Прочитайте онлайн Милее всех роз | Часть 9

Читать книгу Милее всех роз
2916+1132
  • Автор:
  • Перевёл: А. Хромовой
  • Язык: ru
Поделиться

9

Если рай — это место, где много воды и зелени, то сады виллы д'Эсте, несомненно, и есть рай.

Марго с Нейлом уехали из Дельфьори рано утром, после завтрака с графиней, которая надавала им кучу указаний, инструкций и советов. Алисия Дельфьори не только одобрила планы Марго посетить Тиволи — она сказала, что это было одно из любимых мест графа Роберто, — но и настояла, чтобы они с Нейлом остановились в ее резиденции вблизи Кампаньяно ди Рома.

— Мы с Роберто построили там себе дом — мы любили навещать вечный город, — сказала графиня. — Мы назвали его Деревенским домиком — Роберто построил его так, чтобы он был похож на настоящий крестьянский дом.

Графиня добавила, что и сама скоро присоединится к своим гостям.

— В среду я должна быть в Риме на свадьбе — дочь моей подруги выходит замуж. Приятно будет увидеть друзей после утомительной поездки из Дельфьори в Кампаньяно ди Рома.

Для итальянцев несколько часов на машине — все равно что для американца путешествие через всю страну. Так что Марго поездка в Тиволи совсем не утомила, и они весь день бродили по садам. Время близилось к закату, а она все еще ничуть не устала и была полна сил.

— О, смотри, снова этот фонтан с драконами!

Нейл шагал сзади, сунув руки в карманы, и любовался на Марго. Она вспрыгнула на край каменного бассейна, встала на колени и опустила руки в прохладную воду. Волосы у нее растрепались от ветра, нос слегка обгорел на солнце и немного облупился. В своей бледно-персиковой блузке, легкой юбке и сандалиях Марго выглядела настоящим воплощением лета.

Он приехал сюда, чтобы доставить удовольствие Марго, но и сам восхищался творением кардинала д'Эсте. Нейл тоже вскочил на край фонтана и задрал голову, глядя на струю фонтана, которая взлетала чуть ли не выше крыши палаццо д'Эсте.

— Ох, как давно я мечтала побывать здесь! — радостно сказала Марго. — Фотографии и рисунки — это все совсем не то!

Она прямо сияла от счастья.

— Какое величие! Какая старина! Кажется, здесь каждое дерево, каждый камень хранит какие-то тайны!

Марго кивнула на высокие кипарисы.

— Им уже триста лет. С нашей точки зрения, они почти бессмертны. Интересно, что бы они могли поведать нам, если бы вдруг заговорили?

— Боюсь, что ничего нового, — заметил Нейл. — Не так уж много изменилось здесь за эти триста лет.

— Ты хочешь сказать, что и тогда люди тоже ели, спали, рожали детей и работали, как и сейчас?

Пока они бродили по дорожкам, в саду почти стемнело, и в окнах виллы стали зажигаться огни. В чаше фонтана тоже зажглись огни, и подсвеченные снизу каскады казались волшебными. Марго встала и задумчиво любовалась игрой воды.

— Нейл, а что за человек был граф?

— Роберто Дельфьори? — Нейл удивился неожиданному вопросу. — Это был практичный, проницательный бизнесмен, однако рисковать тоже не любил. Много работал, много веселился, наслаждался жизнью.

— И страстно любил свою графиню.

Нейл кивнул.

— А от чего он умер?

— От удара. Он умер почти мгновенно. Алисия говорила, он так и хотел.

Как много людей, любовавшихся этими фонтанами, отжили, отлюбили и ушли из жизни! А чудный старый дворец и сад все так же хранят свои тайны и воспоминания.

Она почему-то посмотрела на Нейла. И по выражению его лица поняла, что он понимает и разделяет ее чувство. Она ничего не сказала — в этом не было нужды. Все, что нужно — это шагнуть в его объятия.

Он обнял ее и прижал к себе. Губы Нейла коснулись ее губ дразнящим легким поцелуем. Мир замер и погрузился в безмолвие. Старые деревья, камни, даже вода, струящаяся по камням, казалось, застыли в ожидании.

И тут раздался смех, топот ног, незнакомая речь, и на овальной лестнице, ведущей к фонтану, появилась группа туристов. Они жестикулировали, указывая на фонтан, и оживленно переговаривались по-немецки.

Нейл с недобрым выражением посмотрел на туристов.

— Ну что, пойдем дальше?

Марго сглотнула, чтобы избавиться от комка в горле. — Да нет, хватит на сегодня. Поздно уже. Нам ведь еще надо добраться до Деревенского дома графини.

