Прочитайте онлайн На странных берегах | Часть 10

Читать книгу На странных берегах
4616+1408
  • Автор:
  • Язык: ru
Поделиться

10

Справа от Бет Харвуд тянулось обширное болото, которое, по словам пиратов, уходило далеко в глубь страны — место, где вода и земля сливались друг с другом, становились практически неразличимыми; где в озерцах плавали змеи, а вдоль берегов по скользкой илистой траве ползали рыбы; где сами контуры этого дьявольского лабиринта постоянно менялись, делая карты не более надежным ориентиром, чем облака в небе. Неподвижный воздух здесь напоминал стоячую воду болот, да и вся атмосфера, наполненная миазмами, была такой густой и тягучей, что даже крупные насекомые, в других местах вовсе не способные оторваться от земли, здесь летали и кружили над головами. Бет бросила взгляд в сторону болот, и там, далеко, в глубине проток, неожиданно всплыл мерцающий огонек из тех, которые пираты называли блуждающими духами. Фосфоресцирующий шар поднялся над прядями ночного тумана, неуверенно поколебался меж кипарисов и свисающего космами испанского мха, а потом так же медленно, как и появился, погрузился в разлив ночного тумана. Яркое сияние его стало призрачным, а потом и совсем погасло.

Она посмотрела на море, чья поверхность теперь, в ночи, отливала сталью. Полчаса назад солнце зашло, оставив после себя такое багровое полыхающее зарево, что высокие облачка далеко в небе до сих пор отливали розовым. И благодаря тому, что она находилась выше по склону и глаза ее не были ослеплены отблеском костра, Бет Харвуд разглядела появившийся на горизонте парус мгновением раньше, чем пираты.

Вначале с одного из кораблей по воде донесся слабый неразборчивый крик, а потом один из пиратов у костра вскочил и заорал:

— Парус!

Весь берег наполнился бегущими фигурами — пираты спешно грузились в шлюпки, инстинктивно предпочитая находиться на воде, если вдруг нагрянет опасность. Бет застыла в нерешительности. Если парус — такой крохотный и одинокий — принадлежал кораблю королевского флота, то она уж точно не хотела быть на борту любого судна, которое попытается скрыться. Однако, если она спрячется, останется на берегу, станет ли капитан королевского корабля высаживать на берег матросов, чтобы поймать скрывающихся пиратов?

И в этот момент рядом раздался чей-то смешок. Бет от неожиданности подпрыгнула, с трудом удержавшись от крика.

Из-за купы скрюченных кленовых деревьев появился Лео Френд.

— Ночной променад, моя д-д... Элизабет?

Бет обратила внимание на то, что глаза его выкачены, а улыбка на лице появляется и исчезает, как тень под порывами ветра.

— Э-э... да, — выдавила она, лихорадочно соображая, как бы получше избавиться от него. — Что там за парус, как вы думаете?

— Не имеет значения, — сказал Френд голосом более визгливым, чем обычно. — Королевский флот, пираты-конкуренты — теперь уже поздно, нас не остановишь. — Улыбка появилась на его толстых губах и снова исчезла. — И з-завтра м-мы... з-завтра отплываем отс-с... проклятие!.. отсюда. — Он вытянул из рукава кружевной платочек и промокнул влажный лоб. — А пока я прогуляюсь вместе с вами.

— Я хочу спуститься к кострам и посмотреть, что происходит. — Бет прекрасно знала, что с того момента, как Лео подстрелил Дэвиса, он, несмотря на все свои многочисленные амулеты, с большой неохотой появляется в компании пиратов, справедливо опасаясь за свою жизнь.

— Твой приятель корсар м-мертв, Элизабет, — отрезал Френд, стряхивая с себя напускное благодушие, — и по меньшей мере недостаток воображения подыскивать ему замену среди такого же сброда.

Бет ничего не ответила и легкими шагами сбежала с откоса. К своему ужасу, она услышала тяжелые шаги Лео Френда за своей спиной. Она заторопилась, лихорадочно соображая, как же избавиться от Лео Френда и отыскать Боннета.

Пират на «Кармайкле» прокричал что-то, чего Бет не расслышала, но его сообщение эхом пролетело по всему берегу.

— Это же, тысяча чертей, «Дженни»! — послышался удивленный возглас где-то совсем неподалеку. — «Дженни» улизнула от корвета!

