Прочитайте онлайн Одинокий голубь | Часть 82

Читать книгу Одинокий голубь
3612+16750
  • Автор:
  • Перевёл: Тамара П. Матц

82

На следующее утро, как только он сумел подняться, Джули пришел на кухню и застал там Чоло за затачиванием длинного узкого ножа. Малыш лежал на столе, дрыгая голыми ножонками, а Клара в мужской шляпе давала девочкам последние указания.

– Не кормите его только потому, что он орет. Кормите по часам.

Она посмотрела на Джули, и он смутился. Он не был болен, но тем не менее чувствовал себя таким слабым, будто долгое время пролежал в лихорадке. На столе стояла тарелка с холодными яйцами и куском бекона – вне сомнения, его завтрак. Он проснулся последним, и это заставило его подумать, что он им в тягость.

Чоло встал. Они с Кларой явно собирались что-то делать. Джули понимал, что должен предложить помощь, но с трудом дошел и до стола. Он не мог ничего понять. Малярия его давно прошла, а сил все равно не было.

– Нам надо кастрировать нескольких лошадей, – объяснила Клара. – Мы слишком долго откладывали, надеялись, что Боб выздоровеет.

– Терпеть не могу, когда вы это делаете, – заявила Салли.

– Тебе еще больше не понравится, если тут будет бегать куча жеребцов, – заметила Клара. – Один из них вполне может попасть тебе копытом по голове, как тот мустанг отцу.

Она остановилась около стола и пощекотала малышу голую пятку.

– Я бы хотел помочь, – предложил Джули.

– С виду энергии в тебе маловато, – отозвалась Клара.

– Я не болен, – возразил Джули. – Наверное, переспал.

– В чем-то ты явно перестарался, – заметила она. – Оставайся здесь и поговори с этими девицами. Это потруднее, чем кастрировать лошадей.

Джули девочки нравились, хотя он не слишком много с ними разговаривал. Такие милые, все время щебечут. В основном они спорили, кто будет ухаживать за ребенком.

Клара и Чоло ушли, а Джули медленно съел свой завтрак, чувствуя себя виноватым. Потом он вспомнил, что случилось, – Элли уехала туда, где полно индейцев. Он должен ехать за ней сразу же, как поест. Лежащий на столе ребенок потянулся к нему. Джули почти не смотрел на него, хоть он и казался хорошим малышом. Кларе он был нужен, девочки из-за него ссорились, а Эльмира бросила его. Мысли его путались.

После завтрака он взял ружье, но, вместо того что бы уехать, отправился к загонам. Время от времени до него доносилось ржание молодой лошади. Он уже не чувствовал такой слабости, и ему пришло в голову, что он может попытаться быть полезным, а за Элли по ехать попозже.

Стояла жара, и лошади взбивали копытами облака пыли. Он удивился, заметив, что Клара сама занималась кастрированием, а старик держал поводья. Работа тяжелая, лошади сильные, и им явно не помешал бы еще один человек в помощь. Джули быстро перелез через загородку и помог старику связать задние ноги дрожащего молодого гнедого.

Клара на мгновение оторвалась от работы и вытерла потное лицо полой рубашки. Все руки у нее были в крови.

– Не лучше ли кому-нибудь из нас заняться этим? – спросил Джули.

– Нет, – ответил Чоло. – У нее лучше получается.

– Боб меня научил, – объяснила Клара. – Когда мы сюда приехали, у нас не было работников. У меня не хватало сил держать лошадь, так что пришлось делать более грязную работу.

Они кастрировали пятнадцать молодых коней и оставили их в загоне, где можно было за ними присмотреть. Джули уже не чувствовал слабости, но его все равно удивило, как тяжело трудятся Клара и старик мексиканец. Они ни разу не отдохнули, пока работа не была за кончена, и к этому времени основательно пропотели. Клара вымыла руки около желоба с питьевой водой для лошадей и сразу же направилась к дому.

– Надеюсь, эти лентяйки готовят обед, – заметила она. – У меня появился аппетит.

– Вы что-нибудь знаете насчет ситуации с индейцами? – спросил Джули.

– Я знаю Красное Облако, – ответила Клара. – Боб к нему хорошо относился. Они жили на наших лошадях в ту суровую зиму четыре года назад, когда не могли найти бизонов.

