Прочитайте онлайн Святилище | Глава 58

Читать книгу Святилище
3816+2329
  • Автор:
  • Перевёл: Г. Соловьева
  • Язык: ru
Поделиться

Глава 58

Спускаясь с моста, Леони немного забеспокоилась. Теперь уже невозможно было притворяться, что она следует недвусмысленным наставлениям Анатоля. Она прогнала эту мысль из головы и обернулась через плечо на черные грозовые облака, нависшие над Бастидой. И тут-то она сказала себе, что разумнее остаться на дальнем берегу реки, подальше от разгулявшейся непогоды. Действительно, неблагоразумно прямо сейчас возвращаться в Нижний город. Кроме того, настоящая авантюристка и первооткрывательница не отступит просто потому, что так велел ей брат!

Квартал Триваль оказался гораздо неуютнее, беднее, чем ей представлялось. Все дети здесь бегали босиком. У края дороги сидел слепой нищий с мертвыми бельмами глаз, завернувшись в тряпку одного цвета с затоптанной мостовой. Рукой, почерневшей от грязи и нищеты, он протягивал грязную чашку. Леони, проходя мимо, уронила в нее монетку и, осторожно ступая по скользкому булыжнику, двинулась дальше. По сторонам улицы стояли простые дома. Все ставни выглядели рассохшимися, краска на них шелушилась. Леони наморщила нос. Улица пропахла немытыми людскими телами.

В крепости будет лучше…

Дорога плавно поднималась вверх. Она оставила дома позади и выбралась на открытое место, к зеленому склону под стенами крепости. Слева, наверху раскрошившейся каменной лестницы, она заметила тяжелую деревянную дверь, глубоко ушедшую в древнюю серую стену. Полустертая надпись говорила, что некогда здесь был монастырь капуцинов.

Когда-то…

Ни Леони, ни Анатоль не воспитывались под строгой сенью церкви. Мать была слишком свободомыслящей, а республиканские взгляды отца означали, как однажды объяснил ей Анатоль, что Лео Верньер видел в каждом духовном лице такого же врага республики, как в аристократии. Тем не менее романтическая натура Леони заставляла ее сожалеть о политических переменах и прогрессе, требующих пожертвовать красотой ради принципов. Ее душа открывалась архитектуре церквей, если не словам, звучащим в этих прекрасных зданиях. В задумчивости Леони миновала довольно красивый дом и местную достопримечательность, Мезон де Монморанси, с выступающими наружу деревянными балками и частыми переплетами окон, с ромбиками цветных стекол, преломлявших в желтые, голубые, красные лучи даже потускневший свет предгрозового неба.

На верхнем конце улицы Триваль она повернула направо. Впереди виднелись высокие и узкие песчаниковые башни Нарбоннских ворот, главного входа в город. Ее сердце взволнованно забилось при виде двойного кольца стен, размеченных башнями, крытыми то красной черепицей, то темным шифером. Их силуэты резко выделялись на фоне неба.

Одной рукой придерживая юбки, чтобы не мешали подниматься, она с новыми силами припустила вперед. Подойдя ближе, разглядела серые надгробия со скорбящими ангелами и монументальными крестами за высокой кладбищенской стеной.

Дальше тянулись луга и пастбища.

Леони на минуту остановилась, чтобы отдышаться. В цитадель через заросший мхом ров вел мост, вымощенный булыжником. У входа на него стояла будочка кассы. Мужчина в потрепанной шляпе, со старомодными бачками, собирал пошлину с возчиков, везущих в город товар и бочки эля.

На низком широком парапете моста рядом с парой солдат сидел человек. На нем был голубой наполеоновский сюртук, и он курил трубку с длинным чубуком, черную, как его зубы. Леони показалось, что при виде ее он чуть поднял брови. Мгновение он не без дерзости удерживал ее взгляд, потом отвел глаза в сторону. От его внимания девушке стало не по себе, и она поспешила пройти дальше.

Едва она вступила на мост, ее встретил мощный напор северо-западного ветра. Ей пришлось одной рукой удерживать шляпу, а другой ловить свободные юбки, норовившие обвиться вокруг ее ног. Она упрямо пробиралась вперед, щурясь от летящего в лицо песка.

