Прочитайте онлайн Не играй с любовью | Часть 8

Читать книгу Не играй с любовью
2216+729
  • Автор:
  • Перевёл: Е. Л. Лозовская
  • Язык: ru
Поделиться

8

Клер стояла в боковом приделе церкви, ожидая первых звуков торжественного гимна Генри Перселла. Солнечный свет струился через оконные витражи, расцвечивая все вокруг яркими бликами изумрудных, рубиновых и сапфировых лучей. Клер стояла не шевелясь, стараясь ровным дыханием снять волнение. Со своего места она не могла видеть Ника, но знала, что тот ждет ее у алтаря. На мгновение Клер прикрыла глаза: густой аромат роз пьянил ее, как старое вино.

Ник. Одна мысль о нем и о том, каким взглядом он смотрел на нее, пугала ее. Она сама не знала почему. Он был добр и внимателен, как и обещал, но не был полностью открыт для нее. Клер хотелось бы лучше понять его чувства.

Он хотел ее, у нее не было сомнений в этом. Она видела желание в его нетерпеливых глазах, чувствовала реакцию сильного тела, когда тот целовал ее. Но никогда Ник не терял контроля над собой. Клер понимала, что так будет протекать вся их жизнь.

Чувства будут строго дозированы. Ник установит правила, и она начнет следовать им. Каждый этап их жизни будет всесторонне оценен, и затем Ник примет взвешенное решение. Ничего не произойдет спонтанно.

Клер грустно вздохнула. Это день ее свадьбы. Еще несколько мгновений, и церемония, которая соединит ее с Ником, начнется. Слишком поздно для сомнений. Она увидела, что Рита в серебристо-голубом платье из мягкого шелка уже стоит на отведенном ей месте напротив алтаря.

На мгновение наступила тишина. Потом священник поднял руки, и гости встали. Разноцветные солнечные зайчики весело плясали над головами присутствующих. Мощные, глубокие звуки органа наполнили церковь.

Клер, высоко подняв голову, опираясь на руку дяди Дэйла, начала медленное шествие вниз по проходу навстречу своему будущему.

Ник замер, увидев Клер. Она выглядела невыразимо прекрасной. Атласное платье цвета слоновой кости с длинным шлейфом, простое и элегантное, подчеркивало ее стройную фигурку. Золотистые волосы были подняты вверх и уложены с божественной простотой. Настоящие жемчужинки, украшавшие фату, переливались в лучах солнца.

Дрожь желания охватила его, когда невеста подошла ближе? и он увидел сияние русалочьих глаз, прелестный изгиб пунцового рта, нежный румянец на щеках и слегка вздымающуюся под плотным облегающим атласом грудь.

Моя, подумал он. Моя… Чистая, прекрасная и покорная. Ее нежно-зеленые глаза доверчиво ответили на его взгляд, и он улыбнулся. Клер… Прекрасная Клер… Ник встал рядом с невестой, и священник начал речь.

* * *

— Отличный вечер, дорогая, — сказала Бетти О'Нейл.

Клер улыбнулась своей бывшей начальнице:

— Ник сказал, что чувствует себя обязанным устроить большой прием. Я бы предпочла более скромную свадьбу.

— Мне до сих пор трудно поверить, что ты и Ник Каллахэн…

Клер заставила себя улыбнуться. Она устала от любопытных взглядов, одних и тех же замечаний, повторяемых снова и снова, понимая, что Бетти сказала это без злого умысла. Но каждый раз, когда кто-то выражал удивление по поводу ее брака с Ником, Клер начинала чувствовать себя чуть-чуть менее уверенно, у нее появлялось чуть-чуть больше сомнений насчет своего будущего.

Ей хотелось, чтобы прием побыстрее закончился. Загородный клуб был великолепен. Отменное угощение, хорошее вино и шампанское в неограниченном количестве. Гости, должно быть, чувствовали себя прекрасно, если судить хотя бы по той скорости, с которой исчезали закуски и напитки, но Клер была слишком напряжена, чтобы наслаждаться приемом.

Даже Ник, такой заботливый и внимательный, не мог отвлечь Клер от тревожных мыслей о будущем и еще более тревожных о предстоящей ночи. Сегодня она и Ник должны остаться одни, вместе, как муж и жена. Сегодня он будет обладать ею. Внезапно ее охватил страх. Что, если она не оправдает его ожиданий? Если он не получит удовольствия? Если Ник начнет жалеть, что женился на ней?

Что, если, как предсказывала Хейзл Ричардсон, ему станет скучно?

