Прочитайте онлайн Наперекор стихии | Часть 20

Читать книгу Наперекор стихии
2018+3283
  • Автор:
  • Перевёл: С. Пичуричкин
  • Язык: ru

20

На следующее утро, перед тем, как идти в салон, Селене пришлось слегка нарумяниться, чтобы скрыть бледность. Кое-как она протянула этот день, и тут, как раз перед закрытием, ее вызвала мисс Мэри. Она пошла с явной неохотой, гадая, не заметили ли ее заплаканный и угнетенный вид. Но мисс Мэри быстро успокоила ее.

— Селена, это Нора Кендрик, — представила она ее какой-то женщине. — Миссис Кендрик, американский обозреватель вопросов моды. Она работает в журнале «Зеркало моды мадам Деморе».

Миссис Кендрик, изящная женщина лет тридцати, дружески улыбнувшись Селене, сказала:

— Даже во время этой ужасной войны наши женщины должны знать самые последние детали о наклоне шляпки или ширине кринолина. — Улыбка смягчила ее довольно резкие черты.

— Вы хотели бы посмотреть какое-то конкретное платье, мадам? — поинтересовалась Селена.

— Я уже закончила последний парижский обзор, — покачала головой миссис Кендрик. Она сказала Селене, что ей предписано вернуться в Соединенные Штаты и что она съезжает со своей квартиры на Итальянском бульваре. — Слышала, что вы ищете квартиру, и подумала, что, возможно, моя устроила бы вас. Живу я на четвертом этаже. И плата-то всего тридцать пять франков в месяц…

— Уверена, что мне это подойдет, — с воодушевлением сказала Селена.

— Ну, так пойдемте со мной. А то подобные квартирки быстро прибирают к рукам такие, как барон Хаусман с его помощничками.

Мисс Мэри запротестовала:

— Но надо отдать ему должное. Ведь он уже много сделал. Новые бульвары, пристройки к Лувру, большие мосты через Сену…

— Работницы, как Селена и я, не могут жить в Лувре, — коротко сказала Нора Кендрик. — Ну, пойдемте же, дорогая.

Жилой дом недалеко от Итальянской улицы был старым и уж далеко не столь элегантным, как тот, в котором жила Селена, но дом приглянулся ей. Ей понравилась и американская журналистка, чье добродушное внимание ее ободряло.

— Здесь живут и другие журналисты, — сообщила Нора, пока они поднимались по лестнице. — И парочка актрис из «Опера Комик», и девушка из Огайо, которая приехала брать уроки пения. Ну, вот и пришли.

Квартира была маленькой, мебель немного подержанной, но все равно комфорт ощущался. Массивная старомодная кровать причудливой формы занимала большую часть спальни, а в небольшой кухоньке имелась чугунная плита.

— Не думаю, что вы будете много готовить, — улыбнулась Нора. — С вашей внешностью вас наверняка будут приглашать ужинать каждый вечер. Ну все равно, печка помогает согреться зимой. — Она задумчиво огляделась. — Уезжаю отсюда в Вашингтон, но буду скучать по этим комнатам. Сейчас Вашингтон стал настоящим светским центром. Званые обеды и балы. Франтоватые офицеры и их жены. Политики, тоже с женами или любовницами. Пикники и музыкальные вечера…

— А еще школы и склады, переоборудованные в госпитали, где под ножами хирургов, возможно, гибнет людей больше, чем в бою…

Селена повернулась к незаметно вошедшему и произнесшему последние слова высокому, стройному молодому человеку со светлыми волосами и теплым взглядом карих глаз.

— Но я уверен, что ваши читательницы не желают знать об этих ужасных подробностях, — продолжил он. — Они уделят больше внимания экстравагантным взглядам миссис Линкольн по поводу переоборудования Белого дома. Или на длину шлейфа, который мисс Кейт Чейз носила на чайной церемонии.

Нора ухмыльнулась.

— Селена, это Крейг Лейтимер, специальный корреспондент «Нью-Йорк геральд». Его квартира прямо напротив твоей.

Крейг Лейтимер посмотрел на Селену с откровенным восхищением, но в своем нынешнем состоянии она была совершенно безразлична к подобным проявлениям внимания.

— Вы тоже работаете в журнале Деморе, мисс…

— Мисс Селена Хэлстид, — сказала Нора. — И она не работает по нашей части. Она — манекенщица в «Доме Ворта». — Повернувшись к Селене, она спросила: — Ну, так что вы решили относительно квартиры?

— О да, я согласна, — кивнула Селена, испытывая огромное облегчение. — Сразу же уложу вещи и перееду.

— Видите ли, Нора, — сказал Крейг, — я всегда так действую на женщин. Только поглядят на меня, и…

— Ведите себя прилично, — шутливо одернула его Нора. — Селена, не обращайте на него внимания. Это совершенно безжалостный тип. Пойдемте поговорим с консьержем.

Через несколько дней, проезжая по парижским улицам, Селена испытывала необыкновенный душевный подъем. Теперь у нее работа, новая квартира, и она может сама о себе позаботиться. Это было просто невероятно!

