Прочитайте онлайн Магия пустыни | ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Читать книгу Магия пустыни
3416+901
  • Автор:
  • Перевёл: И. Лыгалова
  • Язык: ru

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Все формальности были закончены. Шейх Садир и его сопровождающие, официально попрощавшись с принцем Верехамом, отбыли в Зуран.

Сопровождающие правителя были заняты устройством на новом месте, в то время как Вере сидел перед пачкой отчетов о проделанной работе. Бегло просмотрев бумаги, он начал изучать план лагеря и список тех, кто жил в нем.

Через минуту он встал, прошел к выходу и так резко отдернул полог, что стоявший у входа охранник автоматически потянулся к кобуре.

Палатка принца была чуть в стороне от других, закрытая от взора пальмовыми деревьями. В соответствии с планом, палатка Саманты Маклеллан располагалась рядом с озером.

Вере был совершенно не готов увидеть ее здесь. Он узнал ее мгновенно и до сих пор чувствовал шок от этого узнавания. Как всегда, когда принц невольно вспоминал о своей реакции на их поцелуй, он наполнялся неистовым желанием отрицать, что это оказало на него хоть какой-то эффект. Просто немыслимо, что он мог быть вовлечен в подобную ситуацию! И сколько он ни пытался вычеркнуть эту женщину из своей памяти, тело все равно помнило ее прикосновения. Еще труднее было признать эмоциональное воздействие этого события. Оно обнажило ту внутреннюю уязвимость, которую принесла ему потеря матери. Нет! Вере почувствовал злость отрицания, стремительно растущую внутри него.

Ему нужно думать о куда более важных вещах, а не о своем влечении к Сэм Маклеллан.

Дракс позвонил ему и сообщил весьма неприятную информацию. Эмир Кхулуйи, похоже, собирается получить для себя преимущество в будущих переговорах между двумя странами, заплатив одному из членов картографической команды. Опираясь на исследования продажного специалиста, эмир собирался подвергнуть сомнению законность границ Дхурана.

Конечно, эмир не будет заходить так далеко, чтобы сделать попытку присвоить спорные земли. Тем не менее, он может использовать этот факт для косвенного влияния на Дхуран, сделав мнимую уступку в пользу соседнего государства и объявив дело исчерпанным «за истечением срока давности». А подобная уступка повлечет за собой бесконечные и бесполезные переговоры на долгие годы, причем у эмира будет явный дипломатический перевес.

Вере казалось очевидным, что тайным агентом эмира была Саманта Маклеллан. Она картограф и напряженно занимается исследованием общей границы двух государств. Кроме того, если верить словам ее коллеги, мисс Маклеллан уже распространяла кое-какие слухи. Из всего этого логично вытекало, что их встреча в Зуране вовсе не была случайной.

Без сомнения, она пыталась вовлечь его в сексуальную связь, что помогло бы дополнить предмет спора еще одной ложью. К примеру, Саманта могла сказать, будто бы Вере сам признался ей, что в свое время при определении границ все же были допущены кое-какие нарушения.

И не имело значения, правда это или нет. Эмир все равно мог бы это использовать в своей тонкой игре и основательно подмочить репутацию принца. А честь и доброе имя жизненно необходимы на Востоке, и, однажды потеряв, восстановить их уже невозможно.

Неужели она действительно думала, что он так легко поддастся ей? Что он будет захвачен силой одного страстного поцелуя и этим ее пылким взглядом? На скольких мужчинах она отрабатывала этот свой взгляд? Резкую боль, неожиданно пронзившую его, принц воспринял как наказание за то, что, потеряв над собой контроль, не увидел ложь в ее глазах.

Но теперь он был для нее неуязвим. Ее двуличие стало его спасением.

Его спасением? Разве ему нужно искать спасения от таких, как Сэм Маклеллан, выставляющих на продажу свою душу и тело? Принц снова почувствовал, как в нем вспыхнула злость. И она осмелилась думать, что он окажется настолько доверчивым, что клюнет на ее смехотворные попытки установить между ними близкие отношения?

Она, наверно, была просто взбешена, когда ее коллега выдал ее. У Вере не было никаких сомнений, что она действовала по указке эмира, надеясь заложить фундамент для подложных претензий насчет законности их границ.

Тем не менее заставить ее признаться Вере не мог, сперва надо самому собрать побольше информации и доказательств. И если дело выгорит, можно будет прижать эмира без лишней шумихи, дав понять, что в его махинациях разобрались.

