Прочитайте онлайн Месть «Красной вдовы» | Глава 4 Опыт удался

Читать книгу Месть «Красной вдовы»
4416+1351
  • Автор:

Глава 4

Опыт удался

Решительным движением лорд Ментлинг потянул на себя дверь. Приложенное усилие оказалось чрезмерным: дверь распахнулась с такой неожиданной легкостью, что Ментлинг неминуемо повалился бы на спину, если бы стоявший за ним Г.М. не подхватил его в свои объятья.

— Вот первая жертва, — начал было весело сэр Джордж, но смех тут же замер у него на губах: он машинально проследил за взглядами присутствующих. Все молча уставились в зияющее пространство, одновременно притягивающее и отпугивающее их своей темной глубиной. Какую страшную тайну заключал в себе этот мрак? Они стояли, оцепеневшие, в течение нескольких секунд, не в силах ни двинуться, ни издать какой-нибудь звук. Точно призраки людей, умерших здесь таинственной смертью, притаились за порогом этой комнаты, готовые принять в свои объятья новую жертву, которую они терпеливо поджидали все эти долгие десятилетия, Будут ли еще жертвы? И кто? Казалось, каждый из этих трезвых, здоровых мужчин подумал в тот момент: «Не мне ли суждено умереть здесь сегодня ночью в тщетной попытке разгадать тайну, так ревниво охраняемую призраками этой комнаты?» Или жертв больше не будет, и они раскроют, наконец, и обезвредят эту таинственную смертоносную силу, разрушат легенду, вызывающую трепет нескольких поколений. Эти мысли пронеслись, во всяком случае, в голове у Терлена.

Было очень тихо. Доносившиеся раньше из столовой голоса тоже смолкли. Терлену показалось, что он различает чье-то прерывистое дыхание, раздающееся в темноте. Из комнаты веяло холодом и сыростью, как это бывает всегда, когда открывают помещения, долгое время остававшиеся нежилыми. Но при данных обстоятельствах всем присутствующим, с их напряженными нервами, этот холод показался поистине могильным.

Все вздрогнули, когда, наконец, раздался голос Г.М., первым нарушившего молчание.

— Ну что же! Долго мы так будем стоять на пороге «ада»? — спросил он. — Кто пойдет первый?

— Черт возьми, там темно, как в могиле, — высказал вслух общую мысль сэр Джордж.

— Я пойду, — сказал лорд Ментлинг, точно стряхивая с себя состояние оцепенения.

Он зажег свечу, стараясь говорить громким голосом, отчетливо произнося слова:

— Согласно описанию направо над столом должна находиться газовая люстра. Я отправлюсь вперед и постараюсь найти штепсель. А вы можете подождать здесь.

С зажженной свечой в вытянутой руке Ментлинг быстро вошел в темноту, это его движение напоминало бросок в море неопытного пловца. Почти в тот же момент свеча погасла. Терлену показалось, что он отчетливо видел чью-то руку, которая протянулась и загасила пламя. Одновременно раздался шум от падения чего-то тяжелого на пол, и на мгновенье воцарилась мертвая тишина, поглотившая свою жертву. Напряженно всматриваясь в темноту, все услышали вдруг чье-то прерывистое дыхание.

Прежде чем остальные успели что-либо сообразить, Г, М. бесшумно проскользнул в комнату, размахивая в воздухе молотком. В зловещей темноте он почувствовал, как чьи-то руки схватили его за горло и стали сжимать. В темноте ничего нельзя было различить, тусклый свет в коридоре казался далеким серым пятном.

Вдруг в тишине послышался громовой голос Ментлинга:

— Что за шутки, черт возьми! Зажгите же кто-нибудь спичку!

Терлен и сэр Джордж одновременно вбежали в комнату, на ходу чиркая спичками. Они разом осветили Ментлинга и Г. М, стоявших посреди комнаты и судорожно сжимавших друг друга. Все расхохотались. Этот хохот несколько разрядил напряжение момента.

— Почему же вы молчали, Аллан? Что вообще произошло? — спросил Г.М.

— Я, очевидно, споткнулся об этот стул, — объяснил Ментлинг, указывая на поваленный стул, — от толчка свеча погасла, и прежде, чем я успел сообразить, в чем дело, вы набросились на меня!

