт побери. И не пускайте их сюда. Если что, дайте мне знать.

Когда Кейн закончил связь, Кассандра вопросительно посмотрела на него. Он пожал плечами.

– Те песчаные крысы, которых мы видели у дороги, вернулись. Они устраивают стоянку в том самом месте, где мы заметили их в первый раз.

От Кассандры не укрылось беспокойство, мелькнувшее на лице у Сафии. Эта женщина опасается за жизнь своих соплеменников. Хорошо.

– Прикажи своим людям стрелять в каждого, кто подойдет слишком близко.

Сафия напряглась, услышав эти слова.

Кассандра указала на карту.

– Чем скорее мы решим эту загадку, тем быстрее уберемся отсюда.

Сафия обреченно повернулась к карте.

– Должно быть, в скульптуре имеется какое-то указание на расстояние, которое мы упустили. Какой-то способ определить, как далеко необходимо продвинуться по красной линии.

Закрыв глаза, она стала задумчиво раскачиваться. И вдруг остановилась.

– В чем дело? – оживилась Кассандра.

– Копье, – сказала Сафия, оборачиваясь на дверь. – Яза-метила на древке бороздки, высеченные углубления, и приняла их просто за украшение. Но в древности измерения нередко записывались зарубками на палке.

– Значит, вы полагаете, количество этих бороздок может обозначать расстояние?

Кивнув, Сафия поднялась с земли.

– Я схожу и сосчитаю их.

Однако Кассандра ей не доверяла. Будет так легко солгать и увести поиски в другую сторону. А ей был необходим точный результат.

– Кейн, сходи и сосчитай количество зарубок.

Поморщившись, Кейн послушно натянул на бритую голову бейсболку.

Когда он ушел, Кассандра склонилась над картой.

– Надеюсь, это будет конечная точка. Сначала побережье, затем горы и вот теперь пустыня.

Сафия пожала плечами.

– Вероятно, вы правы. Число три в древних религиях имеет большое значение, идет ли речь о триединстве христианского бога – Бога Отца, Бога Сына и Святого Духа, – или о древней небесной троице – Луне, Солнце и утренней звезде.

В дверях показался Кейн, стряхивая дождь с бейсболки.

– Шестьдесят девять.

– Ты уверен?

Он скорчил гримасу.

– Да, черт возьми, я абсолютно уверен.

– Шестьдесят девять, – повторила Сафия. – Скорее всего, это действительно так.

– Почему? – спросила Кассандра, снова поворачиваясь к куратору музея, склонившейся над картой.

– Шесть и девять – числа, кратные трем, – объяснила Сафия, не отрываясь от карты. – Как раз то самое, о чем мы только что говорили. Вместе они образуют последовательность. Это чудодейственное число.

– А я всегда полагал, что "шестьдесят девять" означает совсем другое, – ухмыльнулся Кейн.

Не обращая на него внимания, Сафия принялась за работу, подсчитывая на калькуляторе и измеряя углы транспортиром. Кассандра пристально следила за ней.

– Вот эта точка отстоит от гробницы наби Аюба ровно на шестьдесят девять миль вдоль красной линии, – сказала наконец Сафия и начертила кружок на карте. – Это где-то здесь, в пустыне.

Отстранив ее от карты, Кассандра взяла калькулятор и транспортир и сама повторила измерения. Посмотрев на красный кружок, она запомнила его географические координаты.

– Значит, это и есть местонахождение затерянного города?

Сафия кивнула, не отрывая взгляда от карты.

– По крайней мере, у меня так получается.

Кассандра наморщила лоб, поняв, что хранительница музея что-то недоговаривает. Она буквально чувствовала, что Сафия что-то подсчитывает в уме. Кассандра схватила ее за руку.

– О чем ты умолчала...

Где-то совсем близко прогремел выстрел, отрезав продолжение.

Возможно, это был просто случайный выстрел. Возможно, какой-то бедуин решил ради развлечения бабахнуть из ружья. Но Кассандра сразу поняла, что это не так. Она резко обернулась.

– Пейнтер!

* * *

20 часов 32 минуты

Кроу промахнулся. Отпрыгнув назад, он спиной вывалился через дверь в портик. Противоположная стена брызнула дождем отбитой штукатурки. Леопарды, разделившись, растворились в темноте мечети. Кроу отскочил в сторону, укрываясь за стеной портика.

