Прочитайте онлайн Одинокий голубь | Часть 27

Читать книгу Одинокий голубь
3612+17532
  • Автор:
  • Перевёл: Тамара П. Матц

27

Когда Джули вернулся домой, уже почти стемнело. Домом называлась небольшая хижина на краю города. Проходя мимо загона, он увидел, что маленький Джо снова заарканил теленка. Это было совсем просто, потому что теленок почти не двигался.

– Ты его совсем замучил, – заметил Джули. – Вполне уже можешь оседлать его и покататься.

– Я доил, – сказал мальчик. Он поднял ведро, и они пошли к хижине вместе. Неплохая хижина, вот только деревянного пола там не было, вместо него – утрамбованная земля. Джули переживал, что привел жену в дом без пола, но шерифу платили мало, и на лучшее у него просто не хватало денег.

Хижина была высокой, с небольшими полатями для спанья. Джули с самого начала предполагал, что они отдадут полати мальчику, но Эльмира устроила там их спальню, а мальчику бросила на пол соломенный тюфяк.

Когда они пришли домой, она уже приготовила ужин – бекон и кукурузный хлеб – и сидела на полатях, болтая ногами. Эльмира любила одиночество и большую часть времени проводила на полатях, только иногда немного шила.

– Смотри, не расплескай молоко, – предупредила она Джо, когда тот вошел с ведром.

– Тут нечего расплескивать, – ответил Джо.

И то правда, корова стала давать очень мало молока. Джо положил веревку, самую главную свою драгоценность, на матрац. Он нашел ее на улице утром, после того как проехали какие-то ковбои. Несколько дней он ее прятал, боясь, что тот ковбой, который ее потерял, вернется и будет ее искать. Но никто не приехал, ион начал потихоньку тренироваться на теленке. Была бы у него лошадь, он бы всерьез подумал о том, чтобы уехать и наняться в ковбои, но у них было всего две лошади, и обе нужны Джули.

– Еда на столе, – сказала Эльмира, но не сделала попытки спуститься с полатей и поужинать вместе с ними.

Она вообще редко с ними ела. Это здорово беспокоило Джули, хотя он и не жаловался. Поскольку их маленький стол стоял практически под полатями, то, когда он ел, мог, подняв голову, увидеть голые ноги Эльмиры. Это не казалось ему нормальным. Его мать умерла, когда ему было шесть лет, но он хорошо помнил, что она всегда ела вместе с семьей. Она бы никогда не стала сидеть так, чтобы ее голые ноги болтались над головой мужа. Это было ненормально, а Джули нравилось, когда в жизни все путем. Он считал, что лучше делать так, как делают все, потому что, если большинство придерживается определенного порядка, значит, для того есть основательная причина, и он рассматривал общепринятый образ жизни как правило, которому надо следовать. В конце концов, его работа в том и заключалась, чтобы поддерживать нормальный ход вещей – чтобы банки не грабили и никого не убивали.

Он уже успел арестовать много людей, которые скверно себя вели, но никак не мог набраться храбрости, чтобы поговорить с женой о ее странном поведении.

Джо не разделял неудовольствия Джули по поводу того, что его мать редко садится с ними за стол. Если она и приходила, то, как правило, отчитывала его за что-нибудь, а он уже был сыт по горло руганью, да и, кроме того, ему нравилось есть с Джули, вообще что-то делать с Джули. С его точки зрения, брак с Джули был самым умным поступком его матери. Она ругала Джули так же часто, как и его, что казалось Джо неправильным. Но Джули принимал эту ругань и никогда не ввязывался в ссору, так что, наверное, так оно и должно быть: женщины ругались, мужчины молчали и старались держаться подальше.

– Пахты хочешь? – спросил Джули, направляясь к кувшину.

– Нет, сэр, – ответил Джо. Он ненавидел пахту, а вот Джули любил и каждый раз предлагал ему.

