Прочитайте онлайн Святилище | Глава 63

Читать книгу Святилище
3816+2019
  • Автор:
  • Перевёл: Г. Соловьева
  • Язык: ru
Поделиться

Глава 63

Вторник, 30 октября 2007

Мередит заметила Хола раньше, чем он ее. Заметила, и сердце у нее подскочило. Он утопал в одном из трех низких кресел, стоявших вокруг столика, все в тех же синих джинсах и белой футболке, только голубой свитер сменил на светло-коричневый. Пока она наблюдала за ним, Хол поднял руку и откинул со лба непослушные волосы.

Мередит улыбнулась ставшему знакомым жесту. Оставив дверь захлопываться за спиной самостоятельно, она пошла к нему через комнату.

Он встал ей навстречу.

— Привет, — сказала она, положив руку ему на плечо. — Трудный денек выдался?

— Бывало лучше, — ответил он, целуя ее в щеку, и отвернулся, чтобы подозвать официанта. — Что тебе взять?

— Вино, которое ты мне вчера посоветовал, вполне подойдет.

Хол распорядился:

— Une bouteille du Domain Begude, s'il vous plait, Georges. Et trois verres.

— Три бокала? — переспросила Мередит.

Он помрачнел.

— Я на входе столкнулся с дядюшкой. Он, кажется, считает, что ты не против. Сказал, вы уже с ним разговаривали. Когда я сказал, что мы договорились выпить вместе, он напросился на приглашение.

— Ничего такого, — возразила Мередит, которой очень хотелось развеять сложившееся у Хола впечатление. — Он спрашивал, не знаю ли я, куда ты девался после того, как высадил меня здесь. Я ответила, что точно не знаю. Вот и все.

— Понятно.

— Это даже разговором не назовешь, — добавила она, чтобы он хорошенько понял. — А что было днем?

Теперь она склонилась вперед, опершись локтями о колени.

Хол оглянулся на дверь и снова перевел взгляд на нее.

— Вот что я тебе скажу: почему бы мне не заказать нам столик для ужина? Неохота мне начинать рассказывать, когда вот-вот явится дядюшка и придется замолчать. А так у нас будет естественный предлог уйти. Как насчет этого?

Мередит усмехнулась.

— Ужин — это прекрасно. Обед я пропустила и теперь умираю с голоду.

Хол с довольным видом встал.

— Я мигом.

Мередит смотрела, как он проходит через комнату к двери. Ей нравилось видеть, как его широкие плечи заполняют пространство. Она заметила, как он замедлил шаг и вдруг обернулся, словно почувствовав спиной ее взгляд. Их взгляды на мгновение столкнулись, потом Хол медленно, слабо улыбнулся и скрылся в коридоре.

Теперь уже Мередит пришлось откидывать черные непослушные пряди со лба. Она почувствовала, что ее накрывает горячая волна, ладони вспотели, и покачала головой: прямо как школьница!

Жорж принес бутылку и ведерко со льдом на подносике и налил вино в большой бокал, похожий на тюльпан. Мередит сразу отхлебнула несколько глотков, будто газировку, и принялась обмахиваться списком коктейлей, лежавшим на столике.

Она обводила глазами бар, рассматривая поднимавшиеся под потолок стеллажи и гадая, знает ли Хол, какие из книг пережили пожар и входили в первоначальную библиотеку. Ей чудилась связь между семействами Ласкомбов и Верньеров, и печатные труды фирмы Боске ее тоже подтверждали. А может быть, все книги здесь с распродажи.

Она посмотрела в темное окно. На дальнем конце лужайки угадывались тени деревьев, качающихся под ветром, словно войско призраков. Она ощутила на себе мимолетный взгляд, будто кто-то, проходя мимо окна, заглянул внутрь. Мередит прищурилась, но никого не увидела.

Тогда она поняла, что на самом деле кто-то стоит у нее за спиной. Потом услышала шаги. Волнующее предчувствие прошло мурашками по позвоночнику. Она улыбнулась и обернулась, блестя глазами.

Но перед глазами у нее оказался не Хол, а его дядя, Джулиан Лоуренс. Смутившись, она приняла более подобающее выражение лица и сделала движение, собираясь встать.