Глупо. Ему не следовало стрелять. Он среагировал не раздумывая, подчиняясь инстинкту самосохранения. Это было совсем не похоже на него. Но его парализовал ужас перед леопардами, словно оказались задеты самые глубинные нервные окончания. И вот он выдал себя, лишился элемента внезапности.

– Пейнтер!

Крик донесся со стороны усыпальницы. Голос Кассандры.

Кроу не смел шелохнуться. Леопарды разгуливают где-то внутри мечети; Кассандра затаилась снаружи. Женщина или хищный зверь – обе встречи означали смерть.

– Я знала, что ты придешь за этой женщиной! – крикнула Кассандра, и раскат грома подчеркнул ее слова.

Пейнтер молчал. Кассандра не могла определить наверняка, откуда именно донесся выстрел. В горах звук распространяется порой очень причудливо. Пейнтер предположил, что его бывшая напарница укрывается в гробнице и кричит, высовываясь в дверь. Она не осмелится выйти на открытое место. Ей известно, что он вооружен, но она не знает, где он находится. Как использовать это небольшое преимущество?

– Если через десять секунд ты не покажешься безоружный, с поднятыми руками, я пристрелю пленницу.

Пейнтер вынужден был рассуждать мгновенно. Если он сейчас выйдет из мечети, это будет означать смерть – как для него, так и для Сафии.

– Кроу, я знала, что ты придешь! Неужели ты мог вообразить, что я поверю, будто ты направляешься к йеменской границе?

Пейнтер вздрогнул. Сообщение по электронной почте он отправил каких-нибудь несколько часов назад. Адресованное на закрытый сервер его начальника, оно содержало дезинформацию. Это должно было стать пробным шаром. Как и опасался Пейнтер, ложь попала к Кассандре в нетронутом виде.

Его захлестнуло чувство отчаяния. Это могло означать только одно: предательство в "Сигме" пустило корни с самого верха.

Шон Макнайт. Его начальник...

Возможно ли, что именно поэтому Макнайт в свое время объединил их с Кассандрой в одну группу? Подобное предположение казалось немыслимым. Закрыв глаза, Пейнтер сделал глубокий вдох, чувствуя свою полную изоляцию. Теперь он остался один, отрезанный от всех. Ему некому доверять, некого звать на помощь. Как это ни странно, эта мысль лишь зарядила Пейнтера дополнительной энергией. Он ощутил пьянящее чувство свободы. Отныне ему придется полагаться только на самого себя и на то, что имеется под рукой. И этого должно будет оказаться достаточно.

Сунув руку в сумку, Пейнтер нащупал радиопередатчик.

Прогремел раскат грома, утробный, глухой. Дождь забарабанил еще сильнее.

– Осталось пять секунд, Кроу.

Все время мира...

Надавив на клавишу передачи, Пейнтер скатился вниз по ступеням.

* * *

20 часов 34 минуты

Омаха, находившийся всего в семидесяти ярдах, вздрогнул. Сдвоенный взрыв, яркий, словно вспышка молнии, подбросил два внедорожника высоко в воздух. Ночная темнота озарилась ослепительным светом. Ударная волна стиснула Омахе грудную клетку, резанула по барабанным перепонкам. Это был сигнал Пейнтера, означавший, что он освободил Сафию.

Только что Омаха услышал одинокий выстрел, ужаснувший его. И вот теперь на стоянку огненным дождем посыпались обломки. Часовые распластались на земле. Двое из них полыхали в горящей солярке.

Настало время действовать.

– Пошли! – крикнул Омаха, однако собственный голос показался слабым даже ему самому.

И тем не менее лес по обе стороны от Омахи ожил автоматным огнем. Кроме того, вспышки выстрелов засверкали выше по склону, который господствовал над стоянкой, где укрылись двое снайперов байт-катир.

У гробницы двое часовых поднимались с земли. Внезапно дернувшись, они отлетели назад, убитые прицельными выстрелами. Но остальные с отточенным мастерством моментально укрылись. Эти люди знали свое дело. Перескочив через ограду мемориального комплекса, они оказались вне досягаемости огня противника.

