Прочитайте онлайн Охотница за скальпами | СКАЛЬП ДЖОНА

Читать книгу Охотница за скальпами
3012+2386
  • Автор:

СКАЛЬП ДЖОНА

Джордж Деванделль был полностью убежден, что его спутнику поручено или покончить с ним, или в лучшем случае увезти его в какую-нибудь чащобу, чтобы его не могли освободить американцы. Он ехал со связанными за спиной руками и когда оглядывался, то видел, что неизвестный ему краснокожий, то есть Сэнди Гук, следует за ним на расстоянии пяти или шести шагов, готовясь при малейшей попытке к бегству исполнить свою угрозу.

Неожиданно за его спиной послышалось характерное американское проклятие. Джордж Деванделль вздрогнул и невольно обернулся. К своему удивлению, он увидел, что его спутник подъезжает к нему, опустив ружье.

— Ну, как вы поживаете, мистер Деванделль? — сказал Сэнди Гук.

— Что такое? Кто вы?

— Я? Об этом поговорим после. Кстати, я забыл передать вам привет от ваших друзей.

— Мои друзья могли поручить такому… такому человеку, как вы, ренегату и предателю, передать мне поклон? — с горечью ответил молодой человек.

— Та-та-та! Зачем так торопиться? Представьте, что именно ваши лучшие друзья оказали мне такую честь. Впрочем, быть может, вы не знаете Джона — индейского агента и его двух товарищей, трапперов Гарри и Джорджа? Тогда я просто-напросто прошу меня извинить…

— Джон — индейский агент? И с ним Джордж и Гарри? Вы их видели? Где они? Что с ними?

— Опять-таки не торопитесь, молодой человек. Во-первых, разрешите мне разрезать проклятую веревку, которой стянуты ваши руки. Так, готово! Потом, мой любезный друг, Сидящий Бык, великий вождь, подарил мне один винчестер. У меня уже есть карабин, и я думаю, вы не откажетесь взять в руки винтовку? Вот и заряды к ней.

Не веря своим глазам, Джордж Деванделль машинально взял винтовку и надел на себя пояс с патронами.

— Винтовка заряжена! — продолжал Сэнди Гук. — И прошу вас, если вы только заметите на расстоянии ружейного выстрела какого-нибудь краснокожего, пожалуйста, постарайтесь всадить в его череп пулю, не ожидая специального приглашения. Иначе… иначе нам с вами не удастся добраться до Джона и его товарищей, не потеряв по дороге собственных скальпов.

Вне себя от изумления, Джордж Деванделль обратился к своему загадочному спутнику с вопросом:

— Ради Бога, скажите же наконец, кто вы? Вы, кажется, освободили меня?

— Кажется! — подтвердил, улыбаясь, Сэнди Гук.

— Но почему? Или вы действительно ничего общего с индейцами не имеете? Кто же вы?

— Индейцы называют меня Красным Мокасином, хотя, уверяю вас, ни разу мой мокасин не был украшен ничьим скальпом.

— А белые? Как зовут вас белые?

— Видите ли… У меня нет, положим, причин скрывать моего имени. Среди американцев я больше известен под именем Сэнди Гука, или…

— Или Потрошителя Поездов. Сэнди Гук весело рассмеялся.

— Вот что значит популярность! — сказал он. — Да, По-трошитель Поездов — это один из моих титулов. Но, признаться, мне надоела такая популярность. Знаете, иногда чувствуешь, как это неудобно — быть знаменитым. Я надумал остепениться, ликвидировать все свои предприятия, вернуться на родину и зажить мирным гражданином. Признаюсь вам по секрету, я чувствую, что я — артист в душе. Питаю непреодолимую склонность к живописи. Поэтому, может быть, займусь искусством. Если только нам с вами удастся выбраться отсюда живыми. Дело в том, что я только что заметил явно следившего за нами с приличного расстояния краснокожего, который опрометью бросился в лагерь Сидящего Быка. Но, как я узнал, вчера в этот же лагерь явилась прелестная мисс Миннегага.

Джордж Деванделль вздрогнул и даже чуть побледнел.

— Я знаю, что эта индианка почему-то упорно добивалась моей выдачи у Сидящего Быка.

— О, это очень просто! Ее матери нравился скальп вашего отца, маленькой змейке нравится ваш собственный скальп…

Снова дрожь пронизала молодого офицера.

— Но куда мы едем? — приостановился он.

