Прочитайте онлайн Святилище | Глава 28

Читать книгу Святилище
3816+2274
  • Автор:
  • Перевёл: Г. Соловьева
  • Язык: ru
Поделиться

Глава 28

Ренн-ле-Бен

Понедельник, 29 октября 2007

Самолет, в котором летела Мередит, коснулся земли в Тулузе, в аэропорту Бланьяк, на десять минут раньше назначенного времени. К половине пятого она взяла заказанную заранее машину и расплатилась за выезд со стоянки. В теннисках и синих джинсах, с большой сумкой на плече она выглядела совсем студенткой.

На кольцевой дороге в вечерний час пик движение было сумасшедшее, как в игре «Угон автомобилей», только без стрельбы. Мередит крепко вцепилась в баранку, машины теснили ее со всех сторон. Она включила кондиционер и приникла взглядом к ветровому стеклу.

Когда она выбралась на автостраду, стало спокойнее. Она расслабилась настолько, что включила радио. Нашла программу с классической музыкой и сделала звук погромче. Все как обычно: Бах, Моцарт, Пуччини и даже немного Дебюсси. Автострада шла почти прямо на Каркассон, свернув только через тридцать минут езды, чтобы описать петлю через Мирепуа и Лиму. В Куизе она свернула налево к Арку, десять минут вилась зигзагами и снова ушла вправо. К шести часам взволнованная предвкушением Мередит въезжала в городок, о котором так давно и много думала.

По первому впечатлению Ренн-ле-Бен ей понравился. Он казался гораздо меньше, чем она ожидала, а главная улица — правда, «главная» звучало с некоторой натяжкой — была так узка, что тут едва могли разъехаться две машины, но во всем этом было какое-то очарование. Даже пустота улиц ее не встревожила.

Она проехала уродливое каменное здание, за ним — симпатичный парк, отгороженный от дороги перильцами с табличкой «Jardin de Paul Courrent» и указателем на стене: «Le Pont de Fer». Внезапно нога ее резко нажала на тормоз. Машина остановилась, в последний момент избежав столкновения с бампером голубого «пежо», остановившегося впереди.

Она оказалась последней в короткой колонне машин. Мередит заткнула радио, нажала кнопку, открывающую окно и высунулась посмотреть, что происходит. Впереди небольшая группа рабочих собралась у желтого дорожного знака: «Rout barree». Водитель «пежо» вышел из машины и направился к рабочим. Мередит подождала, но когда еще пара водителей оставили свои машины, последовала их примеру, тут же столкнувшись с первым, возвращавшимся к своему «пежо». Ему было немного за пятьдесят, седина на висках, чуточку полноват, но подтянутый. Привлекательный мужчина, держится самоуверенно. Внимание Мередит привлекла его одежда. Очень строгий костюм, черный пиджак, брюки, галстук и начищенные до блеска ботинки.

Она бросила взгляд на номер машины. Оканчивается на II. Местный транспорт.

— Что случилось? — спросила она по-французски, поравнявшись с ним.

— Дерево упало, — отрезал он, даже не взглянув на нее.

Мередит разозлилась, получив ответ по-английски. Не так уж заметен ее акцент!

— Они не сказали, насколько это затянется? — в тон ему спросила Мередит.

— Не меньше получаса, — ответил он, забираясь в машину. — По здешним представлениям о времени это может обозначать и три часа. Или до утра.

Ему явно не терпелось уехать. Мередит шагнула вперед и придержала ладонью дверцу.

— А объезда здесь нет?

На сей раз он соизволил на нее взглянуть. Глаза голубой стали, очень прямой взгляд.

— Если вернуться в Куизу, оттуда через холмы мимо Ренн-ле-Шато, — сообщил он. — Вечером это займет не меньше сорока минут. Я бы подождал. В темноте легко сбиться. — Он бросил взгляд поверх ее головы, потом перевел глаза на лицо. — Теперь, с вашего позволения…

Мередит покраснела.

— Благодарю за помощь, — кивнула она, отступив на шаг.

Он припарковался у тротуара, вылез и зашагал по улице.