Омаха поднял бинокль. Два горящих внедорожника освещали стоянку на вершине горы. Третью машину взрывной волной отбросило на несколько футов. Ее капот и земля вокруг пестрели лужицами горящей солярки, шипящей под струями дождя. Пейнтер собирался использовать эту машину как средство отступления. Он уже должен был бы сидеть за рулем и мчаться сюда.

Но где же он? Чего он ждет?

Справа от Омахи воздух огласился торжествующим улюлюканьем. Зазвенели колокольчики. С десяток верблюдов, поднявшись на ноги, побежали вверх по склону. Среди них бежали пешие воины байт-катир. Из-за деревьев не смолкал ружейный огонь. Зазвучали ответные выстрелы. Один из верблюдов, взревев, повалился на колени. Слева от Омахи прогремел взрыв. В воздух взметнулся фонтан огня, оторванных ветвей, дымящихся листьев и земли.

Выстрел из подствольного гранатомета.

И тут из глубокой расселины справа послышался новый звук. В воздухе показались пять маленьких вертолетов, проворных, словно комары и таких же крошечных. Одноместные летательные аппараты. Лишь несущий винт, двигатель и пилот. Вертолеты были похожи на летающие салазки. Лучи прожекторов осветили землю, и тотчас же затрещали пулеметы, посыпая все вокруг смертоносным свинцом.

Люди и верблюды бросились врассыпную.

Омаха бессильно стиснул кулаки. Эта сучка ждала их. В засаде затаилось подкрепление. Откуда ей стало известно? К нему подбежали Корал и Барак.

– Пейнтеру понадобится помощь, – прошипела Корал. – Теперь он уже не сможет бежать на третьей машине. Стоянка у всех на виду.

Омаха огляделся вокруг. Склон был усеян трупами людей и верблюдов. Из леса гремели выстрелы по вертолетам. Пилоты были вынуждены подняться выше, однако продолжали кружить над склоном, не давая нападавшим поднять головы.

Весь план провалился.

Но Сафия там. И Омаха не собирался опять бросать ее.

Корал достала пистолет.

– Я иду к Пейнтеру.

Омаха схватил ее за руку. Мышцы молодой женщины показались стальными, но тем не менее он удержал ее.

– На этот раз мы идем вместе.

* * *

20 часов 35 минут

Кара рассеянно смотрела на автомат, лежащий у нее на коленях. Непроизвольно поглаживая приклад, она никак не могла сосредоточиться. Глаза казались ей слишком большими для головы, сжимаемой мигренью, живот скрутило от тошноты. У Кары из головы не выходила маленькая оранжевая таблетка.

Сидевший рядом с ней Клей тщетно пытался завести двигатель "фольксвагена". Он снова крутанул стартер, и снова безрезультатно. Денни сидел сзади, сжимая пистолет.

Взрыв озарил южный склон горы восходящим солнцем. Это был сигнал, поданный Пейнтером. У подножия вершины треском фейерверков вспыхнул ружейный огонь.

– Ах ты кусок дерьма! – выругался Клей, ударяя кулаком по рулевому колесу.

– Ты залил свечи, – угрюмо произнес Денни.

Кара уставилась в окно. На севере бушевало рыжевато-красное зарево. Все началось. Если дело пройдет, как задумано, с минуты на минуту остальные примчатся вниз на угнанном внедорожнике. А бедуины рассредоточатся по окрестным горам. Воинам байт-катир знакомы все тропы, петляющие в этих густых лесах.

Однако Кару не покидало неприятное ощущение неудачи. Быть может, всему виной была пелена усталости, затянувшая ее сознание. С каждым вдохом эта пелена становилась все более густой. За глазницами скапливалась боль. Даже свет приборной панели казался нестерпимо ярким.

– Ты посадишь аккумулятор, – предупредил Клея Денни после очередной неудачной попытки завести двигатель. – Подожди хотя бы минут пять.

Голова Кары наполнилась треском, словно ее тело было антенной, настроенной на атмосферное электричество. Она почувствовала, что должна действовать. Сидеть неподвижно дальше не было никаких сил. Повернув ручку, Кара буквально вывалилась из двери, судорожно сжимая автомат.

– Вы куда? – испуганно окликнул ее Клей.

Ничего не ответив, Кара вышла на дорогу.

