Прочитайте онлайн Невеста сердится | Глава 28

Читать книгу Невеста сердится
3118+841
  • Автор:
  • Перевёл: Е. П. Валентинова
  • Язык: ru
Поделиться

Глава 28

Было уже за полночь, когда Эмили въехала в ворота замка Рейвенвуд. Оставив Артура во дворе замка, она вошла в главную башню. Лунный свет лился сквозь провал, серебрил древние камни стен, освещал дорогу. Миновав главный зал, она вошла в часовню. Запасы провизии и вещи Саймона были на месте. Однако его самого не было.

Что с ним могло случиться?

Эмили с размаху ударила ладонью по каменной стене часовни. Как же она ненавидела себя! За то, что не в силах была совладать с собственными чувствами. За то, что хотела обнять его, прижать к себе и остаться с ним навсегда.

Навсегда.

Она закрыла глаза, чувствуя, как желчь подступает к горлу. Больше всего она ненавидела себя за то, что у нее не хватало духу посмотреть в глаза правде. Саймон Сент-Джеймс не любил ее. Просто использовал в своих целях.

Шаги донеслись из главного зала замка. Сердце у Эмили едва не выскочило из груди. Вот и Саймон!

Мужчина появился на пороге часовни. Высокий, невероятно худой. Лица Эмили не видела, но поняла, что ошиблась. Это был не Саймон. Она отступила на шаг, охваченная страхом.

— Я по праву могу считать себя знатоком человеческих душ. — Мужчина вошел в часовню, остановился в луче лунного света, падавшего в одно из сводчатых окон. — Взять хоть тебя, милочка. Я знал, что ты выведешь меня к его логову, и следил за тобой.

Эмили содрогнулась. Волосы у незнакомца были совершенно седые, лицо бледное, изможденное. Глаза запавшие, их нетрудно было принять за глазницы черепа.

— Кто вы? Зачем пришли сюда?

Он засмеялся низким глухим смехом, в котором звучала горечь.

— Дорогая мисс Мейтленд, не станете же вы всерьез утверждать, будто не узнаете меня?

— Не узнаю. — Эмили отступила еще на шаг. Ей хотелось бежать отсюда без оглядки, но позади была каменная стена. Единственный выход находился за спиной этого страшного человека. Почему-то она была уверена, что он не выпустит ее отсюда.

— Я, конечно, изменился с тех пор, как мы виделись с вами в последний раз. — Он тронул пальцами свою щеку, так осторожно, будто это был тончайший фарфор. — Когда-то я был весьма недурен собой. Но болезнь сделала свое дело. Я содрогаюсь всякий раз, когда смотрю на себя в зеркало.

Эмили потихоньку двинулась к двери, стараясь подавить страх.

— Эта земля принадлежит моему отцу. Не понимаю, что привело вас сюда. Но хочу, чтобы вы удалились.

— Вы собрались уходить? — Он поднял руку, в которой блеснул пистолет. — Но я вынужден задержать вас на некоторое время.

Эмили отступила назад, вжалась в стену.

— Чего вы хотите?

— Неужели не догадываетесь, мисс Мейтленд? Это при вашем-то уме!

Эмили не сводила глаз с дула пистолета, поблескивавшего в лунном свете.

— Вы и есть Смит, не так ли?

— Если вам так угодно.

— Вы партнер Тренча.

— Тренч работает на меня. Вернее, работал. А когда стал не нужен, я убил его.

Эмили издала испуганный возглас.

На губах Смита появилась довольная улыбка.

— Я впервые убил человека, хотя Тренча так не назовешь. И получил, надо сказать, большое удовольствие. Когда ждешь собственной кончины, ты бессилен. И я ощутил почти божественную власть, когда лишил жизни Тренча.

Эмили нисколько не сомневалась, что этот человек убьет ее не колеблясь.

— Вы работаете с Лоуренсом Стэнбери?

— А, так вот кто у вас главный подозреваемый! Стэнбери! Полагаю, им-то сейчас и занят Саймон! Все пытается изловить изменника!

Эмили судорожно сглотнула.

— Вы знаете Саймона?

— О да. Очень даже хорошо. Впрочем, не так хорошо, как вы.

Эмили залилась краской, поняв намек.

Он привалился плечом к стене и улыбнулся ей.

— Я был уверен, что ты влюбишься в Саймона, еще когда задумал поставить этот маленький спектакль, где роль изменника должен был сыграть твой отец. Конец получится очень веселый.

— Но при чем тут мой отец?

