Прочитайте онлайн Магия пустыни | ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Читать книгу Магия пустыни
3416+904
  • Автор:
  • Перевёл: И. Лыгалова
  • Язык: ru

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Уже прошло два дня, как Сэм сказали, что она выздоровела, но она ни разу не видела Вере с тех пор. Сердце девушки сковала печаль. Она чувствовала себя одинокой и покинутой. Почему Вере так поступил с ней?

Она отложила в сторону книгу и с облегчением вздохнула, когда в комнату с дымящимся на подносе кофе вошла Масири — хоть будет с кем поговорить.

— Прошу прощения, я опоздала, — извинилась девушка. — Но меня позвала принцесса, и мне пришлось пойти…

— Принцесса?

Вере ни разу не говорил ни о какой принцессе, живущей во дворце.

— Да. — Масири кивнула. — Принцесса. Жена его высочества. Ее не было, она гостила в своей стране. Но сейчас вернулась.

Сэм похолодела. Вере женат?

— Принцесса — жена принца? — услышала она свой дрогнувший голос.

— Да, — подтвердила Масири. Почему Вере не сказал ей, что женат?

Но неужели ей нужно себя об этом спрашивать?

Он не сказал ей потому, что она была его любовницей, а мужчины — особенно такие, как Вере, — не обсуждают своих жен с женщинами для плотских утех.

Но Вере говорил, что любит ее…

Все мужчины так говорят своим любовницам. А сейчас, когда его жена вернулась, он хотел бы просто избавиться от Сэм. Да она, собственно, и любовницей его не была. Ведь причина, по которой он привез ее сюда, никак не была связана с его желанием к ней.

Словно два человека спорили внутри нее. Одна — отчаянно влюбленная женщина, другая — ее циничная противоположность, возмущенная до предела тем, что ей навязали столь унизительную роль.

— Принцесса…

Масири вопросительно посмотрела на нее, ожидая продолжения, но Сэм знала, что у нее нет права задавать такие вопросы.

— Это неважно, — сказала она почти беззвучно.

Вере был женат. Другая женщина имела право называть себя его женой, разделять с ним его постель и его жизнь. Другая женщина. Никогда, даже в самых удаленных уголках воображения, Сэм не представляла себя в роли «еще одной женщины». Если бы она знала с самого начала, что Вере женат… если бы он сказал ей… то она бы никогда…

Она бы никогда — что? Не влюбилась бы в него? Не занималась бы с ним любовью? Не приняла бы его предложение стать его любовницей? Это она хотела сказать?

Сэм почувствовала жгучий стыд.

Она не могла оставаться здесь. Она должна уехать. Ей было просто физически плохо от того, что она сделала. А что же Вере? Как он мог решиться на такое? Или же он думал, что его жена поймет, что он спал с Сэм, так сказать, преследуя интересы Дхурана? Смогла бы она это принять, если была бы его женой? Или же сомнения преследовали бы ее до конца жизни?

Запах кофе заставлял ее чувствовать тошноту и удушье. Ей не хватало свежего воздуха. Она почти выбежала во внутренний дворик, обогнула фонтан и пошла по тропинке, не думая о том, куда та может привести. Впервые за все время девушка заметила почти скрытую от глаз кустами вьющихся роз высокую железную калитку в дальней стене сада.

Что там за ней? — подумала Сэм, приближаясь. Она инстинктивно чувствовала потребность отвлечь свои мысли от ужасной реальности ее ситуации.

За калиткой Сэм увидела другой сад с небольшими скульптурами из камня и металла. Она уже собиралась уйти, когда увидела Вере. У нее перехватило дыхание. На нем была европейская одежда — деловой костюм, подчеркивающий ширину его плеч. Темная листва растений отбрасывала тени на его лицо.

Он повернул голову и протянул кому-то руку.

Сэм увидела женщину в белом платье и легкой шляпке. Женщина была беременна. Вере обнял ее и, наклонившись, чтобы поцеловать, бережно опустил другую руку на ее живот.

Сэм почувствовала, что сейчас ей станет плохо. Не имея сил смотреть, она повернулась и бросилась прочь.

Сэм не знала, сколько просидела в саду. Ее била дрожь, в голове ощущалась какая-то странная пустота. Пустота в голове, но тяжесть на сердце.

Был ли Вере все еще со своей женой? Все так же он покачивал ее в своих объятиях, и его рука все так же лежала на этой естественной женской округлости, несущей новую жизнь, которую они сотворили вместе? Зубы Сэм начали стучать, но совсем не о холода.

На тропинке послышались легкие шаги. Должно быть, Масири.

Сэм обернулась и вскочила, кровь отлила от ее лица. На тропинке стояла жена Вере.

— Извините, я, наверно, испугала вас. — У женщины был мягкий музыкальный голос и теплая искренняя улыбка. — Я увидела вас в саду, и мне ужасно захотелось поговорить с вами. Вы ведь тоже из Англии, верно?

Сэм кивнула, не в силах сказать ни слова.

— Мне не следовало бы этого, конечно, делать. — Она смущенно улыбнулась. — Знаю, Вере бы этого не одобрил, но мне было так любопытно, что я просто не могла устоять.

Сэм чувствовала себя так, словно забрела в какой-то нереальный мир.

— Это… Это естественно, что вам любопытно.

— Я буквально на минутку. — Она положила руку на свой живот. — Вере все беспокоится, что у меня могут начаться роды раньше времени. Кстати, меня зовут Сади. И я надеюсь, мы будем друзьями.