И без всякого перехода паника переросла в ликование. Забили в колокола на «Кармайкле» и на «Возмездии» капитана Боннета — хотя корабль Тэтча остался безмолвен, — палили из мушкетов в потемневшее небо, и музыканты поспешно похватали свои инструменты и начали весело играть.

Довольная теперь, что это не корабль королевского флота, Бет Харвуд почти бегом устремилась вниз, а Френд, видя, что судно не из тех, на котором она могла бы бежать, с оскорбленным видом замедлил шаг.

Обладая значительно меньшей осадкой, чем остальные три корабля, «Дженни» подошла совсем близко к берегу, прежде чем встать на якорь, и лязг якорной цепи потерялся в общем гвалте радости на берегу. Несколько человек на борту не стали дожидаться, пока спустят шлюпки, а, разбежавшись, попрыгали в воду, рассчитывая, что там окажется достаточно мелко. Мало кто из пиратов умел плавать, но кто умел, воспользовался случаем показать себя. Они отфыркивались, как дельфины, били по воде руками, кувыркались в воде.

Однако один из них, не тратя времени попусту, кролем добрался до берега и первым выбрался на сушу, уловив момент между двумя накатами волн.

— Ну, слава святым, кок наш уцелел! — заорал кто-то на берегу.

— Состряпай нам обед, Шэнди, пока капитаны не двинулись в болота, — подхватил другой пират.

К этому времени и остальные моряки начали выбираться на берег, и Джек сумел уклониться от особенно горячей встречи. Он огляделся, защищая глаза от света костров, и его бородатое лицо озарила улыбка, когда он увидел появившуюся из темноты гибкую фигурку Бет Харвуд.

Она заторопилась к нему, Шэнди к ней, и когда они встретились, Бет показалось совершенно естественным броситься ему на шею.

— Все говорили, что вы все погибли от этого залпа, — задыхаясь, прошептала она.

— Многие и в самом деле погибли, — ответил он. — Послушайте, последние пять дней мы много говорили с Дэвисом, и...

— Нет, это вы слушайте, Стид Боннет и я собираемся украсть лодку и бежать сегодня ночью. Я уверена, что и для вас найдется место. С прибытием «Дженни» нам придется побег немного отложить, но, с другой стороны, суматоха наверняка отвлечет их внимание. Вот что вы должны сделать: походите по берегу, дождитесь, пока Боннет выберет шлюпку, и тогда следите за мной, я...

— Шэнди! — донесся крик из толпы у костров. — Джек! Да где ж ты, черт бы тебя побрал?!

— Проклятие, — выругался Шэнди. — Я скоро вернусь.

И он размашистыми шагами направился к кострам.

— А, вот он! — вскричал Дэвис. — Разрешите представить, джентльмены, моего нового старшину-рулевого!

Ответом ему были редкие возгласы одобрения. Дэвис продолжал:

— Знаю, знаю, вы все считаете, что он лучше всего умеет показывать представления да готовить. И я так думал, но оказалось, что настоящих качеств в нем хоть отбавляй: мужество, хитрость, умение обращаться с пистолетом. Хотите знать, как нам удалось разделаться с корветом?

Пираты завопили. Бет Харвуд сделала несколько шагов назад, с окаменевшим лицом следя за толпой. Шэнди оглянулся на нее, желая что-то сказать, но множество рук выпихнули его на свободное место рядом с Дэвисом. Предводитель пиратов весело ухмыльнулся. Хотя последние пять дней Дэвис и крыл на чем свет стоит отсутствующего бокора, он сам сумел все же «разбудить духа-покровителя» и заставил его на себя поработать, так что теперь раненые на «Дженни» поправлялись, а плечо Дэвиса и вовсе зажило.

— После того как я с раной в плече свалился с «Кармайкла», — громко проговорил Дэвис, — обстоятельство, которым я в ближайшем будущем непременно займусь, — меня подобрали моряки флота Его Величества. «Дженни» была подбита и захвачена, весь уцелевший экипаж под вооруженной охраной, за исключением нашего приятеля Шэнди, который сказал капитану корвета так: «О боже мой, сэр, я не пират, я не имею ничего общего с этим вонючим вшивым сбродом, меня силой заставили присоединиться к ним. Я с радостью готов выступить против них свидетелем на суде».