— Если верить карте, Кампаньяно ди Рома недалеко отсюда.

Нейл больше ничего не сказал, но Марго поняла то, что осталось недосказанным. Графини нет, так что они будут одни, не считая слуг. Им, конечно, дадут отдельные комнаты, но отсюда не следует, что они должны всю ночь спать отдельно…

Интересно, очень заметно, что у нее сердце колотится в два раза быстрее обычного? Она начала подниматься по полукруглой лестнице, ведущей наверх. Еще два дня — и она будет дома, в Карлине, и снова придется решать обычные проблемы. И не нужно будет преодолевать искушений… Она оглянулась на Нейла. Уж больно заманчивое искушение!

«Будь что будет», — повторила про себя Марго.

А вслух спросила:

— А далеко до этого Деревенского дома?

— Да нет.

Они подошли к своей машине, взятой напрокат, Нейл открыл ей дверцу и спросил:

— У тебя с собой та бумажка, где написано, как доехать?

— Конечно! — Марго достала из бумажника свернутый листок. — Вот. Сперва до Кампаньяно ди Рома, потом свернуть налево, на Виа Гарибальди.

— Я тут где-то видел указатель на Кампаньяно ди Рома, — сказал Нейл, трогая машину. Марго откинулась на спинку сиденья. Ее прямо трясло от возбуждения. Ей было трудно дышать, как перед грозой, когда, затаив дыхание, ждешь удара грома. Бабушка Бет когда-то говорила, что, когда слишком возбудишься, надо сделать три глубоких вдоха, чтобы успокоиться. Она решила попробовать.

— О черт! — воскликнул вдруг Нейл.

— Что такое?

— Не туда свернул.

Он включил лампочку, чтобы Марго могла видеть карту.

— Там было написано, что это поворот на Маринеллу. По-моему, нам в другую сторону.

— Да, похоже. Давай остановимся и кого-нибудь спросим.

И тут впереди появилась бензоколонка. Нейл свернул туда, опустил окно и что-то спросил по-итальянски.

Подошли двое рабочих, посоветовались друг с другом и, темпераментно размахивая руками, начали что-то объяснять Нейлу. Марго из всего диалога разобрала только несколько слов:

— Dritto! Va sempre dritto!

— Что они говорят? — спросила она.

— Похоже, мы все-таки правильно едем. Они говорят, надо ехать все время прямо.

Нейл взял у Марго карту и, нахмурившись, принялся ее изучать.

— И все же я мог бы поклясться, что нам надо в другую сторону.

— Да нет, рабочие на колонках обычно знают такие вещи.

Марго высунулась в окно, пытаясь разглядеть какие-нибудь знаки или указатели. Ничего!

Через десять минут Нейл затормозил возле постового, который регулировал движение на перекрестке. Полицейский подумал, почесал в затылке и произнес знакомые слова.

— Переводить не надо! — сказала Марго, когда Нейл снова тронул машину. — Он сказал, что нам надо ехать прямо — так ведь?

— Так. Dritto, sempre dritto! Но почему-то мне все это очень не нравится.

— Может, позвоним в Деревенский дом? — предложила Марго.

Нейл пробурчал что-то вроде «Это слишком просто», но все же затормозил у следующей бензоколонки и пошел позвонить. Через несколько минут он вернулся и сообщил:

— У них телефон не работает. Но я все же уточнил дорогу. Мы, оказывается, ехали по кругу. Кампаньяно ди Рома в трех милях позади. Нам сейчас надо повернуть, и…

— И dritto, sempre dritto! — Марго пыталась сохранять серьезную мину, но не выдержала и прыснула. Нейл тоже рассмеялся, и несколько минут они покатывались от хохота.

«Надо же, а ведь так романтично начинался этот вечер!» — с тоской подумал Нейл.

— И где же мы теперь?

Вскоре они очутились в каком-то маленьком городке. Марго вертела головой, разыскивая дорожные указатели, когда Нейл вдруг воскликнул:

— Гляди-ка! Там, кажется, траттория. Ты есть хочешь?

— Ужасно! Я голодная как собака. Пошли, съедим спагетти!

Они припарковывали машину на обочине, когда к ним подбежал молодой человек в джинсах и ярко-желтой футболке. Он быстро-быстро заговорил по-итальянски, и Нейл перевел:

— Он говорит, чтобы мы поставили машину во дворе. Говорит, здесь полно воров. Еще он говорит, что в траттории «Бельканто» лучший повар во всей Италии. Вроде бы поваром здесь его теща.

