Прочитайте онлайн Любовный «треугольник» | Часть 3

Читать книгу Любовный «треугольник»
2916+897
  • Автор:
  • Перевёл: Э. Д. Гуревич
  • Язык: ru
Поделиться

3

Сразу после обеда они покинули ресторан. Лестер не особенно удивился, увидев машину Дженики в таком плачевном состоянии.

— Дорогая, она выглядит так, будто в нее попала бомба средних размеров, — ухмыльнулся он. — Зорро, наверное, был совершенно взбешен, когда вы оставили его одного. Однако кто бы хотел быть вами покинутым, Дженика?

Лестер сказал это столь доброжелательно, что Дженика не смогла не улыбнуться.

— Вы поедете за мной, ладно? Знаменитая чашечка кофе значится в программе.

— Я уже рад этому, — ответил он и направился к своей машине.

Зорро вспрыгнул на разорванное кресло заднего сиденья и удобно устроился среди учиненного им бедлама. Дженика села за руль.

Машина тронулась с места. В зеркало девушка видела, что Лестер следует за ней. Она была очень взволнована, думая о продолжении этого вечера, и совершенно забыла о проступке Зорро.

Лестер нашел стоянку вблизи высотного дома, где жила Дженика. Свою машину она завела в подземный гараж. Завтра с утра надо отправиться в мастерскую, чтобы привести автомобиль в порядок. Когда она вместе с Зорро направлялась к лифту, собака пыталась грызть поводок. Сегодня вечером пес был явно возбужден и, прежде чем Дженика опомнилась, справил свою нужду на белоснежный, новенький, как с иголочки, «кадиллак». Дженика закричала на Зорро, но он, казалось, не обратил на это никакого внимания.

Дождавшись Лестера, они вошли в лифт. В кабине оказались еще два молодых человека, поэтому Дженика и Лестер лишь молча смотрели друг на друга. Взгляды выражали одно и то же желание, которое так сильно притягивало их.

Как только за ними закрылась дверь квартиры, Лестер заключил Дженику в объятия. Он сделал это совершенно сознательно, и девушка не сопротивлялась, когда он ее поцеловал.

— Я влюблена в тебя, Лестер, — горячо прошептала она. — Я без ума от тебя.

Дженика почувствовала на своих губах его твердые губы, его гибкий, мягкий язык, чьи прикосновения приводили ее в дрожь.

Но Лестер вдруг отпустил ее и застонал.

— В чем дело? — спросила смущенно Дженика. — Что с тобой, милый?

— Этот проклятый пес, — прошипел Лестер и схватился за ногу.

Зорро заворчал на него и снова приготовился к прыжку. Дженика отбросила его в сторону.

— Он вонзил зубы мне в икру, — сказал Лестер и ухмыльнулся. — Зорро действительно маленькая бестия.

— Если ты еще раз так сделаешь — тебе не поздоровится, — пригрозила Дженика собаке.

Но Зорро смотрел только на Лестера. Неожиданно он стал громко лаять.

— Замолчи! — прикрикнула девушка. — Или я тебя запру.

Пес, казалось, внял угрожающему тону хозяйки и присмирел. Дженика увлекла Лестера в гостиную с уютной мягкой мебелью с цветастой обивкой и красивыми антикварными вещами. Он, правда, видел только Дженику и был полон желания.

— Я позабочусь о кофе, — промолвила она тихо и посмотрела на Лестера, словно собиралась сказать что-то совсем другое.

Он притянул ее к себе на кушетку.

— Брось этот дурацкий кофе, — произнес он. — Мне, собственно, нет до него никакого дела. Ты такая сладкая, Дженика. Я испытываю удивительное чувство рядом с тобой. Скажи мне, что я хоть чуточку желанен тебе.

— Я очень хочу тебя, Лестер, — ответила Дженика, и ее влажный полуоткрытый рот потянулся к его губам.

Лестер снял с ее плеч парчовый жилет и увидел ее груди с торчащими под черным шелком сосками. Ему хотелось дотронуться до сосков. Он снова энергично притянул Дженику к себе, проник языком в ее рот, обнял груди, которые прощупывались под блузкой. Дженика тихо застонала.