Как раз в этот момент к ней подошла тетя Сузанн, и у Клер сразу стало легче на душе. Сестра ее матери — одна из самых близких и дорогих для нее людей. Она была уже немолода, ее когда-то черные, как ночь волосы давно поседели, но зеленые глаза, их фамильный признак, по-прежнему глядели молодо. Тетя выглядела очень элегантно в розовом шелковом костюме и подобранной в тон шляпке.

— Клер, девочка моя, как ты красива сегодня, — проговорила она, обнимая Клер. — Я чувствовала такую гордость за тебя, когда смотрела, как ты идешь к алтарю. И я знаю, что твои родители тоже бы гордились тобой.

Глаза Клер затуманились. Она так хотела, чтобы мать присутствовала на церемонии, но встретила твердый отказ врачей, которые сказали, что Китти будет смущена, перевозбудится и ей может стать хуже. Клер понимала, что они правы, но все-таки ей было не по себе при мысли, что мать не знает о ее замужестве.

— Будь счастлива, малышка, — сказала тетя Сузанн. Ее глаза от волнения наполнились слезами. — Желаю тебе любви, деточка. Ты заслуживаешь этого.

«И я хочу счастья. Но я так боюсь…» Разумеется, Клер не произнесла этого вслух.

К ним подошел Ник. Черный смокинг сидел на нем, как влитой. Он неторопливо улыбнулся, и сердце Клер перевернулось в груди. Ник повернулся к ее тете.

— Дорогая тетя, вы не будете возражать, если я приглашу свою жену на танец?

Свою жену… Сердце Клер наполнилось гордостью. Жена…

Они начали медленное движение под музыку. Руки Ника крепко обнимали ее. Она склонила голову к его груди и закрыла глаза. Будь что будет, подумала она, но отныне я его жена.

* * *

Некоторое время спустя Ник предложил:

— Хочешь, мы уедем пораньше и заедем к твоей матери?

— Ты серьезно? — спросила она.

— Конечно, — ответил он, глядя на нее с нежностью.

Клер благодарно улыбнулась. Это обнадеживающий знак, решила она.

Десять минут спустя, осыпанные рисом и добрыми пожеланиями, они покинули загородный клуб. Шофер отвез их в «Пайнхэвен». Всю дорогу Ник крепко сжимал ее руку в своей.

Их прибытие в «Пайнхэвен» вызвало переполох. Немолодые пациентки охали и ахали, разглядывая шикарный свадебный наряд Клер.

Китти находилась в комнате отдыха. При виде молодоженов она широко раскрыла глаза и на ее лице появилась восторженная улыбка.

— Какая красивая, — проговорила она, дотронувшись до фаты.

Глаза Клер наполнились слезами. Ник ободряюще обнял ее за плечи.

— Здравствуй, мама, — сказала Клер. — Это Ник.

— Здравствуйте, Китти, — сказал Ник, поднося к губам ее руку. — Теперь я понял, почему Клер так красива. Она похожа на свою мать.

Китти счастливо улыбнулась, но потом ее внимание снова переключилось на фату Клер.

— Китти, тоже хочет такую, — сказала она.

Клер посмотрела на Ника.

Тот улыбался.

— Если это сделает твою мать счастливой, можешь оставить фату ей, — негромко проговорил он.

Клер сняла с помощью Ника тонкую невесомую вуаль, и они вместе прикололи ее к волосам Китти. Их глаза встретились. Клер поняла, что Рита была не совсем точна. Она не увлечена своим мужем, а по уши влюблена в него.

* * *

Им потребовалось двадцать пять минут, чтобы доехать от «Пайнхэвена» до дома Ника. Их багаж был уже готов. Клер переоделась в удобный костюм: сиреневые шелковые брюки свободного покроя, длинную белую блузку без рукавов и жакет в тон брюкам. Ник тоже переоделся. Он надел серые брюки, светло-голубую рубашку и легкую светлую спортивную куртку.

По дороге в аэропорт Ник не выпускал руку Клер, нежно поглаживая большим пальцем ее ладонь. Клер сидела, затаив дыхание, пытаясь разобраться в тех чувствах, которые она испытывала к мужу. Пальцами свободной руки она слегка касалась жемчужного ожерелья, охватывающего ее шею. Это был свадебный подарок Ника.

— Скоро приедем, — негромко сказал он, почти касаясь ее волос. Клер почувствовала его теплое дыхание. — Ты устала?

Клер действительно утомилась, но ощущение натянутой внутри нее струны было сильнее.

— Немного, — схитрила она.

— Ты можешь вздремнуть в самолете. А когда мы прилетим в Сан-Франциско, отдохнешь, как следует. — Он легонько поцеловал ее в висок. — Я тебе еще не говорил, что ты выглядела сегодня чудесно?