— Твой отец совершил серьезную ошибку — предал меня. А предательства я никому не прощаю.

— Никогда не поверю, что мой отец способен совершить бесчестный поступок.

— О, но я и не обвинял твоего отца в бесчестности. Совсем напротив. Видишь ли, несколько месяцев назад я пригласил твоего отца участвовать вместе со мной на паях в одном предприятии. Сначала он согласился. Но когда узнал, в каком состоянии находятся рудники, вывел свои активы из предприятия. Счел, видите ли, что рудники слишком опасны для рудничных рабочих! Его примеру последовали и другие инвесторы, вышли из дела. И за две недели мое предприятие потерпело крах.

— Рудники? Что за рудники? Те, что в Дартмуре?

— Они самые.

Она пристально вгляделась в него.

— Вы — лорд Блэкторн?! Не может быть!

Он склонил голову в знак того, что это именно он.

— Видишь, милочка, что делает недуг с человеком?

— Но как вы, маркиз Блэкторн, могли связаться с контрабандистами?

— Ты и представить себе не можешь, сколько пэров путается с контрабандистами! Если бы не контрабанда, как, по-твоему, пополнялись бы наши винные погреба?

— Но продавать оружие французам?! Это государственная измена!

Он улыбнулся.

— Я подумал, что обвинение в измене будет твоему отцу в самый раз. Учитывая, что он предал меня.

— Мой отец не изменник.

— Верно. Но я сделал все, чтобы его считали изменником.

— Что вы хотите этим сказать?

— Ну не стану же я стоять тут и объяснять тебе все в подробностях. Саймон вот-вот вернется. Так что пошли, милочка, пошли. Мы с тобой должны быть на стене к моменту его появления.

Эмили вспомнился узенький уступ, шедший вдоль крепостных стен замка, и то, что Саймон боится высоты.

— Почему же мы должны быть именно там?

— Потому что встречу с врагом надо организовать на своих условиях.

Итак, этот негодяй знал о слабости Саймона и собирался ею воспользоваться. Он указал пистолетом на дверь.

— Не будем мешкать. Давно я ждал этого момента и не позволю тебе испортить его.

Эмили колебалась. Ей совсем не хотелось лазить по опасным лестницам и выступам с таким психопатом. Психопат улыбнулся.

— Позволь напомнить, что я выстрелю в тебя без малейшего колебания.

Руки Эмили сжались в кулаки.

— Вы собираетесь убить меня независимо от того, пойду я с вами или нет?

— Чепуха. Я предоставлю твоему возлюбленному шанс прийти тебе на выручку. Уверен, тебе это понравится.

Саймон… Надо найти способ его предупредить. Она пошла к двери.

Когда она приблизилась к Блэкторну, он сделал шаг в сторону.

— После вас, милочка. И будь любезна, воздержись от резких движений.

Она вышла из часовни в залитый лунным светом главный зал. Маркиз следовал за ней, медленно и твердо ступая по древним камням, как демон смерти, подбирающийся к своей жертве. Колени ее дрожали. Ладони были влажны от пота и скользили по камню стены, когда она поднималась по лестнице на главную башню. Надо было как-то вырваться от этого злобного безумца. Но как?

Ее ботиночки с легким стуком ступали по ступенькам винтовой лестницы. Надо преодолеть страх. Иначе погибнешь. И погубишь Саймона. Боже, Боже, как же предупредить Саймона?

Когда они взобрались на самый верх, Блэкторн вдруг остановился и привалился к каменной стене. Он судорожно втягивал воздух ртом, и, судя по его виду, каждый вдох мог оказаться последним. Эмили ухватилась за этот шанс. Она повернулась и помчалась по уступу вдоль стены к противоположной башне. Только бы успеть добежать до другой лестницы.

— Я выстрелю! — крикнул он.

Эмили остановилась. Ее била дрожь. Она затаила дыхание, опасаясь, что малейшее ее движение может заставить злобного безумца спустить курок. Медленные шаги звучали все ближе.

— Это было очень, очень глупо с твоей стороны, милочка. — Дуло пистолета уперлось ей в поясницу.

Эмили закрыла глаза в ожидании выстрела.

— Ведь мы могли прозевать появление Саймона. Взгляни, вон он, твой возлюбленный. Скачет тебе на выручку.