Она жила сама по себе, как Нора Кендрик, которая собиралась прийти сегодня вечером в салон попрощаться и передать ключи.

— Ты произвела впечатление на Крейга, — поведала ей Нора. — Если его поощрить…

— Не имею намерения поощрять его или еще кого-либо из мужчин, — отрезала Селена. Она сама поражалась твердости своего голоса.

— Что ж, независимость имеет свои преимущества, — согласилась Нора. — Но иногда такое отношение приводит женщину к печальному одиночеству.

В первые несколько недель жизни в своей новой квартире у Селены не оставалось времени на одиночество. Она была занята весь день в салоне, а частенько и весь вечер, когда мистер Ворт задерживал ее после работы, чтобы опробовать свое очередное произведение. Он жил в квартире над салоном, поэтому нередко к ним присоединялась его жена, вносившая свои предложения. Ворт мог без конца возиться со складками юбки и линией корсета.

В свободное время Селена занималась покупками. Белье, одеяла и прочие хозяйственные мелочи. Да еще отражала наскоки Крейга Лейтимера. Он был привлекателен, со своей дразнящей манерой поведения, теплой и дружелюбной улыбкой. Но Селеной овладела идея самостоятельной жизни, без мужчины, поэтому она вежливо, но твердо отказывалась от его приглашений пообедать, пойти в театр, Булонский лес.

В тот год весна пришла рано. Деревца под окнами ее спальни выпустили свои первые нежные листочки, и когда шел дождь, она чувствовала запах свежей травы из садика, который разводил консьерж. Легкий и теплый воздух кружил голову.

Нередко, уже поздней ночью, она слышала шаги на лестнице, сдержанный смех девушки и нетерпеливый, страстный голос мужчины.

Сон ее был беспокоен, потому что днем она еще могла отогнать от себя мысль о Брайне, но зато ночью она грезила о нем и засыпала с чувством неловкости и ноющего желания в теле. Капризы коснулись и ее аппетита: несколько раз запах кофе и бекона, доносившийся из квартиры Крейга, вызывал у нее тошноту.

Потом как-то вечером, в конце апреля, после того, как она целый день демонстрировала последние модели мистера Ворта, с ней случился припадок. Селена приписала это тому, что окна в салоне были всегда плотно закупорены, чтобы газ наилучшим образом освещал платья. Желая немного передохнуть, она опустилась на кушетку в одной из раздевалок, где ее и нашла Дейзи.

— Я забежала попрощаться. Собираюсь за город с графом на несколько дней, ну вот и… — Дейзи вдруг всплеснула руками. — Селена, да ты вся зеленая. Ты что, заболела?

— Небольшое недомогание. Корсет такой тугой…

Дейзи отослала служанку, помогавшую манекенщицам переодеваться.

— Давай-ка я расшнурую тебя, лапочка.

Дейзи сосредоточенно трудилась, расстегивая крючки корсажа, освобождая шнуровку корсета.

— Ты немного пополнела, да? — заметила она. — Слишком часто ужинаешь у Вузена, или… — И тут она замолчала, а Селена, обернувшись, увидела удивленное выражение ее лица. — О, Селена! — Дейзи понизила голос и задала вопрос, от которого Селена содрогнулась.

— Не думаю. И в прошлый, и в этот месяц у меня не было… У меня небольшая задержка, но я…

— Но ты же предохранялась, да?

— Предохранялась? — Селена с полным недоумением смотрела на нее.

— Ах ты, моя милая! Ты что, вообще ничего об этом не знаешь? — И Дейзи в жесткой, но доходчивой форме разъяснила, что нужно делать женщине, чтобы не забеременеть.

— Теперь уже поздно, — поникла Селена, угнетенная крепнущей уверенностью в безвыходности своего положения.

— Ну, а твой чудный капитан Маккорд сейчас на полпути в другую часть света, я полагаю. Если бы ты хоть приняла предложение Рауля, так могла бы его уверить, что это его ублюдок. — Глаза Дейзи засверкали. — Ну, а может быть, и не поздно. Попробуй затащить его к себе в постель, и пусть думает, что отец он!

— Нет! Как только ты можешь предлагать мне такое?

— Ну ладно. — Дейзи обняла Селену. — Не унывай. Если хочешь здесь работать, ты не должна иметь похоронного вида.

— Но ты же сказала…

— Выход еще есть, лапочка. Я знаю одного «доктора» на бульваре Мажента, он помогает девушкам избавиться от подобной беды. Если, конечно, не зашло слишком далеко. У него есть одно лекарство — воняет страшно, но через день или около того тебя вывернет наизнанку. Должно сработать…

Она резко прервала разговор, потому что в дверь постучала мисс Мэри.

— Мистер Ворт просит вас задержаться… Новое платье для графини де Кастильоне.

— Буду через несколько минут, — удалось выговорить Селене. Потом, после того, как шаги мисс Мэри затихли, она попросила Дейзи опять зашнуровать ее. — Как можно туже.