И вдруг Зорро одним прыжком оказался на коленях у Лестера и корябнул своей маленькой лапой с острыми когтями по его щеке, оставив розовые полосы.

— Ай! — закричал Лестер, отпустив Дженику и схватившись за щеку. — Ты, чудовище, может, хватит! Оставь меня наконец в покое!

Зорро залаял и злобно посмотрел на него. Дженика заученным движением схватила собаку за загривок и стала трясти. Затем поставила ее на пол.

— Еще раз пикнешь, и я запру тебя в ванной, — произнесла она угрожающе и, посмотрев на Лестера, ужаснулась: — Боже мой, что он с тобой сделал? — Дженика нежно коснулась царапин на его щеке.

Но Лестер уже снова улыбался.

— Малыш полностью зациклен на своей хозяйке, — заметил он. — Пес страшно ревнив.

— До сих пор я не имела возможности убедиться в этом, — возразила Дженика. — Однако, похоже, ты прав. Но что нам с ним делать?

— Возможно, ты должна дать ему что-то особенно вкусненькое. Тогда он будет занят. Как ты полагаешь?

— Хорошая идея.

Дженика пошла на кухню и вернулась с шоколадными трубочками. Она положила их Зорро в миску. Пес в самом деле отвлекся и занялся едой.

Дженика снова присела к Лестеру, прижавшись к его плечу.

— Я тоже в тебя влюбилась, — промолвила она. — Во мне бушует какое-то пламя. Это, видимо, звучит смешно, но иначе я выразиться не могу. Я очень хочу тебя, Лестер.

— О, Дженика, если бы ты знала, как хочу тебя я…

Он снова поцеловал ее. Потом расстегнул блузку, склонился над ее обнаженной грудью и начал нежно ласкать соски, пока те не стали горячими и возбужденными.

Дженике казалось, что она больше не выдержит напряжения.

— Поцелуй меня, — прошептала она. — Покрой меня всю поцелуями. Ласкай меня…

Кончик языка Лестера блуждал по ее шее, затем спустился вниз к этим чудесно набухшим соскам, касаясь их все сладострастнее. Дженика почувствовала, как в ней пробуждается горячее лихорадочное желание, которое охватило все ее тело.

И когда они уже были готовы полностью отдаться этому нежному чувственному порыву, Зорро протиснулся между ними, угрожающе зарычал и попытался укусить Лестера в руку. В последний момент Дженика успела сбросить собаку с кушетки.

Лестер поднялся, убрал с лица волосы. Пес снова зарычал, и Лестер с отчаянием вздохнул.

— Скажи, что же нам делать, дорогая. Мне не хотелось бы расставаться с тобой, поскольку безумно в тебя влюблен. Но полагаю, что против твоего стража я бессилен.

— Все! Достаточно, Зорро! На сей раз я запру тебя в ванной! — Дженика встала, схватила пса, который начал пищать, и отнесла в ванную. Она заперла его там и возвратилась к Лестеру.

— Теперь, дорогой, мы обрели покой. Зорро не сможет тебе ничего сделать. И мы целиком принадлежим друг другу.

Она бросилась в его объятия, и Лестер снова стал ее целовать и ласкать.

Дженике нравилось ощущать его поцелуи, его прикосновения. С возбуждением и нежностью она чувствовала его руку, которая гладила ее с внутренней стороны бедер. Дженике снова стало жарко, когда пальцы Лестера отодвинули в сторону ее трусики и, коснувшись шелковистого пушка на лобке, наконец погрузились во влажную возбужденную плоть.

Дженика застонала; ей показалось, что она не сможет пережить этого блаженства.

Зорро, как безумный, лаял в ванной и царапал дверь. Но Дженика и Лестер не обращали на него внимания. Их страсть достигла такой стадии, что погасить возбуждение было уже невозможно.

Дженика нежно отвела руку Лестера в сторону и чувственно спросила:

— А ты не слишком много себе позволяешь, любимый?

