Прочитайте онлайн На вершине блаженства | Глава 5

Читать книгу На вершине блаженства
4418+449
  • Автор:
  • Перевёл: Елена Погосян
  • Язык: ru
Поделиться

Глава 5

Дражайшая сестрица задала своему любовничку нелегкую работенку.

У дома Себастьяна, рядом с бассейном.

При ярком свете дня, на виду у всех прохожих.

Он бросил конверт на свою кровать и отвернулся от окна, чтобы не видеть извивающуюся Мэриан и малыша Ронни, помогающего ей освободиться от купальника.

Слава Богу, экономка не живет с ним в одном доме. К тому же он предупредил, что не будет обедать дома. Поскольку ни садовников, ни бригады рабочих, обслуживающих бассейн, не видно, представление будет разыграно перед одним-единственным зрителем. Всего лишь перед одним.

Но все равно это никуда не годится. Придется дать малышу Ронни хорошего пинка под зад и выставить его из города. А дражайшую сестрицу Мэриан следует поместить в какую-нибудь приличную лечебницу для алкоголиков.

– Себастьян! Себастьян, ты дома? – донесся снизу голос.

Себастьян сунул ногу в коричневый ботинок – он уже успел скинуть оба – и выскочил на лестницу. Перескакивая через две ступеньки, сбежал в холл и остановился. Перед ним стояла бывшая супермодель, ныне управлявшая одной из компаний его империи. Стояла с раскрытым ртом.

– Привет, Зоя. Мне казалось, ты собиралась пойти поужинать.

– Я и собиралась. – Она нахмурилась. – Но это было до того, как мне позвонила какая-то журналистка и принялась донимать расспросами.

Себастьян бросил взгляд в сторону гостиной, которую отделяла от оранжереи стеклянная стена. Он надеялся, что за пышной зеленью оранжереи развлекавшуюся у бассейна парочку совсем не видно.

– Сегодня выдался на редкость трудный день, Себби.

– М-м… – Он раздумывал, как бы побыстрее выпроводить Зою из дома, не вызвав у нее подозрений. – Что ты сказала?..

– Трудный день сегодня, говорю.

– Да уж… Ты права. Тебе бы отправиться сейчас домой, налить себе выпить, сесть поудобнее и положить повыше ноги. И не думай больше о работе. До завтрашнего дня забудь о ней. – Себастьян улыбнулся, взял Зою под локоток и попытался подвести к входной двери, все еще открытой.

Зоя сделала несколько шагов. Потом остановилась:

– Я пришла поговорить с тобой.

– Ты слишком устала, переутомилась. Очень много работаешь.

– Ничего подобного. Просто я несколько… озадачена. Очень уж странно ты себя ведешь. Но я нисколько не утомилась. Может, лучше присядем? А насчет стаканчика ты неплохо придумал.

– Ах да, конечно. Из какой газеты, говоришь, звонили?

– Думаю, из лос-анджелесской.

Себастьян украдкой взглянул в сторону оранжереи.

– Из Лос-Анджелеса? Хм. – Со стороны бассейна доносился смех. – Да уж, представляю, как эти ребята обхаживают тебя.

– Это были не ребята. Я же сказала: журналистка.

– Да, конечно. И что она хотела узнать?

– Кто?

– Ну журналистка. Из Лос-Анджелеса.

Зоя направилась к гостиной, однако Себастьян тотчас же снова взял ее за локоть, и они еще на несколько шагов приблизились к парадной двери.

Со стороны кухни появился Битер, державший в зубах оранжевого резинового паука. Пес положил паука к ногам Себастьяна, уселся рядом и часто-часто задышал.

Себастьян посмотрел на паука. Зоя тоже. Он засмеялся:

– Этот дурачок до сих пор считает себя маленьким щенком. Обожает играть. – Себастьян наклонился, поднял игрушку с пола и отшвырнул ее подальше. – Битер, лови!

Пес развалился на полу и закрыл глаза.

Раздался пронзительный визг и плеск воды. Слава Богу! Эти двое, похоже, решили немного поплавать.

– Ты только посмотри на это создание, – сказал Себастьян, кивнув на собаку. – Никогда не выполняет моих команд.