Прибывшие с «Дженни» матросы восхищенно заорали:

— Вот-вот, так оно и было, Фил! Невинен, как какойнибудь проклятый ягненок, подумал капитан про нашего Джека!

— Но, — продолжил Дэвис, — когда никто не видел, он мне подмигнул, я сразу смекнул, что здесь что-то неспроста. Жду. И тут Джек убедил капитана, что меня, мол, надо непременно допросить с глазу на глаз, в кают-компании, и только они все там собрались: капитан, трое офицеров да нас двое — только дверь закрылась, как Джек выхватывает пистолет и первым же выстрелом отправляет капитана на тот свет!

На этот раз не отдельные крики, а рев пронесся над собравшейся толпой. Все ликовали. Несмотря на сопротивление, Шэнди подхватили и пронесли на руках вокруг костров. Бет сделала еще шаг назад, потом повернулась и кинулась бежать в темноту, не слушая больше, как Дэвис расписывает подвиги Шэнди.

Она нашла Боннета. Тот стоял на песке, глядя куда-то в море, но по наклону широкополой шляпы она поняла, что смотрит он на звезды.

— Отправляемся быстрее, — выдохнула запыхавшаяся Бет. — Боюсь, что я выдала наши планы человеку, который может предать нас. Но если мы будем действовать быстро, то это уже не будет иметь никакого значения. Мы можем использовать прибытие «Дженни» в своих интересах. Притворитесь, что провизия в шлюпке нужна для пополнения запасов «Дженни». Ради бога, поторопитесь! Каждая секунда...

Слова застряли у нее в горле, ибо, когда Боннет повернулся к ней, на лице его играла несвойственная ему саркастическая улыбка.

— Ах, — сказал он тихо. — Бегство, вот как? Это объясняет его тревогу и волнение — очень заметные для того, кто чувствителен к таким вещам. — Боннет пожал плечами и не без симпатии в голосе добавил: — Мне жаль. Обе фигуры, которые вы собираетесь убрать с доски, важны именно сейчас.

Бет ахнула и в отчаянии опрометью бросилась бежать обратно к кострам. Все ее сложившиеся представления об окружающем мире впервые оказались под сомнением: она точно знала, хотя и не надеялась найти этому разумное объяснение, что, хотя слова произносил Боннет, говорил с ней кто-то другой.

Шенди выругался вполголоса. Он потерял Бет из виду, а ведь он так надеялся перехватить ее прежде, чем до нее дойдут досужие пересуды экипажа «Дженни» о том, как он освободил Дэвиса.

Он уже собирался потребовать, чтобы пираты наконец поставили его на ноги, когда уловил уже знакомый запах раскаленного металла. Он насторожился, пытаясь припомнить кое-что из уроков, которые дал ему Дэвис за последние пять дней. Он выдохнул воздух и забормотал одно из простейших охранительных заклинаний, одновременно пытаясь извернуться так, чтобы поочередно оказаться лицом ко всем четырем сторонам света.

Больше всего жжение в носу ощущалось, когда он повернулся лицом к самому дальнему костру. И на секунду приглядевшись, Шенди сумел, как ему казалось, различить коренастую, рыжеголовую фигуру Веннера. Джон тотчас вытянул руку, изобразив пальцами замысловатую комбинацию, которой его научил Дэвис. Но как только Веннер понял, что Шэнди видит его, он отвернулся, и запах тут же исчез.

Шэнди со свистом втянул воздух в легкие. Пираты, которым наконец надоело это развлечение, опустили Шэнди на утоптанный песок. «Ну что ж, по крайней мере теперь известно, — подумал Шэнди, — что Веннер имеет веские возражения против моего нового назначения».

Крики, вопли и хохот неожиданно стали стихать. Сначала умолкли те, кто стоял на самом берегу, а потом и остальные, только один какой-то упившийся ветеран зашелся в судорожном приступе смеха, да мистер Берд не преминул напомнить всем, что он не собака. После этого воцарилась полнейшая тишина, только со стороны моря доносилось приглушенное поскрипывание весел в уключинах.

Шэнди настороженно огляделся по сторонам, не понимая, что происходит.

— Что стряслось? — шепотом спросил он пирата, стоявшего рядом. — Шлюпка подваливает к берегу, что в этом особенного?

Правая рука пирата вскинулась было ко лбу, а затем медленно потянулась к затылку и почесала его. Шэнди догадался, что парень сначала хотел перекреститься.