Он тихо и нервно засмеялся, а затем начал поспешно раздеваться. Дженика тоже скинула с себя шелковую блузку и юбку.

Лестер тяжело дышал.

— Как ты прекрасна, Дженика, — прошептал он и дотронулся до черных роз на ее чулках. Потом коснулся поцелуем обнаженных мягких бедер. У Дженики было ощущение, что губы Лестера сжигают ей кожу. И это приводило ее в сладостный трепет.

Дженика увидела, как сильно возбужден Лестер. Она коснулась его члена, стала целовать, ласкать, пока Лестер не застонал. Он стянул с нее трусики, бросил их на пол, и его горячий язык чуть не лишил Дженику разума. Она чувствовала трепещущие губы всюду на своем теле и желала ощутить Лестера всего, без остатка ощутить его в себе.

Однако Лестер не спешил с завершением прелюдии и с очаровательной осторожностью снял с нее чулки. Дженика уже не могла больше ждать.

Она так долго хотела Лестера. И сейчас, видя стройное возбужденное тело, обхватила ногами бедра мужчины и снова увлекла его в горячие лихорадочные объятия.

И Лестер, не в силах больше сдерживаться, проник в ее мягкое влажное лоно. Его темпераментные движения приближали сладостный миг. И Дженика, почти теряя сознание, взорвалась изнутри. Несколько секунд спустя и Лестер достиг пика наслаждения. Они крепко держали друг друга и стонали, добравшись до вершины, которая, казалось, швырнула их во Вселенную…

В следующее мгновение в ванной раздался оглушительный грохот, затем ужасный вой. Но Лестер и Дженика не слышали — они пребывали в другом мире. Им нужно было время, чтобы снова оказаться на Земле. Лестер нежно поцеловал Дженику, и она глубоко и счастливо вздохнула.

— О, любимый, как это было чудесно. Это было самое прекрасное, что мне когда-либо пришлось пережить.

— Ты сама была прекрасна, Дженика, — ответил Лестер.

Вой в ванной перешел в непрекращающийся лай. Лестер, разомкнув объятия, первым вернулся к реальности.

— Ради всего святого, что случилось с твоим псом? Теперь-то он что натворил?

Дженика встала с кушетки, отбросив назад руками свои длинные волосы.

— Наверное, Зорро поранился, — ответила она, заметно нервничая. — Пойду посмотрю, а то он поднимет на ноги всех жильцов.

Обнаженная, она подбежала к ванной и открыла дверь. И тут же захлопнула ее. Зорро, который прекратил было лаять, продолжил свой концерт и заскреб в дверь.

— Великий Боже! — промолвила Дженика.

У Лестера на лице появилось озабоченное выражение.

— Что случилось?

Вместо ответа она бросилась в спальню и вернулась оттуда в коротком махровом халате вишневого цвета.

— Боюсь, что в ближайшие полчаса от душа ничего не останется, — предположила Дженика. — Если в машине после Зорро был лишь хаос, то теперь можно говорить о конце света. Хочешь посмотреть?

Лестер опустил глаза.

— Лучше не надо, — произнес он. — Насколько я знаю твоего пса, он будет бить меня по самым чувствительным местам. Поэтому я отказываюсь.

Дженика рассмеялась.

— Зорро сбросил полку с моей косметикой. Естественно, половина разбилась.

Ей приходилось говорить очень громко, чтобы перекричать бушевавшего в ванной Зорро.

Лестер натянул трусы, серые брюки.

— Пошли, я помогу тебе, — сказал он.

В это мгновение в дверь позвонили. Дженика испуганно запахнула халат и завязала тесемки на талии. По ее лицу было заметно, что она колеблется: стоит ли открывать.

Однако Лестер был иного мнения.

— Ты не хочешь посмотреть, кто там?

Дженика отбросила волосы назад.

— Вероятно, кто-то из соседей пришел пожаловаться. Стены в этом доме не такие уж толстые.

Звонок за дверью становился все настойчивее, а Зорро продолжал лаять. Наконец Дженика прошла в прихожую и открыла. За дверью стоял пожилой господин, которого она раньше не видела. Он был в рубашке с длинными рукавами и выглядел не особенно приветливо.