С горы по-прежнему доносилась перестрелка. Не обращая на это внимания, Кара сосредоточилась на том, что было рядом. На дороге стояла пожилая женщина, повернувшись к Каре, словно поджидая ее. Она была одета в длинный плащ, ее лицо скрывал черный платок. В узловатых пальцах женщина сжимала суковатую палку, отполированную от долгого использования до блеска.

У Кары раскалывалась голова. Затем ее сознание словно настроилось наконец на нужную станцию. Треск в ушах прекратился, боль и тошнота отступили. Кара тотчас же ощутила себя невесомой, свободной. Женщина молча смотрела на нее.

Кара почувствовала, как пустоту у нее внутри заполняет онемение. Ей не хотелось бороться с этим чувством. Автомат выскользнул из ее обмякших пальцев.

– Ты будешь нужна ей, – наконец заговорила женщина, поворачиваясь.

Кара последовала за незнакомкой, словно во сне.

Под сенью тамаринда громко чихнул и тотчас заглох двигатель "фольксвагена".

Оставив дорогу позади, Кара стала спускаться в заросшую лесом долину. Она не хотела сопротивляться, даже если бы у нее были на это силы.

Она знала, кто нуждается в ее помощи.

* * *

20 часов 36 минут

Сафию заставили встать на колени и положить руки на затылок. Кассандра сидела на корточках у нее за спиной, приставив к ее виску один пистолет, а другой держа направленным на вход. Обе женщины напряженно застыли в дальнем углу усыпальницы и не отрывали взгляда от двери, от которой их отделял могильный холмик.

Как только прогремел взрыв, Кассандра погасила весь свет и приказала Кейну выбраться через окно в задней стене, чтобы скрытно обойти вокруг здания и выследить Пейнтера.

Сафия до боли стиснула пальцы. Неужели это правда? Неужели Пейнтер жив и скрывается где-то здесь? Если это так, удалось ли спастись остальным? У нее навернулись слезы. В любом случае теперь она не одна. Пейнтер где-то рядом.

Снаружи по-прежнему слышалась стрельба. Пламя пожара озаряло ночь багрянцем и пляшущими тенями.

Сафия слышала рев вертолетов, частую дробь пулеметных очередей.

– Отпустите нас, – взмолилась она. – Вам же известно местонахождение Убара.

Скрытая в темноте Кассандра молчала, полностью сосредоточив внимание на двери и окнах. Сафия не могла определить, услышала ли она ее просьбу. Из-за двери послышался шорох гравия. Кто-то идет сюда. Пейнтер или Кейн?

В дверном проеме мелькнула большая тень, на мгновение освещенная одиноким фонариком, оставленным во дворе у колодца.

Верблюд.

Поливаемый дождем, он проплыл мимо двери как фантасмагорическое видение. Следом за ним в дверях показалась женщина, полностью обнаженная. Казалось, она светилась в багровых отблесках пожара.

– Это ты! – ахнула Кассандра.

В руке незнакомка держала серебристый чемоданчик, в котором хранилось железное сердце. Только сейчас Кассандра спохватилась, что оставила чемоданчик у входа.

– Нет, ты его не получишь, стерва!

Кассандра дважды выстрелила над самым ухом Сафии, оглушив ее. Вскрикнув от болезненно громкого звука, Сафия повалилась лицом вниз на молитвенный коврик и отползла вперед к могильному холмику. Кассандра последовала за ней, продолжая палить в дверь.

Не обращая внимания на звон в ушах, Сафия приподняла голову. В дверном проеме снова никого не было. Молодая женщина краем глаза взглянула на Кассандру, которая, присев в положение для стрельбы, держала оба пистолета нацеленными на открытую дверь.

Сафия увидела свой шанс. Схватив край молитвенного коврика, на котором теперь стояла и Кассандра, она резко вскочила, дергая коврик на себя. Застигнутая врасплох Кассандра не смогла удержать равновесие и упала. Прогремел выстрел. Из потолка брызнула выбитая штукатурка. Кассандра отлетела в сторону, а Сафия кувырнулась через могильный холмик и перекатилась к двери. Вскочила и перепрыгнула через порог.

Еще один выстрел.

Находясь в воздухе, Сафия ощутила удар, развернувший ее. Упав на землю, она поскользнулась и проехала по раскисшей от дождя грязи. Плечо горело. Охваченная паникой, повинуясь лишь инстинкту, Сафия откатилась в сторону, подальше от двери.

