Прочитайте онлайн Любовный «треугольник» | Часть 4

Читать книгу Любовный «треугольник»
2916+858
  • Автор:
  • Перевёл: Э. Д. Гуревич
  • Язык: ru
Поделиться

4

— Где Зорро? — сразу спросил Лестер, стоило Дженике сесть к нему в машину.

Дженика улыбнулась и затянула ремень безопасности. В светло-желтом платье она выглядела, как сама весна.

— Вперед, едем обедать.

— Ты не ответила на мой вопрос. Где собака? Или ты уже сдала ее в школу?

— Я не могла бы разлучиться с моим лучшим другом, — возразила Дженика. — Я оставила Зорро у соседки. Мы случайно встретились в лифте и разговорились. Ее зовут Анна Браун, ей шестьдесят пять лет, и она совершенно очаровательна. До недавнего времени у нее у самой была собака, которая, к несчастью, попала под машину. Теперь, в свои годы, миссис Браун не хочет заводить новой собаки. Она в полном восторге от Зорро и последит за ним, пока мы не приедем.

Лестер скептически взглянул на Дженику.

— Ты правда уверена, что это хорошая идея?

— Да, — ответила Дженика. — Я нахожу свою идею великолепной. Мы пообедаем, немного потанцуем, как ты предложил, а потом тайно проберемся в мою квартиру. Миссис Браун сказала, что она никогда не ложится спать рано. Поэтому я могу взять Зорро попозже. Нам ничто не помешает, дорогой.

Лестер завел машину, и они поехали.

— Звучит вполне разумно, даже фантастически, но… — Он улыбнулся.

— Но?.. — переспросила Дженика.

— Ну да, — ответил Лестер. — Если все пойдет хорошо! Надеюсь, что дама управится с Зорро.

— О, миссис Браун кое-что понимает в собаках. Я так рада, что познакомилась с ней. Уверена, она положительно повлияет на Зорро. В конце концов, он не ротвейлер и не овчарка, а просто маленький, миловидный, кудрявый щенок.

Лестер припомнил недавний вечер, события в ванной и решил не возражать.

— Куда мы едем? — спросила Дженика.

— Ты уже бывала в «21»?

— Никогда. Там обретаются только сильные мира сего.

— Сегодня вечером мы принадлежим к их числу, — сказал Лестер. — Я хотел бы показать тебе кое-что особенное. А остаток вечера проведем в прелестном баре на Мэдисон-авеню.

Дженика придвинулась к Лестеру поближе.

— Но не весь остаток вечера…

— Конечно нет, — промолвил Лестер. — Мне пришло в голову кое-что более интересное.

Он бросил взгляд на колени Дженики. Ее короткая желтая юбка была вздернута, а длинные стройные ноги выглядели столь соблазнительно, что Лестер нервно сглотнул.

— Это будет превосходный вечер, — прошептала Дженика. — Какое чудо, что мы встретились.

Они выполнили всю намеченную программу. Правда, маленький бар оказался не столь романтичным, как предполагала Дженика. И, станцевав с Лестером пару раз, она предложила уехать.

Было половина двенадцатого, когда они, тихо ступая по ковровому покрытию в коридоре, пробрались в квартиру Дженики. Стояла полная тишина. Никто им не встретился. Ни одна собака не залаяла, и Дженика была убеждена, что и Зорро провел вечер спокойно.

Она открыла дверь, и Лестер вдруг подхватил ее на руки и перенес через порог. Дженика рассмеялась, когда он опустил ее.

— Это — счастливый случай, не так ли? — спросил Лестер и притянул ее к себе. Потом закрыл ногой дверь и стал целовать Дженику. Он целовал ее с такой силой и страстью, что у девушки перехватило дыхание.

— Весь вечер я думал об этом мгновении, — признался Лестер и спрятал свое лицо в волосах Дженики. — Какая ты сладкая.