Зато в городе стены сразу защитили ее от ветра. Она быстро привела в порядок одежду, постаравшись при этом не промочить ноги в потоке воды, сбегающем по сточной канаве посреди мостовой, и вошла в проход между внешней и внутренней стенами. Там она увидела колонку. Двое мальчиков качали металлические ручки, набирая воду в железное ведро.

Справа и слева она увидела остатки жалких убогих домишек. Их, как видно, снесли совсем недавно. На высоте верхнего этажа торчал вросший в стену и потому уцелевший при сносе дома очажный камень, почерневший от копоти.

Жалея, что, уходя из отеля, не сунула в карман путеводитель, ограничившись картой Бастиды, Леони спросила дорогу и получила ответ, что замок прямо передней, на западной стороне укреплений. Чем дальше она шла, тем сильнее тревожили ее недоброе предчувствие и разочарование. Издалека крепость казалась такой величественной, продуваемые ветром подходы такими торжественными и манящими, а тут, между стенами, было темно и мрачно. И к тому же грязно! Грязь покрывала скользкие булыжники. В сточной канаве скопился мусор самого разнообразного происхождения.

Леони выбрала дорогу по узкой улочке, руководствуясь нарисованным от руки указателем к Шато Комталь, где квартировал гарнизон. И здесь ее ожидало разочарование. Из прочитанного заранее она знала, что когда-то замок был жилищем династии Тренкавелей, много поколений владевших городом столетия назад. Леони представлялся сказочный замок, такой, какие стоят на берегах Роны и Луары. Она мысленно видела крепостной двор и торжественный зал, полный дам в длинных платьях и шевалье, выезжающих на битву.

Шато Комталь же выглядел тем, чем теперь и был — простым казарменным зданием, деловым, будничным и скучным. Башня Тур де Вад, скрывавшаяся в тени стены, стала пороховым складом. Единственный часовой коротал вахту, ковыряя в зубах. Все здесь говорило о небрежении. Крепость терпели, но ею не дорожили.

Леони постояла, выглядывая из-под полей своей шляпы и пытаясь увидеть что-нибудь романтичное в простом мостике и функциональных узких воротах самого замка, но так ничего и не нашла. Ей пришло в голову, что попытки воскресить старый город, превратив его в аттракцион для туристов, обречены на неудачу. Ей не удалось вообразить, как эти улицы наполняются приезжими. Слишком здесь было скучно, ничто не взывало к современным вкусам и модам. Новые стены из обтесанного машиной камня только подчеркивали окружающее запустение. Оставалось только надеяться, что после окончания работ атмосфера изменится. Новые рестораны, лавки, быть может, даже гостиницы, вернут жизнь на извилистые улочки. Леони побродила по галереям стен. Несколько таких же как она посетителей — дамы, греющие руки в меховых муфтах, и господа с тросточками и в шляпах-цилиндрах — пожелали ей доброго вечера.

Ветер здесь был еще сильнее, так что Леони пришлось достать носовой платок и закрыть рот и нос, защищаясь от сырости. Она выбрала путь через сложный лабиринт и вышла к старому каменному кресту над террасой, занятой хозяйственным двором с грядками овощей, курятниками и кроличьими клетками. Ниже теснилось несколько жалких домишек. С места, где она стояла, было ясно видно, насколько поднялась вода в реке. Бурные потоки рвались сквозь мельничные колеса. Внизу лежала Бастида. Она узнала собор Сен-Мишель и высокую башенку-колокольню Сен-Винсента рядом с их отелем. Взглянув на предгрозовое небо, Леони сообразила, что рискует оказаться запертой на дальнем берегу разливом реки. Нижний город вдруг показался очень далеким. История, которую она заранее сочинила для Анатоля — о том, как заблудилась среди узких улочек Бастиды, — не поможет ей, если она попадет в наводнение.

Какое-то движение над головой заставило ее поднять взгляд. Стая осенних ворон, черных на фоне серого неба, пролетала над башнями, с трудом одолевая встречный ветер.

Леони заспешила. Первая капля дождя упала ей на щеку. За ней еще и еще, все чаще, тяжелее и холоднее. Потом посыпала ледяная крупка и отрывисто ударил гром. Внезапно вода окружила ее со всех сторон.

Буря, которая так долго медлила, наконец пришла.