Траттория оказалась очень уютной. С потолка свисали окорока и бутылки кьянти. Вдоль стен стояли длинные деревянные столы, покрытые белоснежными скатертями. За столами сидели группки людей, которые ели, оживленно переговаривались и смеялись. Видимо, сюда было принято ходить семьями.

Молодой человек усадил их на краю большого стола.

— Садитесь, пожалуйста, — сказал он по-английски. — Что вам угодно?

В траттории было довольно шумно, да еще компания за соседним столиком грянула какую-то веселую песню.

— А меню у вас есть? — крикнула Марго, стараясь перекрыть шум.

— Certo! — сказал молодой человек и ткнул себя в грудь. — Я меню!

Он на одном дыхании перечислил множество блюд и остановился в ожидании.

Марго беспомощно оглянулась на Нейла. Тот с трудом сдерживался, чтобы не рассмеяться.

— Ну, давайте цыпленка… — начала она.

Молодой человек поморщился.

— No, синьорина, no. Цыплят подают где угодно. Я принесу вам баранины — моя теща ее замечательно готовит. Сначала insalata, а после салата — бобы. Очень замечательные бобы. Va bene?

Марго ничего не оставалось, как согласиться. Нейл заказал bistecca — здешний фирменный бифштекс, и вина:

— Да побольше, побольше!

— Eccolo, signore!

И молодой человек брякнул на стол огромную бутыль. Вслед за бутылью появились стаканы. — Не беспокойтесь, — сказал официант, перехватив испуганный взгляд Марго. — Вы платите только за то, что выпьете.

И убежал.

— Нейл, — удивилась Марго, — а он все запомнит?

— Чего? — переспросил Нейл — он не расслышал ее, такой взрыв хохота раздался за соседним столом.

Марго не успела повторить вопрос — в дверях появилось еще несколько посетителей: двое мужчин, две женщины и девушка. Они подошли к столу, за которым сидели Марго с Нейлом, дружелюбно приветствовали их, сели и представились.

Новоприбывшие были из Падуи, ездили в Рим проведать родственников. Обнаружив, что Марго не понимает по-итальянски, они перешли на ломаный английский и принялись рассказывать о том, что было с ними в Риме. Потом, узнав, что их соседи по столу из США, они предложили тост за gli Stati Uniti.

Все итальянцы вскочили и выпили стоя. Нейл предложил ответный тост — за Италию. Потом выпили за процветание Падуи, потом отдельно за каждый из семи холмов Рима, и все это с большим энтузиазмом и большими стаканами.

Завязалась оживленная беседа. Английские слова мешались с итальянскими — было уже все равно. Все речи сопровождались театральными жестами. Когда компания за соседним столом завела новую песню, Марго принялась подпевать, хотя совершенно не знала слов.

После этого соседний стол предложил тост за ее здоровье. Ее осыпали комплиментами — и снова запели. К тому времени, как на столе появился ужин, огромная бутылка была пуста.

«Как в телешоу», — расслабленно подумала Марго. Ужин был превосходный. Вино появлялось на столе словно по мановению волшебной палочки. К тому времени, как их соседи по столу поужинали и встали — они очень сожалеют, но им надо сегодня добраться до Падуи, — голова у Марго уже шла кругом. Она заказала кофе-эспрессо, чтобы прийти в себя, но глаза все равно слипались.

Нейл о чем-то спросил официанта.

— Он говорит, мы недалеко от Санта-Маринеллы. Это миль тридцать от дома графини.

— Тридцать миль!

Подумать только, что придется ехать тридцать миль в темноте неизвестно куда!

— Нейл, что же нам делать?

— Официант говорит, что его двоюродная сестра содержит пансион — замечательные комнаты, даже с ванной. Это недалеко, на углу, так что машину можно оставить на этой стоянке. Правда, он говорит, сейчас много туристов, разгар сезона, и в пансионе может не быть свободных мест, но официант обещал узнать.

— Меня это устраивает, — промямлила Марго. Веки тяжелели с каждой минутой. — Мне сейчас ничего не надо — только упасть, и спать, спать, спать… Как ты думаешь, этот пансион очень скверный?

— Кровать там точно найдется.

Несколько часов назад кровать была им нужна совсем для другого. А теперь Нейл зевал с опасностью вывихнуть челюсти.

— Слушай, может, они чего подсыпают в вино? Я прямо с ног валюсь.

Тут появился сияющий официант и сообщил, что все в порядке. У его сестры есть свободные комнаты — «с ванной»! Они обо всем договорились, заплатили по счету, взяли свои сумки и вышли на улицу, провожаемые дружным хором «Arrivеderci, signore, signorina!»