— Тэтч плывет.

— А, — Шэнди кивнул и повернулся к морю. На полпути между берегом и погруженной в темноту «Местью королевы Анны» показалась шлюпка. В ней можно было различить две фигуры, у одной из них — той, что повыше, — в волосах, казалось, сверкала тиара из светлячков.

И Шэнди вновь с обостренной горечью ощутил сожаление по поводу того, что капитан Уилсон попытался пристрелить Дэвиса. Ему как-то разом припомнились все истории о человеке, который сейчас приближался к берегу на шлюпке. Он вдруг подумал, что Тэтч Черная Борода — самый удачливый из всех флибустьеров, сумел неплохо приспособиться к условиям западного мира. Он казался теперь такой же неотъемлемой частью Карибского моря, как Гольфстрим.

Шэнди кинул взгляд на Дэвиса. Предводитель пиратов стоял, стиснув зубы и прищурившись, но, несмотря на хмурый вид и впалые щеки, Шэнди подумал, что именно так выглядел этот человек в молодости: решительным и никому не показывающим своих сомнений в выбранном курсе.

Неподалеку заскрипел песок под сапогами, и, оглянувшись, Шэнди увидел рядом однорукого Бенджамена Харвуда, пристально смотревшего на приближающуюся лодку. Харвуд, похоже, тоже скрывал собственные чувства, но в противоположность Дэвису от него исходила волна возбуждения и нетерпения. Припоминая кое-что, рассказанное Дэвисом о Харвуде, Шэнди понял причину такого нетерпения. И хотя он признавался себе, что Харвуд — убийца, он знал, что, будь он на месте Харвуда, только страх, а отнюдь не добродетель, мог бы заставить его отказаться от затеянного Харвудом дела.

На гребне набежавшей волны шлюпку вынесло на берег, и, улучив момент, Тэтч перешагнул через планшир и зашлепал к берегу. Его гребец — челюсть у него, с содроганием заметил Шэнди, была подвязана, — остался сидеть в лодке, он не пытался ни вытащить шлюпку на берег, ни отплыть на более глубокое место.

Тэтч поднялся по пологому склону и остановился на гребне песчаной дюны. Шэнди ясно различал грузный силуэт на фоне лилового закатного неба. Его треуголка в окружении роя красноватых светляков придавала всей фигуре нечто мистическое. Тэтч напоминал вырвавшегося из ада трехрогого демона.

Тэтч вышел на свет, и светляки тут же превратились в тлеющие концы фитилей, вплетенных в спутанную гриву волос и бороду. Он был высок, выше, чем Дэвис, и массивен, словно гранитный утес.

— А, вот мы наконец и встречаемся спустя год, мистер Харвуд, — прогудел Тэтч. — Вы предоставили нам замечательный корабль, как и обещали, я же привез травы, которые вы требовали. И несмотря на все ваши опасения, как видите, я не опоздал. Мы встретились здесь, как и договаривались, в канун праздника урожая. — Он говорил по-английски с легким акцентом, и Шэнди никак не мог определить: то ли по происхождению он не англичанин, то ли его просто не заботит произношение. — И пусть каждый из нас получит то, чего хочет.

За его гигантской фигурой Шэнди увидел, как Лео Френд, все еще не в силах отдышаться от быстрой ходьбы, украдкой ухмыльнулся. И только теперь Шэнди вдруг впервые подумал, что у этого толстого доктора, пожалуй, свои какие-то тайные цели.

Тэтч прошел на середину утоптанной площадки, и Шэнди отметил, что лицо Черной Бороды лоснится от пота, возможно, оттого, что на нем был плотный черный кафтан, разлетающиеся полы которого хлопали по щиколоткам.

— Фил? — вопросительно произнес Тэтч.

— Здесь, сэр, — выступил вперед Дэвис.

— Ты уже окреп? Можешь пойти с нами?

— Испытайте.

— О да, не сомневайся. Сейчас время испытаний. — Тэтч ухмыльнулся волчьим оскалом. — Ты ослушался приказа, Фил.

Дэвис ухмыльнулся в ответ:

— Да уж, ты бы так не поступил, это точно.