Эмили взглянула в просвет между зубцами — это был тот самый просвет, с «камнем миледи»! — и увидела, как во двор замка въезжает всадник, высокий мужчина на вороном жеребце. Всадник ехал прямо в пасть страшной опасности, даже не подозревая о том! Она отнюдь не забыла, что рядом с ней стоит злобный сумасшедший с заряженным пистолетом и что любой звук может заставить его выстрелить. Но она должна была предупредить Саймона.

И она крикнула:

— Назад, Саймон! Это ловушка!

Саймон натянул удила. Запрокинув голову, стал вглядываться в зубцы стены, как раз там, где стояла Эмили. В лунном свете хорошо было видно изумление у него на лице. Мгновение он смотрел на человека рядом с Эмили.

— А, вижу, ты сумела привлечь его внимание. — Блэкторн схватил ее за руку, притянул к себе. Теперь дуло пистолета упиралось ей в щеку. — Он должен понять, как именно обстоят дела.

Эмили закусила губу. Конь под Саймоном шарахнулся, видимо, почуяв волнение хозяина.

Блэкторн провел дулом пистолета по щеке Эмили и крикнул всаднику внизу:

— Не желаешь ли подняться и присоединиться к нам?

— Саймон, не поднимайся! — попыталась крикнуть Эмили, но голос ее дрогнул. — Он убьет нас обоих, — закончила она шепотом.

— Плохо же ты знаешь Саймона, если думаешь, что он способен уйти, оставив тебя мне на растерзание, — отозвался Блэкторн, повысив голос, чтобы его было слышно внизу, и еще громче добавил: — Ведь он всю жизнь только и делал, что изображал из себя рыцаря без страха и упрека! Нельзя ему теперь пойти на попятную! Верно, Саймон?

Перепуганный конь опять метнулся, пошел боком, задирая голову. Саймон натянул поводья, не сводя с Блэкторна глаз, в которых сверкала ненависть.

— Только тронь ее, я тебя голыми руками убью!

Блэкторн засмеялся.

— Поднимайся к нам! Посмотрим, каков ты в деле!

Саймон спрыгнул с коня и бросился ко входу в главную башню.

— Нет! — закричала Эмили, пытаясь вырваться из цепких рук Блэкторна.

— Легче, легче, мисс Мейтленд. — Блэкторн прижал дуло к ее виску. — А то не увидите самого интересного.

Эмили закрыла глаза и стала молиться.

Саймон бежал вверх по винтовой лестнице, минуя одну за другой узкие бойницы, сквозь которые в башню проникал лунный свет. Эти серебристые полоски, словно маячки, вели его все выше и выше. Он ступал по клиновидным каменным ступеням совершенно бесшумно. В башне стояла мертвая тишина, только ветер шумел да кровь стучала в висках. Однако Саймону все время слышался голос: «А ну перекинь маленького ублюдка за край!»

Голос его отца.

Ненависть его отца.

Тревога сжимала и скручивала его внутренности, кольцами свивались гадюки, вооруженные ядом старых страхов. Он чувствовал их, эти призрачные потные руки на своих щиколотках, которые держат его за перилами. Перед его мысленным взором стояли черные и белые квадраты мрамора, на которых он представлял свое тело, изувеченное и окровавленное.

Саймон приостановился, не доходя до верхней ступеньки, посмотрел на дверной проем, который вел к каменному уступу вдоль стены. Проем сиял лунным светом, и свет этот словно манил его выйти на стену и лицом к лицу встретить зло. Боже, почему это должно было случиться именно здесь? Почему? Древние руины высотой в три этажа, кошмарные воспоминания. Саймон знал, почему Блэкторн выбрал именно это место. Он хотел, чтобы противник был ослаблен страхом.

«А ну за край маленького ублюдка!»

И у него Эмили. Саймон понимал, что Блэкторн не задумываясь убьет ее. Надо ее уберечь. Любой ценой.

Саймон набрал в грудь побольше воздуха и взбежал по оставшимся ступенькам. Ветер, гулявший по верху стены, ударил ему в лицо, затеребил черные полы сюртука, словно пытаясь принудить его вернуться обратно, в относительную безопасность башни. Эмили с Блэкторном стояли на стене меж двух зубцов — там, где находился «камень миледи». Лицо Эмили в лунном свете казалось особенно бледным, в широко раскрытых глазах была мольба. Блэкторн улыбнулся улыбкой хищника, уверенного, что жертва от него теперь не уйдет.

— Как мило с твоей стороны, что ты решился присоединиться к нам.

— Отпусти ее. — Невзирая на бьющий в лицо ветер, Саймон стал пробираться к Эмили и к державшему ее демону. — Она здесь ни при чем.