— Похоже, море близко, — сказала Марго, вдыхая ночной ветерок, принесший запах соли. — Наверно, если бы мы ехали все прямо и прямо, мы бы заехали в самое море!

— Ой, не надо про «прямо и прямо»! — воскликнул Нейл.

— «Dritto, sempre dritto!» — повторили они хором.

Они хихикали до самого пансиона. Но тут обнаружились некоторые сложности. Хозяйка пансиона, маленькая рябая старушка по имени синьора Антония, потребовала заполнить анкету и предъявить удостоверение личности, чтобы доказать, что это действительно кредитная карточка Нейла.

— Ну ладно, — сказал он Марго, — ты иди наверх, а я тут разберусь с местной бюрократией. Мне все равно надо еще позвонить по телефону.

— Да-да, — по-матерински закивала синьора Антония. — Вы, синьорита, выглядите ужасно усталой. Stancha morta — до смерти устали! Братец говорит, вы издалека приехали. Идемте, идемте, я покажу вам вашу комнату.

Она проводила Марго в номер с двумя узкими кроватями и крошечной ванной. Марго из вежливости пыталась слушать синьору Антонию, которая с гордостью демонстрировала ей доисторический смеситель, душ, сработанный еще рабами Рима, и, наконец, последнее достижение: занавеску перед ванной! Потом хозяйка удалилась, радушно пожелав приятного сна.

Марго и в самом деле твердо решила улечься спать. К тому времени, как Нейл поднялся в номер, она уже приняла душ и переоделась в ночную рубашку.

— Осторожнее с душем, — предупредила она. — Вода идет либо ледяная, либо сразу кипяток.

— Скажи спасибо, что она вообще идет, — Нейл косо поглядел на узенькие кроватки. — Они действительно такие неудобные или это только так кажется?

— А какая разница? — Марго плюхнулась на постель в полной уверенности, что заснет в тот же миг, как ее голова коснется подушки. Но в поясницу ей тут же уперлась какая-то пружина. А еще хуже было то, что в окно лился яркий свет и бил прямо в глаза.

Нет, так уснуть невозможно. Что это еще за фонарь? Марго встала и прошлепала босиком к окну, задернуть занавеску. И остановилась в изумлении. За окном был небольшой сад, а над садом висела огромная золотая луна.

Это было так красиво, что ее усталости как не бывало. Она высунулась в окно, облокотившись на подоконник, и тут в саду, залитом лунным сиянием, послышались трели соловья, такие сладостные, что у нее защемило сердце. Ей вспомнились строки из «Ромео и Джульетты», давным-давно заученные на уроках литературы:

То пенье соловья. Он по ночам Поет вон там на дереве граната…

Марго вдруг обнаружила, что Нейл стоит у нее за спиной. Она и не слышала, как он вышел из ванной. Он назвал ее по имени, и от того, как он это произнес, у Марго екнуло сердце. Нейл положил ей руки на плечи, и от этого прикосновения спать ей расхотелось окончательно.

Марго обернулась. Волосы у него были влажные после душа. Кроме банного полотенца на бедрах, на нем ничего не было. Свет луны смягчал его резкие черты и серебрил серые глаза.

— Марго, — шепнул он еще раз.

И она оказалась в его объятиях. Это место словно специально предназначалось для нее — она хотела бы провести всю жизнь вот так, прижавшись к его груди.

Поцелуи Нейла пахли хмелем и страстью. Его пальцы нежно касались ее волос, ее спины, ее рук — казалось, он играл на ее теле, словно на чуткой арфе. И мягкие волны желания разбегались по ее телу в такт с этой неслышной музыкой.

Аромат жимолости и роз окутывал их. Нейл чувствовал, как под полупрозрачной ночной рубашкой бешено бьется сердце Марго. Он жаждал слиться с нею, чтобы она стала частью его тела. Когда он наклонился и поцеловал ее, его охватило почти пугающее по своей силе чувство.

Марго откинулась назад и упивалась его поцелуями. Снова вернулись те чувства, что охватили ее в саду у графини, и эта первобытная, неукротимая страсть была под стать волшебной ночи, что окружала их. Они прижались друг к другу так крепко, что Марго уже не понимала, где кончается она и начинается Нейл. Соловей умолк, и лишь их прерывистое дыхание и гулкое биение сердец нарушало ночную тишину.

— Ты ведь знаешь, как ты нужна мне, — шептал Нейл. — Ты мне очень нужна, Марго!