– Я слышал, они опасны, – сказал Джули.

– Верно, – подтвердила Клара. – Но Красному Облаку все надоело. Боб относился к нему по-доброму, и нам не приходилось их бояться. В молодости я больше боялась индейцев. Команчи заезжали прямо в Остин и забирали детей. Мне постоянно снилось, что они украдут меня, и я нарожаю красненьких ребятишек.

Джули никогда не пребывал еще в такой нерешительности. Он должен ехать, но, с другой стороны, вроде бы и нет. Хоть он и здорово поработал, есть ему не хотелось, и после обеда он значительно дольше, чем необходимо, занимался чисткой ружья.

Закончив, он прислонил ружье к перилам, говоря себе, что должен встать и ехать. Но он не успел подняться, как из дома вышла Клара и без всякого предупреждения положила ребенка ему на руки. Она практически уронила его ему на колени, что показалось Джули неосторожным. Он едва успел подхватить малыша.

– Хороший признак, – заметила Клара. – По крайней мере, если кто сбросит его с крыши, ты его поймаешь.

Малыш уставился на Джули широко открытыми глазами, по-видимому, удивившись не меньше него. Джули взглянул на Клару, которая явно злилась.

– Думаю, пришло время тебе поглядеть на него повнимательнее. – сказала она. – Он твой сын. Он может вырасти похожим на тебя и тогда доставит тебе больше радости, чем любая женщина. Ты ему нужен куда больше, чем ей.

Джули боялся, как бы не навредить ребенку. Еще он боялся Клару.

– Я не умею обращаться с детьми, – признался он.

– Конечно, и еще ты не жил нигде, кроме Арканзаса, – проговорила Клара. – Но ты совсем не глуп, и никто не прибил тебя гвоздями к Арканзасу. Ты можешь жить в любом месте и научиться управляться с детьми, это удавалось даже куда более тупым.

И снова Джули подивился неутомимости Клары. Элли не хотела на него смотреть, но и не донимала его постоянно словами, как Клара.

– Оставайся здесь, – продолжала она. – Слышишь меня? Оставайся здесь! Мартину нужен отец, а мне – хороший работник. Если ты потащишься снова за этой женщиной, то тебя убьют или индейцы, или тот охотник за бизонами, или же ты попросту заблудишься и умрешь с голоду. Удивительно, как ты умудрился и сюда добраться. Ты не знаешь прерии, и я считаю, что и жену свою ты тоже не знаешь. Сколько времени ты ее знал до женитьбы?

Джули попытался вспомнить. Суд в Миссури длился три дня, но он познакомился с Элли за неделю до этого.

– Наверное, недели две, – ответил он.

– Маловато, – заметила Клара. – Даже самый умный человек не узнает женщину достаточно хорошо за две недели.

– Ну, ей хотелось выйти замуж, – пояснил Джули. Больше он ничего вспомнить не мог. Элли ясно дала ему понять, что хочет замуж.

– Возможно, ей просто необходимо было сменить обстановку, – предложила Клара. – Людям иногда хочется переменить занятие. Они думают, что стоит попробовать что-то другое. Со мной так же. Я частенько думаю, что неплохо бы было собрать манатки и девочек и уехать к моей тетке в Ричмонд.

– И что вы там будете делать? – поинтересовался Джули.

– Может, книги писать, – ответила Клара. – Мне хочется попробовать. Но наступает чудесное утро, я вижу пасущихся лошадей и понимаю, что буду скучать по ним. Так что вряд ли я поеду в Ричмонд.

Как раз в этот момент ребенок начал хныкать и вертеться у него на руках. Джули с надеждой взглянул на Клару, но она не сделала попытки взять малыша. Джули не знал, что делать. Он боялся уронить ребенка, который извивался в его руках, как пойманный кролик, и орал так, что стал краснее свеклы.

– Он болен? – спросил Джули.

– Нет, с ним все нормально, – ответила Клара. – Возможно, он выговаривает тебе за то, что так. долго не обращал на него внимания. Я его за это не виню.

С этими словами она повернулась и пошла в дом, оставив его с ребенком, который немедленно принялся орать еще сильнее. Джули подумал, что, может, кто-нибудь из девочек выручит его, но ни одной поблизости не было видно. Ему казалось безответственным со стороны Клары оставить его с ребенком. Он еще раз подумал, что она не слишком душевная женщина. Но ведь и Элли тоже такова, по правде сказать.

