Прочитайте онлайн Опасная близость | Глава 3

Читать книгу Опасная близость
3416+425
  • Автор:
  • Перевёл: А. Д. Осипова
  • Язык: ru
Поделиться

Глава 3

«Оставайтесь на месте. Приеду завтра, скажу, то делать дальше.

Монтойя».

Иона провела пальцами по влажным кудрям, поправила полотенце на груди и вгляделась в его почерк – сильный напор, огромные, будто кричащие большие буквы… Скажите пожалуйста! Да кто он такой, чтобы ей приказывать?

И что означает это «скажу, что делать дальше»?

Иона попыталась подавить гнев и легкое разочарование. Единственный человек, которого она видела за сегодняшний день, – один из сотрудников детективного агентства Зейна, крепкий парень по имени Джим. Грубоватый, но добродушный. Разбудил Иону час назад, вручил ей пакет с продуктами и рюкзак (заметьте – кошелька и загранпаспорта внутри не оказалось), а потом передал, что мистер Монтойя занят и приедет позже.

Сняв записку с пробковой доски, Иона скомкала ее и швырнула в мусорное ведро. Браво, мистер Монтойя. Должно быть, королем себя чувствует – еще бы, знай приказы раздавай, и все подчиняются.

Иона вздрогнула. Вернулась в крошечную гостиную пляжного домика, достала из рюкзака свежее белье, джинсы и футболку. Будем надеяться, сегодня вечером Монтойя приедет с загранпаспортом, а иначе горько пожалеет. Вернувшись в маленькую спальню, Иона принялась искать ботинки и с удивлением обнаружила их аккуратно стоящими на половике около тумбочки, с развязанными шнурками.

Сердце у Ионы забилось быстро-быстро. Подумать только – Монтойя отнес ее в дом на руках, снял ботинки, а потом накрыл этим уютным пледом, благоухающим кондиционером для белья. Утихомирившиеся было мурашки снова принялись за старое.

То, что Монтойя держал ее, спящую, на руках – само по себе плохо. Но мало того – он уложил Иону в кровать, да еще так нежно и бережно.

Подумаешь, какое дело, отмахнулась от этих мыслей Иона. Всего лишь ботинки снял, а ты сразу растаяла. Решительно уселась на край кровати и принялась обуваться.

Зейну Монтойе на нее глубоко плевать. Единственное, что его волнует, – расследование. Что ж, Ионе на него тоже плевать. И нечего раздувать из мухи слона.

В кухонном уголке Иона достала из коричневого бумажного пакета доставленные Джимом продукты. Нельзя расклеиваться, надо взять себя в руки и решить, что теперь делать.

Иона чуть не расплакалась от восторга, когда обнаружила на дне пакета банку кофе. Наполнила чайник и выглянула в окно. Перед ней предстал хорошенький дворик, землю увивали ползучие растения. Стоило кухоньке наполниться насыщенным ароматом кофе, и у Ионы сразу поднялось настроение.

Домик, конечно, маловат, зато чистый и уютный. А по сравнению с медвежьими углами, где Ионе приходилось жить в последнее время, – просто рай! Налив полную чашку любимого напитка, Иона улыбнулась, заметив в окне колибри. Птичка зависла рядом с ярко-желтыми бегониями в горшках под окном и начала собирать нектар длинным клювиком. Поставив чашку на столешницу, Иона бегом кинулась в гостиную и достала принадлежности для рисования. Ей не терпелось запечатлеть неуловимые движения колибри при помощи бумаги и графитового карандаша. Первый раз за долгое время Иона почувствовала удивительную легкость, будто с плеч свалился тяжелый груз.

Вот колибри улетела, и художница окинула наброски удовлетворенным взглядом. Для акварели хватит. Долив в чашку чуть остывшего кофе, Иона достала из упаковки кекс. Впервые за долгое время уже привычное уныние сменилось бодрым оптимизмом.

Благодаря сексуальному детективу.

В конце концов, какие бы категоричные записки ни писал Монтойя, он с полным правом заслужил ее благодарность.

Ну хорошо, допустим, вся эта ситуация скоро уладится, и что дальше? Впрочем, сегодня, после хорошего отдыха, перспективы уже не казались такими удручающими.

