Прочитайте онлайн Однажды в Октябре – 1 | 13 октября (30 сентября) 1917 года, 07:35 Петроград. Суворовский проспект, дом 48

Читать книгу Однажды в Октябре – 1
2616+1866
  • Автор:
  • Язык: ru
Поделиться

13 октября (30 сентября) 1917 года, 07:35 Петроград. Суворовский проспект, дом 48

Сержант контрактной службы Кукушкин Игорь Андреевич.

Во влип! Жизнь закружила и понесла, только успевай отплевываться. Если бы кто-нибудь дней эдак десять назад сказал мне, что я попаду в Питер накануне Великой Октябрьской Социалистической революции, и буду запросто сидеть за одним столом и пить чай с самим товарищем Сталиным, то я бы послал этого сказочника… В общем, в дальнее пешее эротическое путешествие. А может быть и морду бы набил, чтоб не издевался. А теперь мое отделение назначено охранять товарища Сталина, а я, выходит, начальник его личной охраны. Доверие вождя, знаете ли, надо еще заслужить.

Во-первых, вчера вечером, Надя Аллилуева так и крутилась вокруг меня. Тьфу, вертихвостка. Знаю я про нее все, читал. Вон мамаша ее, при живом и рядом сидящем муже, к Александру Васильевичу подкатить пробовала, но получила облом — наш Дед по чужим огородам не лазает. Ну, так и я не дурак, к хозяйским дочкам вежливо и аккуратно, а дальше ни-ни. Яблоко оно от яблони недалеко падает. Так и Надежда вся пошла в свою маман. Слышал я, сколько крови у товарища Сталина она выпила, такую жену только врагу и пожелаешь. Ирина Владимировна — это совсем другое дело, иметь такую жену и я не прочь. Но куда уж нам — не доросли.

Ночью, когда ложились спать, постелили мне на полу, рядом с диваном товарища Сталина. АПС под подушку, «ксюху», под бок, можно и отдохнуть. Так нет ведь, Иосиф Виссарионович, железный человек, сам больше суток не спал, и мне не давал. Все расспрашивал про нашу жизнь в XXI веке, про Брежнева, того я совсем не помню, он умер, когда я еще не родился, про правление Горбачева я тоже ничего рассказать не мог, меня тогда тоже не было, вот Ельцина я уже помню, в дефолтном 98-м пошел в школу. Короче, едва мы дошли до новогоднего обращения Бориса Алкогольевича, Сталин окончательно отрубился. Даже захрапел болезный.

Когда утром мы с ним шли от Алилуевых на Суворовский, то нашли то место, где ночью наши «летучие мыши» немного намусорили — завалили трех ночных «стопорил». Наша работа видна сразу. Во-первых все дырки только по делу — в сердце или в голову. А во вторых стрельбы никто не слышал, а глушаки на оружии есть только у наших. Товарищ Сталин перекинулся парой слов с местным дворником — здоровенным усатым татарином в белом фартуке, и мы пошли дальше, оставив позади неизменную кучку зевак.

На Суворовском мы с товарищем Сталиным наскоро попили кофе. Тут я узнал еще одну новость. Оказывается, мне предстоит отправиться в мой родной город — Выборг. В город, в котором я родился и вырос. И отправиться не просто так, на экскурсию — полюбоваться на замок и Анненские укрепления, а для выполнения ответственного партийного задания.

Когда я узнал, что это было за задание, то я снова был в шоке! Мне предстояло встретиться с еще одним, может быть самым главным, персонажем нашей истории, с самим Лениным! Да-да, с тем самым Владимиром Ильичем, вечным жильцом Мавзолея. И не просто встретиться, а обеспечить его охрану и оборону при его путешествии из Выборга в Петроград на большом противолодочном корабле «Североморск». Кроме меня обеспечивать выполнение задания должны двое бойцов из моего отделения, и личный связной Владимира Ильича Ленина, товарищ Эйно Рахья. Мне о нем, в свое время, рассказали на уроке истории. А вот теперь я с ним лично познакомлюсь.

Финном товарищ Рахья оказался изрядно обрусевшим. Дело в том, что родился он в Кронштадте, потом, правда, лет десять работал железнодорожником в Великом княжестве Финляндском. Перед Февральской революцией он снова вернулся в Петроград и, работая на заводе за Невской заставой, вращался в основном среди русских. Вид у него был крайне устрашающим — рослый мужик с лихими «буденовскими» усами, из-за пояса которого торчат два нагана, а карманы кожаной куртки топорщатся от гранат. Только непонятно, что он с ними собрался делать? А так вид прямо как у какого-то полевого командира. Похоже, что нам с ним скучать не придется.

Товарищ Сталин быстренько написал записку для Владимира Ильича, и передал ее мне, а товарищ «Дед», то есть Александр Васильевич, провел с нами традиционную мозговую накачку, дескать, товарищи, разбейтесь в лепешку, но чтоб с товарища Ленина и волос не упал. Да, какой там волос, ведь Владимир Ильич сейчас уже изрядно полысел?!

Снарядились мы, словно уходили в глубокий рейд по вражеским тылам. Взяли АКСУ с глушаками, «стечкины», надели бронники, еще один дали Эйно Рахья, а один прихватили для Ленина. Также в джентльменский набор «лениноспасателей» входили: пулемет «Печенег», две «Мухи», рация, ПНВ и несколько светошумовых гранат «Факел». Впрочем, Эйно Рахья, одобрительно обозрев весь наш арсенал, сказал, что с местным начальством у него все схвачено, и осложнений быть не должно.

— Но, — сказал он, с непередаваемым финским акцентом, — Как у вас гофорят — Береженого, и Бог бережет! Пошли ребята!

Получив последние благословения от товарища Сталина и Александра Васильевича, мы отправились в Таврический сад, который наши шутники уже успели окрестить «Пулково-2». Согласно сообщению, полученному нашим «маркони», Вадиком Свиридовым, вертолет, вылетевший с эскадры в Петроград, уже находился на подходе. Выгрузив в саду пассажиров, он заберет нашу команду, чтобы подбросить ее до «Североморска». Сам БПК сейчас двигался в сторону Выборга, и к моменту нашего прибытия уже должен встать на якорь примерно в миле-двух от Торгового порта.