— Ха! — Гигант оглядел сгрудившуюся вокруг толпу, разделившуюся на три группы — соответственно экипажам кораблей. — Кто еще... — Он внезапно осекся, его взгляд упал на широкую манжету кафтана, и лицо окаменело. Стоявшие поблизости пираты подались назад, бормоча заговоры от нечистой силы. Харвуд же и Френд даже наклонились вперед, внимательно глядя на Тэтча.

Шэнди тоже уставился на гиганта, хотя и без такого интереса. Ему на мгновение показалось, что манжета шевельнулась и от нее взвихрился в воздух завиток сизого дыма, потом он ясно увидел, как по двум пальцам руки Тэтча заструилась кровь. Тяжелые капли медленно срывались и падали на песок. Плотный материал кафтана вдруг стал впучиваться и подергиваться, словно под ним затеяла возню целая стая крыс.

— Рому, — бросил гигант спокойно, хотя его голос все же выдавал напряжение.

Один из пиратов с «Кармайкла» торопливо протянул ему кувшин, но Дэвис успел ухватить того за воротник.

— Просто ром не годится, — буркнул он. Дэвис выхватил кувшин из рук пирата, жестом потребовал себе чашу, плеснул в нее рома, затем поспешно открыл свой рожок с порохом, сыпанул горсть.

— Джек, огня мне, быстро!

Шэнди кинулся к ближайшему костру, выхватил пылающий сук и поспешил к Дэвису, который подставил чашу. Шэнди, не задумываясь, поднес пламя к рому.

Напиток забурлил и запылал. Дэвис поднес чашу Тэтчу. Шэнди показалось, что он видит нечто вроде ощипанной птицы, прильнувшей к ладони Тэтча, но его отвлекло то, как пират запрокинул голову и выплеснул содержимое чаши себе в рот.

На мгновение, казалось, пламя охватило всю его голову, но огонь тут же исчез, оставив лишь корону тлеющих фитилей и облачко клубящегося дыма над головой. Только Шэнди успел заметить, как подозрительно живо оно смахивает на искаженную гневом физиономию, как дымок рассеялся.

— Кто с нами пойдет? — хрипло спросил Тэтч.

— Я и мой старшина, Джек Шэнди, — деловито ответил Дэвис. — Боннет, конечно же, Харвуд, наверное, помощник Харвуда — Лео Френд, вон тот толстяк... и дочь Харвуда.

Многие стали оглядываться на Шэнди, и он постарался скрыть собственное изумление. Шэнди рассердило, что Дэвис не предупредил его о Бет, ведь Дэвис описал ему эти гиблые болота и не менее гиблое «место магического равновесия», которое они должны были отыскать в глубине непроходимых топей, полных самых отвратительных тварей. Он просто и представить себе не мог, как Бет Харвуд вынесет все эти ужасные испытания.

— Твой старшина? — прогудел Тэтч, с отсутствующим видом раздавив чашу. — А что стало с Ходжем?

— Он погиб, когда мы бежали с английского корвета, — сказал Дэвис. — Это благодаря Шэнди мы оттуда выбрались.

— Да, слышал кое-что, — задумчиво проговорил Тэтч. — Шэнди, покажись.

Шэнди выступил вперед. Вождь пиратов посмотрел на него, и Шэнди физически ощутил на себе тяжесть пристального, сосредоточенного взгляда. Какое-то мгновение Тэтч смотрел ему в глаза, оценивающе рассматривая его, и Шэнди бросило в жар. Он ощущал, как все закоулки памяти обшариваются этим властным, пронзительным взглядом.

— Вижу, «Громогласный Кармайкл» нес больше, чем мы предполагали, — сказал он тихо, почти с подозрением, а затем громче добавил: — Добро пожаловать в реальный мир, Шэнди. Вижу, Дэвис сделал правильный выбор.

— Благодарю вас, сэр. — Шэнди услышал свой собственный голос. — Хотя не... я хочу сказать, это не совсем...

— Да, так оно и бывает. Проявишь себя сегодня, когда мы достигнем родника... И хотя мы путешествуем с Бароном Субботой и Мэтром Каррефуром, умей и сам постоять за себя.

Он отвернулся, и Шэнди почувствовал себя так, словно с солнцепека нырнул в благодатную тень. Он подавил вздох и позволил себе несколько расслабиться.

Волны, почти затопившие лодку Тэтча, прибили ее наконец к отмели, и несколько матросов принялись выгружать огромный ящик. Они действовали неуклюже и неловко, поскольку боялись приближаться к застывшей фигуре матроса на корме. Тэтч глянул на них, презрительно сплюнул и направился к лодке, чтобы лично проследить за разгрузкой.