Его низкий голос прервался, но это молчание было красноречивее любых слов. А ее чувства к Нейлу нельзя было бы выразить словами, ибо они были уже за пределами разума. Она не могла насытиться вкусом его губ, его близостью, ее стремление к нему было уже выше простой физической страсти. Если это не любовь, тогда что же это?

Ее руки скользили по его влажной коже — сколько раз она в воображении ощупывала его тело: мягкие волоски на груди, гладкие мускулы рук и спины. Потом ее руки спустились ниже, и полотенце упало на пол.

Нейл все еще целовал ее, а Марго быстро стягивала с себя ночную рубашку. Он ласкал ее жадно и любовно, и его губы скользили вниз, вслед за руками. Он поцеловал ее в обнаженную шею, потом осыпал поцелуями ее пышную грудь. Когда его губы коснулись острых сосков Марго, она закружилась в водовороте острых эмоций, невероятной, опаляющей страсти.

И вместе со страстью пришла болезненная нежность. Она переполнила сердце до краев и искала выхода — иначе сердце могло бы разорваться. Марго поцеловала Нейла в шею, в плечо и приглушенно хихикнула:

— Какой ты соленый! Почти как крекер…

Она снова попробовала его на вкус, спускаясь все ниже, ущипнула губами его плоские соски, легонько целуя его грудь и плоский живот. Она гладила его могучие мускулы, наслаждаясь его ласковой силой.

— Какой ты вкусный! Я еще хочу…

От прикосновений губ и пальцев Марго желание Нейла стало почти нестерпимым, но он сдерживал себя. Даже теперь он не терял присущего ему чувства юмора, и почему-то оттого, что они смеялись над собой, плотский акт любви сделался чем-то необыкновенным.

Не отрываясь друг от друга, они опустились на одну из постелей — и кровать уже не казалась такой узкой и неудобной.

Простыни были прохладные, а Нейл горячий. Его руки скользнули вдоль боков Марго к бедрам, к коленям, и снова губы последовали по пути, проложенному пальцами…

— Я так давно хотел любить тебя… — шептал он. — Ты мне дороже всех на свете, Марго…

Она заглянула ему в глаза. В его глазах отражался лунный свет, они лучились нежностью и страстью — и еще в них стоял вопрос. И она ответила, обняв его и притянув к себе. В себя.

Нейл вошел в нее. Она тихо выдохнула его имя. На миг они застыли, соединившись, уединившись в своем мире, во вселенной, которая была создана ими и принадлежала лишь им двоим. Потом они медленно начали двигаться в ритме, что древнее самого времени.

Она хотела, чтобы это длилось вечно. Она хотела продлить очарование этого момента. Но потребность слиться теснее, сделаться единым существом заставляла их двигаться все быстрее и быстрее. И вот они уже задыхались от желания, и Марго шептала «Я всегда буду любить тебя!», а потом пришло облегчение, столь глубокое, что оно было похоже на забытье.

Они долго лежали, обнявшись, пока их дыхание замедлялось и жар страсти остывал, превращаясь в мягкую нежность. Марго хотела бы удержать эти мгновения — они были столь же сладостны, как само соединение, — но веки у обоих закрывались. Она еще услышала, как Нейл пробормотал ее имя, и хотела ответить, но уже не смогла.

И тогда она услышала то, чего так долго ждала. Прижавшись губами к ее щеке, Нейл сонным голосом пробормотал:

— Я люблю тебя, Марго… Люблю тебя…

И Марго уснула, затаив эти слова в самом сердце.

Ее разбудило утреннее солнце. В ее крови все еще лениво струились ручейки страсти. Марго открыла глаза. Нейл спал рядом. Он лежал на спине, обняв ее одной рукой, заложив другую под голову.

Где-то среди ночи они снова проснулись, сдвинули кровати вместе и снова любили друг друга.

Когда Нейл уснул, Марго долго всматривалась в его лицо. Во сне он выглядел моложе, мягче. В жестких линиях рта появилась нежность, губы приоткрылись, и от этого он выглядел каким-то беззащитным. Нейл — и беззащитный? Это что-то новенькое.

Но сейчас ей не хотелось думать и анализировать. Потом. Марго теснее прижалась к Нейлу и снова закрыла глаза. Можно еще чуть-чуть подремать, прежде чем реальность снова вторгнется в ее мир.

Но от реальности никуда не денешься. Мягкое лунное сияние сменилось настойчивым солнечным светом, в садике за окном орал петух. Вилла д'Эсте стала уже воспоминанием. А завтра Марго уезжает.