Друзьями!

Сэм ошеломленно смотрела на нее. Она никогда, никогда бы не могла стать подругой жены Вере, это просто убило бы ее. Как могла быть его жена так любезна с ней? Если только… если только она ничего не знала.

— Я лучше пойду, — сказала Сади. — Не хочу, чтобы Вере пришел и застал меня здесь.

Сэм смотрела ей вслед и чувствовала, что вся дрожит.

Нужно немедленно получить свой паспорт и выбраться отсюда! Она должна избавить себя от этой невыносимой боли и столь же невыносимого чувства вины за то, что спала с мужем Сади. Ей не нужно долго укладываться, вещей у нее почти нет, не собирается же она брать с собой то, что купил ей Вере!

Где Вере сейчас? Со своей женой? Шепчет ли он ей те же слова любви и страсти, что шептал ей? Она должна пойти к нему и потребовать назад свой паспорт, и теперь ей нечего бояться, что он начнет ее отговаривать. Скорее почувствует облегчение, если она уедет.

Сэм вернулась в комнату и попросила Масири передать Вере, что ей срочно нужно его видеть.

Тот факт, что он пригласил меня в офис, говорит сам за себя, думала Сэм, глядя на Вере, сидящего за столом перед кипой бумаг.

Вряд ли можно было выразить яснее, что все между ними кончено. Несмотря на боль, в ее душе проснулась и гордость, посылая поток спасительного гнева.

— Не беспокойся, Вере, — начала она, — я пришла не упрашивать тебя взять меня в постель или напоминать о том, что ты говорил, когда я была больна.

Она увидела, как напряглись мышцы на его скулах.

— Все, что мне от тебя нужно, — это мой паспорт.

Вере посмотрел на нее. Что-то на мгновение заставило потемнеть его глаза, перед тем как он отвел взгляд.

— С моей стороны, конечно, было глупо думать, что я успела надоесть тебе со своей непрошеной любовью, ты избегал меня последние два дня по другой причине. Вернулась твоя жена. Странно, что я не догадалась, что ты женат.

Она любила его. И Вере знал это, потому что теперь знал ее. Он знал, что, не испытывая любви к мужчине, Сэм не смогла бы отдать себя так, как она отдала себя ему.

Нескончаемая острая боль пронзила его. Но он должен выдержать это.

— Твоя жена Сади приходила познакомиться со мной. — Сэм горько усмехнулась. — Похоже, я ей понравилась. Она хотела бы, чтобы мы подружились.

Чтобы прекратить ее боль, он мог сказать, что Сади вовсе не его жена, а жена Дракса. Чтобы прекратить свою боль, он мог обнять ее и сказать, что она та единственная, кого он любил и кого будет любить всегда.

И чтобы преодолеть бездну, отделяющую его прошлое от наполненного любовью будущего, он должен пройти мимо образа, что засел в его сознании, образа мертвого тела его матери, ее застывшего в неестественном спокойствии лица.

Только Вере знал, сколько раз в течение долгих часов он был близок к тому, чтобы представить на этом месте лицо Сэм. Его память начала изменять черты матери, превращая ее лицо в лицо другой женщины. Вере содрогнулся.

— Я уже собралась и готова уехать, поэтому отдай мне мой паспорт. Думаю, ты будешь только рад увидеть, как я улечу в Зуран первым же рейсом. — Голос Сэм звучал ровно, голова была гордо поднята. Он не должен увидеть, какая боль терзает ее.

Это было бы идеальным решением ситуации, которая становилась почти непереносимой. Чем хуже она о нем думает, тем легче ей будет от него уйти. Возможно, это самое лучшее, что он может для нее сделать. Вере не имел ни малейшего представления, как ей пришло в голову, что Сади его жена, но пусть она продолжает так думать.

Он открыл один из ящиков, вытащил оттуда паспорт и положил на край стола.

Сэм почувствовала горечь. Он даже боялся дотронуться до ее пальцев. Но почему ее до сих пор беспокоит это, когда она уже знает, что он за человек? Где ее самоуважение? Разбито, как и мечты?

Вере нажал на кнопку и приказал отвезти Сэм в аэропорт.

— К вашему прибытию будет подан самолет, — сухо проговорил Вере. — Мой брат ждет меня, поэтому я надеюсь, вы меня извините, если вас проводит до машины мой ассистент.

Все кончено, подумала Сэм. Кончено? Как это может быть, если ты до сих пор любишь его? — взывало к ней сердце. Но она не слушала его, потому что если бы она это сделала, ей пришлось бы сгореть от стыда, бросившись ему на шею, вцепившись в него, умоляя его… Все кончено. Значит, так тому и быть.

Она повернулась и вышла из комнаты.

Сэм ушла — как он и хотел. Теперь все будет спокойно, никакой внутренней борьбы. Разорвав эту связь, он освободил себя от постоянного страха потерять ее.

Из окна кабинета Вере видел, как Сэм остановилась и посмотрела в его сторону. Он отступил назад.

Ему нужно пойти и увидеть Дракса. У них есть что обсудить — вопросы, касающиеся Дхурана и его будущего, вопросы, на которых он как правитель должен сосредоточить все свое внимание.

Машина, наверно, уже мчится по Королевской трассе в сторону аэропорта. Очень скоро она улетит — навсегда.

— Нет!

Он услышал свой крик. Его рука потянулась к телефону.