Ее руки забрались к Лестеру под темно-синюю спортивную рубашку, дотронулись до спины, почувствовав силу твердых мускулов. Его язык ощупывал ее ухо, шею, и Дженика испытывала внутреннюю дрожь. Как он целовал, как он ее возбуждал…

Руки Лестера скользнули по бедрам Дженики. Он задрал ее короткую юбку и стал гладить восхитительную маленькую попку. А когда дотронулся до ее горячего лона, она чувственно застонала от желания.

— О, приди ко мне, приди, сделай это! — горячо прошептала Дженика.

Возбужденная, она спустила молнию на его брюках, почувствовав под рукой его твердую плоть. И они вновь слились в жадном поцелуе.

Лестер поднял Дженику и понес к кушетке. В его глазах она видела огоньки знакомого пламени — пламени желания…

Дженика любила Лестера таким. Она протянула к нему руки… И в этот момент кто-то энергично постучал в дверь.

— О, нет! — в отчаянии промолвила Дженика. — Только не это…

Лестер тяжело дышал. Он быстро застегнул брюки, отбросил волосы со лба.

— Полагаю, что это соседка.

В дверь снова постучали, и женский голос произнес:

— Мисс Риз, вы здесь? Откройте, мисс Риз!

— Иду, иду, — крикнула Дженика и привела свою одежду в порядок. Она лихорадочно глотала воздух, стараясь успокоиться. Лестер присел и с улыбкой следил за нею.

Вздохнув, Дженика направилась к двери. Едва она приоткрыла ее, как Зорро ворвался в комнату и стал высоко подпрыгивать вокруг Дженики, стараясь лизнуть ей руку. Пес визжал и был совершенно невменяем.

— Вот, — сухо произнесла Анна Браун, передавая Дженике поводок. — Забирайте свою бестию. Ваши заверения оказались пустыми. Это собака сведет меня в могилу. Вы не можете себе представить, что она учинила за короткое время! Я совершенно измотана. Я могу спокойно смотреть по телевидению фильмы про убийства. Но этот пес — какой-то кошмар! При всей своей любви к собакам, мисс Риз, бэбиситтерством я больше с ними не займусь. Сегодня вечером я должна буду принять успокоительное. Я больше не могу. Держите Зорро — обо всем остальном мы поговорим завтра.

— Мне очень жаль, миссис Браун, — пролепетала Дженика. — Он, собственно, совсем милый пес.

— Не знаю, — произнесла соседка, с сомнением посмотрев на маленькую черную собаку, которая, казалось, вот-вот превратится в огромного монстра. — Во всяком случае, я сыта им по горло. Спокойной ночи, мисс Риз. Мой Снуппи был совсем другим.

С этими словами миссис Браун исчезла, и Дженика захлопнула дверь.

Зорро подбежал к Лестеру и яростно залаял, как бы спрашивая: «Ты опять здесь?»

Лестер вздохнул.

— Итак, мы снова втроем, — проговорил он с наигранной радостью и попытался погладить собаку. Но Зорро, угрожающе рыча, потянулся к его руке, и Лестер быстро отдернул палец.

— Что же мы теперь будем делать? — переживала Дженика. — Запереть его снова нельзя. Ты уже знаешь, что бывает в таких случаях.

— Но и находиться с нами, как ты понимаешь, он не может, — запротестовал Лестер. — Тогда случится нечто худшее. — Он схватился за щеку, где еще виднелись царапины. — Я не хочу подвергать свою жизнь опасности.

Дженика готова была завыть от безысходности.

— Зорро, — сказала она и посмотрела на маленькую черную собачку. — Ты совершенно невыносим. Наступит день, и мне придется расстаться с тобой.

Пес, приблизившись к Дженике, начал лизать ее обнаженные ноги, а потом взглянул на хозяйку с такой преданностью, что ей ничего не оставалось, как нагнуться и погладить собаку. Зорро тут же прильнул к ней.

— Такое впечатление, будто у меня появился опасный соперник, — нервно заметил Лестер и взял сигарету. — Черт возьми, ну должны же мы что-нибудь придумать!