У Ионы еще остались кое-какие деньги, а рабочей визы хватит на пять месяцев. Почему бы не поселиться в каком-нибудь симпатичном местечке, вместо того чтобы таскаться по мотелям, где останавливаются скользкие типы вроде Демареста? Может, удастся продать еще несколько рисунков. Открытки ручной работы, которые Иона выставляла возле кафе на главной улице Морро-Бэй, разошлись на ура. Но приходилось следить за номером Брэда, так что на рисование времени оставалось мало. А теперь, когда Иона совершенно свободна, можно устроиться на нормальную, приличную работу, а по вечерам рисовать.

Главная причина, по которой Иона отправилась в Америку на поиски Брэда, – папа не должен узнать, что его снова обманул человек, которому он доверял. Конечно, деньги уже не вернуть, но хоть что-то Иона может сделать.

Она соврала, что едет в Америку к Брэду, по его приглашению. Мол, ее кавалер исполнил обещание и нашел человека, который заинтересовался Иониными работами. Ложь далась с огромным трудом, зато папа был счастлив.

Нахмурившись, Иона потянулась за вторым кексом. Сначала надо убедить Монтойю, что она ничем не может помочь с расследованием. А значит, следует вести себя поприветливее, но при этом не допускать фамильярностей – дело есть дело.

Смахнув со столешницы крошки и вымыв чашку, Иона снова взяла альбом, и ее охватила буйная радость. Пока не приедет Монтойя, можно для разнообразия заняться любимым делом.

Поудобнее перехватив телефон из пляжного домика, Зейн постучал в дверь. Свет предзакатного солнца отражался от полированного дерева, но, заглянув в окно, Зейн обнаружил, что в гостиной Ионы нет. Повел затекшими плечами. Будем надеяться, эта девица ничего не натворила. День и без того выдался тяжелый, не хватало еще разыскивать беглянку по всему Пасифик-Гроув.

Иона Маккейб оказывала на Зейна просто невероятное воздействие, и пока он не разберется, можно ли что-то с этим сделать, и если да, то что, лучше держаться подальше.

А в десять утра сообщили потрясающую новость – дело наконец сдвинулось с мертвой точки: Демарест объявился в мотеле. Тут Зейну и вовсе стало не до Ионы. Целый день просидел на телефоне, ведя переговоры с Департаментом полиции Морро-Бэй, передал документы и досье по делу, потом предпринял все возможное, чтобы Демареста как можно быстрее доставили в Лос-Анджелес. В качестве любезности Стоун и Рамирес позволили Зейну присутствовать на допросе.

Как Зейн и предвидел, поначалу Демарест держался спокойно и даже нагло. Но постепенно дрогнул под давлением, продемонстрировав подлую натуру во всей красе.

Зейна передернуло. Этот тип по-настоящему опасен. О чем Иона только думала, собравшись проникнуть к нему в комнату в одиночку? А если бы ее застиг не Зейн, а сам хозяин? Ионе явно не помешает лекция об осторожности и здравомыслии.

Зейна передергивало от презрительной манеры, в которой Демарест высказывался о своих жертвах. Но хуже всего было, когда речь зашла о поездке в Шотландию. Демарест смеялся и хвастался, рассказывая о местной дурехе, которая «на шею ему вешалась».

Немного подождав, он постучал в дверь еще раз.

Сейчас надо бы радоваться. Полгода тяжелой работы наконец завершились полным успехом, и детективное агентство может рассчитывать на солидное вознаграждение.

Прищурившись, Зейн вгляделся в мутное дверное стекло и облегченно вздохнул, заметив приближающийся стройный силуэт. А когда дверь распахнулась, страстное желание нахлынуло с новой силой.

Иона была одета в старые джинсы и футболку, обтягивающую великолепную грудь, прикосновение которой к руке Зейн отлично помнил. На ногах красовались вчерашние ботинки. Может, другая девушка в таком наряде и выглядела бы мальчишкой-сорванцом, но только не Иона.

– Здравствуйте, мистер Монтойя. Извините, не сразу услышала, как вы стучите. Была в саду.

И снова этот умопомрачительный кельтский акцент.

Спокойно, Монтойя. Ты здесь по делу, а не удовольствия ради. Держи себя в руках, не поддавайся соблазну.

Зейн заметил под мышкой у Ионы альбом с изящными рисунками колибри.