– Ты ему этот вопрос каждый вечер задаешь, – заметила Эльмира с полатей. Ее раздражало, что, приходя каждый вечер домой, Джули делал одно и то же. – Перестань его спрашивать, – потребовала она резко. – Пусть сам берет пахту, если хочет. Уже четыре месяца прошло, и он капли не выпил, так уж пора тебе от него отстать.

Она говорила с горячностью, поразившей Джули. Эльмира могла выйти из себя из-за чего угодно. Что особенного в том, что он предложил мальчику выпить пахты? Он может отказаться, что он и сделал.

– Ну а, по-моему, это вкусно, – спокойно возразил он.

Джо чуть не пожалел, что не налил себе стакан и подвел Джули. Но было уже поздно.

Остаток ужина прошел гладко, поскольку никто не произнес ни единого слова. Джо и Джули ели бекон с хлебом, а Эльмира болтала в воздухе ногами.

– Ты выпей то лекарство, – напомнила она Джули, когда он поел. – Если будешь забывать о нем, можешь остаться желтым на всю жизнь.

– Он уже не такой желтый, – заметил Джо, чувствуя необходимость хоть слегка заступиться за Джули, поскольку тот не мог заступиться сам за себя. Он-то мать не боялся, хотя она часто его наказывала, но ни когда не злилась долго, и он всегда мог убежать, если она уж чересчур расходилась.

– На мой вкус, он чересчур желтый, – пояснила Эльмира. – Если бы мне был нужен желтый муж, я бы вышла замуж за китайца.

– А что такое китаец? – спросил Джо.

– Пойди и принеси ведро воды, – велела Эльмира.

Джули сидел за столом слегка опечаленный, а мальчик тем временем пошел за водой. По крайней мере, у них был колодец, а то до реки – целая миля, не наносишься.

Джо принес воду и снова вышел. В маленькой хижине было душно. Кругом полно светлячков. От нечего делать он поймал несколько, и они светились у него в кулаке.

– Хочешь помыться? – спросил Джули. – А то я натаскаю воды.

Эльмира не ответила, потому что почти не слышала его. Странно, но Джули почти никогда не говорил ничего, что бы она воспринимала. Ей казалось, что последние услышанные ею слова были слова их супружеского обета. После этого, хоть она и слышала его голос, слов не разбирала. Разумеется, что касалось разговоров, с Ди Бутом он сравниться не мог. Ди мог говорить неделю и ни разу не повториться, тогда как Джули, как ей казалось, не сказал ничего нового со дня их свадьбы.

Само по себе это ее не беспокоило. Уж в чем она точно не нуждалась, так это в беседах с мужчинами.

– Пожалуй, поеду-ка я и изловлю Джейка Спуна, – сказал Джули. Он произнес эти слова обычным тоном, чтобы особенно не привлекать внимание Эльмиры, но она уловила смысл.

– Сделаешь что? – переспросила жена.

– Поеду и поймаю Джейка Спуна, – пояснил Джу ли. – Желтуха уже почти прошла, могу ехать.

– Оставь его в покое, – потребовала Эльмира. – И вообще, кому он нужен?

Джули чуть было не сказал, что он нужен Пич.

– Он же убил Бенни, – заметил он.

– Говорю тебе, оставь его в покое. Это был несчастный случай.

Она спустилась вниз, плеснула себе в лицо холодной водой и вытерлась куском мешковины, который они использовали в качестве полотенца.

– Ему не следовало убегать, – настаивал Джули. – Он бы легко отделался.

– Нет, Пич бы его застрелила, – заявила Эль мира. – Ей на закон наплевать.

Джули не исключал такой возможности. Гнев Пич всегда был необуздан.

– Все равно я должен его поймать, это моя работа, – заключил он.