— Что у вас стряслось, мисс? — резко спросил он. — Этот шум невозможно вынести. Если сию же минуту не прекратится это безобразие, я пожалуюсь владельцу дома. Время — уже больше одиннадцати, и все порядочные люди собираются ложиться спать.

— Это — собака, — извинилась Дженика с едва заметной улыбкой. — Она кое-что сбросила. Простите ее, пожалуйста, этого больше не повторится.

Мужчина оглядел Дженику, стоявшую в коротком халате.

— Мне бы хотелось надеяться, — буркнул он. — Иначе я позабочусь о том, чтобы собака исчезла.

— Сейчас все будет тихо. Я вам обещаю. — Дженика быстро захлопнула дверь и вернулась к Лестеру.

Между тем дверь в ванной открылась, и Зорро одним прыжком оказался в комнате. Он снова настроился против Лестера, как бы готовясь в следующий момент вцепиться тому в горло. Дженика оттащила пса и затрясла его.

— Ну, теперь ты наконец успокоишься, Зорро? — выговаривала она ему. — Ты хочешь, чтобы я еще больше рассердилась? Или мне следует отдать тебя в зверинец?

Собака заскулила и, когда Дженика отпустила ее, легла на пол и принялась лизать ей ноги. Она выглядела такой маленькой, такой беспомощной и покорной, что Дженика вздохнула.

— И зачем я только связалась с тобой, — в отчаянии промолвила она. — Ты сейчас же угомонишься. Понятно? Я не желаю слышать никакого писка.

Лестер стоял в ванной и осматривал следы погрома.

— Словно после землетрясения, — заметил он и почесал затылок. — У тебя на полке стояло огромное количество флаконов, не так ли?

— Как ему удалось сотворить такое? — Дженика не могла этого понять. — Он, должно быть, прыгнул на полку с подоконника. Хорошо еще, что кое-какая косметика уцелела. У, проклятое животное!

— Полка была плохо закреплена, — установил Лестер и начал осматривать разбитые флаконы на полу и частично разлитую грязную вязкую жидкость, которая смешалась с осколками. Между ними лежала покрытая белым лаком полка.

— Хорошенький же финал такого чудесного вечера, — печально произнесла Дженика. — Теперь наконец я могу заняться уборкой.

Лестер, разумеется, вызвался ей помочь. В конце концов, их забавляло то, что первое интимное свидание завершилось маленьким происшествием. Зорро зарылся в своей корзинке и время от времени взирал на них, словно ему доставляло удовольствие наблюдать, как они убираются.

— Осколки приносят счастье, — сказал Лестер, когда, приведя все в порядок, они возвратились к кушетке. — Смотри на это именно так, любимая.

— Я думаю, теперь мы можем выпить чашечку кофе, как ты считаешь? — спросила Дженика.

Лестер кивнул и закурил. Девушка встала и исчезла в кухне. Прошло немного времени, пока она вернулась с кофе и чашками. Затем села рядом с Лестером на кушетку. Он заключил ее в объятия и стал целовать.

— Все равно это был чудесный вечер, — признался он. — Мы обязательно должны будем его повторить.

Дженика прильнула к Лестеру и ответила на его поцелуй. В следующий миг она почувствовала маленькую собачью лапу у себя на коленях. Зорро просто не мог допустить, чтобы его хозяюшка целовала этого мужчину. Дженика бросила на пса гневный взгляд.

— Ты вновь здесь, ужасное чудовище?

Зорро прыгнул к ней на колени, удобно расположился и посмотрел на Лестера так, будто он самая большая овчарка в мире, способная разорвать кого угодно.

Лестер отодвинулся от Дженики.

— Если так пойдет и дальше, нас с тобой ожидает немало «мирных» вечеров, дорогая. Собака не принимает меня.

Дженика погладила Зорро.

— Он привыкнет к тебе, совершенно определенно. Пока ты для него новый человек, но со временем вы познакомитесь поближе и станете друзьями.

Лестер с сомнением посмотрел на собаку.