На нее обрушился ливень.

Сафия отползла за угол и, продравшись сквозь густой кустарник, оказалась на узкой дорожке, которая отделяла гробницу от развалин древней молельни. Но только у нее мелькнула мысль, что она в безопасности, как из темноты протянулась рука и с силой зажала ей рот, разбивая в кровь губы.

* * *

20 часов 39 минут

Пейнтер крепко держал Сафию, прижимая ее к себе.

– Молчи, – шепнул он ей на ухо и увлек к полуобвалившейся стене молельни.

Сафия лишь промычала что-то невнятное.

Пейнтер скрывался здесь вот уже несколько минут, наблюдая за внутренним двориком и пытаясь придумать какой-нибудь способ выманить Кассандру из гробницы. Однако его бывшая напарница словно окопалась там. Терпеливая, хладнокровная, она предоставила своим людям делать всю работу, а сама стерегла добычу. Кружащие над двориком вертолеты скользили по нему лучами прожекторов, не позволяя Пейнтеру высунуться из кустов. И снова Кассандра переиграла его, спрятав авиационную группу, вероятно направленную сюда заранее.

Похоже, дело было безнадежным.

И вдруг, буквально мгновение назад, ошеломленный Пейнтер увидел, как мимо него прошел верблюд, казалось, не обращающий внимания на стрельбу. Мокрое от дождя, животное двигалось уверенным шагом. Пройдя рядом с кустами, в которых укрывался Пейнтер, верблюд скрылся за углом усыпальницы. Затем затрещали частые выстрелы, и из двери гробницы выкатилась Сафия.

– Нам нужно добраться до внешней ограды мавзолея, – прошептал Пейнтер, указывая вдоль дорожки.

Со стороны долины доносилась чересчур оживленная пальба. Надо будет рискнуть спуститься по крутому склону позади мечети и попытаться укрыться в лесу. Пейнтер отпустил Сафию, но она по-прежнему прижималась к нему.

– Не отставай от меня, – приказал он.

Развернувшись, Пейнтер низко пригнулся и бросился к дальней части мавзолея, где лежали глубокие тени. Он пристально всматривался в очки ночного видения, настороженный, напряженный, выставив вперед пистолет.

Все было неподвижно. Весь окружающий мир окрасился в оттенки зеленого. Если им удастся добраться до стены, которая огораживает комплекс...

Сделав еще шаг, Пейнтер вдруг увидел, что дорожка озарилась светом, ослепительно ярким в очках ночного видения, обжегшим глазные яблоки. Он сорвал очки.

– Ни с места!

Пейнтер застыл. На стене развалин молельни лежал, распластавшись, мужчина. В левой руке он держал фонарик, в правой – пистолет, направляя и то и другое на Пейнтера.

– Не вздумай далее шелохнуться, – предупредил мужчина.

– Это Кейн... – простонала за спиной Пейнтера Сафия.

Пейнтер мысленно выругался. Этот человек затаился на стене, наблюдая сверху, выжидая, когда они подойдут ближе.

– Брось оружие.

Выбора у Пейнтера не было. Если он не подчинится, его пристрелят прямо здесь. Он разжал пальцы, выпуская пистолет. Сзади послышался другой голос, резкий, донесшийся со стороны гробницы. Голос Кассандры:

– Нечего с ним церемониться. Стреляй!

* * *

20 часов 40 минут

Омаха присел рядом с Корал. Та закончила обыскивать лежащий на земле труп. Барак, вооруженный автоматом, прикрывал их. Они находились на краю стоянки, выжидая момент, чтобы перебежать через открытое место.

Стиснув в руке пистолет, Омаха прилагал все силы, чтобы не дать сердцу выпрыгнуть из грудной клетки. Ему не хватало кислорода. Минуту назад со стороны гробницы донеслись пистолетные выстрелы.

Сафия...

Стоянка все еще была освещена лужицами пылающей солярки. Над головами кружила пара вертолетов, хищно шаря по земле лучами прожекторов. Обе стороны перешли к позиционной обороне. Наступило затишье, которое лишь изредка разрывалось внезапно вспыхнувшей стрельбой.

– Пошли! – сказала Корал, поднимаясь с земли.