Вере не сомневался, что при таких обстоятельствах правитель Кхулуйи будет вынужден отступить — только так он и сможет спасти свое лицо.

Вере Должен сделать все возможное, чтобы выяснить, чем все же занимается Саманта Маклеллан. И только потом заставить ее признаться, что эмир заплатил ей за подтасовку фактов.

Но сделать он это может только одним способом.

Женщина, взявшая деньги у одного мужчины, легко может предать его, согласившись на деньги другого. И как ни отвратительна эта мысль, он должен заставить ее думать, будто не отвергает ее предложение. Он должен вести себя так, как если бы сам хотел ее. Как если бы был полностью захвачен ею.

Сэм бросила виноватый взгляд на экран и, откинув с лица волосы, сонно потерла глаза. Если бы ей кто-нибудь сказал четыре месяца назад, что она будет рыскать по Интернету, пытаясь проникнуть в частную жизнь человека, отвергнувшего ее и совсем не похожего на того мужчину, с кем она хотела бы разделить свою жизнь, она с возмущением отвергла бы эту идею. Сэм сказала бы, искренне веря в это, что она слишком здравомыслящая, слишком современная и практичная, чтобы тратить время на нечто столь бесполезное и не имеющее никаких перспектив.

Что она вообще надеется найти? Она уже знала, что он чувствует к ней или, скорее, чего не чувствует. Ее блуждание по Интернету все равно ничего не изменит.

Все это так, но Сэм не смогла удержать себя от искушения. Девушка нашла несколько сайтов, описывающих историю государства Дхуран, но ни один из них не содержал никакой личной информации о его правителе в настоящее время. Она также посетила сайт, который дал ей развернутое описание планов Дхурана по созданию независимого Ближневосточного делового и финансового центра. Она нашла также множество описаний традиций страны, бережно хранимых и представленных теперь в виде национальных праздников. Там же была заметка об их текущем проекте, в которой говорилось, что первоначальные границы были согласованы, когда страны-участники только образовались.

Но о принце Верехаме аль Кариме бин Хакаре там не было ничего — даже фотографии. Только в одном независимом источнике она нашла его дату рождения, имена родителей и упоминание, что правители Дхурана традиционно брали себе жен из Европы.

Сердце Сэм дало несколько слишком сильных толчков. Она еще раз перечитала эту информацию. Брали жен из Европы… Она просто дурачит себя!

Сердясь на собственную глупость, девушка закрыла сайт и начала новый поиск по Кхулуйе. Анна как-то говорила, что эта страна и ее древние руины стоят того, чтобы съездить туда.

У нее намечалось несколько выходных в следующем месяце, и короткая передышка вне лагеря могла бы пойти только на пользу. Сэм немедленно заказала билет на самолет и номер в отеле за месяц вперед. Закончив с этим, она открыла спутниковую карту, с которой обычно работала.

Как всегда, когда Сэм изучала эту карту, ее взгляд невольно притягивала местность вокруг источника. Девушка выделила и увеличила источник, снова захваченная идеей, что по какой-то причине курс реки не так далеко от истока был изменен. Впрочем, какие бы причины это ни были, к границам они, конечно же, не имели ни малейшего отношения.

Но ее природное любопытство не давало ей покоя. Ведь если рассуждать логически, не было и вовсе никакой причины, почему естественный ход реки мог быть изменен. В этой загадке было какое-то мистическое очарование.

Сэм была так поглощена этими мыслями, что Вере несколько секунд оставался незамеченным. Но как только принц сделал шаг — хотя он знал, что он не произвел ни звука, — девушка вздрогнула и обернулась.

— Вы… то есть… ваше высочество… — лепетала она, чуть запинаясь, пока ее сознание пыталось справиться с мыслью, что она каким-то образом почувствовала его присутствие.

Только бы он не подходил ближе, с отчаянием думала Сэм. Она уже слышала его дыхание, чувствовала его запах. Пытаясь не встретиться с ним взглядом, девушка смотрела строго вперед, но тут же поняла, что это было ошибкой — ее взгляд уперся в его руки, мускулистые, с длинными пальцами, которые с легкостью могли удержать трепещущее тело жаждущей его женщины… Капли пота выступили на лбу Сэм, когда непрошеные образы хлынули в ее сознание.

— Я хотел бы поговорить о замечании вашего коллеги, будто вы ставите под сомнение законность границ Дхурана, — заявил Вере безо всякого вступления.