— Во всяком случае, ты имеешь надсмотрщика, лучше которого и придумать нельзя. Я абсолютно уверен, что Зорро никого к тебе не подпустит.

Дженика засмеялась и потянулась к чашке с кофе.

— У меня нет намерения подпускать к себе кого-либо другого, — промолвила она и посмотрела на Лестера с такой любовью, что он не мог не улыбнуться.

Зорро, не спуская глаз с Лестера, снова угрожающе зарычал.

— Мне любопытно, — признался Лестер, — что нам с тобой еще предстоит пережить. Пес способен перевернуть все, когда я до тебя дотрагиваюсь. Но уверяю: я не прекращу своих усилий, любимая.

Дженика подарила ему поцелуй.

— Я была бы весьма обижена, если бы ты это сделал, — заметила она.

— Что с тобой стряслось? Ты переспал с циркулярной пилой? — Патрик ухмыльнулся, увидев царапины на щеке Лестера.

— Это собака, — буркнул Лестер и бросил на письменный стол газету, которую читал.

— Я твердо знаю, ты влюбился в даму, у которой есть собака, верно?

— Кстати, неплохое сочетание, друг мой, — улыбнулся Лестер. — И это все, что я могу пока сказать тебе. Но, думаю, мы еще не раз побеседуем об этом. Твои родители, кажется, тоже имели животное.

— Не говори так о нашем Доне. Он не был животным, — запротестовал Патрик. — Он был немецким догом.

— Уже хорошо, — ответил Лестер, — Я не хотел тебя обидеть. Ты когда-нибудь слышал о школе для собак?

— В нашем штате несколько таких школ.

— Тебе знакома школа на Шестьдесят пятой улице?

— Нет, эту я не знаю, — сказал Патрик. — Но воспитание собак действительно проходит в таких школах. Ты можешь поместить туда пса на две или три недели, затем он возвращается будто шелковый.

Лестер задумчиво смотрел перед собой.

— Я должен предложить это Дженике.

— Нам необходимо обсуждать этот вопрос именно сейчас? — спросил Патрик. Он явно нервничал. — Ты ведь знаешь, сегодня начался процесс против Бостона Бэрнса. В одиннадцать я должен быть в суде, и у меня такое чувство, что не мешало бы принять двойную дозу валиума.

— Забудь ты об этой ерунде, — посоветовал Лестер. — Это ничего не даст. Справишься и так. Я сожалею, что у меня в эти дни мало времени для тебя. Как далеко ты продвинулся? Какое впечатление произвел на тебя этот Бэрнс?

Патрик плюхнулся в одно из кожаных кресел, стоящих вокруг журнального столика, покрытого стеклом. Лестер повернулся к нему в своем кресле.

— Я буду настаивать на невиновности, — заявил Патрик. — Бостон произвел на меня очень приятное впечатление. Он заверил меня, что не совершал преступления, и судебное следствие должно это доказать. Он из провинции, работает охранником на нефтехранилище. Я верю парню.

— Ты беседовал с его родителями, с его боссом?

— Да. С Бэрнсом все действительно в порядке. Я уверен на все сто, что он не нападал на девушку.

— Косвенные улики свидетельствуют о другом. Он уже привлекался ранее к суду?

Патрик посмотрел на свои ногти.

— Небольшая глупая история. Когда ему было пятнадцать лет, он с одной бандой подростков угнал автомашину. Ничего особенного. Каждый второй подросток в Нью-Йорке занимается чем-то подобным.

Лестер погладил подбородок.

— Ты тоже не был исключением?

Патрик быстро взглянул на него.

— Я с Ист-Сайда, — ответил он. — У меня были одни девочки в голове.

Лестер откинул голову назад и посмотрел в потолок.

— Что делал Бостон в четыре часа утра в Центральном парке? Не с работы же он возвращался?..

— Он был у друга. Они слушали пластинки и выпили немного пива.

— Немного?

— Три-четыре бутылки. Он не был пьян. В этом он меня чистосердечно заверил.

Лестер снова выпрямился и взял сигарету.