Эльмире захотелось рассмеяться. Джули льстил себе, если считал, что может поймать такого человека, как Джейк Спун. Но если она рассмеется, то выдаст себя. Джули и знать не знал, что она была знакома с Джейком Спуном еще до того, как познакомилась с Ди. Джейк с Ди были приятелями в Канзасе. Джейк даже однажды в шутку делал ей предложение, потому что он был не из тех, кто женится, впрочем, как и она в то время. В те дни, когда она была проституткой в Додже, Джейк всегда подшучивал над ней, утверждая, что она станет респектабельной дамой, но, конечно, даже он не мог предсказать, что она выйдет замуж за шерифа. Он жутко развеселился, когда узнал это. Она встретила его дважды на улице здесь, в городе, и поняла по тому, как он приподнял шляпу и ухмыльнулся, что он считает происшедшее презабавной шуткой. Если бы он зашел к ним в хижину и увидел земляной пол, то понял бы, что шутка эта совсем не смешна.

И все же она не колебалась, когда Джули сделал ей предложение, хотя и знала его всего три дня. В том, что ей следует поменять образ жизни, убедил ее один охотник за бизонами. Она ему приглянулась, а он был таким огромным и грубым, что она побоялась отказать ему. За все время ей никогда так тяжело не приходилось. И таких охотников за бизонами было полным-полно. Если бы не Ди, ей бы пришел конец. Но Ди всегда к ней хорошо относился и дал ей в долг достаточно денег, чтобы начать новую жизнь в городе, где ее никто не знал, – Сент-Джо, Миссури, куда Джули приехал, чтобы давать показания. Она встретила его в суде, куда пришла, чтобы провести время, потому что у нее не было работы.

Она жила в пыльной маленькой комнатке, а мальчик – в крохотной каморке на чердаке. Ди приходил к ней дважды тайком, чтобы не портить ей репутацию. Он хорошо относился к Джо и считал, что из него вырастет дельный парень. В тот последний фаз, когда она видела Ди, они и придумали эту историю про оспу.

– Я поеду на север, Элли, я устал потеть, – сообщил он. – Ты же поезжай на юг, и все будет в порядке. Если кто тебя спросит – твой муж умер от оспы. Так ты станешь вдовой, даже не выходя замуж. Если мне не повезет, я еще вполне могу прихватить оспу.

Я поеду с тобой на север, Ди, – попросила она тихо, стараясь не давить на него. Ди не слишком любил, когда на него давят.

Но Ди лишь усмехнулся и подергал себя за маленькие пшеничные усики.

– Нет, – ответил он. – Ты станешь приличной женщиной. Готов поспорить, ты еще будешь заседать в школьном совете.

Потом он ласково поцеловал ее, велел присматривать за их сыном и уехал, оставив ей десять долларов и воспоминания о беззаботных годах, проведенных вместе в Абилине и Додже. Она знала, с собой на север он ее не возьмет – Ди всегда путешествовал один. Только когда он останавливался в городе, чтобы поиграть, он заводил себе женщину. Но он предложил пристрелить того охотника за бизонами, который обошелся с ней грубо. Она сделала вид, что не помнит, как его зовут. Ди не был крутым мужиком, уж наверняка не таким крутым, как тот охотник за бизонами. Так что, скорее всего, мертвым оказался бы он.

Что касается Джули, выйти за него замуж не составило труда. Он, как и многие молодые ковбои, никогда не пробовал женщины, даже говорить ни с одной ему не приходилось. Два дня, и он был завоеван. Она вскоре поняла, что он ей не нравится. Его привычки никогда не менялись. Он каждый день делал одно и то же. Девять дней из десяти он даже забывал стирать с губ пахту. Но он не отличался жестокостью охотника за бизонами. По крайней мере, с ним она могла рассчитывать на мягкое обращение.

Когда она услышала, что Джейк в городе, то подумала, не сбежать ли с ним, хотя прекрасно знала, что он еще менее надежен, чем Ди. Но когда он застрелил Бенни, ей пришлось отказаться от этой своей единственной маленькой мечты.

С той поры жизнь стала просто невыносимой. Она проводила большую часть дня на полатях, свесив ноги, и вспоминала былые дни с Ди и Джейком.

Джули сидел в темноте, рот весь в пахте, и преданно смотрел на нее, как теленок. Его терпеливый вид возбуждал в ней желание помучить его по мере сил.