Сердце принца стучало, как молот о наковальню, опускаемый тяжелой рукой. Его злость ответственна за это. Никакой другой причины быть не могло. Обладающий острым зрением, как и все люди, живущие в пустыне, Вере увидел на экране монитора подтверждение заказа на рейс в Кхулуйю. Все сходится!

Сэм, конечно, не знала, что происходит в его мыслях. Она лишь остро ощущала собственную беспомощность. Ее, наверное, уволили, и принц сам пришел сообщить ей об этом. Но почему? Он мог бы вызвать ее или прислать официальный приказ.

От него пахло тем же свежим одеколоном, что и тогда в Зуране, — это сбивало ее, заставляя воображение рисовать образы, которые совершенно не соответствовали текущему моменту. Сэм понимала, что если хоть на секунду позволит себе отвлечься, то вспомнит, как она чувствовала себя в его объятиях. И захочет оказаться там снова, несмотря на то, что теперь знала? Нет, решительно оттолкнула она эту мысль.

— Я никогда не пыталась оспаривать границы Дхурана, — возразила она.

— Нет? У вашего коллеги другое мнение на этот счет. — В его глазах блеснуло презрение.

— Я никогда не оспаривала законность границ Дхурана ни в частной беседе, ни публично, — повторила она.

Его раздражение ничуть не уменьшилось, и, к ее досаде, она услышала свой голос, слабый и тихий, словно умоляющий о пощаде:

— Я не думаю, что Джеймс осознавал, насколько серьезно… Он скорее хотел привлечь внимание к себе, чем… Никаких серьезных причин для такого обвинения не было.

Но ведь это неправда, виновато подумала она. У нее были подозрения, что Джеймс специально хотел доставить ей неприятности.

Вот только поверит ли он, что она просто невинная жертва? Может, и за тот, другой, инцидент он тоже винит ее? Впрочем, ей есть в чем упрекнуть себя. Разве она сделала все, чтобы избежать этой близости? Разве он один виноват? Нет, Сэм так не думала. Но тем не менее если она и была виновата, это не только ее вина.

— Джеймс не понял, что я хотела сказать, — сделала она еще одну попытку оправдаться. Но, похоже, правитель не был заинтересован в том, чтобы дать ей возможность защитить себя. Она заметила, как он взглянул мимо нее на экран компьютера и нахмурился. На мгновение она с ужасом подумала: а вдруг случайно оказался открыт один из ее поисков? Обернувшись, девушка с облегчением увидела лишь карту с источником реки.

Принц прошел мимо Сэм и приблизился к экрану.

— Источник реки Дхурани.

Скорее это было утверждение, а не вопрос, но Сэм все же кивнула.

— Да.

— Почему это вас заинтересовало? Река течет через Дхуран, и только через Дхуран, и, следовательно, находится вне области ваших исследований.

— Да, я знаю. — Она снова кивнула.

— Ну, так объясните мне, что все это значит? — Он был вне себя от гнева. — Почему вы так интересуетесь источником реки? Что надеетесь доказать? Что скрывается за этими подпольными изысканиями, которые не имеют отношения к вашей работе?

Сэм в изумлении уставилась на него.

— О нет, пожалуйста, вы не поняли!.. — взмолилась она. — Все совсем не так. Просто… просто я не могла удержаться. — Девушка почувствовала, как кровь прилила к ее липу. Она вдруг осознала, какая ей угрожает опасность. — Столько загадок у этих подземных рек, особенно у тех, что текут издалека, и я…

Вере пристально посмотрел на нее.

— Мне кажется, у вас есть склонность не противиться вашим желаниям, мисс Маклеллан. Так вы можете увлечься и переступить дозволенные границы.

Сэм поняла, что его слова не имели отношения к реке, и ее лицо запылало еще больше.

— Нет закона, который запрещал бы интересоваться природными феноменами, — сказала она, найдя в себе смелость ответить на его двусмысленное замечание. — К тому же если учесть, что я занимаюсь этим в свое личное время.

Его губы сжались в тонкую линию. Зачем он позволил эмоциям взять верх? Теперь она была настороже, а это никак не могло способствовать ее признанию.

— Я не понимаю, почему мой интерес кажется странным. Это жизненно важный источник для всего региона, и я признаю, мне было любопытно, почему на некоторой стадии своего течения река неожиданно сменила русло.

— Как вы сами можете видеть, река, что бы с ней ни случалось на ее пути, лежит в пределах границ Дхурана и таким образом не входит в область ваших исследований.