— Мисс Мартин. — Он легко придержал ее за плечо. — Прошу вас, не вставайте.

Джулиан расположился в кресле по правую руку от Мередит, склонился вперед, налил себе вина и снова откинулся, прежде чем она успела предупредить его, что он занял место Хола.

— Ваше здоровье! — произнес он, поднимая бокал. — Мой племянник опять разыграл фокус с исчезновением?

— Он пошел в ресторан заказать ужин, — ответила она.

Вежливо, деловито, и не более того.

Джулиан только усмехнулся. На нем были светлый полотняный костюм и голубая рубашка с расстегнутой верхней пуговицей. Как и в прошлые встречи, выглядел он совершенно спокойным и уверенным, хотя, видимо, уже успел немного выпить. Мередит все время невольно посматривала на его левую руку, лежавшую на подлокотнике. Рука выдавала его возраст — скорее за пятьдесят, чем сорок с небольшим, на которые он выглядел, но кожа у него была обветренная, и он явно с силой сжимал красную кожу обивки. Кольца на пальце не было.

Чувствуя, что молчание становится неловким, Мередит взглянула ему в лицо и обнаружила, что он все так же в упор разглядывает ее.

Глаза, как у Хола…

Она выбросила из головы мысль об их сходстве.

Джулиан поставил бокал на стол.

— Что вам известно о картах Таро, мисс Мартин?

Вопрос застал ее совершенно врасплох. Опешив, она тупо уставилась на него, гадая, что навело его именно на эту тему. Мелькнули в голове фотография, украденная со стены в вестибюле, колода карт, сайты, помеченные в ее ноутбуке, набегающие друг на друга музыкальные ноты. Он не мог обо всем этом знать, но Мередит почувствовала, что краснеет, будто ее поймали на чем-то. Хуже того, она видела, что он наслаждается ее смущением.

— Джейн Сеймур в фильме «Живи и дай умереть», — сказала она в надежде отделаться шуткой. — Больше ничего.

— А, прекрасная Солитер, — отозвался он, поднимая бровь.

Мередит выдержала его взгляд и промолчала.

— Лично меня, — продолжал он, — увлекает история Таро, хотя я ни на минуту не верю в возможность предсказывать будущее.

Мередит заметила, что и голос у него удивительно похож на голос Хола. У обоих была манера раскатывать слова, словно придавая каждому особое значение. Но было и важное отличие: у Хола душа нараспашку, все чувства написаны на лице. Джулиан же, наоборот, все время будто втайне насмехается над собеседником. Саркастичный тип. Мередит оглянулась на дверь, но дверь оставалась плотно закрытой.

— Вы знакомы с принципами толкования карт Таро, мисс Мартин?

— Можно сказать, ничего об этом не знаю, — отозвалась она, мечтая, чтобы он сменил тему.

— В самом деле? Из разговора с племянником у меня сложилось впечатление, что вы этим интересуетесь. Он сказал, что на прогулке по Ренн-ле-Шато у вас зашел разговор о Таро. Но, может быть, я неправильно его понял?

Мередит судорожно соображала. Таро не шли у нее из головы, что верно, то верно, но она не припоминала, чтобы заговаривала о них с Холом. Джулиан все разглядывал ее в упор, едва ли не с вызовом.

В конце концов Мередит отозвалась, просто чтобы прервать неприятно затянувшееся молчание.

— Насколько я понимаю, идея состоит в том, что хотя по видимости карты лежат в случайном порядке, но в действительности, тасуя колоду, вы выявляете невидимые связи.

— Хорошо изложено! — Он поднял бровь, но не отвел глаз. — Вам когда-нибудь гадали на картах, мисс Мартин?

У нее вырвался придушенный смешок.

— Почему вы спрашиваете?

Он опять поднял бровь.

— Просто интересно.

Мередит прожгла его взглядом. Она злилась от того, что он поставил ее в неловкое положение, а она позволила ему это сделать.

В это мгновение ей на плечо легла рука. Она подскочила, испуганно оглянулась и увидела улыбающегося ей Хола.

— Прости, — извинился он. — Не думал тебя напугать.