Зорро снова посмотрел на него так, словно собирался в следующий момент совершить прыжок. Лестер ответил ему доброжелательно-заискивающим взглядом.

— Он должен все-таки постепенно привыкнуть к тебе, — успокаивала Дженика. — Но я все же не понимаю этого. Его агрессивность меня просто сводит с ума.

— Видимо, я должен принести ему в следующий раз пару косточек. — Лестер ухмыльнулся. — Может, тогда появится шанс, что он примет меня.

— Такой маленькой собаке опасно давать косточки, — ответила Дженика. — Я читала об этом в руководстве.

— Хотя пес мал и требует к себе повышенного внимания, но он уже вполне оформившийся поганец. — Лестер вздохнул. — Иди сюда, Зорро. Поговорим теперь, как мужчина с мужчиной.

Он бросил сигарету в пепельницу и поманил собаку. Зорро насторожился, его шерсть поднялась, и он снова заворчал. Видно было, что у него нет ни малейшего желания следовать призыву Лестера.

— Эта проклятая ревность, — прошипела Дженика. — Нет, его не удержать! Ах, Лестер, какой бы мог быть прекрасный вечер!

— Он еще будет хорошим псом, — заверил Лестер и встал. — Мы просто на время привяжем Зорро. Дай мне, пожалуйста, поводок.

Дженика печально взяла поводок.

— Но ты не запретишь ему лаять. У нас опять будут неприятности с соседями.

— Позволь мне все-таки сделать это. — Лестер огляделся. — Мы, конечно, должны его привязать к какой-нибудь твердой опоре. Иначе он перевернет всю комнату. Стол для этого недостаточно надежен. Но вот это кожаное кресло — оно подходит.

— Это — старинная вещь периода грюндерства , — уточнила Дженика.

— Вот и хорошо. — Лестер рассмеялся. — По крайней мере, кресло без колесиков. А если мы положим сверху еще парочку увесистых томов, малыш не сдвинет его с места.

Он подошел к книжной полке, вытащил две толстые книги и положил на сиденье кресла. Дженика прикрепила поводок одним концом к ошейнику, а другим к креслу, стоявшему рядом с торшером. Зорро, разумеется, в ярости прыгал вокруг нее и громко лаял.

— Успокойся! Тихо! — крикнула Дженика. Но Зорро и не думал слушаться. Тогда она подошла к псу и схватила его за морду. Раздался пронзительный писк. Дженика быстро убрала руку.

— Я надеюсь, Зорро, что теперь ты понял, — строго произнесла она. — Будешь лаять — я снова зажму тебе морду, ясно?

Зорро присел на лапы и испуганно посмотрел на Дженику. В это время Лестер взял ее за руку и потянул в спальню. Дженика остановила его.

— Я положу Зорро пару собачьих пирожных и налью воды, — сказала она. — Оставлю также кости — пусть грызет. Тогда пес будет занят. Ты иди. Будет лучше, если он не увидит, что мы уходим вместе.

— Моя дорогая, — промолвил Лестер. — Это похуже той ситуации, когда мы, шестнадцатилетние, прятались от родителей. Я снова чувствую себя тинэйджером.

Дженика рассмеялась. Она положила перед собакой еду, а Лестер исчез в спальне. Дженика еще немного поговорила с Зорро, успокаивая его. Затем прошла в спальню и закрыла дверь.

Лестер лежал обнаженный на кровати и протягивал к ней руки.

— Видишь, любимая, все устроилось чудесным образом. А теперь иди ко мне. Продолжим с того места, где мы остановились.

Она бросила халат на стул, и Лестер притянул ее к себе. Он посмотрел на нее взглядом, полным желания, и стал ласкать Дженику. Рука Лестера медленно двигалась вверх по ее ноге, коснулась бедра, прелестных округлостей ягодиц, в то время как его язык требовательно проник ей в рот. Дженика вновь ощутила лихорадочный трепет во всем теле.

Она прижалась к Лестеру, чувствуя его растущее напряжение на своих бедрах. Ее упругие груди терлись о горячую кожу Лестера и возбуждали его еще сильнее.