— Вот теперь стой. Ближе не надо. — Блэкторн прижал дуло пистолета к щеке Эмили. Второй рукой обхватил ее за талию. — Одно движение моего пальца — и кусок свинца своротит пол-лица твоей прекрасной леди.

Саймон замер на узком уступе.

— То-то. Теперь бросай свои пистолеты вниз. Через край. А то, не ровен час, случайная пуля заденет мисс Мейтленд.

Саймон вытащил пистолет из кармана и швырнул вниз.

— Не хочешь посмотреть, как он падает? — спросил Блэкторн.

Саймон не хотел. Он не мог. Он посмотрел в глаза Эмили и увидел в них страх. Если бы он мог обнять ее и прижать к себе! Раздался громкий звук удара металла о камень — это пистолет разбился о древние плиты пола внизу, упав с высоты третьего этажа. От этого звука Саймона так и скрутило.

«Я не позволю тебе упасть». Саймон мысленно дал себе клятву. И он выполнит ее, даже ценой собственной жизни.

— А скажи, Саймон, ты удивился, увидев меня здесь? Ведь удивился?

Саймон оторвал взгляд от Эмили и сосредоточил все внимание на противнике.

— Что ты здесь делаешь?

Блэкторн засмеялся:

— До чего же я умен! Как ловко провел все это дело! Забавно было наблюдать, как ты пляшешь под мою дудку! Правда, по моим расчетам, ты давно должен был арестовать Хью Мейтленда. Я подбросил тебе более чем достаточно улик.

— Но какое отношение ты имеешь к этому расследованию?

— Это я выдумал операцию с контрабандой оружия. Агента французов в Танжере. Выдумал все до последней детали! И проследил за тем, чтобы вся нужная информация дошла до твоих ушей.

Луна заливала лицо и волосы Блэкторна серебристым светом, и от этого он еще больше походил на призрака, вставшего из могилы, на демона, явившегося из прошлого.

— Значит, не было никакой контрабанды оружия? — спросил Саймон.

— Конечно, не было!

— А Тренч?

— Тренча нанял я, чтобы он изобразил капитана, не брезгующего контрабандой. Он прекрасно сыграл свою роль. Ты не находишь?

Саймон изумленно уставился на него. В голове не укладывалось, что может существовать такая гнусная, такая чудовищная ненависть.

— Ты решил с моей помощью уничтожить Хью Мейтленда за то, что он не стал участвовать в этой твоей затее с рудниками в Дартмуре. И ты придумал этот хитрый план, эту ловушку, чтобы погубить нас обоих.

Блэкторн наклонил голову:

— Совершенно верно.

— Но Саймона-то за что? — воскликнула Эмили.

Блэкторн смотрел на Саймона, и глаза его были полны такой ненависти, что Саймону показалось, будто он кожей ощущает ее.

— Он порождение дьяволицы. Само его существование — насмешка надо мной.

Эмили перевела взгляд на Саймона. Губы ее приоткрылись, она все поняла.

— Он хочет забрать то, что принадлежит мне. — Блэкторн убрал пистолет от щеки Эмили и направил на Саймона. — Но я ему не позволю. Я отправлю его в ад, где ему самое место.

— Нет! — Эмили забилась в руках маркиза.

Но он изо всех сил сжал ее.

— Долго я ждал этого момента. Давно мечтал о твоей смерти, Саймон. Война не оправдала моих надежд. С Тренчем тоже не получилось. Но теперь я добьюсь своего!

Саймон покосился на пистолет в костлявой руке Блэкторна. Покончив с ним, Блэкторн, несомненно, застрелит Эмили.

— Стой, где стоишь! — крикнул Блэкторн, но Саймон уже ринулся на него. — Я выстрелю!

Раздался металлический щелчок. Саймон мчался прямо на пистолет, надеясь перетащить Блэкторна через край уступа прежде, чем пуля оборвет его жизнь.

— Нет! — крикнула Эмили и ударила Блэкторна локтем в грудь.

Блэкторн застонал. Грохот пистолетного выстрела вспорол тишину ночи. Саймон покачнулся, когда внезапная боль обожгла ему бок. Ноги подкосились. Впереди, всего в двух шагах от него, Эмили боролась с Блэкторном. Они были почти на самом краю.

Тут Эмили пнула маркиза в лодыжку, и он потерял равновесие. Саймон с огромным трудом дотянулся до Эмили, когда Блэкторн уже качался на самой кромке выступа.