— Да, но…

— Вы профессиональный картограф. Неужели вы думаете, что я буду единственным сомневающимся в этом вашем детском объяснении?

Определенно принц был куда более раздражен, чем того требовала ситуация. Он был так зол, что Сэм казалось, будто воздух в палатке раскалился. Он говорил о каких-то скрытых причинах, которые якобы были у нее, но девушка думала, что скорее скрытые причины были у него и имели отношение к случившемуся в зуранском отеле. Он ищет повод, чтобы уволить ее? Удалить из лагеря и из его поля зрения?

— Это простое любопытство. Это интересно и… — начала она, казалось, только затем, чтобы он ее тут же оборвал:

— Интересно? Изучать и подвергать сомнению то, к чему вас никто не привлекал, используя для этого оборудование и время, которое было вам предоставлено для вашей непосредственной работы? Так позвольте узнать, интересно — кому?

Я проиграл, подумал Вере. Бросившись очертя голову, наломал дров. Но ему никак не удавалось остановить себя, и он знал почему. Несмотря на то, что он хотел убедиться в нечестности этой женщины, какая-то часть глубоко внутри него хотела верить ей.

И эту часть он должен безжалостно вырвать из себя.

Его враждебное противостояние больно ранило Сэм. И хотя принц был одет в традиционную арабскую одежду, всякое сравнение с романтичным образом арабского владыки, созданное когда-то ее воображением, было мгновенно разрушено, подобно досужей выдумке. Столкнувшись с реальностью, девушка увидела перед собой агрессивного самца, готового сражаться за свою собственность. И ей было ясно: если что-то не предпринять, то она очень скоро окажется без работы.

— Мне жаль, если… если я обидела кого-то или… нарушила какие-то правила. — Сэм заставила себя извиниться, в душе презирая подобную мягкотелость. Но девушке не хотелось испортить себе карьеру, и она не могла позволить ему наказать ее только за то, что он сожалеет об их нечаянном поцелуе.

Неужели он думает, что она сама не жалеет об этом? Не означает ли этот его взгляд, что он понял: ее извинение имеет отношение не только к ее профессиональным изысканиям?

— Покажите мне, где это ваше предполагаемое отклонение, — скомандовал он, не ответив на ее извинение. Вере знал, что должен сосредоточиться на плане, который подготовил, чтобы попытаться обыграть ее.

Он стоит слишком близко, подумала Сэм, скосив глаза на его руку на спинке стула.

Ей вовсе не обязательно подчиняться его приказам. Она могла бы попросить его уйти. Он был, в конце концов, в ее личном помещении, и Сэм не знала, сколько еще выдержит это давление.

Как принц сам заметил, информация, которую она собирала, не относилась к ее работе, и потому она вовсе не была обязана делиться ею с кем-либо. Тем не менее здравый смысл подсказал ей, что было бы глупо выразить это вслух. Стараясь, чтобы ее рука не дрожала, она потянулась за мышкой и выделила область вокруг источника.

Принц наклонился ближе к экрану, и девушка почувствовала его дыхание на своей коже. Сэм ощущала тепло его тела, его запах и тот эффект, что все это оказывало на нее, посылая серию непрошеных импульсов ее телу. Осознавала ли она, какому унижению она могла подвергнуть себя уже в следующее мгновение?

Конечно, Сэм слышала этот предостерегающий внутренний голос. Но в то же время слышала и другой голос, который, соблазняя ее, шептал, что если сейчас она откинет назад голову, то опустится на его плечо, а если принц положит руку на ее плечо, то он может повернуть ее к себе и…

Внезапно и злость и физическая боль желания прошли сквозь ее тело. Она не должна позволять себе ни так чувствовать и ни так думать! Что случилось с ее достоинством и здравым смыслом? Она и так позволила себе долгие месяцы мечтать о нем, веря, будто он разделял ее желание. Но сейчас, когда Сэм знала правду, одна лишь ее гордость должна была служить ей надежной защитой от физического притяжения к нему.

— Вот здесь я впервые заметила кое-что, — произнесла она, заставив свой голос звучать более-менее спокойно, и показала на темную отметку. Но неужели ее голос стал таким высоким или ей это только показалось? И заметил ли он, как напряглась ее рука, когда она двигала мышкой, стараясь избежать соприкосновения с его рукой?