Шэнди развернулся и чуть было не столкнулся с гигантской тушей Печального Толстяка. Ночь гигантов, подумал Шэнди, стараясь обогнуть бокора.

Простите, — сказал он, совершенно забыв, что бокор глух. — Простите, сэр, вы не видели Фила? Э-э... капитана Дэвиса? А, черт, да. Вы ведь не слышите, верно? Так что же я... — Шэнди оборвал себя на полуслове под пристальным взглядом бокора. «Почему же, черт подери, эти люди не глядят так друг на друга или на других», — поежившись, подумал он.

В отличие от Тэтча, во взгляде которого угадывалось лишь легкое подозрение, Печальный Толстяк взирал на него с явным сомнением, даже с разочарованием, словно Шэнди был бутылкой дорогого вина, которое кто-то надолго оставил лежать на солнцепеке.

Шэнди нервно улыбнулся колдуну и заторопился прочь. Дэвис, как он теперь видел, стоял на краю песчаного склона, всего в нескольких ярдах.

Дэвис заметил Шэнди, улыбнулся и кивнул в сторону Черной Бороды:

— Могуч, а?

— Видит бог, — без улыбки согласился Шэнди. — Послушай, Фил, ты мне ни разу не говорил, что Бет Харвуд отправляется с нами в болота.

Дэвис поднял бровь:

— Разве? Да, пожалуй. Во всяком случае, это тебя не касается.

Шэнди показалось, что слова Дэвиса звучат так, будто тот оправдывается. И это обстоятельство еще больше встревожило Шэнди.

— Что они собираются с ней сделать?

Дэвис вздохнул и покачал головой:

— Право, Джек, я не уверен, хотя и знаю, как озабочены они тем, чтобы с ней ничего не случилось. Насколько я понимаю, дело тут в высокой магии.

— Имеющей отношение к умершей жене Харвуда.

— О да, конечно, — согласился Дэвис. — Как я тебе уже рассказывал на «Дженни», стариканом Харвудом движет только эта надежда.

Шэнди встревоженно покачал головой:

— Да, но ведь ты же сказал, что карибские лоа здесь слабы. Бог мой, как же они могут уберечь ее в этих гиблых болотах? И кстати, кто такой Мэтр Каррефур?

— А, это наш старый приятель, дух-покровитель. Тэтч просто правильно произнес его имя. Это означает Господин Перекрестков, Хозяин Возможностей, другими словами, Хозяин Удачи. Но ты прав, он, Барон Суббота, да и все остальные духи-приятели слабеют по мере того, как мы продвигаемся на север, все дальше от мест, к которым они привязаны. Естественно, что здесь тоже найдутся лоа, но они индейского происхождения — хуже, чем бесполезные. Одним словом, здесь можно полагаться только на свои силы. Как Тэтч сказал: умей постоять за себя. Ну конечно, после того как мы доберемся до магического места, родника или как там его... и если Харвуд сдержит свое обещание и сумеет показать, как им воспользоваться и не стать одержимым бесами вроде Тэтча, который случайно набрел на это место, тогда и беспокоиться не о чем. Да мы сможем тогда просто улететь оттуда, как птицы.

Шэнди обеспокоенно нахмурился:

— Черт побери, не пойму, зачем Тэтчу вообще понадобилось сюда забираться. Понятно, он слышал, наверное, что в этих джунглях есть волшебный источник, но зачем ему надо было туда идти: преодолевать все эти трудности, да к тому же и не владея достаточно магией, чтобы защитить себя от неприятностей?

Дэвис открыл было рот, а потом хмыкнул и покачал головой:

— Сколько времени ты в Новом Свете, Джек?

— Ты прекрасно знаешь.