— Не из тех, с кем стоит заводить знакомство, — пробормотала она про себя, сама не понимая, чем он ее так взбесил.

Кое-кто из водителей умудрялся в тесноте развернуться на месте и уезжал в обратную сторону. Мередит задержалась. Как бы резко ни говорил тот тип, совет мог быть вполне здравым. Нет смысла блуждать по холмам.

Она решила осмотреть городок пешком. Отъехала к обочине и припарковалась рядом с голубым «пежо».

Мередит не знала точно, действительно ли ее предки родом из Ренн-ле-Бен или молодой солдат в 1914-м снялся здесь случайно. Но этот снимок был одной из немногих ниточек, оказавшихся у нее в руках. Почему бы сразу не начать поиски?

Она потянулась через сиденье за сумочкой — страшно было подумать, что ее ноутбук могут украсть, — и проверила, заперт ли багажник, куда она бросила большую сумку. Убедившись, что машина в порядке, она сделала несколько шагов по направлению к главному входу в термальный курорт.

На дверях висело большое рукописное объявление, что курорт закрыт с 1 октября до 30 апреля 2008 г. Мередит несколько раз перечитала надпись. Она почему-то не сомневалась, что они работают круглый год. Не додумалась заранее созвониться.

Она постояла немного, засунув руки в карманы. В окнах темно, видно, что в здании совершенно пусто. Хоть она и признавалась себе, что поиски следов Лилли Дебюсси отчасти лишь предлог, чтобы сюда попасть, но на курорт возлагала немалые надежды. Старые отчеты, фотографии конца века, когда Ренн-ле-Бен был одним из моднейших курортов в этих местах.

Теперь, перед закрытой дверью — даже если за ней и есть доказательства, что летом 1900 года Лилли присылали сюда для поправки здоровья, — она об этом не узнает.

Возможно, удалось бы убедить мэрию — или кого там еще — впустить ее внутрь, но надежда слабая. Досадуя на себя, что не продумала все заранее, Мередит повернулась и пошла по улице. Справа от здания водолечебницы начиналась пешеходная дорожка, аллея Рейнских купален. Мередит прошла по ней к берегу, застегнув куртку от поднявшегося резкого ветра. По дороге попался большой плавательный бассейн — без воды. Пустынная терраса выглядела запущенной. Выщербленные голубые плитки, расщепленные доски, отмытые когда-то до розового цвета, сломанные белые пластиковые поручни для отдыха. Трудно поверить, что бассейном не так давно пользовались.

Она шла дальше. Берег реки тоже выглядел пустынным, без следов человека, вроде мусора, оставленного компанией старшеклассников, развлекавшихся здесь ночью. Даже в грязи у берега не было следов колес. Тропинку ограждали металлические перильца, погнутые и жалкие на вид: в одном месте над деревянной лавочкой висела ржавая перекрученная корона из решетчатых обручей. Глядя на остатки крючков, Мередит догадалась, что в свое время она поддерживала навес от солнца.

Она по привычке, покопавшись в сумочке, вытащила камеру, повозилась с настройкой при плохом освещении и сделала пару кадров, без особой уверенности, что они выйдут. Она попробовала представить себе Лилли, сидящую на такой скамеечке в белой блузке и черной юбке, под скрывающими лицо широкими полями шляпы, мечтающей о Дебюсси и о Париже. Попробовала представить себе солдатика со снимка, прогуливающегося по берегу, может быть, под ручку с девушкой, но картинки не складывались. Неподходящее место. Все здесь было заброшено, все в упадке. Мир ушел дальше.

Загрустив невесть с чего о воображаемом прошлом, которого не знала, Мередит медленно пошла вдоль берега. Она вслед за изгибом реки сделала широкий крюк к плоскому бетонному мосту и приостановилась, не зная, идти ли дальше. Противоположный берег был шире и явно менее посещаемым. Неблагоразумно бродить по незнакомому городу, особенно если у тебя в сумочке дорогой ноутбук и камера.

К тому же темнеет.