— Приняли меня за мрачного духа — обитателя этой комнаты? — расхохотался Г.М. — Вы чуть не задушили меня!

— Простите, я решил, что кто-то из вас в шутку погасил свечу, — оправдывался Ментлинг.

Тем временем Терлену удалось отыскать выключатель и зажечь люстру. В тусклом голубоватом свете газовой люстры они увидели довольно просторную комнату. Первым бросилось им в глаза большое окно с металлическими резными ставнями, прочно закрытыми на задвижку. Справа от двери стоял большой круглый стол лимонного дерева красивой старинной работы с шестью стульями вокруг, составлявшими вместе со столом гарнитур. Налево, в глубине, у стены находилась огромная старинная кровать под балдахином и, напротив кровати, небольшой секретер розового дерева. Стены были затянуты черной драпировкой, делавшей еще более мрачной эту и так не очень-то веселую комнату. Пол покрывал ковер с каким-то темным узором.

Но Терлену эта мрачная комната показалась странно обитаемой. Точно кто-то незримый продолжал все эти долгие годы жить в ней, оставляя какие-то невидимые, но тем не менее ясно ощутимые следы своего присутствия. Во всяком случае, «Комната вдовы» чем-то резко отличалась от прочих необитаемых помещений, которые ему приходилось видеть. Только в чем эта разница заключалась, Терлену никак не удавалось уловить, хотя он и ломал над этим голову.

Точно угадав его мысли, Г.М., с нескрываемым изумлением осматривавший комнату, провел рукой по столу и вдруг сказал:

— Ну, друзья мои, честное слово, это самая необыкновенная нежилая комната в моей практике! Право, меня это начинает не на шутку тревожить!

— В чем дело? — спросил Ментлинг. — Что вы находите здесь особенного?

— Вернее, не нашел того, что обязательно должно было бы здесь быть! Это-то меня и пугает!

В этот момент сэр Джордж уронил на пол носовой платок. Он поднял его и инстинктивно стряхнул с него пыль. Это было излишним: платок не запылился.

Тут Терлена осенило: конечно, как же он не сообразил раньше!

— Пыль! — изумленно воскликнул он. — Совсем нет пыли!

— Вот именно, — подхватил обрадованно Г.М. — Я рад, что вы тоже заметили.

— В самом деле, — загремел лорд Ментлинг, — куда девалась пыль?

— Да, за семьдесят лет ее должно было скопиться несколько пудов. А между тем комната совершенно чистая, — сказал Г.М.

— Это значит… — начал Терлен.

— Это значит, — докончил Г.М., — что кто-то совсем недавно проделал здесь тщательную уборку.

— Но это совершенно невозможно! Тут нет никакого другого входа, а эту дверь мы открыли с таким трудом, — взволнованно запротестовал Ментлинг.

— А вы забыли, как легко повернулся ключ в замке?!

— Да, но вспомните про болты! — вставил сэр Джордж.

— Одну минуту! Зажгите-ка свечу и посветите мне, — скомандовал Г.М., выходя в коридор.

Все вышли за ним и при свече тщательно осмотрели дверь снаружи. Сначала ничего особенного они не обнаружили. Обрубки скрещенных перекладин ясно напоминали о тех трудностях, которые они только что испытали, снимая болты. Затем все увидели то, что с самого начала осталось незамеченным: перекладины были прикреплены к двери не заржавленными гвоздями, а новыми блестящими винтами, легко поддающимися действию отвертки. Ввинтить их не составляло ни малейшего труда. Сомнений быть не могло: кто-то совсем недавно заходил в эту комнату, сняв болты вместе с перекладинами и затем прикрепив их винтами, не возбуждая ни в ком подозрений. Очевидно, у этого лица имелся и дубликат ключа.

— Вот и ответ на эту загадку, — задумчиво произнес Г.М.

— Но кто мог войти сюда? И когда? Что ему было надо? — в недоумении спрашивал Ментлинг.

— На эти вопросы мы не можем пока ответить, — сказал Г.М. — Замечу одно: мне это не нравится, очень не нравится. Вот что, господа, я прошу вас всех отправиться сейчас в столовую и оставить меня здесь одного. Я хочу сам проверить все, что находится в этой комнате, чтобы моя совесть была спокойна.