Она не собиралась обманывать себя. Почти что с первой встречи ей хотелось заняться любовью с Нейлом. И вот они стали любовниками и, наверно, будут ими и дальше. Главное — не забывать, что любовь-то любовью, а в остальном они остались прежними, совершенно разными людьми.

И однако теперь, когда они лежали рядом, казалось, что преграда меж ними стирается и исчезает. В конце концов, за те две недели, что Марго провела в Италии, она успела выполнить заказ графини, пообщаться с Карло Монкатто, который похвалил ее работу. Рядом с Нейлом ей начинало казаться, что и для нее полем деятельности может стать весь мир.

— «Сандерс энд компани», международная фитодизайнерская корпорация, — задумчиво произнесла Марго.

— Это зависит только от тебя.

Она открыла глаза и увидела, что Нейл смотрит на нее. Взгляд у него был ленивый и довольный, губы улыбались. Она поцеловала его прямо в губы, потом спросила:

— Ты что, мысли читаешь? Откуда ты знаешь, о чем я думала?

— Ты сказала вслух: «„Сандерс энд компани“, международная фитодизайнерская корпорация». У тебя появился размах. Мне это нравится.

— А мне нравишься ты.

Нейл притянул ее поближе.

— Поверь мне, это взаимно. А еще мне нравится, что мне с тобой хорошо.

Его губы коснулись ее шеи, опустились ниже, принялись теребить соски.

— Мне нравится, какова ты на вкус, — говорил Нейл. — Ты нужна мне, Марго. Ты нужна мне вся…

Ночью он говорил, что любит ее. Конечно, одно дело днем, другое ночью. И все же в Марго радость немного померкла, хотя ей по-прежнему было с ним рядом очень хорошо.

Нет уж, лучше пусть все будет по-честному. Лучше наслаждаться тем, что есть, и не загадывать вперед, и не требовать большего. С тем, кто хочет невозможного, может случиться то же, что с рыбаком из сказки, которую бабушка рассказывала ей в детстве.

— А что это за сказка? — спросил Нейл. Марго и не заметила, что говорит вслух.

— Ну, про рыбака, который поймал золотую рыбку.

Нейл видел, что настроение Марго переменилось. Страсть, что недавно кипела в ней, уступила место спокойной задумчивости.

— Расскажи, а? Я люблю рыбацкие истории.

Марго положила голову ему на грудь, и он стал гладить ее по волосам.

— Да нет, это не рыбацкая история… Ну, то есть не совсем. Понимаешь, один бедный рыбак поймал золотую рыбку, и она обещала, что исполнит любое его желание, если он ее отпустит. Ну вот, он сперва попросил сделать его богатым, потом потребовал, чтобы она сделала его королем, потом императором, — а потом рыбке надоело, и она забрала все свои дары обратно.

Она говорила как бы шутя, но Нейл уловил серьезную нотку в ее голосе.

— Это не тот случай, — успокоил он Марго. — Ты ведь талантлива, Марго. Монкатто очень понравилась твоя работа. Графиня готова оказывать тебе покровительство. В конце концов, я в тебя верю. «Сандерс энд компани» действительно может подняться до небес!

Он поцеловал ее в макушку, отодвинулся, сел. Яркие солнечные лучи омывали его мощный торс, золотили вьющиеся волосы у него на затылке. Марго посмотрела ему в лицо и поняла, что мысли он читать все же не умеет. Он решил, что ее волнуют профессиональные проблемы. А она-то говорила о чувствах…

Что лучше, яблоки или апельсины? Марго села. Нейл встал и решительно направился в душ.

— Чудный денек сегодня! — крикнул он сквозь шум льющейся воды. — Как раз подходящий день, чтобы посмотреть виллу д'Ардженто!

Марго почти забыла об этой вилле, которую купил клиент Нейла, Козимо Бартоломеи. Но она была рада, что можно отвлечься от своих размышлений. Пока они одевались и пили кофе с хрустящими булочками, она расспрашивала Нейла об этой вилле и ее хозяине. Потом Нейл спросил у синьоры Антонии, не знает ли она, где находится Villa d'Argento — Серебряная вилла.

Последовала оживленная беседа, отчасти на итальянском, отчасти на английском.

— Синьора говорит, что эта вилла недалеко отсюда, — перевел Нейл. — Она в Казетте, небольшом городке у моря. Хозяйка говорит, что во времена ее бабушки эта вилла была великолепна, но с тех пор пришла в упадок. Ну что, заглянем?

— Давай заглянем. А мы не заблудимся?