— Не останавливайтесь! Гоните своего мустанга! — повелительно крикнул Сэнди Гук. — В скорости — наше единственное спасение. Мы во что бы то ни стало должны постараться добраться вон до того пика. Там ждут нас Джон, трапперы и знаменитый шериф из Голд-Сити Бэд Тернер. И там в случае нужды мы сможем выдержать настоящую осаду в продолжение двух или трех дней. Но я надеюсь, что гораздо раньше ваш собственный командир, генерал Честер, подойдет сюда со своим отрядом. По совести сказать, я настойчиво отсоветовал ему втягиваться в горы: боюсь, как бы он не попал в ловушку. Индейцев слишком много, у них отличная позиция, а отряд Честера далеко не так велик, чтобы без риска вступить в открытый бой. Но генерал упрям как бык, и мне осталось только умыть руки…

— Сидящий Бык отпустил меня? Сэнди Гук засмеялся:

— Да, отпустил! Я, собственно, надул бедного малого. Я знал имена трех его приятелей, индейских вождей, преспокойно разгуливающих на свободе, и сказал, что они попали в плен и что Честер предлагает отпустить их на свободу, если Сидящий Бык отпустит вас. Но об этом фортеле мой краснокожий брат и великий вождь узнает, когда, как говорится, мы с вами будем уже вне пределов досягаемости для его воинов… Но я боюсь не Сидящего Быка: вы должны признаться, что с вами этот краснокожий обращался как настоящий джентльмен, и нам нечего опасаться предательства с его стороны.

— Тогда что же значит преследование?

— А это, надо полагать, маленькая шалость со стороны Миннегаги. Держу пари, в лагере Сидящего Быка у нее были свои соглядатаи, которые доносили ей ежедневно обо всем, о каждом вашем движении. Теперь она узнала, что я увез вас, и сейчас же погонится за нами. Будьте уверены, что она ни за что не откажется от удовольствия скальпировать вас собственноручно. Погоняйте же, погоняйте своего мустанга! Если вам дорог ваш скальп, то мне не менее дорога обещанная мне амнистия: я хочу снова вернуться в Мэриленд.

Прошло еще около получаса. За это время Сэнди Гук успел посвятить молодого офицера во все, что произошло за время его плена.

Гора-пирамида, окутанная густыми облаками тумана, была уже не так далека, как вдруг Сэнди Гук вскрикнул тревожно:

— Я так и знал! Вся эта свора гонится за нами! Оглянитесь и посмотрите!

Одного беглого взгляда было достаточно для Джорджа Деванделля. Он увидел на расстоянии не более полукилометра отряд из пятидесяти или шестидесяти всадников, мчавшийся бешеным галопом. Впереди отряда вихрем неслась молодая женщина, за плечами которой развевался белый плащ, а рядом с ней на великолепном черном мустанге скакал высокий, жилистый старик.

— Узнаете ли приятелей? — засмеялся Сэнди Гук.

— Миннегага?

— Да! А рядом с ней ее почтенный папаша. Жулик и выжига, каких на свете мало. Они хотят отрезать нам дорогу. Но Сидящий Бык — великолепный человек! Он подарил мне пару лучших мустангов, и нам пока удается держаться на достаточном расстоянии от преследователей. Глядите в оба: правда, пока мы держимся на расстоянии полукилометра, едва ли индейцам удастся подстрелить нас, тем более что стрелять бы им пришлось на ходу. Но не дай Бог допустить, чтобы лошадь споткнулась и упала. Тогда нас ничто не спасет.

— Знаю! — коротко ответил Джордж Деванделль. — Я не новичок в верховой езде…

Погоня принимала все более неблагоприятный для беглецов оборот. Краснокожие разделились на два отряда. Одним руководила Миннегага, другим — Красное Облако. Они, неистово улюлюкая, без жалости били мустангов пятками по бокам и пытались обойти беглецов с двух сторон. Время от времени Сэнди Гук оборачивался и привычным взглядом измерял расстояние.

— Гм! Дела наши не из блестящих! — бормотал он. — Надеюсь, однако, что нам все-таки удастся добраться до пирамиды на десять минут раньше них, и готов прозакладывать голову, что Джон и его товарищи уже обратили внимание на нашу скачку с препятствиями и приготовят хорошую встречу моим краснокожим братьям, чтоб они все провалились сквозь землю. Но если нас и будет семь человек, да еще в хорошей позиции, все же нельзя забывать того, что мы будем сидеть как в ловушке, пока не подойдет генерал Честер, если он только подойдет. Это может затянуться на несколько дней.

— Ну что же? Отсидимся…

— А как у вас с аппетитом? — осведомился экс-бандит.

— Ничего! А что? — удивленно спросил молодой человек.

— И у меня аппетит слава Богу! Ваши знакомцы, Джордж и Гарри, способны в этом отношении любого едока за пояс заткнуть. Да и Джон недолго высидит с пустым желудком…

— Что вы этим хотите сказать?

— О Господи! Самую простую вещь! Видите ли, припасов у нас очень мало, а нас семь человек, и боюсь, что нам придется съесть наших лошадей.