— Да, верно. Будем считать, что месяц, так? Я впервые увидел эти острова, когда мне было шестнадцать, через год после того, как вербовщики сцапали меня в Бристоле и забрили во флот Его Величества короля Англии. Нет-нет, дай мне договорить, потом скажешь. В общем, я стал матросом на фрегате «Лебедь», и в мае 1692 года — мне тогда как раз исполнилось восемнадцать — «Лебедь» стал на рейд в Порт-Ройяле, в те дни единственном крупном порту Ямайки. Мы чистили днище в ста ярдах к западу от форта Карлайль. — Дэвис вздохнул. — Лет за десять до того ПортРойял был настоящим адом, базой Генри Моргана, но когда я туда попал, это был просто уютный и оживленный городишко. Одним словом, на второй день июня, когда мои товарищи вкалывали, сдирая ракушки с бортов, меня послали на склад доложить о возникшей путанице в поставках провианта. Закончив, я заглянул в таверну Литтлтона. И вот скажу тебе, Джек, только я вышел из таверны, под завязку накачавшись пивом и отведав отменного рагу из говядины и черепахи, как мостовая у меня под ногами содрогнулась и из глубин острова донесся то ли гром, то ли грохот пушечной канонады. Я обернулся: фасад таверны мгновенно рассекли трещины, словно резали пирог, и стена обвалилась. Мостовая под ногами расползалась прямо на глазах — поперечные трещины, щели... — и рушилась в море, а следом за ней и весь город.

Шэнди жадно ловил каждое слово, на время даже позабыв о теме разговора.

— Думаю, я пробыл под водой минуты три, — продолжил Дэвис. — Море бурлило, кипело, оно швыряло меня из стороны в сторону и буквально раздирало на части. Камни, бревна, мы все словно варились в одном гигантском котле. Потом наконец я вынырнул на поверхность и уцепился за какую-то балку, которую, словно спички, швыряли бешеные волны. Позже меня подобрал мой «Лебедь», один из немногих уцелевших кораблей. Может быть, его не разбило как раз потому, что он лежал на боку в момент землетрясения. Судно бороздило новый залив, который еще до полудня был Порт-Ройялем, и мы вылавливали выживших. И знаешь, море было белым, бурлило и кипело. Я позже слышал, что тогда погибло две тысячи человек.

— Боже, — отозвался Шэнди потрясенно и, спохватившись, добавил: — Но как это связано с...

— Ах да, извини, слишком увлекся воспоминаниями. В трех кварталах от гавани, на Брод-стрит, в тот же самый ужасный день старый колдун из Англии — вроде Харвуда — пытался воскресить человека. Не думаю, чтоб он был большой знаток в таком деле, но в тот день с ним был шестнадцатилетний парнишка, который вырос среди беглых чернокожих рабов в горах Ямайки. Парнишка, хотя и белый, приобрел основательные познания в обрядах вуду и как раз за год до этого был посвящен самому страшному из всех лоа, Повелителю Кладбищ, Барону Субботе, чьим тайным символом является тлеющий огонь. Они упражнялись в магии воскрешения, пытаясь научиться вселять старые души в новые тела. А для этого требуется свежая человеческая кровь, вот они и схватили какого-то беднягу. Старый англичанин уже пытался делать это и раньше, не знаю, может, ему и удавалось в особо удачные дни оживить парочку тараканов, но вот в тот день в паре с ним работал этот шестнадцатилетний парень, ясно?

— Что ясно? — эхом отозвался Шэнди.

— В общем, как оказалось — а никто из них в то время того не знал, хотя, может, старым бокорам и уж точно карибским индейцам до них это было известно, — такое трудное колдовство, как воскрешение, должно совершаться на море. Это имеет какое-то отношение к родству между кровью и соленой водой, как я понимаю. Так вот, этот белый мальчишка оказался самым сильным прирожденным магом среди белых... и вот он в Порт-Ройяле — на суше! — взялся за воскрешение.

Шэнди выждал немного и прервал затянувшуюся паузу:

— Да, и что?

— И вот город Порт-Ройял нырнул под воду, Джек.

— А, — Шэнди оглянулся на черный океан, — этот... этого шестнадцатилетнего парня...

— ...звали Эд Тэтч. И с тех самых пор он все пытается освоить этот трюк с воскрешением. Именно это и привело его сюда, на эти берега, два года назад. Ты об этом спрашивал, помнишь?

— Да. — Шэнди не почувствовал особого удовлетворения. — Ну ладно, а что же это за магическое место или родник, который мы должны найти в джунглях?

Дэвис моргнул.

— Я думал, ты знаешь, Джек. Это дыра в стене между жизнью и смертью. И любому, кто там окажется, может перепасть с той или другой стороны. Ты что, ничего не слышал об этой истории? Именно ее безуспешно искал Хуан  Понсе де Леон, только он называл это Фонтаном юности.