— Но имеем ли мы право… — начал Ментлинг, но Г.М. остановил его.

— Поверьте, я не стану подвергать себя ни малейшей опасности. К тому же мне потребуется не более получаса. Когда я вернусь, мы поужинаем, и, если я не найду никакой ядовитой ловушки, вы можете приступить к своему эксперименту, Аллан.

Все не спеша удалились, закрыв за собой дверь и оставив Г.М. одного в поисках разгадки тайны «Комнаты вдовы».

В столовой они застали всю компанию в нетерпеливом ожидании.

— Ну что же, можно нам, наконец, тоже войти в эту роковую комнату, Аллан? — спросил Керстерс, стройный молодой человек с некрасивым, но энергичным, располагающим лицом.

— Мы как раз говорили, не нашли ли вы там скелет еще какой-то неведомой жертвы?

Изабелла молча нервно покусывала губы.

— Почему это великий разведчик счел нужным произвести предварительную вылазку? Или его собачий нюх уже почуял что-то? — засмеялся Гийо.

— Кто-то тайно по ночам посещал «Комнату вдовы» и делал там уборку, — сказал Ментлинг, описывая историю с болтами. Все, казалось, были озадачены.

Гийо громко рассмеялся.

— Призрак смерти проявил дьявольскую опрятность: он не желает убивать очередную жертву, валяя ее в грязи. — Он едва не задохнулся от хохота, но, поймав пронизывающий взгляд Бендера, внезапно остановился и замолчал с мрачным видом.

Шумно обсуждая загадочное событие, никто не заметил, как на пороге появился Г.М. На его обычно непроницаемом лице ясно читалась какая-то скрытая тревога.

— Ну что, — спросил Ментлинг, — вы обнаружили смертоносную ловушку?

— Нет, господа, ничего представляющего явную угрозу человеческой жизни мне обнаружить не удалось.

— Ну и прекрасно! Значит, опыт состоится! — радостно заключил Ментлинг.

Он позвонил и велел Шортеру подавать ужин. Никто почти не дотрагивался до еды. Все с тревогой ожидали приближения нависшей над ними опасности.

— Но когда же мы пойдем в комнату, Аллан? Зачем вы так испытываете наше терпение? — воскликнул Керстерс.

— После опыта, — ответил Ментлинг, — комната будет открыта для обозрения, как музей.

— Вы обнаружили в ней музейные ценности? — весело спросил Равель.

— Вряд ли музейные, — заметил Гийо. — Кстати, находящиеся там стол и стулья довольно любопытны. Вы все, конечно, заметили, что на спинке каждого стула выгравировано имя. Каждый из них принадлежал определенному лицу. На первом написано «Господин из Парижа», на втором «Господин из Тура», на третьем — «Господни из Реймса», на четвертом… Ах, я вижу, сэр Джордж Аксрутер смотрит на меня с подозрением, — возбужденно сказал Гийо. — Да, я осведомлен обо всех этих подробностях, потому что пишу сейчас историю моей семьи. Как член этой семьи, я вам потом кое о чем расскажу. Дело в том, что…

— Но, Аллан, — резко перебил Гийо молодой Керстерс, — мне все же непонятно, почему кто-то забавляется чисткой мебели среди ночи?

Ментлинг посмотрел в упор на Изабеллу, бледные глаза которой мгновенно оживились.

— Хотите, чтобы я вслух произнесла ответ, который многие из вас уже нашли? Вы ищете открытую западню, в которой некогда погибло столько человек! Думаю, что она действительно существовала, но давно потеряла свою смертоносную силу. Если только теперь она не поставлена заново! Значит, опасности отравления не существовало неделю или две назад, но сейчас она вновь существует!

Наступила жуткая тишина.

Изабелла продолжала:

— Гийо, дайте мне, пожалуйста, папиросу… Я вам уже сказала, господа, и не стану вновь предупреждать вас. Если хотите играть своими жизнями — покоряюсь и тоже испытаю свое счастье. Но мы поступим гораздо умнее, если вновь запрем эту комнату и отыщем ту особу, мозг которой настолько поврежден… Что вы насчет этого думаете, мистер Мерривейл?

Казалось, что Г.М. очнулся при этих словах. С начала ужина он мало походил на человека, о котором Терлен много слышал. Он казался взволнованным и необычайно измученным.