Но Мередит словно что-то тянуло вперед. Любопытство, решила она, дух авантюризма. Ей хотелось узнать подноготную города. Прочувствовать дух места, существующего уже сотни лет, а не просто повидать главную улицу с современными кафе и машинами. А если окажется, что ее с городом связывает что-то личное, не хотелось иметь повод думать, что она даром потратила короткое время, отпущенное ей на знакомство. Прихватив ремешок сумочки, висящей на плече, она прошла через мост.

На дальнем берегу реки была иная атмосфера. Мередит сразу ощутила долговечность этого места, мало затронутого людьми и изменчивой модой. Грубо вырубленные, изломанные склоны холмов поднимались прямо над ней. В сумерках разноцветные листья кустов и деревьев принимали сочные оттенки зеленого, бурого и медного цвета. Казалось бы, привлекательный вид, но что-то в нем было не так. Он казался плоским, словно бы истинный характер места скрывался за нарисованной декорацией.

В густеющей октябрьской темноте Мередит осторожно пробиралась между разросшимися кустами, травяными кочками и мусором, наметенным сюда ветром. Вверху через мост прошла машина, луч от фар пробежал по серой скальной стене — здесь гора вторгалась в самый город.

Потом звук мотора смолк и снова стало тихо.

Мередит шла по тропинке, пока можно было. Она уперлась в черное устье тоннеля, уходившее под дорогу, пробитую в горном склоне.

Какой-то водоотвод?

Опершись ладонью в холодный кирпич облицовки, Мередит нагнулась и заглянула внутрь, почувствовав, как влажный поток воздуха из-под арки дохнул в лицо. Вода, зажатая в узком тоннеле, бежала здесь быстрее. Белые хлопья бились о кирпичные стены там, где поток огибал зубцы камней.

Вдоль стены тянулась узкая приступочка — только-только устоять.

Соваться туда — не особенно умно.

Но она уже пригнула голову и, ведя рукой вдоль стены, чтобы не потерять равновесия, шагнула во мрак. Ее сразу встретил запах сырости, брызг, мха и лишайника. Приступка через несколько шагов стала скользкой, но она продвигалась на шаг, еще на шаг, еще чуточку дальше, пока аметистовые сумерки не стали слабым отблеском и она не потеряла из виду берега реки.

Пригибая голову, чтобы не стукнуться о закругленную стену тоннеля, Мередит заглянула в воду. Плеснула мелкая рыбешка, протянулись по течению пряди расчесанных струей водорослей, кружево белой пены собралось складками вокруг камней и выступов стены.

Убаюканная белым шумом и движением воды, Мередит склонилась ниже. Взгляд ее стал рассеянным. Под мостом было мирное, потайное, секретное местечко. Здесь легко было вызвать прошлое. Вглядываясь в струи, она без труда вообразила босоногих мальчуганов в брючках до колен и кудрявых девочек с шелковыми ленточками в волосах, играющих в прятки под этим старым мостом. Ей даже послышалось эхо голосов взрослых, окликающих с дальнего берега.

«Что за черт?»

На долю секунды Мередит померещилось взглянувшее на нее лицо. Она прищурилась. Почувствовала, какой глубокой стала тишина. Воздух пустой и холодный, словно из него вытекла жизнь. Сердце стукнуло не в лад, все чувства обострились. Каждый нерв натянулся до предела.

«Это просто мое отражение…»

Велев себе не давать воли фантазиям, она снова заглянула в неровное зеркало воды.

Теперь сомнений не осталось. Из-под поверхности на нее смотрело лицо. Не ее отражение, хотя Мередит улавливала в нем собственные черты, а девушка с распущенными длинными волосами, колеблемыми течением — современная Офелия.

И тут глаза под водой вдруг медленно раскрылись, взглянули на нее, и Мередит встретила их ясный прямой взгляд. Глаза как зеленое стекло, и в них — все переливы водных струй.

Мередит закричала. Отскочила в ужасе, чуть не потеряла равновесия, в последний момент нащупала за спиной надежную твердость стены. Заставила себя взглянуть снова.

Ничего.