Вере недоумевал. Ведь он смотрел только на экран, но каким-то образом видел и мягкую припухлость ее рта, и то, как поднималась ее грудь, когда она делала вдох…

Раздраженный направлением своих мыслей, принц перешел в атаку.

— Вы думаете, я поверю, что эти несколько черточек на карте свидетельствуют о изменении русла реки с таким стремительным течением, как Дхурани?

— Эта фотография сделана со спутника, — напомнила Сэм. — Естественно, она непривычна для нетренированного глаза.

Он бросил на нее презрительный взгляд.

— Уверяю вас, я достаточно хорошо знаком со спутниковыми фотографиями, дабы понять, что это означает.

— Тогда вам должно быть ясно, что из космоса бывшее русло выглядит более четко очерченным, чем это видно с земли, — сказала Сэм, решив показать, что ему не удастся смутить ее.

— Я знаток этих мест, но не могу сказать, что когда-нибудь замечал там что-то необычное, — холодно заметил он.

— Вероятно, вы не там смотрели.

А может быть, он просто не хотел ничего замечать, подумала Сэм, в то же время гадая, почему бы это могло быть… В конце концов, оба русла лежали в пределах границ, и не могло быть сомнения, что река протекает исключительно через землю Дхуран. И это делало тот факт, что русло было изменено — в чем она не сомневалась, — еще более интригующим.

Сэм почувствовала легкий толчок, когда, отпустив спинку ее стула, принц обошел его кругом и остановился перед ней.

— Возможно, — коротко сказал он, взглянув на свои часы. Сэм с облечением вздохнула, решив, что незваный гость собирается уходить. Но он сказал: — Сегодня после ужина мы отправимся к истоку реки. Это в трех часах езды отсюда. Там и переночуем. Утром вы мне покажете это ваше предполагаемое русло. А потом до наступления дневной жары мы вернемся обратно.

— Нет… — Ее реакция была инстинктивной попыткой защитить себя.

— Что?

Судя по выражению его лица, было ясно, что он не привык к возражениям. Правитель начал медленно приближаться к ней.

Ее паника усилилась. Но, к своему стыду, Сэм почувствовала и кое-что другое. И это другое говорило: на самом деле ты хочешь, чтобы он подошел к тебе.

— Нет, — повторила она, — не приближайтесь… не трогайте меня.

Принц остановился и посмотрел на нее, словно она была насекомым, выползшим из-под камня.

— Не трогать вас? — повторил он, будто с трудом мог поверить, что Сэм сказала это. — Вы осмелились подумать, что мне бы этого хотелось?

Разрываемая между оскорбленной гордостью и желанием, Сэм хотела бы напомнить ему, что был случай, когда он не просто дотронулся до нее, но и…

— Позвольте уверить вас, что вам нечего беспокоиться на этот счет. И прежде чем вы унизите себя, напомнив об одном случае, который нам обоим не делает чести, я вам скажу, что как раз этот случай я намерен забыть. И вам бы посоветовал то же самое.

— Нет нужды мне советовать это, ваше высочество, я и так уже забыла, — солгала Сэм.

Ее ответ застал Вере врасплох. Он не привык, чтобы ему давали отпор в таком тоне — разве что иногда это мог позволить себе Дракс. И то, что она сделала это, да еще с таким чувством, было совершенно новым для него опытом. Хуже того, она и его провоцировала на несвойственное ему поведение.

Он пришел сюда застать ее врасплох. Вместо этого ей каким-то образом удалось заставить его играть роль, удивившую его далеко не самым приятным образом.

Вере не любил такого рода сюрпризы. Он привык думать, что способен оценивать и людей, и ситуацию достаточно хорошо, чтобы чувствовать себя на один шаг впереди них и быть готовым к любому повороту событий. Упрямый отказ Сэм соответствовать привычному образу европейской женщины доводил его просто до бешенства.

Она, конечно же, лгала, что забыла их первую встречу. Это было видно по всему что она говорила и что делала, в каждом ее взгляде на него, — и он бы хотел заставить ее признать это. Неужели она думает, что он настолько глуп? Вере чувствовал, как растет его раздражение. Или же она рассчитывает этим своим притворством еще больше разжечь его аппетит?

Встреча в отеле тоже была подстроена. Она искренне верила, что он попадется в ее ловушку? Что правитель Дхурана настолько уязвим? Что он из тех мужчин, которые лишены и гордости и моральных принципов?

Ну что ж, если так, тогда ее ждет большое разочарование, решил он и направился к выходу.