Джордж Деванделль не отвечая погонял своего мустанга. Теперь краснокожие время от времени осыпали беглецов выстрелами, но эта пальба не приносила никаких результатов. Прошло еще четверть часа, и перед беглецами словно из-под земли выросла скала в форме пирамиды. В то же мгновение несколько человеческих фигур появились на вершине скалы, загремели выстрелы карабинов, засвистели пули, и индейцы рассыпались во все стороны. Еще минута, и Джордж Деванделль был в объятиях Джона — индейского агента. Почти в то же самое мгновение послышались громовые залпы, раздававшиеся у входа в большой каньон.

— Что случилось? — спросил Деванделль.

— Боюсь, что это волонтеры генерала Честера! — отозвался угрюмо Сэнди Гук.

— Как вы странно выражаетесь, мистер Гук! — удивился Деванделль. — Уж не хотите ли вы сказать, что…

— Ничего я не хочу сказать! Но у генерала не будет и тысячи человек, и, насколько я могу судить, он рискнул на отчаянную штуку: прошел по руслу каньона. У индейцев же около трех тысяч воинов. Ему не удастся застать их врасплох, а это был бы его единственный шанс на победу. Ну да посмотрим…

В самом деле, генерал Честер выполнил свой фантастический план: вопреки советам опытных офицеров, знавших, каким опасным врагом являются индейцы, он ночным маршем продвинулся к горам Ларами и перед рассветом добрался до большого каньона. Его офицеры и тут предупреждали его, что индейцы приготовили засаду. Окрестности были спокойны и молчаливы, и самоуверенный Честер вообразил, что ему удастся застигнуть краснокожих врасплох. Теперь совершалось то, чему суждено было совершиться.

Едва последний солдат вошел в каньон, как впереди загремели выстрелы, по берегам каньона показались малочисленные и плохо вооруженные индейцы. Они явно не могли оказать серьезного сопротивления, и Честер ликовал, отдавая приказ идти вперед и вперед. Но вот над ущельем пронесся пронзительный свист. В мгновение ока оба берега покрылись тысячами краснокожих воинов. В то же время в тылу отряда Честера раздался грохот: это рушились в пропасть настоящие лавины из камней и стволов деревьев, загромождавшие выход из каньона. Такие же лавины скатывались и с боков и погребали под собой злополучных солдат.

Весь отряд Честера находился в ловушке, из которой не было выхода, и со всех сторон его окружали индейцы, засыпая буквально градом пуль.

С первого же момента янки стали нести ужасные потери. Индейцы стреляли сверху, по большей части из-за прикрытия, в то время как американцам приходилось отстреливаться находясь на совершенно открытом месте. Несколько раз волонтеры с мужеством отчаяния кидались в атаку, взбираясь по крутым откосам каньона, чтобы ударить врага в штыки, но ни разу дело не доходило до рукопашной схватки. Глыбы скал и стволы деревьев, заранее приготовленные индейцами на краях каньона, обрушиваясь, сметали смельчаков, калеча и дробя их тела.

Все слабее и слабее становились залпы американцев. Все громче и громче слышны были ликующие вопли краснокожих. Горы трупов громоздились на дне каньона, и кровь потоком бежала по ущелью.

Сэнди Гук, Джордж Деванделль, Джон и остальные их товарищи с замиранием сердца наблюдали за ужасной картиной с вершины своей пирамиды, словно из ложи театра.

— Ну что, джентльмены? — обратился к спутникам экс-бандит.

— Ужасно! — отозвался глухим голосом Джордж Деванделль.

— Боюсь, ни один американец не выйдет живым из этого проклятого ущелья. Краснокожие с лихвой отплатили за устроенную Чивингтоном бойню! — промолвил бледный как полотно Бэд Тернер.

В это время оставшиеся еще в живых американцы сделали отчаянную попытку спастись и пошли в атаку, но индейцы, уже уверенные в своей победе, ринулись им навстречу, оглашая воздух яростным воем, словно превратившись в бешеных волков. Завязалась схватка. Ружья замолчали.

Четверть часа спустя Сидящий Бык спустился на дно каньона. Двое молодых воинов вытащили из груды трупов еще теплое тело генерала Честера, покрытое бесчисленными ранами, и швырнули его к ногам своего вождя.

Сидящий Бык ударом томагавка разрубил грудь генерала Честера, вытащил сердце и сожрал его под оглушительные крики четырех тысяч своих соплеменников…

— Ребята! Пора уносить ноги! — произнес испуганно Сэнди Гук.

Словно пробудившись от кошмарного сна, прятавшиеся на вершине скалы беглецы огляделись. Они забыли о собственной безопасности, наблюдая разыгравшуюся в Кровавом Каньоне ужасную трагедию — гибель генерала Честера и всех его солдат.