Лестер погладил тугие округлости. Потом его язык легонько коснулся ее сосков. Дженика страстно застонала.

И тут они услышали громкий и яростный лай собаки. Дженика глубоко вздохнула. Но Лестер продолжал целовать и ласкать ее. Собака залаяла сильнее. Ладонь Дженики скользнула по бедру Лестера и коснулась той части его тела, которая была наиболее твердой и сладострастной.

— Не думай о собаке, — прошептал в истоме Лестер. — Пусть лает. Она сама успокоится.

Он наклонил голову, и его жаркие губы коснулись ее колена, бедра и затем прижались к шелковистому холмику. Дженика запустила пальцы в его волосы. Она почувствовала нестерпимое желание и была уже готова кончить. Лестер удовлетворенно улыбнулся, когда, вытянувшись на кровати, с силой привлек Дженику на себя. Словно в трансе, она раздвинула ноги, и Лестер сильным толчком снизу вошел в нее. Она чувствовала, как он проникает все глубже и глубже, и пришла в движение. Руки Лестера ласкали ее груди то нежно, то со страстной силой, и Дженика со стоном закинула голову. С Лестером это было так чудесно, так немыслимо хорошо…

Она продолжала двигаться, то замедляя, то убыстряя сладостный ритм. Ее упругие колени зажали Лестера, как бы захватив его навсегда в плен. И Лестер желал этого. Они оба почувствовали, как их одновременно захлестнуло волной испепеляющей страсти. И когда их тела, слившись в экстазе, сотрясались от мощного оргазма, они услышали царапанье у двери. Но не хотели и не могли слышать…

Лишь когда все уже было позади и Дженика в блаженной истоме лежала на Лестере, ощущая его теплые, сильные и нежные руки, только тогда она осознала, что это Зорро скребется в дверь.

— О, как это было хорошо, как чудесно… Как никогда, — прошептала Дженика. Она просто не хотела думать об этом шуме, который становился все настойчивее.

Казалось, что и Лестер вернулся из другого мира.

— Милая, — промолвил он, — мне кажется, что мы все же привязали собаку, не так ли?

Дженика легла рядом с ним, расслабленно улыбнулась и взяла Лестера за руку.

— Ах, да, собака…

Пес снова залаял и заскребся в дверь. Дженика поднялась, откинула с лица волосы.

— Дорогой, мы ведь на самом деле крепко привязали Зорро. Как же он очутился у двери?

— Полагаю, он перегрыз поводок, — предположил Лестер. — Этого мы, естественно, не учли, даже не подумали об этом.

Неожиданно в соседней комнате стало тихо. Дженика и Лестер затаили дыхание.

— Надеюсь, Зорро все же не сдох, — проговорил Лестер.

И в этот момент раздался такой грохот, как будто Зорро опрокинул всю мебель разом. Дженика подпрыгнула, словно ее неожиданно окунули в ведро со льдом. Она бросилась к двери и распахнула ее. Зорро тоскливо выл. Он стянул со стола скатерть вместе с пепельницей и цветочной вазой. Скатерть накрыла пса, который двигался под ней, как маленькое привидение, и жалобно скулил.

— Иди сюда, посмотри! — крикнула Дженика Лестеру. — Он действительно перегрыз поводок.

Лестер соскочил с кровати. Войдя в комнату, он положил Дженике руку на плечо.

— Так ему и надо, — произнес Лестер, злорадно ухмыляясь.

— Мы должны его освободить, — возразила Дженика. — Он не понимает, что произошло.

— Эта собака сведет меня с ума, — пробормотал Лестер.

Дженика быстро натянула халат и высвободила Зорро из его ужасного положения. Пес тут же побежал к своей корзинке и забрался внутрь, как будто таким образом мог спастись от наказания. Дженика попыталась навести порядок, подняла вазу, поникшие розы, которые два дня тому назад ей принес Лестер, пепельницу. Вода из вазы смешалась с пеплом и окурками, и все вместе выглядело не особенно аппетитно.