Она стояла в тени развесистой фиговой пальмы. Устремив взгляд в небо, молодая женщина следила за перемещениями двух вертолетов.

– Будьте готовы бежать.

Омаха увидел у Корал в руке гранату, взятую у лежащего на земле убитого часового. Выдернув чеку, Корал шагнула на открытое место, полностью сосредоточив внимание на небе.

Она перенесла весь свой вес на одну ногу, отвела руку назад, словно подающий в бейсболе, и застыла в такой позе.

– Что вы задумали? – спросил Омаха.

– Все дело в законах физики, – ответила Корал. – Суммарный вектор, угол к горизонтали, правильный расчет времени.

Вложив в резкий порыв силу всех мышц своего тела, она бросила гранату.

Омаха тотчас же потерял из вида маленькую черную точку, растаявшую в темноте.

– Бежим!

Корал рванула вперед, следуя за импульсом броска. Прежде чем Омаха успел тронуться с места, граната взорвалась высоко ослепительной вспышкой, озарившей брюхо одноместного вертолета. Вздрогнув от ударной волны, маленький летательный аппарат судорожно дернул лучом прожектора. Осколки гранаты впились в фюзеляж, один из них, судя по всему, попал в бензобак. Вертолет мгновенно превратился в огненный шар.

– Бежим! – снова крикнула Корал, выводя Омаху из оцепенения.

Барак уже несся следом за ней. Омаха вскочил и тоже побежал. Справа от него на землю градом посыпались обломки вертолета. С глухим стуком рухнула лопасть винта. Затем пылающий остов свалился на деревья, и в воздух взметнулся столб пламени и дыма.

Омаха со всех ног бежал через стоянку. Остальные вертолеты бросились врассыпную, словно стая спугнутых ворон. Корал уже добежала до уцелевшего внедорожника и прыгнула за руль. Барак забрался назад, оставив переднее правое место Омахе.

Двигатель "мицубиси" ожил, едва Омаха ухватился за ручку двери. Пока он ее открывал, Корал включила передачу и нажала на газ. Омахе показалось, что его руку выдергивают из сустава. Ему пришлось пробежать за рванувшей с места машиной и запрыгнуть внутрь. Корал не собиралась ждать отстающих.

Не успел Омаха плюхнуться на сиденье, как прогремел выстрел. Омаха пригнулся, однако это стрелял не враг. Сидевший сзади Барак выстрелил в стеклянную крышу. Выбив локтем остатки стекла, он высунулся из машины и открыл огонь. Корал бешено крутила руль, внедорожник лихорадочно петлял, разбрасывая широкими покрышками грязь. Выписывая крутой поворот, машина пошла юзом. Колеса завязли в раскисшей земле. Несмотря на полный привод, внедорожник застрял.

Показался второй вертолет, резко наклонивший вперед несущий винт. В носовой части замелькали вспышки пулеметных выстрелов, и к увязшей в грязи машине устремилась выбитая пулями канавка, угрожая перерезать внедорожник пополам.

Корал включила заднюю передачу и надавила на газ. Колеса нащупали сцепление с почвой, и машина рванула назад. Гильотина пулеметной очереди вспорола воздух в каких-то дюймах перед бампером.

На автомобиль спикировал еще один вертолет. Барак открыл по нему огонь. Вертолет метнулся в сторону, продолжая приближаться. Корал крутанула руль, машину занесло.

– Омаха, слева!

Пока Барак был занят вертолетами, один из часовых решил этим воспользоваться. Вскочив, он вскинул автомат. Омаха откинулся назад. Внедорожник развернуло к часовому передом. Не имея выбора, Омаха выстрелил из пистолета в лобовое стекло, затем еще два раза. Прочное стекло выдержало попадание пуль и лишь покрылось паутиной трещин.

Часовой нырнул в кусты.

Зацепившись колесами за твердую землю под слоем грязи, внедорожник помчался по стоянке, по-прежнему двигаясь задом. Корал умело управляла машиной, стремясь попасть к воротам. Вертолеты неумолимо преследовали джип.

– Держитесь!

* * *

20 часов 44 минуты

Сафия застыла между Пейнтером и Кассандрой. Впереди стоял Кейн, целясь из пистолета. Ловушка. Внезапно в воздухе взорвался вертолет, и все на мгновение застыли.

– Стреляй! – повторила Кассандра тоном, не допускающим возражений.