Нежность его слегка хрипловатого голоса обволакивала Клер сладкой истомой. Она повернула голову. Лицо Ника было так близко, что все, что она видела, — это яркая голубизна ждущих глаз. Жадные губы придвинулись ближе, накрыли ее рот, и Клер почувствовала, как желание поднимается в ней, словно закипающее молоко.

— Я не могу дождаться ночи, — прошептал Ник, почти касаясь губами ее слегка приоткрытого рта. Он выпустил ее руку, и его ладонь скользнула под шелковый жакет. Ник провел рукой вдоль ее талии, потом рука передвинулась выше, обхватив грудь. Большим пальцем он начал ласкать сквозь тонкую ткань блузки ее отвердевший сосок. Сладкая боль пронзила ее. Она изогнулась, прижимаясь к нему, и они снова слились в поцелуе. Голова Клер закружилась от охватившего ее желания.

Ник убрал руку с ее груди и нежно погладил по щеке. Клер прикрыла глаза. Он поцеловал ее в закрытые веки, затем снова склонился к припухшим губам, касаясь их мягкими, ласкающими движениями. Наконец Ник отстранился от нее и посмотрел многообещающим взглядом.

Клер почувствовала, что, когда он смотрит на нее так, она готова отдать ему все. Что угодно, когда угодно и где угодно.

* * *

Самолет компании приземлился в Сан-Франциско в девять вечера по местному времени. Клер, которой казалось, что она слишком нервничает, чтобы спать в самолете, на самом деле заснула почти сразу после взлета. Ник разбудил ее за полчаса до посадки, чтобы она успела привести себя в порядок и выпить чашку чая. Клер успела даже полюбоваться красотой вечернего Сан-Франциско, когда самолет делал круг над городом. Лента крошечных огней очерчивала легко узнаваемую линию величественного моста Золотые ворота, и сердце Клер учащенно забилось.

В аэропорту их ждал лимузин. Ник объяснил ей, что «Каллахэн Интернэшнл» имеет офис на побережье.

— Первые три-четыре дня мы проведем в Сент-Морисе, — сказал Ник, когда они сели в автомобиль. — Потом поедем в Монтерей, где я снял дом. А если ты захочешь, мы на пару дней остановимся в Напе.

Клер почти не приходилось бывать за пределами Хьюстона. Перспектива увидеть места, о которых она только читала или которые видела в кино, не могла не радовать ее. Она посмотрела на мужа с благодарной улыбкой. Рука Ника легко, но в то же время по-хозяйски легла на ее колено. Намек, содержащийся в этом прикосновении, против воли ускорил биение ее пульса.

Сент-Морис полностью оправдал ожидания. Старинный с изысканной и элегантной архитектурой город. Они остановились в отеле на Ноб-Хилл, где были встречены с уже привычной для Клер обходительностью — она знала, что Ника так встречают везде. Их номер «люкс» располагался на верхнем этаже отеля. Войдя, Клер увидела просторную гостиную с большим мраморным камином, перед которым находился сервированный к ужину столик. На буфете стояли корзинка с фруктами и блюдо с паштетом, сырами разных сортов и крекерами. Бутылка шампанского охлаждалась в ведерке со льдом. Повсюду были цветы: розы, гардении, камелии и крошечные орхидеи. Номер включал в себя небольшую террасу. Ее дверь была открыта, и свежий бриз врывался в комнату сквозь колышущиеся занавески. Пока Ник показывал носильщику, куда поставить их чемоданы, Клер подошла к двери террасы. С нее открывался чудесный вид на горы. Вдали виднелся залив. На террасе росли цветы в ящиках и горшках, стоял обеденный столик со стульями и несколько удобных шезлонгов. Клер облокотилась на перила. Внизу мерцали огни; приглушенные гудки автомобилей и отзвуки городского шума наполняли ночной воздух. На террасе было прохладно, и Клер начала зябнуть в своем тонком шелковом костюме. Только, она хотела, было вернуться в комнату, как сильные руки Ника обняли ее. Она с наслаждением откинулась назад. Ник обхватил ее руками крест-накрест и принялся растирать ее озябшие предплечья.

— Ты замерзла, — сказал ей Ник на ухо, и теплое дыхание защекотало ей кожу. Он прикоснулся губами к ее шее, и Клер снова вздрогнула, на этот раз уже не от холода, а от теплой волны желания, которую вызвали в ней эти легкие щекочущие поцелуи. Ник сжал зубами мочку ее уха и легонько прикусил.