— Ты — отвратительное чудовище, — злилась Дженика. — Тебя действительно невозможно выдержать!

Пока она наводила порядок, Лестер удалился в ванную и вышел оттуда одетый в брюки. Дженика с жалким видом сидела съежившись в кресле.

— Я право не знаю, что нам с ним делать. Дальше так продолжаться не может. Эта противная собака вмешивается в мою личную жизнь.

Зорро лежал в своей корзинке и осторожно поглядывал поверх нее своими карими глазками, словно хотел убедиться, что атмосфера разрядилась. Но Дженика бросила на него грозный взгляд.

— Попробуй только вылезти, получишь у меня! — прикрикнула она.

Лестер присел на ручку кресла и обнял Дженику за плечи.

— Не выпить ли нам по глоточку бренди? — предложил он. — А потом составим план.

— Какой план?

— Ну, как поступить с Зорро.

— Я не могу с ним расстаться, — произнесла Дженика.

Лестер обвил свой палец прядью ее каштановых волос и нежно улыбнулся.

— Этого от тебя никто не требует, любимая. Но если бы мы отдали его в школу для собак, то получили бы назад хорошо воспитанную собаку. Как ты думаешь? Это всего на пару недель, а потом твое маленькое сокровище вернется домой.

Дженика вздохнула.

— Бренди там, в шкафу, — сказала она. — Я думаю, что мы должны что-то предпринять, прежде чем он окончательно все сокрушит.

Мортон Форбс, шеф адвокатской конторы, на второй день после судебного разбирательства в ярости покинул зал суда. Он ждал в коридоре Патрика Флемминга, когда появился окружной прокурор Хэнк Брентон. Оба были членами одного гольф-клуба, и Брентон широко улыбнулся, завидев Форбса.

— Еще два дня, и дело будет закончено, — сказал он. — Вы подали прекрасную идею передать дело юному Флеммингу. Процесс я уже, по сути, выиграл, и засажу Бэрнса за решетку лет на пятнадцать. Моя заключительная обвинительная речь, можно сказать, у меня в кармане.

— Не торопитесь так, Хэнк, — ответил Мортон. — Защита еще не сказала своего слова.

— Но и так почти все ясно, — возразил Хэнк. — Великий Боже, Форбс, вы же должны были понять, что никогда не сможете выиграть этот процесс с таким зеленым юнцом. С самого начала было очевидно: этот парень не справится.

— Для торжества еще нет никаких оснований. У меня тоже кое-что имеется в запасе. — Мортон Форбс, крепкий мужчина среднего роста, с широким, всегда немного красноватым лицом и взъерошенными волосами, выглядел крайне разгневанным.

Хэнк Брентон насмешливо улыбнулся.

— Очень интересно, — произнес он. — Однако завтра мы заканчиваем судебное разбирательство, и я убежден, что присяжные будут на моей стороне, когда я предъявлю обвинение. — Брентон покинул Форбса и спустился по коридору вниз.

Мортон не стал больше ждать Флемминга. Тяжело ступая, он в ярости покинул здание суда и сел в свою машину. Теперь он точно знал, что ему надо делать. Едва войдя в бюро, шеф тотчас же послал за Лестером Кингом.

Тот, появившись, сразу заметил, что старик Форбс был в чертовски дурном расположении духа. Он сидел в своем огромном, обитом черной кожей кресле, постукивая по письменному столу кончиками пальцев.

— Я отстраняю Флемминга от процесса, — с ходу заявил он Лестеру. — Если у нас еще остался шанс выиграть этот процесс и выцарапать Бэрнса, то нам нужен другой человек. Я подумал о вас. Вы должны немедленно взять это дело. Пошлите за актами и займитесь ими. И все это как можно скорей. Завтра утром я хочу видеть вас в зале суда.

Лестер был ошеломлен. В волнении он закашлялся.