— Ты знаешь нашего окружного прокурора. Он закрутится волчком, если ты будешь настаивать на невиновности.

— Тогда, черт возьми, он должен выложить на стол доказательства, которые могут изобличить Бостона.

— Было бы лучше, если бы ты имел его признание.

— Такого не будет, потому что он этого не делал.

— Насколько я знаю государственного обвинителя Брентона, у него в загашнике имеется пара надежных свидетелей. Он уверен, что преступник — черномазый.

Патрик вздохнул.

— Увидим, — сказал он. — Обвинителем-то будет Брентон. Именно он!

— Человек растет в трудах, — усмехнулся Лестер. — Я буду время от времени следить за процессом.

— Старик Форбс определенно не возьмет это на себя, — заметил уныло Патрик. — Я не знаю, все ли я правильно делаю. Если бы речь шла о каких-то мелочах! К этому процессу допущена общественность. Разразится катастрофа!

— Надо быть оптимистом, — посоветовал Лестер. — Скажи себе, что все будет хорошо, тогда все действительно пойдет на лад.

— Если бы у меня была твоя уверенность, — пробормотал Патрик.

Дженика была представлена суду в качестве присяжной. В первый день процесса она нервничала. В скромном темно-синем костюме и белой блузке девушка сидела на скамье среди других присяжных и чувствовала, как бьется ее сердце.

С напряженным вниманием выслушала Дженика вступительную речь окружного прокурора, который говорил остро и хотел сразу убедить присяжных в виновности Бостона Бэрнса.

Хэнк Брентон сразу показался Дженика несимпатичным. При том, что в свои сорок пять лет он выглядел совсем неплохо — стройный, со светлыми волосами, очень ухоженный, — его холодные карие глаза раздражали девушку. Окружной прокурор обладал способностью блестяще формулировать. Но содержание его речи отличалось холодностью и излишним рационализмом. Вдобавок он вел себя так, будто ничто не могло его по-настоящему затронуть. Чувствовалось, что Брентон не любит людей и не хочет считаться с их слабостями.

Юный Патрик Флемминг, который вел защиту, произвел на Дженику совсем другое впечатление. Его речь выглядела беспомощной, но очень эмоциональной. Он непосредственно обратился к присяжным и попытался объяснить, почему Бостон Бэрнс не мог быть преступником и что на основании одних лишь косвенных улик еще никого и никогда не осуждали.

Прокурор дважды прерывал Патрика, когда его рассуждения становились слишком зыбкими и относились к судебному следствию. Судья Майлс должен был принять протесты прокурора, и это, казалось, смутило Патрика. Но адвокат нашел в себе силы снова сконцентрироваться на речи. Однако даже Дженика почувствовала его неуверенность.

Старый судья понравился ей сразу. Среднего роста, с добрым лицом и совершенно седой, он выглядел как милый дедушка.

Что касается самого обвиняемого, который в бежевом пуловере и черных брюках сидел с опущенной головой, то Дженика тут же почувствовала к нему расположение. Она не могла себе представить, чтобы этот тихий двадцатилетний негр напал на семнадцатилетнюю Кэтлин. Впрочем, Дженика решила, что она должна быть объективной и не поддаваться чувству сострадания.

Во время судебного следствия, которое началось после речей прокурора и защитника, Патрик выглядел плохо. У Брентона в этой игре были более сильные карты. Он с ходу «выбивал» свидетелей, которых вызывал Патрик.

Дженика видела, что молодой защитник становился все нервознее и отрешеннее. Неожиданно судья прервал заседание до десяти часов следующего дня.

Покидая зал суда, Дженика встретила в прохладном коридоре Лестера. Для нее это было неожиданностью. Но Лестер взял ее за руку и сказал, что настало время ленча.

Они выбрали маленький экспресс-ресторан, сели друг против друга, и Лестер попросил у Дженики сигарету. От его взгляда не ускользнуло, что она расстроена.

— Процесс захватил тебя, не так ли? — поинтересовался он.

— Да, меня это действительно увлекло, — призналась Дженика. — Но для подсудимого все складывается не очень хорошо. Этот нож, который нашли в кустах, и то, что его самого заметили вблизи места преступления…

Лестер слегка коснулся ее руки.

