Прочитайте онлайн Очарование | ГЛАВА 2

Читать книгу Очарование
4716+1187
  • Автор:
  • Перевёл: А Жукова
  • Язык: ru

ГЛАВА 2

При виде девушки с тяжелой чугунной сковородой в руке Адам Маккаллоу отступил на шаг. В воображении мелькнула картина: его собственная голова, сплющенная в лепешку, с выдавленным на ней клеймом: «Металлические изделия Вестона». Маленькая злючка действительно наставила на него эту штуку.

Ее тонкая рука вряд ли была способна причинить ему сковородой серьезный вред, но шериф никогда не рисковал понапрасну. Он отступил еще на один шаг и посмотрел на нее.

— Полагаю, я отвлек вас от стряпни? — сухо осведомился он.

К ее чести, она залилась краской, но сковородку не опустила.

— Чем могут быть вам полезной, шериф? Адам рассвирепел.

— Если у вас есть свободная минута, я хотел бы поговорить с вами. — Он помолчал, потом добавил: — Без сковородки.

— Могу я спросить, это деловой разговор или просто так?

«Прекрасно, — подумал Адам, — если она хочет в игры играть, я сразу дам ей понять, что имею в виду только дело. Бляха на моей рубашке не детская игрушка, как она могла бы заметить, и я не постесняюсь использовать ее, чтобы продемонстрировать свою власть. Какого черта, чем еще, по ее мнению, я собираюсь с ней заниматься?»

Потом Адам вспомнил, каким взглядом смотрел на нее в городе, и в его глазах отразилось понимание. Она настоящая красавица. Несомненно, ей часто приходилось иметь дело с чересчур назойливыми покупателями. На какой-то момент возникла мысль, а не подрабатывает ли она и этим. Видя ее так близко, он вынужден был признать, что идея уложить ее в постель заинтриговала его. Но ее более чем холодный прием и сковорода делали подобную идею несбыточной.

Адам напомнил себе, зачем пришел. Как правило, он ничего не имел против коробейников: некоторые из них продавали вещи, которые в глубинке нелегко было купить иначе. Но с бродячими торговцами лекарствами было по-другому, их он особенно не терпел. Они наживались на боли и страданиях людей, и он знал не из последних рук, какой вред они могут принести своей нечестностью, давая людям, ослабленным болезнью, ложную надежду на выздоровление.

Так как по-другому он мог сделать очень мало, обычно шериф расправлялся с ними одним и тем же способом. Он позволял им остановиться и заработать несколько пенсов, потом вежливо, но твердо и как можно быстрее выпроваживал из городка.

— Разговор деловой, — ответил он, заметив, что ее тонкая рука начала дрожать под тяжестью сковороды.

Бренди вышла из фургона, закрыла за собой дверь и отложила сковородку. Перед его глазами мелькнули босые ступни и стройные лодыжки, и Адам снова вспомнил, как пристально разглядывал ее в городе.

Ее голос, даже когда она кричала, расхваливая свой товар, напоминал ему теплый бархат. Ему до боли хотелось погрузить пальцы в волны иссиня-черных волос, водопадом струящихся по ее плечам. Его взгляд медленно осмотрел ее тело. Она была без тяжелого фартука, который надевала в городе во время торговли, и он ясно видел другие ее достоинства под повседневной одеждой, которая была на ней сейчас. Ему стало жарко.

— Я могу сберечь ваше время и сказать, что все это я слышала раньше, — устало произнесла она.

Адам отметил, что теперь ее голос звучал менее соблазнительно. В нем явно была сердитая нотка. Почему-то он почувствовал себя неправым, и это чувство погасило его влечение к девушке и заставило обороняться.

— Правда? И что же вы слышали? — спросил он, поднимая светло-каштановую бровь.

Она откинула длинные пряди волос и вздохнула. Ему показалось, что она раздражена, и он удивился, как ловко она поменялась с ним ролями. Предполагалось, что это он будет выполнять скучную обязанность задавать вопросы нежеланной личности.