Джули сознавал, что по какой-то причине он раздражает Эльмиру, она сердилась, что бы он ни сказал или сделал. Иногда он думал, что, должно быть, все жены так враждебно относятся к своим мужьям. Если же это было не так, то, интересно, что надо делать, чтобы все изменилось.

Он всегда изо всех сил старался быть внимательным, помогал вместе с Джо по дому, пытался по возможности избавить ее от неприятной работы. Но чем вежливее он становился, тем чаще ошибался и говорил не то, что нужно, или вообще расстраивал ее. Дело дошло до того, что ночью он боялся до нее дотронуться, так холодно она на него смотрела. Она лежала в футе от него, а ему казалось, что между ними мили. Все это его ужасно огорчало, потому что он искренне полюбил ее.

– Вытри губы, Джули, – велела она. – Когда же ты наконец научишься. Или вообще кончай пить пахту.

Он смущенно вытер рот. Раздраженная Эльмира заставляла его так нервничать, что он забывал, ел он или нет.

– Ты не заболела? – спросил он. Кругом многие страдали от лихорадки, и если она тоже ее подхватила, то можно было бы понять, почему она сердится.

– Нет, я не больна, – ответила она. Поскольку он начал этот разговор насчет Джейка, то решил уж закончить его. Все равно она в бешенстве.

– Если я отправлюсь за Спуном сейчас, то вернусь где-то через месяц, – заметил он.

Эльмира только взглянула на него. Да пусть хоть год ездит, ей все равно. Она и возражала только потому, что Пич заставляла его. Если кто и будет указывать ему, что делать, то она, а не Пич.

– Возьми с собой Джо, – предложила она.

Эта мысль не приходила Джули в голову, хотя он подумывал, не взять ли ему Роско.

– Так ведь он тебе нужен, – возразил он. – У тебя много работы по дому.

Эльмира пожала плечами.

– Я сама могу подоить старую корову, – заявила она. – Чего тут еще делать? Мы ведь хлопок не рас тим, сам понимаешь. Я хочу, чтобы ты взял Джо. Ему пора повидать мир.

И верно, мальчик мог быть полезен во время долгой поездки. Будет кому помочь караулить арестованного, если такой объявится. Но это значило, что придется оставить Эльмиру одну, а этого ему не хотелось.

Казалось, она прочла его мысли, потому что села за стол и взглянула на него.

– Я и раньше оставалась одна, Джули, – сказала она. – Ничего со мной не будет. Роско может мне по мочь, если нужно будет принести что-то тяжелое.

Разумеется, это было так, хотя вряд ли Роско получит от этого удовольствие. Роско вечно жаловался на больную спину и мог ныть неделями, если его заставляли делать что-либо, хоть слегка напоминающее физическую работу.

– Может, придется сражаться, – заметил Джули, вспомнив, что у Джейка Спуна крутые друзья. – Я во обще-то не думаю, но с игроками никогда ни в чем нельзя быть уверенным.

– Полагаю, они в мальчишку стрелять не будут, – проговорила Эльмира. – Возьми Джо. Надо же ему когда-нибудь становиться взрослым.

Она вышла из душной хижины и уселась на пенек. Кругом мерцали светлячки. Немного погодя она услышала, как вышел Джули. Не произнося ни слова, он тоже сел.

Несмотря на его вежливость и неизменную доброту, Эльмира относилась к нему с горечью. У нее была тайна, которой он не знал: она ждала ребенка. Он и не узнает, если она сможет от него избавиться. Она вышла замуж со страху, но теперь не хотела ни своего мужа, ни беременности. Но она боялась сделать что-нибудь, чтобы избавиться от ребенка. В Абилине она знала девушку, которая умерла от потери крови, пытаясь самостоятельно сделать аборт. Она умерла на лестнице, почти у дверей Эльмиры, в очень холодную ночь. Кровь стекала по ступенькам и замерзала в красный лед. Девушка, ее звали Дженни, примерзла к ступенькам. Им пришлось греть воду, чтобы поднять ее.