— Помогите! — крикнул Блэкторн, цепляясь за Эмили.

Саймон обхватил Эмили за талию и прижал к стене рядом с «камнем миледи». Блэкторн сорвался с выступа. Крик его взмыл к небу, а сам он полетел вниз.

Саймон не в силах был отвести от него глаз. Последние мгновения жизни этого дьявола навсегда запечатлелись в его памяти. Блэкторн хватал руками воздух, пока не упал на каменные плиты с высоты трех этажей. Гул удара отдался в душе Саймона дрожью.

«Перекиньте маленького ублюдка через край».

Слова эти эхом отдавались в его мозгу снова и снова, и он все никак не мог отвести глаз от края. Теперь Саймон видел внизу неподвижное тело мальчика в луже крови, расплывающейся по квадратам черного и белого мрамора. Точь-в-точь как в кошмаре, который часто мучил его.

— Саймон.

Саймону показалось, что голос Эмили донесся откуда-то издалека.

— Саймон, не смотри вниз. Не смотри.

Он бросил на нее взгляд, и она показалась ему чужой. Эта женщина не имела отношения к магическому кругу воспоминаний, в который он был заключен.

Она расстегнула его сюртук, и с губ ее слетел тихий вскрик, когда она увидела залитую кровью рубашку.

— Пойдем. Надо спуститься вниз и заняться твоей раной.

Когда они спустились вниз, он подошел к человеку, лежащему на каменных плитах. Лунный свет упал на изуродованное тело Рэндольфа Сент-Джеймса, маркиза Блэкторна. Он лежал на спине, глядя невидящими глазами в небо, и губы его были приоткрыты, словно в безмолвном крике.

Он смотрел на человека, давшего ему жизнь, и не испытывал никаких чувств. Ни жалости, ни гнева. Ни боли. Мысль о том, что его родной отец мертв, тихо проплывала в его сознании — так падает снежинка в стылом воздухе.

— Саймон, ты ранен. — Эмили коснулась его руки. — Надо срочно отвезти тебя домой.

Он поднял глаза на Эмили. Она была прекрасна, как видение из его грез.

— Домой?

— Саймон, прошу тебя, — прошептала Эмили, коснувшись его руки. — Нужно остановить кровотечение. Пойдем. Позволь мне перевязать твою рану, а потом поедем домой.

— У меня нет дома.

Она взяла его за руку и повела ко входу в часовню. Он пошел за ней, чувствуя, как тяжелеют его ноги с каждым шагом. Она ввела его в часовню, маленькое помещение со сводчатыми окнами, сквозь которые лился лунный свет.

— Садись, — сказала она, указывая на кипу одеял.

Ему не хотелось садиться. Не хотелось поддаваться сонной одури. Он привалился к каменной стене и стал смотреть в сводчатый потолок, в то время как она рылась в одном из саквояжей, стоящих в углу. Он рассеянно подумал, как много молитв некогда возносилось в этих стенах. Были ли они услышаны? Его начала бить дрожь. Тепло уходило из его тела.

Эмили подошла к нему, скручивая белую полотняную рубашку.

— Придется обойтись этим. Уж как-нибудь я довезу тебя до дома.

Лунный свет играл в ее рассыпавшихся волосах, зажигал в темных прядях огненные искры. Он ощутил тепло ее тела, которое окутывало его, ласкало.

— Подними немного руки, чтобы я могла перевязать рану…

Он поднял руки, будто налитые свинцом. Он ощутил запах лаванды и роз, когда она склонилась над ним. Боль пронзила бок, разбежалась искрами по нервам, и с губ его сорвался стон, когда она перевязала рану.

— Извини, — прошептала она. — Я никогда не делала перевязок. Теперь надо добраться до дома. Доктор Чизон займется твоей раной.

Саймон тряхнул головой. Перед глазами плыл кровавый туман.

— Не давай ему пускать мне кровь.

— Не дам. Обещаю. — Щеки его коснулась теплая ладонь.

Он смертельно устал. Ему хотелось лечь рядом с ней и заснуть в ее теплых объятиях. Но она тянула его к выходу.

— Саймон, пойдем. Пожалуйста. Мы должны добраться до дома.

Он пытался идти, однако ноги не слушались. Тьма стала застилать глаза. Ему казалось, что Эмили стоит в конце длинного-длинного тоннеля, окруженная бледным сиянием. Ему хотелось коснуться ее. В последний раз. Он потянулся к ней, но тут тьма поглотила его. И он рухнул на древние каменные плиты пола.