— Вы совершенно правы, мисс, — сказал он.

Ментлинг быстро повернулся к нему.

— Но вы же мне сказали…

— Минутку! — проговорил Г.М. — Позвольте мне кое-что объяснить вам. Час назад я попросил хозяина дома оставить меня одного в этой комнате, чтобы я мог ее исследовать. Могу вас заверить, что в ней нет никакой отравленной западни. Я проводил расследование в случае «Комната в башне», обивка которой содержала мышьяк. Я занимался «Шкатулкой Калиостро» в Риме. В ней имелась игла, пропитанная ядом, которая колола под ноготь любопытного, пытающегося открыть шкатулку, таким образом, что вскрытие ничего не обнаруживало. Но, как и Равель семьдесят лет назад, я не нашел сегодня абсолютно ничего подозрительного в этой комнате. Между тем…

— Что?! — спросил Ментлинг.

— Я предчувствую кровь, вот что! Это все, что я могу вам сказать. Опасность тут, совсем близко, хотя мой разум и борется с этим ощущением. Хочу ли я продолжить эту глупую игру… просто потому, что стою перед нерешенной проблемой? Я не хочу вмешиваться, но тем не менее советую вам бросить исследование. Но если вы все же хотите…

Ментлинг выпрямился во весь рост.

— Желает ли кто-нибудь выйти из игры? Никто?

За столом наступило едва заметное оживление, но все молчали.

— Тогда начнем с меня, — продолжал Ментлинг, — и по очереди в правую сторону: я начинаю! Я вытянул девятку треф. У кого старше?

— Тройка червей, — сказал Керстерс, — мне не повезло. Если бы мы играли на деньги, я несомненно бы выиграл. Ты, Гийо?

Гийо старательно положил свою папиросу на край какого-то блюдца и повернул свою карту.

— К счастью или несчастью, но ваша карта пока все еще старшая.

Терлен видел, что у Ментлинга на лбу выступили капельки пота.

— Я извлек семерку пик, — сказал Гийо, — у вас все еще наибольшие шансы. Если только Изабелла не…

— Буду иметь большее счастье, — изрекла она писклявым голосом. Не переставая смотреть на Ментлинга своими бледными глазами, она повернула руку. В ней была дама треф.

— Боже мой, — воскликнул Ментлинг, — но вы не можете!..

— Продолжайте, — сказал холодно Гийо. — Дама! Кто имеет старше?

— Я — нет, — сказал сэр Джордж. — Я вытянул десятку бубен, но я совершенно согласен с Ментлингом. Мы не можем допустить, чтобы мисс Бриксам…

— Но, — воскликнул Равель, — не беспокойтесь за нее, друзья. Взгляните! Я победитель ситуации с королем бубен! Куда нужно идти? Покажите мне…

— Но остается еще одна карта, — сказал Ментлинг.

Некоторое время царила полная тишина. Бендер, съежившись, сидел на стуле, закрыв рукой глаза.

— Ну хорошо, — воскликнул Керстерс, — покончим же с этим!

Бендер медленно повернул свою карту и показал туза пик. В выражении его умного лица Терлен увидел нечто тревожное: казалось, на этом лице мелькнула дикая радость.

— Знаете ли вы, молодой человек, — неожиданно сказал Гийо, — что некоторые называют эту карту картой смерти?

Керстерс как-то взвизгнул. Бендер старательно стряхнул салфеткой крошки со своей одежды.

— Разрешите мне, мистер Гийо, в этом усомниться. — Почему он сказал «мистер», обращаясь к Гийо? Чтобы это выглядело преувеличенно учтиво?! — Я еще способен сам о себе позаботиться. Что мне следует теперь делать?

— Теперь мы вас проводим, — ответил Ментлинг, к которому вернулось веселое настроение. — Когда я говорю «мы», то имею в виду Терлена, сэра Джорджа, нашего друга Г.М. и себя. Другие могут также пойти или дожидаться здесь — как они хотят. Потом мы все вернемся и будем ждать в столовой. Да, двери «Комнаты вдовы» должны быть заперты, чтобы Бендер был действительно «один» в комнате. По мы оставим открытыми двери столовой и будем совсем близко. Есть ли у вас часы? Отлично! Мы будем вас окликать каждые пятнадцать минут, и вы будете нам отвечать. Сейчас десять часов и три минуты. Опыт закончится в полночь и три минуты. Мы обставим это дело как подобает! Возьмите его, пожалуйста, под руку, Терлен, а я возьму с другой стороны!