— А какая-нибудь другая манекенщица не может?

— Нет, — раздраженно сказала Селена. — Здесь никто не должен подозревать ни о чем.

— Тогда ты должна встретиться с этим «доктором» как можно скорее. Не хочется мне уезжать и бросать тебя в такое время, но граф снял виллу в Аньере…

— Все будет в порядке, — заверила ее Селена.

Дейзи дала ей имя и адрес «доктора», крепко поцеловала и поспешила прочь.

Но до того, как Селена смогла последовать совету Дейзи, прошла еще неделя. И пошла она на это только потому, что во время очередной примерки она едва не упала в обморок. Мистер Ворт ничего не заметил, но Селене показалось, что в глазах его жены мелькнула тень подозрения.

Селена ушла из салона, когда стемнело, несколько раз сбивалась с пути, но наконец нашла заведение «доктора». Она остановилась, глядя на стеклянные сосуды, наполненные красной и зеленой жидкостью, в которых отражались огни газовых рожков. Дейзи дала ей дельный совет, но, стоя на тротуаре среди снующих прохожих, она поняла, что не сможет войти, потому что ей стыдно было открыть свое состояние незнакомому человеку и еще, может быть, потому, что она сомневалась в эффективности лекарства.

Несмотря на тупую усталость она каким-то шестым чувством осознавала, что хочет ребенка от Брайна. Брайн никогда к ней не вернется. Но ребенок — это тот, о ком можно заботиться и кого можно опекать. А если Брайна убили… Нет, она об этом и думать не хочет!

Погруженная в сбивчивые мысли, она повернула к своему дому. Она не хотела ловить экипаж или садиться в омнибус. Ей хотелось пройтись, успокоиться и выработать какой-нибудь план. Конечно, она еще немного сможет поработать. Еще остались деньги Брайна. А если удастся скопить хоть толику от жалованья, она как-нибудь перебьется.

Прежде ее переполняли стыд и чувство вины за то, что она носит ребенка, не будучи замужем. Теперь это было уже не важно. Но когда-нибудь это может стать важным для ее ребенка, — подумала она.

Мальчик будет расти с клеймом ублюдка. Не сделает ли это его жестоким и бессердечным, готовым бороться с любым оскорблением, действительным или мнимым? Брайн ощущал поддержку со стороны благородного и понимающего отчима. У ее сына и этого не будет. А если родится девочка? И девочке нужен отец…

Селена убеждала себя не заглядывать столь далеко, говоря, что когда-то все равно следует смириться со своим положением. А сейчас ей нужно вернуться домой, поесть и выспаться.

Дойдя до Итальянского бульвара, она обратила внимание на ночной парад уличных проституток. Раньше она их видела из окна кареты, когда поздно возвращалась домой. Но теперь она рассматривала их внимательнее.

Некоторые из них были одеты так же модно, как и она сама, в длинных платьях из шелка и тафты. Их гладкие белые плечи сверкали в огне газовых светильников. Другие были потрепаны, как портовые шлюхи там, в Ливерпуле, шатавшиеся по улицам около «Пристон Армс».

Иные стояли под фонарями, но большинство медленно шествовали по тротуару, при приближении любого подходящего мужчины они говорили свою цену и затем удалялись плечо к плечу с новообретенным спутником.

Селена убыстрила шаг, вновь погрузившись в свои мысли. Неожиданно раздались грубые окрики и громкий визг женщин. Спустя мгновение женщины вокруг нее начали разбегаться в разные стороны, за исключением тех, кто был слишком напуган, чтобы пошевелиться.

— Что такое? Что случилось? — спросила Селена девушку в шляпке с плюмажем, ее лицо под широкими полями казалось неестественно бледным.

— Облава, дура! Грязные легавые! Беги же, беги!

И только тут Селена заметила здоровенных полицейских в форме, смыкающих кольцо. Женщины, которых сопровождали мужчины, стояли в стороне или наблюдали за происходящим из окон кафе. Лишь некоторые проститутки смогли предъявить билет. Их отпустили, а остальных затолкали в полицейский фургон. Одна девушка зашаталась и упала, выронив большой узел. Огромный краснокожий полицейский поднял ее на ноги.

— Пустите меня! — простонала девушка. — Я прачка, вы не имеете права…

Удар по лицу прервал ее стенания. Она плюнула в офицера, тот опять ударил ее и затолкал в фургон к другим кричащим и воющим женщинам.

Селена подобрала юбки и побежала, то и дело натыкаясь на испуганных женщин… Но кольцо полицейских смыкалось — жестокое и безжалостное. Она побежала быстрее, в висках стучала кровь, корсет впивался в тело, не давая дышать. Как раз впереди была аллея. Если бы только добежать до нее!..

Но на пути к спасительному убежищу каблук зацепился за нижнюю юбку, она споткнулась, потеряла равновесие и в отчаянии закричала.

В следующее мгновение Селена почувствовала, как кто-то крепко схватил ее за плечо. Она попыталась вырваться, но скоро осознала, что силы оставляют ее.