Он снова стал разглядывать ее профиль на фоне полной луны и быстро поправил себя: эту лакомую штучку никак не назовешь нежеланной.

— Мне не следует планировать оставаться здесь слишком долго, — ответила она на его вопрос, — и вы будете следить за мной. Если я отступлю от закона хоть на шаг, то моя хорошенькая маленькая попка окажется за решеткой вашей тюрьмы. А если вы узнаете, что я торгую не только разрешенными товарами, вы в мгновение ока выдворите меня из города. Я ничего не упустила?

Адам кипел от гнева. Как осмелилась эта мелочная торговка смотреть свысока на него и его должность?! Неважно, что она бросила ему его же слова, которые он даже не успел сказать.

— Да, все сказано, сестренка, — сказал он, шагнув к ней с угрожающим видом.

К его удивлению, она не испугалась, встретив взгляд его сузившихся глаз с силой и решимостью, которые он, несмотря на свое раздражение, нашел интригующими.

— Я вам не сестренка, шериф…

— Маккаллоу, — подсказал он.

— И я не сделала ничего, что хоть отдаленно напоминало бы нарушение закона, — продолжала она. — Поэтому я буду вам благодарна, если вы оставите меня в покое и дадите заниматься своим делом. Я просто стараюсь заработать на жизнь, а, насколько я слышала, это не противозаконно.

Хватит, решил Адам. Он не разрешит ей использовать себя в своих интересах, как бы привлекательно она ни выглядела. Он тоже делает свою работу. Жители Чарминга доверили ему изгонять каждого, кого он считал представляющим угрозу закону и порядку в городе. Адам очень серьезно относился к своим обязанностям, когда его выбрали шерифом два года назад.

А эта женщина, с ее невинным личиком, гибким телом и на вид изящными манерами, может выманить у многих честных горожан их с трудом заработанные деньги.

— Может быть, нет, — согласился он. — Но нарушение границ чужих земельных владений является противозаконным.

Он увидел, как расширились ее глаза и в их бархатной коричневой глубине мелькнуло сомнение.

— Нарушение границ? — спросила она, расправив плечи движением, которым, как он заподозрил, она обычно создавала впечатление уверенности в себе.

— Ага, нарушение границ. Эта земля, на которой вы остановились, кому-то принадлежит, так же как вся земля отсюда до города и на мили вокруг него.

— Понятно, — сказала она, и плечи ее слегка поникли. — На сколько миль?

— На много.

Его заявление не совсем соответствовало действительности, но он не стал больше ничего говорить.

Казалось, что на минуту она погрузилась в глубокую задумчивость. Наконец она подняла глаза, и он увидел следы усталости вокруг них, которых раньше не заметил. От этого она выглядела более маленькой, более хрупкой, и Адам вдруг почувствовал себя неоправданно грубым, потому что причинял ей страдание.

— И не предполагается, что я смогу попросить разрешение у этого человека на пользование этой землей, да, шериф?

Адам воспротивился побуждению успокоить ее.

— Это не дало бы ничего хорошего, — сообщил он. — Боюсь, утром вам придется уехать.

— Понятно.

У Адама мелькнула мысль, не сказать ли ей, что она может побыть здесь еще несколько дней, но сдержался. Красавица или нет, но он отказывался разрешить ей остаться и доить доверчивых горожан, которые будут тратить свои деньги на ее снадобья и змеиное масло.

— Если это все, шериф…

Адам понимал, когда его прогоняли, и прикоснулся к полям шляпы.

— Да, — пробормотал он, поворачиваясь к ней спиной, чтобы уйти. — Спокойной ночи, мэм.

Пока шериф отъезжал. Бренди стояла у фургона, потирая озябшие локти. Недоверие шерифа и его явная предубежденность против нее и Дейни всколыхнули болезненные воспоминания о прошлом горьком опыте, которые, как ей думалось, давно забылись.

