Прочитайте онлайн Немного порочный | Глава 23

Читать книгу Немного порочный
2718+4398
  • Автор:
  • Перевёл: Е. С. Бушуева
  • Язык: ru

Глава 23

Она сидела на широком плоском камне в свете солнечных лучей, и от этого зрелища у Рэнналфа стеснило грудь. На ней не было ни чепца, ни шляпки. Она выглядела так, словно среди горных вершин обрела наконец свободу, сбежала от людей, пытавшихся навязать ей свои представления о красоте и морали.

— Что вы здесь делаете?! — удивилась Джудит.

— Любуюсь тобой, — просто ответил Рэнналф. — У меня такое впечатление, будто мы не виделись неделю, хотя с момента нашей последней встречи прошло чуть больше суток. У тебя привычка убегать от меня.

— Лорд Рэнналф, — торжественно произнесла Джудит, убрала руку от лица и приняла защитную позу, плотно сжав колени, — зачем вы приехали? Потому ли, что я ушла, не сказав ни слова и даже не оставив записки? Так знайте, что я написала и вам, и герцогу Бьюкаслу. Письма вот-вот будут отправлены.

— Это предназначается мне? — с этими словами он вложил ей в руку запечатанный конверт.

— Вы уже побывали в доме? — Ее глаза расширились от изумления.

— Конечно, я наведался в дом священника, — подтвердил Рэнналф. — Ваша домоправительница проводила меня в гостиную, где я имел честь познакомиться с твоими сестрами и матерью. Они очаровательны. Я сразу понял, которую из сестер ты считаешь самой красивой. Но ты ошибаешься, Джудит, ее красота не идет ни в какое сравнение с твоей.

В ответ она лишь плотнее сжала колени.

— Твоя мама дала мне вот это. — Кивком Рэнналф указал на письмо и сломал печать большим пальцем.

Джудит протянула было руку, чтобы остановить его, по потом передумала. Вместо этого она уткнулась лбом в сложенные на коленях руки.

Дорогой лорд Рэнналф, — прочел он вслух, — не знаю, как и благодарить вас за ту доброту, которую вы мне оказывали со дня моего отъезда из Харвуд-Грейндж. — Он метнул на нее быстрый взгляд. — За доброту, Джудит?

— Вы были добры ко мне, — прошептала она, — очень добры.

Рэнналф пробежал оставшееся письмо глазами, не обнаружив там ничего нового.

С уважением, мисс Джудит Лоу, — громко произнес он. — И это все, что ты имеешь мне сказать?

— Да. — Джудит подняла голову, наблюдая за тем, как он складывает письмо и убирает его в карман. — Простите, что не сказала вам всего этого лично, но вы же знаете, что мне никогда не хватает духу попрощаться.

— А почему ты считаешь, что мы должны попрощаться? — осведомился он, присаживаясь рядом на камень, нагретый солнечными лучами.

Джудит вздохнула.

— По-моему, это очевидно.

Так же очевидно, как и его нос. А нос у Бедвинов, как известно, — самая заметная черта. Джудит Лоу была гордой, упрямой женщиной, но вместе с тем ей катастрофически не хватало уверенности в себе. Это качество на корню задушили строгие родители, которые, конечно, хотели как лучше, а на деле невольно причинили вред единственному лебедю среди их утиного выводка.

— Герцог Бьюкасл — мой брат, — сказал Рэнналф, — это высокомерный аристократ, который надменностью не уступает королю. Стоит ему пальцем пошевелить, как все бросаются исполнять его волю. Фрея, Морган и Аллин привыкли роскошно одеваться и вести себя так, словно стоят над всеми остальными людьми. Бедвин-Хаус — один из многих домов, принадлежащих моей семье, и это богатый и красивый особняк. Только Бьюкасл и Эйдан отделяют меня от герцогского титула и несметных богатств, которые приносят многочисленные поместья на территории Англии и Уэльса. Я перечислил хотя бы половину того, что очевидно?

— Да. — Взгляд Джудит блуждал по долине, простиравшейся у подножия холма.

— Твоего отца зовут преподобный Джереми Лоу, — продолжал Рэнналф. — Он джентльмен со скромным состоянием, поскольку приход не приносит ему большого дохода. У него четыре дочери, и каждую надо обеспечить приданым. Это весьма трудно сделать, ибо беспутный сын промотал все отцовские деньги, а строить собственную карьеру еще не начал. Положение усугубляется тем, что он стыдится своего происхождения. Конечно, ведь по материнской линии он внук торговца тканями и сын актрисы. Теперь, кажется, я описал вторую оставшуюся часть очевидного?

— Да, — отозвалась Джудит. Она больше не разглядывала долину, ее глаза были прикованы к сидящему рядом мужчине. Рэнналф удовлетворенно отметил, что она сердится. Лучше гнев, чем безучастность! — Совершенно верно, лорд Рэнналф. Но я в отличие от отца не стыжусь бабушки. Я очень ее люблю.

— Я знаю, Джудит, — мягко проговорил он. — И она любит тебя больше всех на свете.