– Возможно, вы не решили, кто из вас главный. Но я смотрю…

Себастьян взглянул на Зою. Потом на Битера. И только сейчас заметил, что стоит в одном ботинке, другая нога была босая. Он смущенно засмеялся:

– Я только начал переодеваться, и тут ты пришла.

– Да я уже заметила… – Зоя перевела взгляд на его руку – он по-прежнему держал ее за локоть; и в этой же руке – свой второй башмак. На белом шелковом рукаве ее блузки остались грязные следы от подошвы.

– Черт! – Себастьян отдернул руку и бросил ботинок на пол. – Черт, извини. Не знаю, что со мной случилось. Совсем ничего не соображаю. Ты только посмотри… – Он сунул ногу в башмак и попытался отчистить Зоин рукав. – Иди сейчас домой и замочи блузку, пока грязь не въелась.

– Шелк нельзя стирать в воде.

– Да? Тогда почисть щеткой.

– Что с тобой, Плато? – Зоя свирепо уставилась на Себастьяна. – Оставь в покое мою блузку. Забудь про этого глупого пса и про его гнусную игрушку. Я пришла сюда, потому что у нас возникли проблемы. Очень серьезные, босс. И по-моему, ты отлично понимаешь, о чем речь.

К сожалению, он прекрасно все понимал.

– Почему ты не хочешь объяснить мне, в чем дело? – Она принялась счищать грязь со своего рукава. – Если бы я точно знала, что нас ждет здесь, то подключила бы Фила. Тебе самому надо обратиться к Филу. Можно кого-нибудь нанять. Человека, который сумеет нам помочь.

– Я не думал…

– Черт возьми! Да если бы я знала, уперлась бы руками и ногами и ни за что не позволила бы тебе приезжать сюда.

Себастьян сунул руки в карманы. В глазах, в самой глубине, промелькнула давняя, застарелая боль.

– Не тебе указывать мне, куда и когда мне ехать. Я сам все решаю за себя. Понятно?

– Да, я знаю. Ты предпочитаешь все решать сам. Это очевидно. Хотя я не совсем понимаю почему. Я, кстати, тоже многим рискую. Потому что вложила деньги в нашу компанию. И мне далеко не безразлично, что здесь происходит.

Себастьян нахмурился.

– Это было твое собственное желание. Ты хотела получить часть акций. Я дал тебе их, потому что ты сумела убедить меня в том, что заслужила это. Вот и все.

Зоя теребила массивную золотую цепочку, висевшую у нее на шее.

– Правда, что ты был обручен с этой Блисс Уинтерс? – спросила она.

Себастьян промолчал.

– Так это правда?

– Мы были детьми. – Себастьян подумал о том, что несколько месяцев, проведенные рядом с Блисс, были лучшими в его жизни.

– И дети собирались удрать в Рино, чтобы там обвенчаться?

Ради Блисс надо взять себя в руки.

– Все это в прошлом.

– Да уж… наверняка. Слушай, я едва стою на ногах. Давай присядем.

– Да, конечно. Так как, ты сказала, зовут твою журналистку?

– Я об этом не говорила. Но похоже, она на верном пути. Твои детские шашни портят нам все дело. Но станет еще хуже, гораздо хуже. Во всяком случае, я очень этого опасаюсь. А ведь нам и без того досталось, когда умерла та бедняжка…

– Разве не ты сегодня учила меня, что отвечать истеричкам из команды О’Лири? Ты же сама говорила о том, что слова «грех» или «смерть» просто необходимы для создания приличного имиджа в прессе?

Зоя фыркнула:

– Нет, если при этом твое имя непосредственно связывают с понятиями «грех» или «смерть».

– Ради Бога, о чем ты говоришь! Я-то здесь ни при чем. Что ты…

– А как насчет греха?

– Я живу как монах. Только работаю, работаю и работаю.

– Тебе совершенно не обязательно жить монахом и лишать себя радостей жизни, – тихо проговорила Зоя. – Мы с тобой уже говорили об этом.

Он избегал смотреть в ее прекрасные глаза. Потому что понимал, что она имеет в виду. Зоя совершенно недвусмысленно дала понять, что хотела бы быть не только компаньоном. Себастьяну, однако, это совсем не понравилось.