— Не надо меня держать, точно вы ведете меня на виселицу, — запротестовал Бендер. — Пойду сам, спасибо!

Процессия тронулась. Свет от люстры в столовой падал и в коридор. Они вошли в «Комнату вдовы», и Терлен при голубоватом газовом освещении снова увидел черную обивку и французское окно с металлическими ставнями и с узкими горизонтальными разрезами для вентиляции. Ставни были закрыты, а задвижки так заржавели, что еще перед ужином их так и не смогли открыть. Но, вероятно, кое-где стекла были разбиты, так как чувствовался легкий сквозняк.

Бендер с любопытством оглядел массивную кровать в форме лебедя под балдахином с розовой, уже истлевшей драпировкой. Посмотрелся в одно из больших зеркал в позолоченной раме и обернулся, чтобы осмотреть остальное, но его взгляд все возвращался к столу из лимонного дерева, диаметром почти в три метра, вокруг которого стояли стулья.

Керстерс и Равель забавлялись в столовой, выкрикивая оттуда тысячу глупых советов.

— Думаю, вам не нужен огонь? — спросил Ментлинг. — Отлично! Хотите что-нибудь… сигареты, бутылку виски, книгу?

— Нет, спасибо, — ответил Бендер. — Я не курю. А пить мне бы не хотелось, вряд ли это поможет в такую минуту… я проведу это время за писанием.

Он вытянул один из стульев лимонного дерева и сел. Ментлинг, казалось, был в нерешительности, затем, пожав плечами, сделал знак остальным, чтобы они вышли с ним. Бендера оставили сидящим спокойно под газовой люстрой. Дверь закрылась.

— Эта игра мне не нравится, — сразу сказал Г.М. — Она мне абсолютно не нравится!

После некоторого колебания он, однако, направился в столовую вместе с остальными.

Керстерс и Равель сидели в столовой одни. Шортер принес виски и портер, и теперь молодые люди весело чокались.

— Где Гийо и тетя Изабелла? — спросил Аллан.

— Они ушли. Не смог их удержать, — сказал Керстерс. — Изабелла выглядела недовольной, что касается Гийо — никогда не узнаешь, что он думает!

Ментлинг положил свои часы на стол в тот момент, когда большие напольные часы у входной двери пробили четверть часа. Все сидели за столом, устремив глаза в коридор, видневшийся через открытую дверь. Разговор, вначале довольно живой, незаметно перешел на охоту. Равель первый попытался перевести его обратно на «Комнату вдовы».

— Нет! — воскликнул Г.М. — Дайте мне подумать! Я с нетерпением ждал этих часов бдения, надеясь услышать рассказ Гийо, и злюсь, что его здесь нет. Желал бы я узнать историю этих стульев, но не решаюсь сейчас покинуть эту комнату.

Он внимательно посмотрел на Ментлинга.

— Вы не можете или не хотите мне этого рассказать?

— Вы угадали, — ответил Ментлинг, глядя ему прямо в лицо и продолжая рассказывать о своей охоте на Замбези.

Часы пробили половину. Ментлинг сейчас же громко крикнул в сторону коридора. Невеселый голос Бендера ответил. Все узнали, что он жив. Первая волна страха откатилась!

Между тем сердца их были полны тревоги и страха. Часы пробили еще четверть часа, затем час. Городской шум постепенно стихал. Беловатый туман заволакивал окна. Одиннадцать часов пятнадцать минут. В четвертый раз Ментлинг сделал вызов, и в четвертый раз утвердительный ответ донесся до них. Общее нетерпение почти совсем исчезло. Разговор замер. Ментлинг, развалившись в кресле, пускал в потолок клубы дыма. В одиннадцать пятнадцать, когда послышался обычный ответ, Равель встал с разочарованным видом. Он сказал, что ему нужно написать какие-то письма, и обещал вернуться до полуночи. Его интерес, казалось, совершенно пропал. Без четверти двенадцать Ментлинг поднялся и еще раз окликнул. Потом налил по последнему стакану.