Этого воспоминания хватало, чтобы не пытаться избавиться от ребенка. Но сознание того, что она беременна, наполняло ее горечью. Ей не хотелось проходить через все это снова, не хотелось жить с Джули Джонсоном. Просто так случилось, что ей попался уж очень грубый охотник за бизонами, он напугал ее настолько, что она решила, что должна попытаться сменить образ жизни.

Жизнь в Форт-Смите была совсем другой, скучной до чрезвычайности, настолько скучной, что у нее не находилось по большей части повода, чтобы вылезать из-под одеяла. Женщины в городе, хоть и не имели оснований для подозрений, все равно подозревали ее и сторонились. Иногда ей хотелось зайти в салун, где имелась парочка девиц легкого поведения, чтобы поболтать, но вместо этого она впала в апатию и целыми днями бездельничала, сидя на краю полатей.

Наблюдая за светлячками, мигающими в кустарнике, Эльмира ждала. И точно, через несколько минут она услышала металлические щелчки. Это Джули медленно вращал барабан своего пистолета, прежде чем отправиться в город на обход. Он делал это ежевечерне, что ее особенно раздражало.

– Пожалуй, пойду посмотрю, – сказал он. – Я скоро.

Он говорил ту же самую фразу каждый вечер. Он действительно возвращался быстро, если только в городке не появлялись люди с реки. Больше всего он надеялся, что, когда он ляжет, она захочет его. Но она не хотела. Она держала его на расстоянии, как только убедилась насчет ребенка. Его это обижало, но она не обращала внимания.

Когда она услышала в темноте его удаляющиеся шаги, то совсем пала духом. Получается, что в этой жизни выиграть нельзя. Ей хотелось, чтобы Джо и Джули сразу уехали, чтобы ей не пришлось с ними сталкиваться каждый день. Их потребности были крайне скромны, но ей не хотелось о них думать. Она дошла до такого состояния, когда все делала через силу, как очень тяжелую работу.

С каждым днем она все яснее понимала, как скучает без Ди Бута. Он представлялся ей прямой противоположностью Джули Джонсону. Джули был предсказуем до последнего жеста, тогда как Ди всегда делал то, чего от него меньше всего ждали. Однажды в Абилине он отомстил одной бандерше, которую не любил. Он сделал вид, что принес ей дивный пирог из булочной. Он и в самом деле заставил пекаря испечь прекрасные на вид корки от пирога, но потом пошел на конюшню и начинил этот пирог конским навозом. Бандерша, крупная злобная женщина по имени Сэл, успела разрезать пирог, прежде чем поняла, в чем заключается шутка.

Эльмира улыбнулась, вспомнив проделки Ди. Они были знакомы больше пятнадцати лет, с той поры как она еще девочкой попала в затруднительное положение там, в Канзасе. Разумеется, виноват был не только Ди, у нее побывало много мужчин. Некоторым хватило нескольких минут, другие задерживались на неделю, даже на месяц или два, но Ди всегда возвращался. Она злилась, вспоминая, как он дернул себя за ус и направился на север. Он, видно, считал, что ей будет легко вести респектабельную жизнь. Конечно, она сама виновата, раз выбрала Джули. Она не думала, что ее так будет раздражать его вежливость.

Становилось все темнее, вышла луна и поднялась над соснами. Эльмира сидела на пеньке и наблюдала за ней, радуясь одиночеству. При мысли о том, что Джули и Джо уедут, у нее поднялось настроение. Ей пришло в голову, что, когда их не будет, никто не сможет помешать ей тоже уехать. Лодки по Арканзасу шли каждую неделю. Кто знает, может, Ди Бут скучает по ней не меньше, чем она по нему. Он не обратит внимания на ее беременность, к таким вещам он относился легко.

Она улыбнулась при мысли, что сможет найти Ди. Пока Джули гоняется за одним игроком, она пустится на поиски другого, только в противоположном направлении. Когда вернется Джули, с Джейком или без него, и обнаружит, что его жена исчезла, он, возможно, так удивится, что забудет выпить пахту.