Прочитайте онлайн Лик Зверя | Лик Зверя Российская федерация

Читать книгу Лик Зверя
4512+487
  • Автор:
  • Язык: ru

Лик Зверя

Российская федерация

Город Ростов-на-Дону 11 мая 2008 года

— Максим!

Твою мать… Да что же это такое… Нет мне покоя на земле…

— Макс, ты что, охренел?! Брифинг из-за тебя не начинают! Голавлев и так уже всех на ноль там умножает! У тебя что, взысканий в личном деле мало? Пошли!

Держа в одной руке тяжелую и неудобную каску, а в другой автомат я пошел к мобильному штабу следом за полковником Тихоновым…

Да, кстати, давайте познакомимся. Макс Кабанов, майор. Вообще-то Максим, но все зовут меня Макс, так проще и удобнее. Тридцать два года, не женат, нахожусь в отличной (без шуток) физической форме.

Я офицер ФСБ. И не просто офицер — а боец специального антитеррористического подразделения "А" — знаменитой Альфы. Группа освобождения заложников. И в своем деле мы лучшие, что бы там не болтали краповые береты, милицейский спецназ и прочие, которых развелось в последнее время как собак нерезаных. В этих новоиспеченных спецназах вообще любят языками чесать — только успеваешь лапшу с ушей стряхивать. Особенно московский ОМОН в этом преуспел — а на недавних учениях их снайпер в заложника попал. Хорошо, что в мишень заложника, а не в реального гражданского. Зато как их послушать…

Вообще-то я в Альфу идти не хотел. Первоначально я, как и отец пошел в спецразведку. Отец мой служит там и сейчас — командует специальным подразделением ГРУ ГШ, воюет начиная с Афгана. Полковник Иван Александрович Кабанов, может слышали? Нет? Ничего удивительного, спецназ ГРУ ГШ себя особо не афиширует.

Впрочем, с отцом мы особо не уживались, это кстати семейная традиция. И после очередного скандала я просто швырнул на стол рапорт, зачеркнув семь лет службы. Вот такой я дурак.

Когда я швырнул рапорт на стол и снял форму — передо мной встал вопрос, куда идти. Гражданской специальности у меня не было, я фактически вырос на военной базе, среди военных. Да и не хотелось мне ничем другим заниматься.

И тут мне повезло. Один из моих дружков детства, Александр Пахомов, закончил юрфак и неожиданно для всех пошел на работу в ФСБ. Хотя были предложения и посолиднее и поденежнее. Мозгов у него всегда хватало, поэтому он уже в тридцать лет стал подполковником и заместителем начальника отдела. И, узнав, что я ушел из армии, связался со своим начальством, те в свою очередь предложили мне работу "по специальности". Прекрасно знали, как отец меня с детства гонял как сидорову козу наряду с бойцами своего подразделения по спецполигону ГРУ под Новгородом. Так я стал бойцом Альфы.

Альфа в ФСБ — это особый мир, фактически это кусочек армии в госбезопасности. Принимают в управление "А" в основном молодых людей, отслуживших в армии, желательно в спецподразделениях. Подготовка и нормативы у нас превосходят армейские. Тяжелого оружия у нас нет — зато стрелковое оружие закупается совсем не так, как в армии. Практически все из того, что показывают на оружейных выставках, у нас есть — и то, что не показывают — тоже. Боец подбирает оружие по руке. Кроме того, мы забираем для себя все наиболее ценное из изымаемого. Так, например, недавно изъяли DSR N1 — немецкую снайперскую винтовку, которую мы сразу же забрали себе. Не уничтожать же…

Теперь о том, что я здесь делаю… Что я здесь делаю… Да в дерьме сижу по уши, как обычно!

Несколько дней назад в местный РОВД поступила информация о том, что в городе пройдет сходка чеченцев с местными авторитетами — азербайджанцами. Вопрос: распределение сфер торговли. Товар надо называть, которым они торгуют или сами догадаетесь? Вот-вот! Он самый!

Местное милицейское начальство решило выслужиться перед Москвой и провести громкие аресты самостоятельно. Видать уже крутили на кителе дырочки для орденов. Правда в итоге им других дырочек накрутили и другие люди.

И вот итог! Прямо в центре города началась перестрелка из автоматического оружия. Из бондиков убито трое, начальник местного РОВД, сам решивший поразмахивать оружием тяжело ранен, еще один местный милиционер убит. Убита женщина, выходившая из магазина, трое гражданских ранено. В живых осталось четверо бандитов, у которых как минимум один Ак-47, один АКС74У и один обрез помпового ружья. И что самое хреновое — на пути их бегства оказалась школа, а местные мусора не придумали ничего умнее, как попытаться задержать бандитов недалеко от школы. Лучше бы уж отпустили, мать их так. Убив охранника, чехи (чеченцы на слэнге — прим автора) ворвались в школу и захватили в заложники около пятидесяти детей. Только после этого, местные власти додумались поставить в известность ФСБ. Пока мы вертолетами добирались сюда, чехи выстрелом из окна смертельно ранили еще одного местного мента. Вот и весь расклад на сегодня. Говённый расклад.