– Нет! – Сафия попыталась встать перед Кроу, заслонить его собой.

Каждое движение разливалось обжигающей болью в плече. По руке Сафии текла кровь.

– Если вы его убьете, я откажусь вам помогать! И вы ни за что не раскроете тайну Убара!

Пейнтер удерживал ее, заслоняя своим телом от Кейна.

Кассандра стала продираться сквозь кусты.

– Кейн, ты слышал приказ!

Сафия перевела взгляд с одного врага на другого. У мужчины за спиной поднялась какая-то тень. Кто-то другой, находившийся на гребне стены, выпрямился. Сверкнули хищным огнем два красных глаза.

Пейнтер непроизвольно отпрянул назад.

Со злобным ревом леопард прыгнул на Кейна. Прогремел выстрел. Пуля просвистела у Сафии над ухом и с глухим шлепком впилась в землю. Человек и дикая кошка свалились со стены в молельню.

Кроу молниеносно присел и, схватив Сафию за руку, оттащил ее за себя, а сам развернулся к Кассандре лицом. В свободной руке у него появился второй пистолет. Пейнтер выстрелил. Кассандра отпрянула назад, с треском ломая кусты. Пуля, пролетев мимо, ударила в стену гробницы. Кассандра отскочила в сторону.

Рядом послышались крики – кровожадные, пронзительные. Невозможно было отличить голос животного от голоса человека.

Кассандра открыла ответный огонь, выбивая пулями куски песчаника. Укрывшись за углом, она стреляла сквозь кусты. Пейнтер толкнул Сафию к стене гробницы, уводя ее из-под огня.

– Беги к наружной ограде! – приказал он, подталкивая Сафию вперед.

– А ты?

– Кассандра бросится за нами в погоню, а склон слишком открытый.

Пейнтер намеревался задержать Кассандру.

– Но как же ты?

– Черт бы тебя побрал, беги!

Он подтолкнул Сафию сильнее. Она, спотыкаясь, побежала по дорожке. Чем быстрее она окажется в безопасности, тем быстрее Пейнтер сможет отступить сам. По крайней мере, так Сафия мысленно оправдывала свой поступок. Однако в глубине души она понимала, что на самом деле просто спасает свою жизнь. Простреленное плечо тупой болью отзывалось на каждый шаг, протестуя против трусливого бегства. И все же Сафия продолжала бежать.

Обмен выстрелами продолжался.

Наконец в развалинах молельни наступила зловещая тишина. Судьба Кейна оставалась неизвестной. В районе стоянки бушевала перестрелка. Низко над головой промелькнул вертолет, рассекая винтом струи дождя.

Добежав до конца дорожки, Сафия выскочила на промокшую лужайку, которая вела к дальней ограде. Стена имела в высоту всего около четырех футов, однако молодая женщина испугалась, что с раненым плечом ей через нее не перебраться. Рубашка уже насквозь пропиталась кровью.

Вдруг из-за баобаба за стеной появился верблюд. Животное двинулось навстречу Сафии. Похоже, это был тот самый верблюд, которого она недавно видела разгуливающим перед входом в усыпальницу. Больше того, у животного был тот же самый спутник – обнаженная женщина.

Но только теперь она ехала верхом на верблюде.

Сафия не знала, можно ли доверять незнакомке. Однако если Кассандра в нее стреляла, значит, женщина ей враг. А враг моего врага...

Когда Сафия подошла к стене, незнакомка протянула ей руку и заговорила. Не по-арабски и не по-английски, однако Сафия ее поняла, но не потому, что знала этот язык, хотя она его действительно изучала. Казалось, слова сами собой переводятся у нее в голове.

– Добро пожаловать, сестра, – произнесла незнакомка по-арамейски, на мертвом языке этой древней страны. – Мир тебе.

Сафия подала руку. Пальцы, жесткие и сильные, стиснули ее ладонь. Ей показалось, что женщина без какого-либо усилия подняла ее с земли. Острая боль прострелила руку. С уст слетел крик. Чернота застила глаза, сузив поле зрения до маленькой точки.

– Мир тебе, – тихо повторила женщина.

Сафия ощутила, как это слово омывает ее, проникает внутрь, забирая с собой боль и весь мир. Обмякнув, она провалилась в небытие.