— Близится конец! — сказал Керстерс. — Величественно! Уничтожен призрак и победил разум! Еще четверть часа — и мы освободим Бендера! Уж если духи до сих пор не напали, они не сделают это за такое короткое время.

Сэр Джордж глубоко вздохнул.

— Я чувствую себя более счастливым, чем предполагал, — сказал он. — Начинаю верить, что я дурак! Знаете, меня мучило дурное предчувствие. Оно, несомненно, было вызвано каким-то странным видом Бендера, каким именно — я не могу объяснить.

— Бендер же художник, друг мой, — усмехнулся Ментлинг, — может быть, это потому…

— Художник! — прервал его Г.М. — Придет же такое в голову! Где у вас глаза?!

— Если он не художник, — удивился сэр Джордж, — кто же он, черт возьми?

— Или я ошибаюсь, или этот юноша — молодой врач, друг мой, возможно, студент. Вы заметили его реакцию, когда у мисс Изабеллы чуть не случился нервный припадок в кабинете? Его пальцы машинально, но совершенно точно нащупали ее пульс. А поскольку меня интриговала выпуклость во внутреннем кармане его фрака, я нашел способ узнать, что это такое. Там у него большая записная книжка, а за ней еще какой-то предмет. Странный молодой человек, который носит такой большой блокнот в кармане фрака. Кроме того, он выразил желание писать…

Ментлинг быстро встал.

— Вы, может быть, успокоились, друзья мои, — заявил Г.М., — а я нет… нет еще!

В этот момент в холле раздался щелчок замка входной двери; этот звук прервал Ментлинга, собирающегося что-то сказать. Голоса приближались. Вошли мужчина и женщина, очень веселые, несмотря на мокрую одежду.

— Вы еще не спите, Аллан? Так поздно? — спросила женщина. — Мы собирались вернуться раньше, но такси должно было… — заметив вдруг открытую дверь, ведущую в коридор, она замолчала.

Аллан махнул рукой.

— Все в порядке, Джудит! Призрак исчез, теперь вам можно обо всем рассказать. Сегодня вечером мы произвели один опыт, и молодой человек, который заперт внутри, скоро выйдет… Сейчас мы его освободим…

Часы начали бить полночь.

Ментлинг облегченно вздохнул.

— Готово! Все в порядке! Бендер! — заорал он во все горло. — Поспешите осушить с нами бокал!

Мужчина, который направился было в холл снять с себя мокрое пальто, остановился на пороге и резко повернулся.

— Какое имя вы произнесли, Ментлинг? — спросил он.

— Бендер! Ах, извините, я забыл вас представить: моя сестра Джудит, доктор Арнольд. Но выходите, Бендер, время прошло!

— Кто его послал в эту комнату? — задал новый вопрос Арнольд.

— Мы тянули карты, и он вытащил старшую — туза пик… Но не смотрите же на меня так, — воскликнул Ментлинг. — Мы играли по-честному и вот уничтожили легенду. Он внутри уже два часа и жив и здоров…

— Почему он тогда не выходит? — удивилась женщина, — Ральф!

Г.М. бросился первым. Терлен видел, что он шевелил губами, точно шептал что-то. Арнольд, который направился за ним, стремительно перегнал его. Терлен и сэр Джордж шли последними. Арнольд открыл дверь. В комнате не было заметно никакого беспорядка. В первую минуту показалось, что она пустая.

— Где же… — начал сэр Джордж, но тут же запнулся.

В левом углу комнаты стояла фигурка Психеи, украшенная амурами и розами, висевшее на степе зеркало было несколько наклонено вниз, так что в нем на фоне ковра отражалось лицо Бендера.

Он лежал на спине, почти целиком заслоненный огромной кроватью. В зеркале виднелось его надутое, почерневшее лицо с выпученными глазами.

— Назад! — приказал Арнольд тихим, но твердым голосом. — Все назад! — Он обошел кровать и нагнулся над телом.

— Но это невозможно, — пробормотал Ментлинг, — он жив! Был жив еще пятнадцать минут назад!

Арнольд выпрямился.

— Вы так думаете? — спросил он. — Закройте дверь. Не давайте Джудит войти! Этот человек мертв уже больше часа.