Почему этот неотесанный деревенщина считает, что он намного лучше них? Он вел себя так, словно они с сестрой были каким-то отребьем.

Гнев сменил обиду. Этот человек — совершенный болван. Он не имел никакого права приходить сюда, угрожать и оскорблять ее. А если он думал, что она легко сдастся, то глубоко ошибался.

Она покажет шерифу Маккаллоу, что она твердый орешек. Она ничего не сделала дурного. И была уверена, что нет ничего противозаконного в том, чтобы попросить у владельца земли разрешение на разбивку лагеря здесь на какое-то время. Если владелец согласится, а Бренди была уверена, что как-нибудь сумеет уговорить его, тогда честный шериф Чарминга ничего не сможет сделать.

Одобренная своими мыслями, она вышла в прерию, чтобы посмотреть на огромное ночное небо над головой. Обида и гнев испарились, и она засунула руки в карманы.

Вдруг лицо ее исказилось досадой, и она была рада, что рядом не было шерифа Маккаллоу.

Вытащив из кармана украденные безделушки, она прижала их к груди и попыталась успокоить сердцебиение.

Бренди просто не верилось, как бойко шла торговля. Почти все утро жители Чарминга сплошным потоком шли к ее фургону, а некоторые даже возвращались еще раз.

«Иногда у меня просто не может получаться плохо», — с улыбкой подумала она, вручая очередную бутылку тоника толстой матроне, одетой в платье из розового ситца в цветочек.

Бренди подняла глаза, и улыбка застыла у нее на губах. «Что ж, — подумала она, глядя, как Адам Маккаллоу решительными шагами пересекает улицу, направляясь к ней, — иногда стоит и не просыпаться утром».

— Шериф… — небрежно произнесла она, выпрямляясь во весь рост.

Бренди незаметно осмотрелась вокруг в поисках Дейни. Сестра ушла, чтобы вернуть украденные вещицы, и Бренди мысленно помолилась, чтобы малышку не поймали. Обычно Дейни так же ловко возвращала вещи владельцам, как и брала их.

— Мэм… — вернул приветствие Адам, слегка прикоснувшись к полям шляпы, как он делал и прошлым вечером. Бренди подумала, что движение, которым он наклонял голову, словно застенчивый мальчик, было полно изящества, но этот жест не снял ее напряжения.

— Полагаю, что остановиться здесь на несколько часов не является противозаконным. Если же это не так, я буду счастлива найти другое место.

Утром она приехала в город с двойной целью. Во-первых, хотела поговорить с тем, кто владел землей, на которой она разбила лагерь прошлой ночью, и попросить разрешения остаться там на зиму. А во-вторых, хотела хотя бы еще один день поторговать в городе, если владелец земли откажет ей.

— Вчера я сказал вам, что вы должны уехать. Я считал, что выразился совершенно ясно.

Бренди заметила, как у него напряглись мышцы шеи, когда он запрокинул голову, чтобы посмотреть на нее, стоящую на платформе. Это его небольшое неудобство принесло ей маленькое удовлетворение. Она пристально смотрела сверху вниз на шерифа, изучая его лицо при ярком свете дня.

Большие зеленые глаза задержали ее взгляд. Его рыжеватые светлые волосы, выбившиеся из-под поношенной широкополой шляпы, доходили до широких мощных плеч. Сильный подбородок, полные губы, слегка сузившиеся от раздражения, орлиный нос — в общем, весьма внушительное зрелище. Однако россыпь веснушек на носу разрушала грозное впечатление, придавая шерифу озорной вид.

— Совершенно, шериф. На самом деле это и явилось настоящей причиной моего приезда в город. Я собиралась поговорить с владельцем земли о разрешении остановиться за городом под большим дубом. Однако, как вы можете заметить, — сказала она, заставив себя улыбнуться и кивая на людей, стоящих у фургона, — меня задержали.

— Боюсь, вы зря потратили время. Могу заверить вас, что владелец не даст вам своего разрешения. — Адам внимательно смотрел на нее еще одну долгую минуту, потом повернулся, чтобы так же внимательно рассмотреть толпу оживленных покупателей, снова собравшихся вокруг фургона этой женщины.