— Пойдем, — сказал он, беря ее за руку.

Она послушно двинулась следом за ним через гостиную в спальню. Просторная комната была слабо освещена светом ламп, стоящих на прикроватных столиках. Зеленые атласные шторы на окнах были задернуты. Здесь тоже был камин — уменьшенная копия того, что в гостиной. Кремовое, отделанное кружевом покрывало на широкой кровати было приглашающе откинуто. При виде кровати, столь откровенно доминирующей в спальне, Клер неожиданно залилась краской. Она поспешно отвела глаза в сторону.

— Я решил, что, поскольку уже поздно и день был утомительным, мы можем поужинать у себя в номере, — сказал Ник.

— Хорошо, — согласилась Клер, оглядываясь вокруг. — Тогда я приму ванну и переоденусь.

— Можешь не торопиться, — сказал он. — Я воспользуюсь второй ванной.

После того, как Ник оставил ее одну, Клер наполнила ванну горячей водой, добавив ароматную соль, и с наслаждением погрузилась в воду. Ванна была нечастым удовольствием для нее. За последние годы из-за постоянной нехватки времени она привыкла обходиться душем. Сейчас она откинула голову назад и закрыла глаза. Это было восхитительно.

Освежившись и расслабившись, Клер вытерлась теплым зеленым махровым полотенцем. Потом надела тонкие кружевные трусики, светло-желтую шелковую ночную сорочку с кружевными вставками и такого же цвета пеньюар. Сунув ноги в желтые атласные шлепанцы, она тщательно расчесала волосы и нанесла на лицо легкий макияж — немного блеска для губ и небольшой штрих теней и туши, чтобы подчеркнуть глаза.

Она окинула себя взглядом в зеркале. Перед ней была красивая женщина с неуверенностью в глазах и нервной улыбкой. Женщина, готовящаяся к встрече со своим мужем. Женщина, больше всего на свете боящаяся разочаровать его.

* * *

Пока она принимала ванну и переодевалась, Ник тоже готовился к предстоящей ночи. Прежде всего, он зажег камин в гостиной, потом сделал то же самое в спальне. Он улыбнулся, услышав, как Клер напевает в ванной. Ник прошел в другую ванную и принял горячий душ. Вытершись насухо и плеснув на себя чуть-чуть одеколона, он надел темно-синий бархатный халат.

Когда прибыл ужин, Ник наградил официанта щедрыми чаевыми и отпустил, сказав, что все сделает сам. Он зажег свечи на маленьком столике у камина, откупорил шампанское, поставил компакт-диск с концертом Рахманинова и выключил верхний свет. Затем устроился в кресле и стал ждать. И вот его ожидание кончилось. Ник не мог оторвать от нее глаз. Хотя он приложил старания, чтобы заказать изысканный, соблазняющий ужин, в действительности единственным блюдом, которое он хотел попробовать, была Клер. Сейчас она выглядела еще красивее, чем в свадебном платье. Тонкая ткань сорочки и пеньюара облегала ее фигуру, очерчивая при движении все изгибы тела, вырисовывая каждую восхитительную округлость и впадинку. Когда она вышла к нему, сопровождаемая легким шелестом бледно-желтого шелка, мерцающего в приглушенном свете, его сердце рванулось вверх и замерло в восхищении.

Они не могли есть. Суп из омаров, зеленый салат, слоеные круассаны, жареный палтус в лимонном соусе, молодой картофель и свежий аспарагус едва удостоились их внимания. Зато они пили шампанское, и Ник намеренно медленно потягивал его из своего бокала, хотя тело было напряжено от подавляемого желания, и он едва мог сдерживать себя, чтобы немедленно не заключить Клер в объятия. Ник наслаждался каждым мгновением, растягивая ожидание, чтобы, потом сильнее почувствовать наслаждение.

Ему нравилось просто смотреть на Клер. Отблески пламени играли на ее лице и волосах, и она казалась юной богиней в прекрасном золотистом одеянии. Он заметил штрихи легкой косметики на ее лице и улыбнулся. Это был признак того, что она хотела ему нравиться.

Наконец шампанское кончилось. Ник поставил бокал и встал. Он медленно обошел вокруг стола и взял Клер за руку. Теплая ручка казалась маленькой и хрупкой. Он сжал ее ладонь и помог встать. Когда Ник привлек ее к себе, то почувствовал дрожь, пробежавшую по ее телу.

— Не бойся, маленькая, — прошептал он.

— Я не боюсь.