– Вы художница? – спросил он, хотя, судя по качеству работ, ответ был очевиден.

– Да… – смущенно пожала плечами Иона. – Рисую животных, птиц… У меня к этому настоящая страсть.

При слове «страсть» по щекам ее разлился румянец, еще больше подчеркивая веснушки на носу.

– Проходите, мистер Монтойя, – неожиданно спокойным и вежливым тоном произнесла она, отходя в сторону и придерживая дверь.

Зейн только диву давался: куда подевалась вчерашняя строптивая девица?

– Можно просто Зейн.

Он поставил телефон на журнальный столик:

– Вот, принес на случай, если захотите позвонить отцу. Джим привез продукты?

– Да. Потом скажете, сколько я вам должна. – Тут холодный тон превратился в ледяной. – А пока расплатиться не могу. Я бы с радостью, но денег нет.

Зейн достал из кармана ее кошелек и загранпаспорт. Иона с готовностью потянулась за своими вещами, но Зейн поднял их высоко над ее головой:

– Погодите. Сначала пообещайте, что не сбежите.

Очаровательные миндалевидные глаза прищурились. A-а, вот и тигрица проглянула.

Ну, допустим, пообещаю, а что толку? – возразила она, подбоченившись. Тонкая ткань футболки натянулась на пышной груди. – Вы же мне все равно не доверяете.

– Видите ли, я по природе подозрителен. Но постараюсь взять себя в руки, – произнес Зейн, наслаждаясь открывшимся перед ним зрелищем.

Глаза Ионы вспыхнули опасным огнем.

– По природе подозрительны, говорите? – тоном полным сарказма уточнила она. – Интересно, вы со всеми такой или это касается только женщин?

Зейн нервно рассмеялся. Подобное обвинение ему предъявляли первый раз.

– Наоборот, очень люблю и уважаю женщин.

При этих словах щеки Ионы и вовсе заалели. А сквозь футболку проступили напряженные соски.

Был прохладный весенний вечер, но солнце, светившее прямо в окно коттеджа, за день успело разогреть домик так, что внутри было тепло и приятно.

Иона скрестила руки на груди, чтобы скрыть реакцию собственного тела.

«Слишком поздно, – подумал Зейн, – я все видел. Ты испытываешь ко мне то же самое, что и я к тебе».

– Вообще-то, – продолжил Зейн, – в женщинах мне нравится все.

К черту профессионализм. Иона Маккейб слишком хороша, грех упускать возможность пофлиртовать.

– Давайте начнем сначала и забудем прошлый вечер. – Он протянул руку. – Будем знакомы, Зейн Монтойя.

В глазах Ионы мелькнуло подозрение, однако она вложила тонкие пальцы в широкую смуглую руку Зейна. Рукопожатие было быстрым и довольно формальным, но прикосновение гладкой прохладной кожи заставило влечение Зейна вспыхнуть с новой силой.

Иона поспешно сунула руку в карман джинсов. Но прежде чем отвела глаза, Зейн заметил, как расширились ее зрачки. Значит, тоже почувствовала.

Зейн возликовал. Он считал себя большим знатоком женщин, и все они были по-своему прекрасны. Поэтому не было какого-то определенного типа, который он предпочитал. Но в Ионе Зейну нравилось все, а ведь она даже не старалась произвести на него впечатление.

– Хотите, расскажу новости? – проговорил Зейн, собираясь предложить Ионе обсудить события этого дня за ужином, но прежде, чем успел открыть рот, она вскинула голову.

– Какие новости? Вы нашли Брэда?

Зейн нахмурился. Настроение сразу испортилось.

– Арестовали в десять часов утра. Сейчас Демарест в камере, ему предъявлено несчетное количество обвинений.

– Понятно… – Иона старалась говорить небрежно, но ее выдавал напряженный взгляд. – И папиных денег при нем не оказалось?

Зейн покачал головой, и Иона изменилась в лице.

– Понятно. – Она опустила глаза, но Зейн успел заметить на ее лице грусть.

Он сунул руки в карманы, борясь с соблазном погладить ее по щеке, утешить, успокоить.

Но она взяла себя в руки.

– В таком случае больше нас с вами ничто не связывает, – пробормотала Иона.