При первых залпах американцев Миннегага и ее воины прекратили преследование беглецов и присоединились к главным силам Сидящего Быка. Таким образом, наших приятелей никто не потревожил в течение добрых двух часов, пока индейцы не одержали полную победу. Но теперь, когда в стане краснокожих шло ликование и воины Сидящего Быка занялись добиванием немногих попавших живыми в их руки пленников и скальпированием всех павших, у мстительной дочери Яллы, принявшей самое активное участие в побоище, были развязаны руки. С минуты на минуту она могла явиться к пирамиде, чтобы покончить с ненавистными врагами.

Сэнди Гук хватался за голову, упрекая себя в допущенной грубой неосторожности — надо было бежать гораздо раньше, тем более что исход боя был ясен с самого начала…

— За мной! Не теряйте ни одного мгновения! — скомандовал Сэнди Гук.

Пять минут спустя семеро беглецов покинули гостеприимную скалу и понеслись стремглав вниз по склонам Ларами, рассчитывая спастись на просторе прерии. Но едва они сделали несколько сот шагов, как из-за скал вылетел отряд краснокожих воинов.

Нападение было столь неожиданным, а беглецы были еще настолько под впечатлением гибели генерала Честера и его солдат, что они не дали никакого отпора нападающим, а только бросились врассыпную. Последним ехал Джон — индейский агент.

Две секунды спустя загрохотали выстрелы. Лошадь Джона споткнулась и рухнула. Старый траппер вылетел из седла и упал на землю без чувств. Всадница на белом коне, в белом плаще, вихрем подлетела к тому месту, где лежал злополучный индейский агент, беспомощный и беззащитный.

Паника беглецов продолжалась несколько секунд. Потом они опомнились, увидели, что творится сзади них, и с яростными криками бросились на краснокожих, осыпая их выстрелами.

Паника охватила теперь индейцев, не ожидавших отпора. Трое или четверо всадников грузно свалились со своих коней. Остальные не думая о сопротивлении бросились наутек. Среди них был старый вождь, Красное Облако, которому чья-то пуля перешибла правую руку. Следом за ним скакала Миннегага.

Пули белых жужжали вокруг нее, но она казалась словно заколдованной — ни одна пуля ее не тронула.

Вылетев галопом на гребень горы, индианка на мгновение остановила своего коня и с криком торжества взмахнула в воздухе своим трофеем. Это был окровавленный скальп Джона — индейского агента. Дочь отомстила за мать: дух Яллы мог теперь успокоиться на просторе небесных полей Маниту. Мгновение спустя Миннегага исчезла, словно тень. В отчаянии охотники окружили тело лежавшего на земле Джона.

— Он жив! — воскликнул Бэд Тернер. — Эта тварь не убила, а только скальпировала его.

Два дня спустя шесть всадников на измученных лошадях добрались до форта Каспера.

— Ради Бога! Позовите поскорее доктора! — крикнул один из всадников, в котором читатели без труда узнали бы Джорджа Деванделля. — Мы привезли человека, заживо скальпированного индейцами. Он еще жив! Может быть, его можно спасти!

И его спасли.

Крепкая натура закаленного в боях и странствиях траппера помогла Джону пережить последствия скальпирования. Прошло несколько дней, и он стал оправляться. Его окружили самым внимательным уходом. Доктор находил, что ему нужен только покой и отдых. Но Джон — индейский агент заботился только об одном: как бы поскорее выйти из больницы.

— Между мной и Миннегагой не закончен счет! — твердил он. — Земля тесна для нас двоих! Правда, я потерял мой скальп. Но я чувствую, что силы возвращаются ко мне, и я не успокоюсь, пока не расплачусь с Миннегагой.

— Мы поможем вам, Джон! — успокаивал его Сэнди Гук. — Я раздумал возвращаться в Мэриленд. Это еще успе-ется. Как вспомню о судьбе генерала Честера, сам становлюсь как помешанный. Подождите, подождите, правительство уже направило подкрепления, чтобы расплатиться с Сидящим Быком за бойню.

— И мы не покинем тебя, Джон! — отозвались одновременно трапперы.

Не было слышно только голоса лорда Вильмора: незадачливый охотник на бизонов нашел, что его сплин совершенно излечен кровавым зрелищем в горах Ларами. В то время, пока Джон отлеживался в лазарете форта Каспера, англичанин находился уже далеко, возвращаясь на родину. Он увозил с собой целый музей: Сэнди Гук не терял времени даром и успел сбыть ему удивительную коллекцию всяких редкостей, за которые лорд Вильмор расплатился чистым золотом. Читатель может сам без труда представить себе, каковы были купленные англичанином редкости…