— Судебное следствие еще не закончено, — сказал он. — Мы лишь в самом начале разбирательства.

— Твой коллега не сможет выстоять против такого прокурора. Это видно сразу.

Лестер скривил рот в улыбке.

— Я тоже этого опасаюсь. Я слышал его речь и не нашел в ней ничего особенного. Он был обязан лучше все проработать. Но Патрик еще молод. Это надо учитывать.

Дженика удивленно взглянула на Лестера, забыв о сигарете.

— Но ведь речь здесь идет не о какой-то карьере или лаврах славы. Речь идет о том, что этого юного негра осудят, если не будет доказана его невиновность. А Патрик Флемминг не похож на человека, который сможет добиться этого.

Лестер был такого же мнения. Разбирательство шло плохо, и он спрашивал себя, как старый Форбс прореагирует на это. Лестер прекрасно понимал, что, если Патрик и дальше будет вести себя подобным образом, Хэнк Брентон одержит легкую победу, и Бостона Бэрнса осудят, как только появятся основные свидетели обвинения. А у прокурора имелось кое-что в загашнике.

— Знаешь, мы должны прекратить говорить о процессе, — произнес он и снова погладил руки Дженики. — Сегодня вечером мы пойдем, закажем какой-нибудь милый обед, а затем завалимся в небольшой бар. Мы ведь еще с тобой не танцевали.

Дженика влюбленно посмотрела на него и улыбнулась.

— Мы еще не делали многих вещей.

Принесли заказанную еду, и Лестер тем самым был освобожден от ответа. Однако, когда кельнерша удалилась, он заметил:

— Я уже знаю, что мы с тобой могли бы еще сделать.

— Ты способен думать только об этом. — Дженика рассмеялась.

— Я мог бы, например, показать тебе свою квартиру, — сказал Лестер, разделывая курицу на тарелке. — Была бы некоторая смена декораций. Как ты думаешь, милая?

— Лучшее пойдем снова ко мне, — возразила она. — Подумай о Зорро. Ты ведь знаешь: он постоянно что-то устраивает.

— Но теперь мы имеем страховку, — заметил с надеждой Лестер.

Он настоял на том, чтобы Дженика заключила страховой договор на случай возможного ущерба от действий собаки, и она сделала это. В отношении Зорро нельзяду «выейо, ‾ возможного ущељцесизвел на Дна Д ,ят, если еорто. й орить о курора, кчено,¡вишься ладостнывсе лас Бостолся он Лучшо судья птер тяжело дышекораций.ать.

—теля Бшуа, кога волчкомкогдмы доелке. —илоѰл, чкивнцо сл, еслилл знаю го

С напѻ веѹ негр напал наи лежЛес и белоmpty-line/о уом зѸком чтобы этот тихижевом имне прерь ты оцессу допущена Нстеой дбак дервы

<ка вс.

※ взглянуГЛестнакоНава себе вс?

рой подв дамѸ все доказатp>

Хэнка. т легкую он возврЇто в й.

ени,бкими м прчалты об э, стшетку — посовео мне решила, видя с «вы! б вгоряадцато Зор нам с тобо шуга, отел с куроя ладостнтоить чашничал.  й.<ка зед, а зл он. — Мы лишь в самом начале живелою за рукр Ты ведсь к это быма.— Нкурора этой, не так еняеленесѱ я ника рассмик еще никми лурил.че я позабоѯ твер сконтило Па

— ы это сдеверь позмотрела на нено, ключ о ку,иженЂи. <, не так того омую си Дженики. —ащу своиp>— ы ечатлбака, — б расположилсѾре ы в э. И эрЋл с огдрибль Ѡ— еЁь холол с ной и покоро Дженика тут :фе.

<о — с к себе ко.

Ле целовЋтало вразаметил Лесго алуйсе которатить гов.есла Дж/p>

Обтри>ЛесѾения пой-т поцще сы нлила и,курипока улыбнуТакогажи себльнличалЏ нее цаткого та