Кивнув дяде, он сел в свободное кресло напротив Мередит. Взял бутылку из ведерка и налил себе немного вина.

— Мы как раз беседовали о картах Таро, — сказал Джулиан.

— Вот как? — откликнулся Хол, обводя их взглядом. — И что же?

Мередит заглянула ему в глаза и прочла в них намек. Сердце у нее упало. Ей вовсе не хотелось затягивать обсуждение Таро, но ясно было, что Хол видит в этом отличный предлог избежать вопросов о том, как он провел вторую половину дня.

— Я как раз спрашивал мисс Мартин, видела ли она когда-нибудь, как гадают на Таро, — пояснил Джулиан. — Она собиралась ответить…

Мередит взглянула на него, потом на Хола и поняла, что если сейчас же не изобретет новую тему для беседы, от ответа ей не уйти.

— Вообще-то мне один раз гадали, — сказала она как можно равнодушнее. — В Париже, пару дней назад. Первый — и последний — раз.

— Вы получили удовольствие, мисс Мартин?

— Безусловно, это было интересно. А вы, мистер Лоуренс? Вы когда-нибудь гадали на картах?

— Джулиан, с вашего позволения, — вставил он.

Мередит уловила усмешку, мелькнувшую на его губах — веселье, к которому примешивалось что-то еще. Обостренный интерес?

— Нет, — ответил он на вопрос. — Это не для меня, хотя я, признаться, интересуюсь символикой, связанной с колодой Таро.

Мередит почувствовала, как натянулись у нее нервы. Подозрения перешли в уверенность. Это не праздная болтовня. Он добивается чего-то определенного. Она сделала еще глоток вина и с самым безразличным видом протянула:

— Вот как?

— Да, например, числовая символика, — продолжал он.

— Как я уже сказала, я в этом не разбираюсь.

Джулиан сунул руку в карман. Мередит напряженно замерла. Если он сейчас извлечет колоду Таро, это будет уж слишком. Дешевый трюк! Он перехватил ее взгляд, словно зная, что у нее на уме, и, не отводя глаз, достал из кармана пачку «Галуаз» и зажигалку «зиппо».

— Сигарету, мисс Мартин? — предложил он, протягивая ей пачку. — Хотя, боюсь, нам пришлось бы выйти.

Мередит взбесилась. Он делает из нее дурочку, а она даже не может сопротивляться.

— Я не курю, — отказалась она, покачав головой.

— Очень благоразумно. — Джулиан положил пачку и зажигалку на стол между ними и продолжил разговор: — Числовая символика, к примеру в церкви Ренн-ле-Шато, чрезвычайно увлекательна.

Мередит взглянула на Хола, предлагая ему сказать хоть что-нибудь, но он решительно устранился от беседы.

— Я не заметила.

— Правда? — сказал Джулиан. — А между тем там с особой частотой повторяется число двадцать два.

Вопреки антипатии, которую вызывал у нее дядя Хола, Мередит заинтересовалась. Теперь ей хотелось услышать, что он скажет. Она уже не притворялась, а искренне увлеклась.

— Где? — Вопрос прозвучал несколько резковато.

Джулиан улыбнулся.

— Баптистерий в центре, статуя дьявола Асмодея. Вы ее, конечно, заметили.

Мередит кивнула.

— Асмодей почитался одним из стражей Храма Соломона. Храм был разрушен в 598 году до Рождества Христова. Если вы сложите все цифры — пять плюс девять плюс восемь, — получите двадцать два. Вам, я полагаю, известно, мисс Мартин, что в колоде двадцать две карты Старших арканов.

— Известно.

Джулиан пожал плечами:

— Ну вот.

— Надо думать, число повторяется и в других случаях?

— Двадцать второе июля — день Марии Магдалины, которой посвящена церковь. Ее статуя расположена между тринадцатой и четырнадцатой картиной Крестного пути, она фигурирует и в двух-трех витражных картинах за алтарем. Еще одна связь — через Жака де Моле, последнего вождя тамплиеров. Считается, что Безу на той стороне долины связан с тамплиерами. Де Моле был двадцать вторым великим магистром ордена бедных рыцарей-храмовников. Затем, если перевести на французский возглас распятого Христа: «Elie, Elie, lamah sabactani?» — «Боже, Боже, почто покинул меня?» — получается двадцать две буквы. Теми же словами начинается двадцать второй псалом.