Синьора заверила их, что заблудиться тут негде. Надо все время ехать вдоль моря.

— Это просто, — говорила она, — va dritto, sempre dritto.

— Что-то не нравится мне все это, — проворчала Марго, когда они вышли на улицу и окунулись в ослепительное сияние солнца. И тут же воскликнула: — Ой, значит, я действительно слышала шум моря вчера ночью!

Дорога, казалось, уходила прямо в ярко-голубое море. Над водой кружили крикливые чайки, на горизонте виднелся большой корабль.

— Тирренское море, — сказал Нейл. — Если верить хозяйке, Казетта к северо-востоку отсюда.

Казетта оказалась маленьким городком, стоящим на холме над морем. Марго была очарована обилием красок: серебристо-серые оливы, ярко-зеленые поля, усыпанные полевыми цветами, темно-зеленые кипарисы. Но, когда они подъехали к огромным железным воротам, подвешенным на мраморных столбах, Марго засомневалась. Ворота заперты, никого нет…

— А может, не надо? — робко сказала она. — А то зайдем, а нас возьмут и пристрелят за проникновение на чужую территорию.

— Тут есть калитка. — Нейл вышел из машины и распахнул небольшую деревянную дверь в нескольких шагах от внушительных ворот. — Не бойся ты. Бартоломеи разрешил посмотреть виллу.

Да, вилла д'Ардженто определенно знавала лучшие времена. Дорога была разбита, и лохматые итальянские сосны, что как часовые стояли у въезда, казалось, стыдились своего неухоженного вида. За ними возвышались переросшие каменные дубы и давно не стриженные лавры, в которых прятались статуи.

Марго ощутила что-то вроде ностальгии.

— Это место чем-то напоминает мне Латимер-хауз. Надеюсь, Зак управляется с кошками.

— Не беспокойся, — ответил Нейл. — Ты лучше скажи, как тебе здесь?

Марго раздвинула заросли шиповника и лавра, чтобы полюбоваться статуей Цереры.

— Интересно, кто создал эти замечательные статуи? Здесь чувствуется что-то такое… Дикое, что ли. И аромат старины. Кажется, будто сам Пан когда-то жил здесь.

Они прошли мимо пересохшего фонтана, над которым высилась статуя крылатого коня Пегаса, потом поднялись по пологой лестнице мимо каскада завитков, выточенных из серого камня. Когда-то по этому каскаду струилась вода из другого фонтана, расположенного на верхней площадке лестницы.

— Представляю, как выглядел этот каскад, когда по нему текла вода! Хорошо бы увидеть это место таким, как оно должно быть, — вздохнула Марго.

Они шагали по дороге, поднимаясь к большому палаццо на вершине холма. Палаццо, как и ворота, было заперто наглухо, окна закрыты ставнями, но из западных окон, должно быть, когда-то открывался великолепный вид на море. Тирренское море сияло на солнце, как бирюза.

Марго присела на травянистый склон у самой стены и мечтательно смотрела на расстилавшийся внизу пейзаж, с наслаждением вдыхая соленый воздух, напитанный ароматами трав и душистых кустарников.

— Ты, кажется, говорил, что твой друг хочет привести это место в порядок, — сказала Марго.

— Да. Он и еще двое коммерсантов создали консорциум. Они хотят устроить здесь отель. Они наняли архитектора, Фабио Луна.

Нейл присел рядом с ней и вытянул свои длинные ноги.

— Вот если бы ты была этим Фабио Луна, что бы ты сделала с этим местом?

Марго обернулась к палаццо.

— Я постаралась бы сохранить дух этого места. «Спокойствие», как сказал Монкатто.

— А точнее? — Нейл выудил из кармана Марго ее блокнот и сунул ей в руки.

Карандаш забегал по бумаге. Нейл следил за ней с улыбкой. Он с растущим уважением наблюдал, как под ее карандашом обретали новую жизнь заброшенные сады виллы.

— Ну вот, — сказала она наконец. — Это, конечно, очень грубо. Надо повнимательней изучить это место и сделать несколько хороших эскизов.

Она помолчала, потом мечтательно добавила:

— Но ты знаешь, вот тут бы я развернулась, если бы могла. Я всю жизнь мечтала о чем-то подобном.

— Ну что ж, теперь у тебя есть шанс, — ответил Нейл.

Марго, все еще завороженная своим видением, рассеянно спросила:

— Какой?

— Ты помнишь, что мы ужинаем у Козимо Бартоломеи?

Марго кивнула.

— Ну вот, кроме нас, там будут два его компаньона и Фабио Луна.