* * *

20 часов 47 минут

Пейнтер сдвинул хлипкие ставни с окна над головой. Прижимаясь спиной к стене гробницы, он дважды выстрелил, не давая Кассандре поднять голову. Ладонью он открыл створку окна. Слава богу, оно оказалось незапертым. Взглянув на дорожку, он успел увидеть, как Сафия скрылась за углом.

Припав на колено, Пейнтер сделал еще один выстрел, разряжая обойму. Выхватив из кармана новую обойму, он резким движением вставил ее в пистолет.

Кассандра тоже выстрелила. Пуля впилась в стену в нескольких дюймах от ноги Пейнтера. Черт побери, вечно так: когда этот проклятый леопард нужен позарез, его ни за что не дождешься!

Выстрелив в ответ, Пейнтер убрал пистолет в кобуру и прыгнул в окно усыпальницы. Оказавшись внутри, он быстро вскочил на ноги. Его взгляд различил в темноте могильный холмик. Пейнтер снова выхватил пистолет и вдоль стен обежал вокруг холмика, торопясь к выходу. Пробегая мимо окошка в дальней стене, он ощутил дуновение сквозняка, пропитанного сыростью. "Значит, вот как этому ублюдку удалось подловить меня!"

Выглянув в окошко, Пейнтер заметил какое-то движение. Вдоль ограды шагал верблюд, направляясь к дальнему склону. Верхом на нем ехала обнаженная женщина, управлявшая животным одними коленями. Перед ней сидела другая женщина. Обмякшая, неподвижная.

– Сафия...

Верблюд и его всадницы исчезли, спустившись вниз по склону. Вслед за ними два леопарда выбежали из темноты сада, перескочили через стену и скрылись.

Прежде чем Пейнтер успел решить, следовать ли ему за этой необычной процессией, у двери послышался шорох щебенки. Упав на колено, он обернулся. У входа показалась тень.

– Кроу, мы с тобой еще не закончили! – послышался голос Кассандры.

Пейнтер направил пистолет на дверь. До его слуха докатился новый звук. Рев двигателя, работающего на полных оборотах. Прогремели выстрелы. Кроу узнал отрывистый лай "Калашникова". Значит, кто-то из своих. Тень в дверях исчезла. Кассандра обратилась в бегство.

Держа оружие наготове, Пейнтер поспешил к двери. Заметив на полу брошенную карту, он нагнулся и подобрал ее.

По внутреннему дворику мчался последний "мицубиси", вспахивая колесами глубокие борозды в сырой земле. Из окна на крыше торчал силуэт великана. Из дула автомата, обращенного к небу, вырвались вспышки выстрелов. Барак.

Пейнтер быстро оглядел весь дворик. Никого. Кассандра, столкнувшись с превосходящими силами, предпочла на какое-то время отступить. Выглянув из усыпальницы, Кроу помахал смятой картой. Заметив его, водитель "мицубиси" резко крутанул руль. Пейнтеру пришлось отскочить назад, уворачиваясь от бампера. Обдирая о стену краску с крыла, внедорожник остановился. Его задняя дверь оказалась как раз на уровне порога гробницы.

Пейнтер разглядел за рулем Корал.

– Залезай живо! – крикнул Барак.

Пейнтер оглянулся на окно гробницы. Сафия...

Кто бы ее ни забрал, по крайней мере эти люди увели ее прочь отсюда, подальше от опасностей. На первое время хватит и этого. Пейнтер забрался в машину и захлопнул за собой дверь.

– Трогай! – крикнул он Корал.

Та, включив переднюю передачу, рванула с места.

За внедорожником погнались два вертолета. Барак открыл по ним огонь со своей импровизированной огневой точки. Машина неслась к распахнутым воротам. Корал сидела, наклонившись вперед, пытаясь что-то разглядеть сквозь затянутое трещинами лобовое стекло.

Выскочив за пределы мемориального комплекса, "мицубиси" подпрыгнул на ухабе, на мгновение зависнув в воздухе, и снова рухнул вниз. Колеса забуксовали, ухватились за твердую землю, и внедорожник понесся вниз по дороге под защиту густого леса.

Сидевший спереди Омаха обернулся, бросив на Пейнтера убитый взгляд.

– Где Сафия?

– Ее нет, – покачал головой тот. – Нет.