— Я никогда не стану вашей любовницей, — сказала Джудит.

— Боже мой! — Рэнналф изумленно воззрился на нее. — Неужели ты считаешь, что я способен предложить тебе такое?

— Больше между нами ничего быть не может, — отрезала Джудит. — Разве вы не видите? Вы что, ничего не замечали? Даже слуги в Бедвин-Хаусе выглядят более представительно, чем я. Все были со мной очень любезны, даже герцог Бьюкасл, и тот изо всех сил старался мне помочь. Но я уверена, он едва мог выносить мое присутствие в доме.

— Я даже не представляю, что должно произойти, чтобы кто-то из Бедвинов потерял присутствие духа, — заметил Рэнналф. — Кроме того, Джудит, я не прошу тебя жить в Бедвин-Хаусе или с кем-то из моих братьев или сестер. Я хочу, чтобы ты жила со мной, скорее всего в Грандмезоне, в качестве моей жены. Не думаю, что бабушка позволит мне привезти тебя к ней на правах любовницы. В таких вопросах она непреклонна.

Джудит стремительно вскочила на ноги.

— Вы не можете жениться на мне!

— Не могу? — удивился Рэнналф. — Это еще почему?

— Так не бывает, — пробормотала она, — это невозможно.

— Почему?

Джудит развернулась и зашагала вверх по склону холма. Рэнналфу ничего не оставалось, кроме как последовать за ней по свежей зеленой травке, умытой весенним дождем.

— Это потому, что я могу быть беременна? — спросила она.

— Я почти надеюсь, что это так, — ответил Рэнналф. — И не потому, что хочу заманить тебя в ловушку, а потому, что мечтаю исполнить бабушкино заветное желание, пока еще не поздно. Ты же знаешь, она умирает. Ее заветная мечта — увидеть меня счастливо женатым, а может быть, даже подержать на руках внука.

Джудит остановилась.

— Так вы поэтому хотите жениться на мне?

Протянув руку, Рэнналф приподнял ее подбородок.

— На такой вопрос я даже отвечать не стану, — проговорил он. — Ты меня разве не знаешь, Джудит?

— Нет, не знаю. — Оттолкнув его руку, она продолжила подниматься на холм. Несмотря на то, что тропинка становилась все круче, походка и спина ее неизменно оставались прямыми. Сняв шляпу, Рэнналф прибавил шагу. — Вы же сами говорили, что люди женятся ради приумножения богатства или приобретения положения в обществе, поэтому удовольствия вы собираетесь искать на стороне.

— Боже мой, неужели я такое говорил? — Рэнналф, конечно, прекрасно об этом помнил. Может быть, он выразился по-другому, но мысль была та же самая. Правда, в тот момент он не столько делился реальными планами на будущее, сколько хотел поразить Джудит. — Ты разве не знаешь, что моральный кодекс семьи Бедвин запрещает искать развлечений вне супружеской постели? Кажется, это даже записано где-то в семейных архивах. Каждый, кто преступит священный закон, обречет себя на вечные муки.

Вместо ответа Джудит ускорила шаг.

— Когда я женюсь, Джудит, — сказал Рэнналф, поняв наконец, что она не настроена шутить, — то буду целиком и полностью принадлежать жене и в постели, и вне ее. Я хранил бы верность своей второй половине, даже если бы меня вынудили жениться без любви. Честно говоря, две недели назад такое вполне могло произойти. Ты женщина, которую я избрал себе в жены, ты любовь всей моей жизни.

Рэнналф услышал собственные слова так, словно был сторонним наблюдателем, и он вдруг испугался, что не сумеет убедить эту девушку. Если бы три недели назад кто-нибудь сказал лорду Бедвину, что он будет говорить такое женщине, он ни за что бы не поверил... «Женщина, которую я избрал, любовь всей моей жизни».

Джудит плакала, низко опустив голову. Рэнналф больше не произнес ни слова. Приноровившись к ее походке, он молча следовал за Джудит почти до самой вершины холма.

— Вы не можете на мне жениться, — наконец проговорила она. — Скоро моя семья полностью разорится, и Брануэлл до сих пор по уши в долгах. Либо он попадет в долговую тюрьму, либо пустит папу по миру, а может, и то и другое вместе.

Неожиданно она остановилась. Идти больше было некуда, разве только спускаться по другую сторону холма в долину, прорезавшую зеленую гряду.

— Твой брат больше никому не должен, — сказал Рэнналф, — и, надеюсь, он никогда не попадет в такую ситуацию.

Джудит посмотрела на него расширившимися от удивления глазами.

— Герцог Бьюкасл не мог... — Она осеклась.

— Нет, Джудит, — возразил он, — Вулф здесь ни при чем.

— Значит, вы? — Она схватилась рукой за горло. — Вы заплатили его долги? Как же мы сможем вернуть вам деньги?

Рэнналф осторожно завладел ее руками.