Марго опустила карандаш и растерянно уставилась на Нейла. Наконец до нее дошло.

— Нейл, ты к чему клонишь?

— Луна подбирает себе команду для работы над этим проектом. Он уже пригласил нескольких талантливых фитодизайнеров.

Марго обнаружила, что сидит с разинутым ртом. Ей понадобилось некоторое усилие, чтобы закрыть его. Марго с трудом выдавила:

— А-а… а с чего ты решил, что он меня возьмет? Я ведь даже не итальянка. Меня никто не знает…

— Он и иностранцев берет. А насчет того, что тебя никто не знает — Монкатто твою работу одобрил. Если ты его попросишь, он уж, наверно, не откажет тебе в письменной рекомендации.

Марго пыталась понять, что говорит Нейл, но в голове у нее была каша.

— Но… но ведь ты вроде говорил, что мы ужинаем у Бартоломеи завтра вечером?

— Сперва он так и назначил. Но вчера я позвонил ему, и он сказал, что перенес ужин на сегодня. Иначе его компаньоны и Луна не смогли бы встретиться с нами.

— Сегодня… — У Марго просто язык отнялся.

Нейл взял ее за руки.

— Я понимаю, что времени очень мало. Ты не успеешь закончить свои эскизы и приготовиться к встрече как следует. Но Бартоломеи и другие это учтут. По-моему, важно, чтобы они встретились, поговорили с тобой и поняли, что ты действительно талантлива.

Он звонил Бартоломеи из пансиона. При мысли, что он говорил о делах прежде, чем заняться с ней любовью, Марго стало как-то не по себе. «Но ведь это же Нейл», — напомнила она себе. Он такой, и никуда от этого не денешься.

У Марго было такое чувство, точно ей стянули грудь стальными обручами. Она глубоко вздохнула, но это не помогло. Она прикрыла глаза и попыталась привести мысли в порядок, но все, что ей пришло на ум, это дедушка Эз, сидящий на холме, и его голубые глаза, прячущиеся под лохматыми бровями. Ей вспомнилось одно из его любимых изречений: «Если ты говоришь, что не можешь что-то сделать, значит, попросту не очень-то хочешь».

— Что ж ты мне раньше-то не сказал? — простонала она.

— Про Бартоломеи я тебе уже говорил, помнишь? И он только вчера сказал, что тебе следует встретиться с Луна и с другими членами консорциума. Я тебе собирался сказать, да мы, хм, того… отвлеклись…

— А утром? Утром-то мог сказать!

— Ты знаешь, я хотел, чтобы ты сперва посмотрела виллу. Если бы она тебя не заинтересовала, нечего было бы и копья ломать.

— Ну не могу же я ехать к ним с парой набросков! А потом… — Марго с ужасом оглядела себя. — Ну разве можно идти в гости в таком виде!

— Какие проблемы? Домик графини недалеко отсюда. Если мы отправимся прямо сейчас, мы вполне успеем заехать туда и переодеться.

Нейл повернулся к ней и положил ей руки на плечи.

— Марго, — тихо добавил он, — если чего-то хочешь, надо этого добиваться!

Да, это было его кредо. А прикосновение теплых рук Нейла вливало в нее уверенность. И все же Марго колебалась.

— А могу ли я вообще браться за такую работу? У меня ведь и дома дел по горло. Торговый центр…

— Ты знаешь, здесь все начнется не так скоро. Пока Луна себе команду наберет, пока консорциум решит, когда начинать работу… Короче, пока эти итальянцы раскачаются, ты вполне успеешь управиться со своей работой в Америке.

Нейл взял ее за руки.

— Помнишь, когда мы встретились в первый раз, ты сказала мне, что тебе хотелось бы создать настоящую красоту?

Еще бы не помнить! Марго огляделась и поняла, что такой старый сад был мечтой ее жизни.

Нейл сжал ее руки сильнее.

— Марго Сандерс, ты создана, чтобы побеждать! Стоит тебе выйти на верный путь, и ты достигнешь вершины!

Графиня в нее верит. Карло Монкатто одобрил ее идеи. В Америке Зак сам управится. А Нейл…

— Я понимаю, все это свалилось на тебя как снег на голову, — говорил он. — Извини, что так вышло, но так бывает. Если ты думаешь, что тебе это не подходит, так ничего страшного. Я позвоню Бартоломеи и скажу, что ты отказываешься.

Да, но другого случая может и не представиться. Это ее шанс. Марго вдохнула полной грудью солнечный аромат и поняла, что упустить этот шанс она не может.

— Не надо, — решительно сказала она. — Я попробую!