Ник улыбнулся. Затем поцеловал ее — мягким, нежным поцелуем. Руки Клер обвились вокруг его шеи, ее рот приоткрылся навстречу горячим губам. Жаркая волна окатила Ника, но он приказал себе не спешить и прервал поцелуй. Он хотел, чтобы эта первая ночь доставила удовольствие им обоим, а это означало, что он не должен терять контроль над собой. Снова взяв Клер за руку, он повел жену в спальню.

Не выпуская ее руки, Ник погасил лампы. Теперь комнату освещало только пламя камина. Не отрывая взгляда от ее глаз, он начал развязывать ленты пеньюара. Пеньюар соскользнул с плеч Клер, и она осталась в сорочке с глубоким вырезом. Пламя камина освещало ее со спины, и очертания ее тела просвечивали сквозь тонкий шелк.

Клер стояла неподвижно. Ник привлек ее к себе, и она без колебания подняла лицо для поцелуя. На этот раз, поцелуй был более страстным. Сейчас Ник уже не мог удержаться и проник в ее рот языком. Сердце начало вырываться из его груди, и он с трудом оторвал губы от влажного рта, желая целовать всю ее. Ник начал с шеи, медленно продвигаясь вниз. Нетерпеливые руки гладили Клер по спине и бедрам. Когда горячие губы достигли ее груди, и она затрепетала, его тело отозвалось ответным трепетом. Он спустил с плеч Клер тонкие бретели сорочки, и та последовала за пеньюаром.

Ник медленно окинул ее взглядом. Фигура Клер была безупречна: стройная, плавно очерченная, с плоским животом и небольшими высокими грудями. Он улыбнулся. Ее груди налились от желания, и он легко провел по ним кончиками пальцев, наслаждаясь тем, как у нее перехватило дыхание. Затем Ник наклонил голову и обхватил губами затвердевший сосок. Пальцы Клер перебирали его волосы. Он отступил назад, увлекая жену за собой, и сел на край кровати. Крепко обхватив ее бедра, он принялся покрывать поцелуями нежный живот выше линии кружевных бикини. Потом начал медленно стягивать с нее трусики, пока, наконец она не осталась, совершенно обнаженной. Только теперь Ник развязал пояс своего халата и сбросил его на пол. Он обхватил ее за талию, приподнял и уложил рядом с собой на постель. Отблески огня освещали ее тело. Ник склонился над ней. Клер коснулась его груди, легко сжав соски кончиками ногтей. Настала очередь Ника задержать дыхание.

Он взял ее руки и отвел их себе за спину, прошептав:

— Не сейчас…

Затем снова начал целовать ее тело и продолжал до тех пор, пока Клер не начала стонать от переполнявшего ее желания. Но каждый раз, когда она пыталась прикоснуться к нему с ответной лаской, он шептал: «Не сейчас». Ник решил не терять контроля над собой и знал, что если позволит Клер ласкать его, то уже не сможет дать ей того удовольствия, которое хотел. Наконец, почувствовав, что она готова, он сам направил ее руку и позволил себе на мгновение ощутить дрожь удовольствия от прикосновения ее ладони. Но это был лишь краткий миг. В следующий момент он раздвинул ее ноги и соединился с ней медленным, но сильным движением, проникая глубоко внутрь и наслаждаясь приятным охватывающим теплом. Почувствовав, как нарастает в нем напряжение, он начал движение, вовлекая ее в свой ритм. Пальцы Клер впились ему в спину, она шептала его имя, повторяя его снова и снова. Внезапно ее тело содрогнулось, она всхлипнула, и этот звук слился с его стоном, когда достигшее высшей точки желание, нашло наконец быстрый и яростный выход.

Когда они оба затихли, Ник, не разнимая объятий, перевернулся на спину, увлекая Клер за собой. Ему было приятно чувствовать ее влажное внутреннее тепло. Он взял лицо жены в ладони и поцеловал.

— Клер, ты замечательная, — прошептал он, прислушиваясь, как бьется ее сердце.

Зеленоватые глаза мерцали в свете пламени.

— Ты не позволил мне ничего делать, — тихо проговорила она. — Все было для меня.

— Я не жалуюсь, — с улыбкой сказал Ник и снова поцеловал ее. Как приятно ее целовать, подумал он. Он будет часто делать это.

Она не ответила, но это не беспокоило Ника. Он знал, что доставил ей сегодня огромное наслаждение и получил наслаждение сам. Ник широко улыбнулся. И, может быть, они уже зачали ребенка.

Больше ему ничего не надо. Но даже если потребуется некоторое время, чтобы Клер забеременела, в этом нет ничего страшного, потому, что ему приятно заниматься с ней любовью.

Пожалуй, он мог бы начать заново прямо сейчас…