У Зейна от жалости сердце сжалось. Обычно женские слезы его не смущали, но, как ни странно, было в непоколебимой твердости Ионы Маккейб что-то такое, что не могло оставить его равнодушным. А эти большие настороженные глаза…

Иона тяжело вздохнула:

– Можно я тут еще на одну ночь останусь? Не бойтесь, я заплачу.

От сочувствия и следа не осталось. Иона была растеряна, но боевого духа не потеряла и готова была в случае необходимости дать достойный отпор обидчику.

Но Зейн такого отношения не заслуживал.

– Зачем спрашивать, Иона? Оставайтесь сколько хотите. И платить не надо. Все равно сейчас не сезон.

– Что за благотворительность? Вы не обязаны ничего для меня делать. – В голосе Ионы звучала откровенная растерянность.

Зейн ощутил острую досаду.

– Может быть, но, представьте себе, я не из тех, кто бросает женщин в беде.

«В отличие от вашего приятеля Брэда».

– Ну ладно, спасибо. Рада, что не придется уезжать на ночь глядя, – произнесла Иона. Но тут же упрямо выпятила подбородок. – Но уже завтра утром вы меня здесь не увидите.

«Это мы еще посмотрим».

Однако возражать Зейн не стал. Он уже усвоил одно: чем больше с Ионой споришь, тем упорнее она настаивает на своем.

– Может, обсудим все за ужином в Санта-Круз? Знаю одно местечко, где готовят лучшие энчиладас на Западном побережье.

На секунду Иона застыла, потом растерянно заморгала.

«Вот так. Не ожидала?»

– Ш-шутите, да? – заикаясь, выговорила она. От волнения шотландский акцент стал более явным.

В этот момент она показалась Зейну еще привлекательнее.

– Как можно шутить, когда речь идет о таком серьезном деле, как энчиладас Мануэля? – игриво ответил Зейн. – Угощаю, – прибавил он, не обращая внимания на ошеломленное состояние Ионы.

Впрочем, привык, наверное, что женщины на него так реагируют.

Это потрясающе красивое лицо, уверенная улыбка… Иона поняла: Рамирес говорил правду, Монтойя действительно сердцеед.

Иона судорожно вздохнула и ощутила аромат моющего средства для стирки, одеколона после бритья и еще чего-то мужского…

О боже, да он прямо-таки распространяет феромоны. Да что ж это такое, почему она не может себя контролировать?

– Но зачем… – промямлила Иона, пытаясь выжать из себя хоть что-то вразумительное.

Зейн наклонился и прошептал:

– Просто я ужасно… изголодался. А вы?

Его дыхание коснулось мочки уха Ионы, и она мгновенно почувствовала прилив возбуждения. Подняла голову и посмотрела в потрясающие синие глаза. Отвечать не стала, потому что догадалась: Зейн говорил отнюдь не об энчиладас.

Зейн широко улыбнулся, и у Ионы запылали щеки.

– Н-ну… – снова начала она, но, казалось, из головы вылетели все слова на свете.

Зейн рассмеялся.

– Соглашайтесь, Иона. Так, как там, нигде не накормят. Учтите, я никогда не вру, особенно женщинам. – Зейн игриво подмигнул. – Одна из причин моей популярности.

Иона не поверила – наверняка ведь врет. Но почему-то не могла заставить себя ответить твердым «нет».

Впрочем, Ионе есть что отпраздновать. Наконец-то Брэд Демарест навсегда исчез из ее жизни. Конечно, плохо, что не удалось вернуть папины деньги, но какой теперь смысл убиваться? Если удастся продать хоть несколько работ в Монтерее, можно считать поездку удавшейся.

Вдобавок Иона уже сто лет не была на свидании. А на настоящем – вообще никогда. Бойфренды в Келроссе водили ее в местные забегаловки, где подавали рыбу с картошкой, – на большее фантазии не хватало. А Брэда волновал только секс. Нет, лучше о нем даже не вспоминать.

– Хорошо, я согласна, – произнесла Иона, сгорая от предвкушения.

Она и сама не осознавала, до какой степени Брэд подорвал ее веру в себя. Зачем она только позволяла ему так с собой обращаться? Но теперь появился шанс восстановить самооценку, хотя бы частично. Вечер в компании сексуального детектива – лучшее лекарство для женской гордости.