— Это семейное дело, Джудит. Я очень надеюсь, что Брануэлл Лоу скоро станет частью моей семьи, поэтому вопрос о возвращении долга отпадает сам собой. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы впредь ты не знала горя и нужды. — Он попытался улыбнуться, но, похоже, безуспешно. — Даже если для этого придется навсегда уйти из твоей жизни.

— Рэнналф, — прошептала она, — ты заплатил его долги? Ради меня? Но папа никогда такого не допустит.

Да, уговорить ее отца действительно было нелегко. Преподобный Джереми Лоу был человеком благородным и суровым, такие с трудом признаются в своих слабостях. Кроме того, он был честным и добрым мужем, искренне любил всех своих детей, даже Джудит, чей неукротимый дух он всю жизнь пытался подавить.

— Твой отец согласился, что будущий зять вполне может оказать помощь его сыну. И я здесь с его разрешения, Джудит.

Она бросила на него недоверчивый взгляд.

— Твой будущий деверь тоже приложил свою руку, — продолжал Рэнналф. — Использовав все свое влияние, он добился для Брануэлла должности в Ост-Индской торговой компании. Если он постарается, то сможет значительно поправить свое материальное положение. Скажем так, перед ним сейчас открыты все дороги.

— Герцог Бьюкасл? О Боже! — Джудит закусила губу. — Почему он сделал нам так много хорошего, хотя должен был бы нас презирать?

— Знаешь, перед приездом сюда я получил его благословение, Джудит, — сказал Рэнналф, поднося ее руку к губам.

— О! — только и смогла произнести Джудит.

— Похоже, ты одна считаешь наш союз неравным, — заметил он.

— Рэнналф... — Ее глаза наполнились слезами, став еще зеленее, чем обычно.

Второе «я» лорда Рэнналфа Бедвина в ужасе наблюдало за тем, как его хозяин, рискуя безнадежно испортить дорогие брюки, становится на одно колено на свежей траве и берет Джудит Лоу за руку.

— Джудит, — торжественно начал он, заглянув в ее испуганные, смущенные глаза. — Не окажешь ли мне честь стать моей женой? Я делаю тебе предложение лишь по одной причине. Я с ума по тебе схожу, несравненная моя, и не вижу большего счастья, чем провести жизнь рядом с тобой, сделать тебя счастливой, разделить с тобой мою любовь и страсть. Ты выйдешь за меня замуж?

Никогда в жизни Рэнналф не чувствовал себя таким беспомощным и взволнованным. Крепко сжав ладони Джудит, он опустил голову, стараясь не думать о том, что вся оставшаяся жизнь зависит от ответа, который он сейчас получит.

Прошла, кажется, вечность, прежде чем Джудит заговорила. Когда она высвободила руки, ему показалось, что сердце ухнуло куда-то вниз. Но в следующую секунду он ощутил, как ее ладони опускаются ему на голову, пальцы запутываются в волосах. Она наклонилась над ним и нежно поцеловала в макушку.

— Рэнналф, — прошептала она еле слышно, — Рэнналф, любимый мой.

Вскочив на ноги, он обхватил Джудит за талию, оторвал от земли и закружил по поляне. Откинув голову назад, она весело смеялась.

— Посмотри, что ты натворил, — со смехом проговорила она, когда он наконец поставил ее на место.

С одной стороны ее прическа полностью развалилась, с другой — свисала наполовину расплетенная коса. Подняв руки, Джудит растрепала волосы и сложила шпильки в карман. Потом она потрясла головой, и в ту же секунду к ней приблизился Рэнналф.

— Позволь мне, — попросил он.

Запустив пальцы в волосы возлюбленной, он аккуратно разобрал каждую прядь, после чего волосы рассыпались блестящими локонами по плечам и спине. Заглянув в ее сияющие счастьем глаза, Рэнналф улыбнулся и поцеловал ее. Джудит обняла его за шею и прильнула всем телом, в то время как он обхватил ее за талию и крепко сжал в объятиях, как будто готов был слиться с ней воедино прямо на вершине холма.

Когда наконец он поднял голову, то встретил улыбающийся взгляд Джудит. Слова уже были не нужны, они боялись отпустить друг друга. Сделав шаг назад, Рэнналф развел ее руки в стороны и окинул взглядом мисс Джудит Лоу — свою женщину, свою награду, свою любовь.

На вершине холма поднялся заметный ветер, прижавший платье Джудит к груди и взметнувший подол сзади, а волосы ее огненно-рыжим облаком взвились над головой. Рэнналф вспомнил, что всего пару недель назад она не осмелилась бы предстать перед ним вот так, во всем блеске своей яркой, чувственной красоты. А сегодня она смело встретила его взгляд, горделиво вскинув подбородок, на ее губах играла мягкая улыбка, а на щеках горел нежный румянец.

Она была одновременно богиней, от чьей красоты захватывало дух, и женщиной, которая только что согласилась принадлежать ему.

— Могу я считать твой ответ положительным? — осведомился он.

— Да, конечно, — рассмеялась Джудит. — Разве я не сказала? Да, Рэнналф.

Они рассмеялись, а потом Рэнналф сгреб ее в объятия и кружил до тех пор, пока она не запросила пощады.