Некоторые уже купили лекарства у Бренди, а еще больше людей ждали своей очереди. Честно говоря, она не могла понять, почему в таком маленьком городке торговля идет так хорошо, но не собиралась поворачиваться спиной к фортуне. Слишком давно Бренди занималась этим делом, чтобы позволить себе не обращать внимания на редкий миг везения, когда он выпадал на ее долю.

— Почему бы владельцу самому не решить этот вопрос, шериф? Как видите, мой товар пользуется большим спросом.

По толпе прошел ропот, и Бренди показалось, что шериф вздрогнул. «Прекрасно, — молча порадовалась она. — Пусть попробует вышвырнуть меня, если считает, что сможет сделать это на глазах всего города».

— Я уже принял решение.

Адам замолчал, и Бренди была уверена, что он сделал это, чтобы дать ей время осмыслить его слова. Она увидела, что его не разочаровала ее реакция. Рот ее непроизвольно раскрылся от удивления. В смятении она смотрела на него широко раскрытыми глазами. Так, значит, владельцем земли был он! Сердце у нее упало, но Бренди сразу же собралась с силами. Она всегда говорила себе, что если хочет выиграть, то должна усыпить бдительность своего противника. Поэтому, улыбаясь самой чарующей улыбкой, она наклонилась вперед и нежно положила руки ему на плечи.

— Если бы вы были так добры, шериф, — промурлыкала она, ожидая его реакции. На этот раз это она была вознаграждена его удивленным видом.

— Помоги малютке слезть, Адам! — крикнул кто-то из толпы.

Бренди, никогда не упускавшая возможности, если та предоставлялась, медленно похлопала ресницами и прошептала нежнейшим голосом:

— Адам, да? Как мило!

Казалось, ее слова побудили его к действию, и Адам сдернул ее с платформы точно пушинку. Он закружил ее, потом осторожно поставил на землю рядом с платформой.

Глаза Бренди не могли оторваться от его глаз. Они уставились друг на друга, их дыхание смешалось, пока вокруг них оседала пыль. Его руки продолжали крепко держать ее за талию, и от их теплоты ей было трудно дышать.

— А как зовут вас? — спросил он.

Его низкий голос прозвучал рядом с ее щекой. Она проглотила комок в горле и ей показалось, будто вся пыль Оклахомы осела в ее горле.

— Вы знаете мое имя, — проговорил он. — Будет только справедливо, если я узнаю ваше.

— Девчушку зовут Бренди, Адам! — выкрикнул тот же голос из толпы. — А мы все знаем, как утешает бренди в холодную зимнюю ночь. Да и в любую ночь, если на то пошло.

Толпа захохотала, и молодые люди отпрянули друг от друга. Шериф откашлялся и бросил убийственный взгляд на весельчаков.

Бренди быстро оправилась. Все эти шуточки по поводу своего имени она слышала уже много раз, и они больше не смущали ее. Но она видела взгляд этих ярко-зеленых с золотистыми искорками глаз так близко! На какой-то миг в них отразилась игра его воображения, где они были бы вместе в холодную ночь. Чувство взаимной близости охватило их.

«Что за глупость, — подумала Бренди. — Возможно, у шерифа Маккаллоу есть жена и куча детей». Она проезжала через подобные городки всю свою жизнь. Казалось, у каждого кто-то есть. Даже сейчас люди вокруг нее разгуливали парами. Запад — безлюдное место, и люди остаются здесь одинокими не дольше, чем это требовалось, чтобы подцепить кого-нибудь.

Как будто от этих мыслей Бренди, словно из воздуха возникла женщина. Толпа расступилась, и высокая потрясающе красивая блондинка встала рядом с Адамом. Взяв его за руку, она соблазнительно прижалась к нему грудью.

— Вот ты где, милый, — сказала она. — А я всюду тебя искала.