Ничего там не было. Ни отражения, ни призрачного лица в воде, просто искаженные очертания камней и плывущих по течению обломков. Просто вода, плещущая о камни, изгибающая в танце водяные травы.

Теперь Мередит отчаянно рвалась прочь из тоннеля. Осторожно, оскальзываясь, она дюйм за дюймом выбралась наружу. Ноги у нее дрожали. Сняв с плеча сумочку, она плюхнулась на сухую кочку и подтянула колени к подбородку. Над ней скользнули два луча — фары машины, выезжающей из города.

«Вот так это начинается?»

Величайшим страхом в жизни Мередит была болезнь, от которой страдала мать. Что, если однажды она проявится в ней? Призраки, голоса, видения и звуки, недоступные никому другому.

Она глубоко задышала: вдох-выдох, вдох-выдох.

«Я — не она».

Мередит дала себе еще несколько минут, потом встала. Причесалась, содрала слой слизи и водорослей с подошв теннисок, подхватила тяжелую сумку и вернулась на тропу.

Ее все еще трясло, но главное, она не могла простить себе, что так попалась. Она воспользовалась привычной, давно изученной техникой: призвала добрые воспоминания, чтобы вытеснить дурные. Теперь вместо болезненного воспоминания о плачущей Жанет она услышала в голове голос Мэри. Обычная материнская воркотня. Всякий раз, когда она являлась домой промокшая, с разорванными на коленках брюками, исцарапанная и в синяках, ее встречала Мэри. Мэри беспокоилась, что Мередит бродит где-то одна, что сует свой нос куда не надо — все как обычно.

Как всегда, как всегда.

Ее захлестнула тоска по дому. Впервые за две недели, проведенные в Европе, Мередит по-настоящему захотелось свернуться в уютном надежном кресле с книжкой в руках, закутавшись в лоскутное одеяло, сшитое для нее Мэри, когда она в пятом классе целый семестр не ходила в школу. Домой! Нечего бродить в одиночку, искать ветра в поле в забытом углу Франции!

Замерзшая и несчастная, Мередит взглянула на часы. Сотовый не ловил сигнала, но время показывал. Всего-то пятнадцать минут, как она вышла из машины. Плечи у нее поникли. Вряд ли дорогу уже расчистили.

Чем возвращаться по аллее Рейнских купален, она пошла обратно по проулку на задворках выстроившихся вдоль реки домов. Отсюда ей видна была нижняя часть бассейна, нависающая над дорожкой и подпертая стальными мостками. Под этим углом яснее вырисовывались очертания старого здания. В тени блеснули зеленые глаза крадущейся кошки. Мусор, клочки бумаги, пустые бутылки — ветер гонял их и сваливал в груды кирпичей и проволоки.

Река свернула направо.

На дальней стороне Мередит увидела арочный спуск, уводящий в речную долину с высоко расположенной улицы прямо на прибрежную тропу. Загорелись уличные фонари, и ей видна стала старуха в цветастом купальном костюме и купальной шапочке, лежащая лицом вверх в окруженной кольцом камней воде. Ее опрятно сложенное полотенце осталось рядом на дорожке. Мередит сочувственно поежилась, по тут же заметила, что от воды поднимается пар. Рядом со старой женщиной вытирался полотенцем худой загорелый старик.

Мередит восхитилась их героизмом — она бы не решилась на подобное холодным октябрьским вечером. Как же это было, когда Ренн-ле-Бен был процветающим курортом? Купальни с подъемниками, дамы и господа в старомодных купальных костюмах, входящие в горячую целебную воду, слуги и сиделки ждут здесь же, на берегу.

Не складывается. Как в театре, когда занавес опущен и огни погашены. Тот Ренн-ле-Бен слишком далек и недоступен воображению.

Узкая лесенка без перил вела к пешеходному мостику из выкрашенного в голубой цвет металла, связывающего левый и правый берега. Она вспомнила табличку указателя: «LE PONT DE FER» — Железный мост. Как раз там она оставила машину.

Мередит повернула туда. Обратно к цивилизации.