— Не смотрите на меня так, будто я предложил вам завтра полететь на Луну, — грохотал Форбс. — Вы знаете дело. Знаете, о чем идет речь, и с завтрашнего дня будете вести защиту. Все, и никаких возражений.

Лестер плюхнулся в кресло.

— Патрика Флемминга это не сильно обрадует. Это заденет его самолюбие.

— Наплевать мне на то, что думает Патрик Флемминг. То, что он натворил сегодня, — это катастрофа. Он абсолютно бездарен.

— Мы все когда-то начинали с малого…

— Ах, оставьте это! Мне сейчас не до идеологических споров. Мы должны действовать, и немедленно!

Лестер глубоко вздохнул.

— Восстановим события, — сказал он. — Семнадцатилетняя Кэтлин Вернесс отправляется с братом на вечеринку. Братец улизнул со своей подружкой, и Кэтлин, соскучившись, уходит с вечеринки. Она идет коротким путем через Центральный парк. Ее преследует мужчина, который напал на нее сзади, заклеил ей скотчем глаза и залепил рот пластырем. Затем он бросает ее в кусты и насилует. Девушке удается освободить рот, и она кричит. Тогда мужчина наносит ей удар ножом, бросает свою жертву и убегает.

Мортон Форбс, поднявшись, начал ходить взад и вперед по комнате.

Лестер продолжал:

— За преступником наблюдает лодочник Джеймс Финнегэн, который, услышав шум, подумал, что кто-то опять хочет вломиться к нему — в прошлом году у него украли несколько лодок. Он полагает, что узнал обвиняемого, который затем убежал. Позднее полиция обнаружила орудие нападения с отпечатками пальцев Бостона Бэрнса. На этом основании его арестовывают.

— Верно, — произнес Мортон. — Обвиняемый отрицает факт преступления, говорит: нож либо был потерян, либо украден у него. Однако не может отрицать, что примерно в это время находился в Центральном парке.

Лестер кивнул.

— Он возвращался от своего друга, у которого засиделся допоздна. Они слушали пластинки и пили пиво.

Мортон Форбс остановился перед Лестером.

— Я надеюсь, что вы подвергнете главного свидетеля обвинения перекрестному допросу. Чем-то мне этот парень не нравится. Мы должны проанализировать его показания. Обвиняемый отрицает, что когда-либо видел девушку, и, конечно, малышка Кэтлин не могла его узнать, так как не имела возможности видеть.

— Я сейчас же займусь актами, — заявил Лестер. — Я разделаю этого свидетеля. Как мне стало известно, однажды, будучи главным свидетелем обвинения, он уже «пришил» одному цветному мокрое дело. Возможно, это у него патология. — Лестер ухмыльнулся.

— Оставайтесь реалистом, Лестер. Это важно. Но, в конце концов, одни показания будут против других показаний, в случае если настоящий преступник не явится с повинной, на что вряд ли стоит рассчитывать.

— Стало быть, вы также не верите, что обвиняемый является преступником? — спросил Лестер.

— Все, что нам до сих пор было известно о Бостоне Бэрнсе, не говорит за это. Но разве можно определить по внешнему виду, что кому-то вдруг придет в голову изнасиловать девушку, а потом ударить ее ножом. Что мы, в конце концов, знаем о человеческой психике и о внезапных действиях, которые и приводят к подобным преступлениям? Суд и присяжные руководствуются только доказательствами. А все показания лодочника выглядят пока правдоподобными. Все могло произойти именно так. Но я не хочу, чтобы Хэнк Брентон выиграл этот процесс. Я ни в коем случае этого не хочу.

— А я думаю, — улыбнулся Лестер, — вы печетесь о том, чтобы невинный не понес незаслуженного наказания.

— Конечно, я стремлюсь именно к этому, — проворчал Форбс. — В первую очередь. Но, кроме того, хочу выиграть процесс, и вы мне в этом поможете, Лестер. А теперь пришлите ко мне Флемминга. Завтра утром я буду в зале суда, и, надеюсь, вы будете знать, что вам делать.

— Я немедленно приступаю к работе, — ответил Лестер.