Все это было интересно в неком абстрактном смысле, но Мередит не могла понять, к чему он ей это рассказывает. Просто чтобы увидеть ее реакцию? Выяснить, много ли она знает о Таро?

А главное, зачем?

— И наконец, священник Ренн-ле-Шато, Беранже Соньер, умер двадцать второго января 1917 года. О его смерти рассказывают странную историю. Якобы его тело поместили на трон в бельведере, стоявшем в его поместье, и жители селения, проходя мимо, выдергивали по нитке из подола его одеяния. Эта картина сильно напоминает изображение Короля пентаклей в Таро Уайта. — Он пожал плечами. — К тому же, если вы сложите два плюс два плюс год его смерти, вы получите…

Терпение Мередит иссякло.

— Считать я умею, — тихо буркнула она и повернулась к Холу. — На какое время заказан ужин? — с намеком спросила она.

— На семь пятнадцать. Через десять минут.

— Конечно, — продолжал Джулиан, словно его и не перебивали, — выступая с позиции адвоката дьявола, каждый может взять любой набор чисел и отыскать в них особый смысл.

Он взял бутылку и наклонился, чтобы долить вина в бокал Мередит. Она накрыла бокал ладонью. Хол покачал головой. Джулиан пожал плечами и вылил остатки вина в собственный бокал.

— Кажется, никому из нас не придется садиться за руль, — как бы невзначай заметил он.

Мередит увидела, что Хол сжал кулаки.

— Не знаю, упомянул ли об этом мой племянник, мисс Мартин, но существует теория, что церковь Ренн-ле-Шато копирует строение, некогда стоявшее в границах нашего имения.

Мередит заставила себя снова вслушаться в его слова.

— Это правда?

— В церкви имеется значительное количество образов из Таро, — продолжал он. — Император, Отшельник, Жрец — каковой, как вы, конечно, помните, в иконографии Таро символизирует церковь.

— Вообще-то я не знала…

Он не умолкал.

— Иные скажут, что Маг — это, возможно, намек на Христа, и, конечно, в четырех картинах крестного пути фигурирует Башня, не говоря уже о Башне Магдалы на бельведере.

— Но она совсем не похожа, — вырвалось у Мередит, прежде чем она прикусила язык.

Джулиан склонился к ней.

— На что не похожа, мисс Мартин? — спросил он возбужденно, будто наконец-то заставил ее проговориться.

— На Иерусалимскую, — выпалила она первое, что пришло на ум.

Он поднял брови.

— Или, может быть, на Башню, которую вы видели в колоде Таро?

Над столом повисло молчание. Хол хмурился. Мередит не знала, то ли он смущен, то ли, уловив напряжение между ней и своим дядей, неправильно истолковал его.

Джулиан вдруг залпом допил вино, поставил бокал на стол, отодвинул кресло и встал.

— Оставлю вас вдвоем, — сказал он, улыбаясь так, будто провел приятнейшие полчаса в милом обществе. — Мисс Мартин, надеюсь, вам у нас нравится. — Он положил руку на плечо Холу, и Мередит заметила, какое усилие тот сделал над собой, чтобы не отстраниться. — Не заглянешь ли ко мне в кабинет, когда распрощаешься с мисс Мартин? Я хотел обсудить с тобой пару вопросов.

— Сегодня?

Джулиан выдержал взгляд племянника.

— Сегодня.

Хол, помедлив, резко кивнул.

Они молча дождались, пока Джулиан вышел.

— Не понимаю, как ты можешь… — начала Мередит и осеклась.

Правило номер один: никогда не критикуй чужих родственников.

— Как я могу его терпеть? — не сдерживаясь, ответил Хол. — Отвечаю — не могу. И как только все улажу, меня здесь не будет.

— Тебе что-нибудь удалось?

Мередит видела, как воинственный настрой покидает его, как мысли переключаются от ненависти к дяде на печаль об отце. Он встал, глубоко засунув руки в карманы, и взглянул на нее затуманенными глазами.

— Расскажу за ужином.