– Ладно… – Зоя снова оживилась. – В общем, возникли проблемы, и их надо решать. Что бы у вас с Блисс Уинтерс ни произошло, все это было очень давно, много лет назад. Совершенно ясно: эту женщину здесь уважают. Она и сама не захочет, чтобы о ее девичьих проделках узнали любопытные журналисты. Тебе надо сходить к ней и поговорить.

Да, наверное, придется сходить… Еще раз.

– Да-да. Позвони ей и договорись о встрече.

Он вел себя глупо. Как капризный, злобный, дрянной мальчишка. Сначала втерся к ней в доверие. А теперь собирается угрожать ей.

Но и она представляет для него угрозу.

– Позвони ей обязательно, – говорила Зоя; на ее высоком лбу появились тонкие морщинки. – Скажи, что хочешь встретиться и поговорить. Обсудить кое-что. Как в прежние времена.

– Оригинально.

– Не пытайся хитрить, не прикидывайся. Тебе это не идет. Да ты и не силен в этом.

– Ладно, хорошо. – У бассейна стало подозрительно тихо. – Сейчас прямо и займусь этим делом. Сразу как ты уйдешь.

– Пытаешься поскорее избавиться от меня?

– Что ты? Просто у меня ужасно болит голова.

Битер начал тихонько похрапывать.

Зоя с отвращением взглянула на собаку.

– Позвони этой профессорше, пока я здесь. Мне интересно знать, что она ответит.

– Не могу. – Он потер пальцами виски. – То есть я хочу сказать, что пока еще не готов к разговору. Мне нужно кое-что обдумать.

– Нечего здесь думать. Я подскажу тебе, что говорить.

Женщины. Из-за них сплошные мучения.

– Только постарайся не раздражать ее, не выводить из себя. Она разумная женщина, поэтому сразу же подумает, что ты собираешься манипулировать ею.

У Зои, конечно, есть полное право так думать. Только она ошиблась во времени. Блисс уже давно считает, что он манипулирует ею.

– Ты меня слушаешь, Себби?

– Да, конечно, слушаю.

– Вот и хорошо. Эти ученые-профессора считают себя цветом общества, не забывай. И думают, что знают все на свете. – Зоя снова фыркнула. – А на самом деле… Главная твоя задача – наговорить ей массу любезностей. Польстить, словом. Скажи ей, что тебя поразили ее успехи и научные достижения.

– И ты думаешь, она ни о чем не догадается?

– Нет, конечно! Они же тают от любой, даже самой грубой, лести.

– Интересно, сколько у тебя было знакомых профессоров?

Зоя ненадолго задумалась.

– У моего отца был приятель, который преподавал в Университете Дьюка.

– И что же он преподавал?

Зоя откашлялась.

– Баскетбол. Он был тренером.

Себастьяну в этот момент было не до смеха – в другое время рассмеялся бы.

– Предоставь это дело мне, ладно? Я согласен с тобой, у нас возникли проблемы, и надо что-то предпринять.

– Сыграй на ее эгоистических чувствах.

– Хорошо, сыграю.

– Будь вежливым, держись почтительно. – Зоя, казалось, не заметила, что он опять взял ее за локоть и легонько подталкивает к выходу. – Изобрази восхищение. Скажи, что она единственный твой знакомый профессор.

– Так оно и есть, – пробормотал Себастьян; он и без указаний Зои восхищался своей бывшей подругой.

– Предложи свою помощь в ее любимом деле.

– Надо подумать над этим.

– Мы вместе разработаем план. – Зоя попыталась завернуть в гостиную, но Себастьян остановил ее. – Я хочу помочь тебе, Себби. И хочу помочь себе. Я очень беспокоюсь. Надо было прислушаться к Мэриан. Она всегда говорила, что приезд сюда ни к чему хорошему не приведет.

– А я решил, что так будет хорошо. – Он и до сих пор так думал, только вот сам себя ненавидел за то, что совсем недавно по-хамски обошелся с Блисс.

Она удивительная…

Он вспомнил ее глаза – увидел их так отчетливо, словно она сейчас стояла перед ним. Такие голубые глаза были только у нее.