Он боялся встать, чтобы не уронить извивающегося младенца. Потому он так и сидел, поражаясь, с чего это люди заводят детей. Откуда можно знать, что хочет ребенок и что для него сделать?

Но так же внезапно, как начал плакать, малыш за молчал. Пискнул еще пару раз, сунул кулачок в рот и снова уставился на Джули. Джули успокоился и остался сидеть.

– Поговори с ним, – сказала появившаяся в дверях Клара.

– А что говорить?

Она фыркнула с отвращением.

– Представься, если ничего лучше придумать не можешь, – посоветовала она. – Или спой ему песню. Он – мальчик общительный. Любит поболтать.

Джули посмотрел на малыша, но не мог вспомнить ни одной песни.

– Ну помурлыкать ты по крайней мере можешь? – спросила Клара с таким видом, будто он совершил преступление, не начав немедленно петь.

Джули вспомнил песню, которую слышал в салуне и которая ему нравилась, – «Лорена». Он попытался на петь мотив. Все еще извивающийся ребенок немедленно перестал двигаться и внимательно уставился на не го. Джули чувствовал себя глупо, но, поскольку его пение с закрытым ртом успокаивало малыша, он продолжал гудеть. Ребенка он держал практически на расстоянии вытянутой руки.

– Прислони его к плечу, – велела Клара. – Не надо его так держать, он ведь не газета.

Джули послушался. Младенец вскоре обслюнявил ему рубашку, но не плакал. Джули продолжал напевать «Лорену».

Тут, к его радости, Клара взяла ребенка.

– Уже прогресс, – заметила она. – И Рим не в один день строился.

Стемнело, а Джули все еще не уехал. Он сидел на веранде, положив ружье на колени, и старался собраться с духом, чтобы встать и уехать. Как ни крути, Элли все еще его жена. Она может быть в опасности, так что его обязанность попытаться ее спасти. Если он сейчас не уедет, он так и будет вечно сдаваться. Он может вообще никогда не узнать, жива она или умерла. Он не хотел быть человеком, который позволил своей жене вот так просто уйти из его жизни. Но именно это он сейчас и делал. Он слишком устал для решительных действий. Если его не убьют индейцы, или если их не убьют индейцы, и если он не заблудится на этих равнинах и еще раз найдет ее в какой-нибудь чужой комнате, она может снова от него отвернуться. И что тогда? Она будет убегать, а он за ней гнаться, пока в самом деле не случится какая-нибудь беда.

Когда Клара вышла, чтобы позвать его ужинать, он уже устал думать. Он даже поморщился, заслышав ее шаги, потому что ему казалось, что она плохо к нему относится и может сказать что-нибудь резкое. И снова он ошибся. Она спустилась по ступенькам и подняла голову, наблюдая за журавлями, пролетавшими на фоне закатного неба вдоль серебряной ленты Платта.

– Правда, дивные птицы? – тихо спросила она. – Если бы я уехала, то, верно, скучала бы по ним не меньше, чем по лошадям.

Джули не думал, что она может уехать. Уж очень она казалась на своем месте.

Посмотрев на птиц, она повернулась к нему, как будто только что заметила.

– Ты хочешь остаться? – спросила она.

Джули не хотелось отвечать на этот вопрос. Пусть будет, что будет. Он не стремился принимать решения, но вместе с тем он и не уехал.

– Наверное, мне не надо больше ее преследовать, – наконец вымолвил он. – Наверное, надо оставить ее в покое.

– Не стоит приносить жертвы людям, которые в этом не нуждаются, – заметила Клара. – Пустая трата времени и сил.

– Мам, уже все остыло, – сказала Бетси с порога.

– Я позволила себе минутку полюбоваться летом, – ответила Клара.

– Ну, ты же всегда говоришь, что ненавидишь остывшую еду, – резонно заметила Бетси.

Клара взглянула на дочь и начала подниматься по ступенькам.

– Пойдем, Джули, – позвала она. – Эти девочки позаботятся, чтобы мы не нарушали правил.

Он положил ружье в чехол у седла и последовал за ней в дом.