– Дай денег для ее кафедры в университете.

– Что?..

Зоя взмахнула свободной рукой.

– Ну, устрой взнос благотворительный… Ты же проделывал подобные вещи, я слышала. Пятьсот тысяч или около того – и репутация просвещенного человека тебе обеспечена. Можешь сказать, что делаешь это ради нее. Пусть ее имя красуется где-нибудь в здании университета. Чтобы огромными буквами…

– Так ничего не выйдет. И еще, мне кажется, мы забегаем вперед. Дорогая, прошу извинить меня, но мне надо прилечь.

Зоя повернулась и внимательно посмотрела на Себастьяна.

– Дорогой мой, бедняжка. Ты плохо себя чувствуешь? Ложись скорее в постель, а я принесу тебе попить чего-нибудь холодненького.

Вот привязалась…

– Ничего, все нормально.

– И все же. Я настаиваю.

– Знаешь, мне кажется, насчет денег для кафедры – отличная мысль.

– Правда? Можно еще учредить именную стипендию. Или даже две.

Битер перекатился по полу, улегся на свою широченную спину и, подогнув лапы, снова захрапел. Зоя покачала головой и добавила:

– А центр для подростков нейтрализует слухи о погибшей девочке, о нас забудут. Почему бы тебе не попросить профессора Уинтерс помочь в организации центра для подростков?

Профессор Уинтерс? Его Блисс стала профессором. Невероятно!

– Для детей из малоимущих и неблагополучных семей.

Себастьян, нахмурившись, смотрел на Зою. Сейчас она ему очень не нравилась.

Зоя ослепительно улыбнулась:

– Знаю, ты считаешь меня расчетливой и прагматичной, но я действительно думаю, что тебе было бы полезно заняться какой-нибудь деятельностью.

Снова плеск воды и смех.

Себастьян закрыл глаза.

– А где Мэриан и ее мальчонка?

Мальчонкой Зоя ласково называла Рона.

– Их нет дома, – ответил Себастьян. В конце концов, так оно и есть на самом деле, так что он не соврал.

– Я за тебя беспокоюсь, – сказала Зоя. – Ты неважно выглядишь.

– Ничего страшного. Крепкий сон мне поможет. Стану как новенький. Пожалуй, лягу-ка я прямо сейчас.

– Ладно. Поняла твой намек.

Наконец-то. Он улыбнулся и легонько обнял ее за талию.

– Спасибо, дорогая. Возможно, это не очень любезно, но у меня вот-вот голова лопнет… Мне нужно подумать. Подумать в одиночестве.

– Но ты не забудешь о моих предложениях?

– Нет.

– И не станешь предпринимать дальнейших действий, пока не обсудишь все со мной?

Он поморщился.

– Что такое?

– Да ничего. – Ему просто хотелось, чтобы никаких действий с его стороны еще не было, чтобы не было той неудачной встречи с Блисс. – Просто голова болит. – Только того поцелуя он ни за что не отдаст. И судя по всему, Блисс тоже небезразлично, как он себя ведет. В дальнейшем на это можно будет опереться.

Раздался пронзительный крик, явно мужской. Вопили где-то совсем рядом. Себастьян опять начал подталкивать Зою к двери.

– Веди машину осторожно, – пробормотал он.

– Себастьян…

– Ты не возражаешь, если я позвоню тебе сегодня, попозже?

– Конечно, звони, но…

– Спасибо.

– Куда, говоришь, ушли Мэриан с Роном?

– Э-э… – Он пытался придумать что-нибудь оригинальное и вместе с тем правдоподобное, но в голове была полнейшая пустота. – Думаю, они где-нибудь гуляют, любуются окрестностями.

Зоя застыла, словно окаменела.

– Да?.. Любуются окрестностями?

Он резко повернулся и увидел то, на чем остановился взгляд Зои.

Мэриан и Рон стояли на бесценном обюссонском ковре в гостиной. Стояли, уставившись на Себастьяна и Зою. С обоих стекала вода. И оба смеялись, гоготали.

Они были в чем мать родила, правда, у Рона на причинном месте красовалась алая завязка от купальника.