А самое хреновое — началось потом. В этот день моя группа дежурила, поэтому вызвали именно нас. Захват заложников в школе — дело достаточно серьезное чтобы вызывать группу А. Поэтому дежурная группа со мной и нашим куратором из главка — полковником Тихоновым, случившемся в этот день на полигоне, взяла все самое необходимое на случай экстренного штурма, оседлала вертолеты и отправилась на место. Основное оборудование отправили на грузовиках, кажется должны уже подойти…

Так вот, подходя к городу, запросили посадочную площадку для вертолетов, поближе к месту действия. И эти придурки местные не придумали ничего лучше, как сажать вертолеты со спецназом на футбольном поле захваченной школы. Поняли мы это в самый последний момент. Виталий Владимирович орал по связи на местных придурков так, что я думал, у него голова оторвется… Площадку нам дали в другом месте, примерно за полтора километра до школы.

Притащившись на место, мы обнаружили такой бардак, что ни в сказке сказать… Нормального оцепления не поставили, зато у ментовских машин наряду с ментами толпились одетые в камуфляж местные казаки. Когда я спросил что за нахрен здесь делается, мне сказали, что мент, который здесь рулил, ничего с ними сделать не может — сами, мол, пришли. Теперь же он с трудом удерживал толпу от того, чтобы она не ринулась на штурм здания школы…

Увидев этот бардак я, честно говоря, озверел. Схватил за грудки местного мента из тех, кто рулил в оцеплении, и сказал, что если он сейчас же не уберет от школы весь сброд, то я лично позабочусь о сроке для него и о тюремной камере на пару со здоровенным быком-уголовником, чтоб нескучно сидеть было. Хотел я ему еще морду набить, но вовремя вмешался Тихонов. Тем не менее, минут за двадцать разъяренную толпу удалось отогнать.

И третье хреновое, что здесь произошло. В эти места за каким то чертом принесло заместителя директора ФСБ генерал-майора Артема Павловича Голавлева. Видимо просто оказался здесь проездом. И узнав о сложившейся ситуации не преминул припереться сюда чтобы поруководить и покрасоваться перед телекамерами. Ходят слухи, что он скоро будет баллотироваться в Думу. Сука…

Пока я тут с вами болтал, полковник Тихонов, чуть ли не под руку довел меня до машины мобильного штаба. Сама по себе она представляла трехосное шасси бывшей передвижной телестудии на которую водрузили бронированный кузов с массой антенн поверху. Все это выкрасили в черный цвет и написали на боку большими желтыми буквами ФСБ. Выглядело внушительно.

В машине как всегда уже яблоку было негде упасть, приперлись все кому не лень, а поскольку мы пришли последние — места нам достались у самой двери. Местный начальник отдела ФСБ, нам знакомый подполковник Варяжцев, сунул нам по большому пластиковому стаканчику с кофе. И на этом спасибо…

Тем временем, генерал-майор Голавлев включил большой экран, на котором появился план школы и, улыбаясь (у него была привычка улыбаться всегда, даже когда вокруг нет журналистов — профессиональная деформация) начал вещать.

— Прежде всего, товарищи офицеры я хочу, чтобы вы все меня поняли. Мне нужна быстрая и чистая операция. Повторения того дерьма что произошло в Бислане я не допущу!

— Твою мать — подумал я — а это-то он на кой черт сюда приплел. Вот идиот — так идиот. Все остальное, что говорит Голавлев, вдруг стало для меня неинтересно.

Проговорив минут пять впустую, Голавлев величественно кивнул всем собравшимся и уступил место импровизированной трибуны подполковнику Варяжцеву. Вот его стоит послушать…

— Итак, товарищи офицеры с чем мы имеем дело. Прежде всего, хочу сказать: личности троих преступников уже установлены. Начнем с первого — подполковник Варяжцев нажал на кнопку лэптопа (он же ноубук — прим автора), на экране появилось омерзительное лицо… кавказской в общем национальности. При встрече с таким я снимаю пистолет с предохранителя. На всякий случай…

— разрешите представить вам первого фигуранта. Умар Гумаров. Двадцать девять лет. Мастер спорта международного класса по вольной борьбе. Две судимости, все — за насильственные преступления. По оперативным данным — активный частник бандформирований, воевал под Хаттабом. В 2005 году сдался по амнистии. Получил три года, отбывал в Чечне шесть месяцев назад вышел по УДО. Опасен. Принимает наркотики.

— Интересно, судья его хоть видел, перед тем как подписать ему УДО — пошутил кто-то

— Прекратили болтовню! — резко среагировал Варяжцев — сейчас не время и не место. Наши аналитики считают, что Гумаров на стрелке с местными наркодилерами исполнял роль телохранителя, бойца. Мозгов у него нет ни грамма. Но он опасен, почти нечувствителен к боли. С ним надо быть очень осторожными. Вопросы?

Не дожидаясь вопросов, генерал-майор Голавлев махнул рукой, мол, давай дальше

— Второй из преступников — Джабраил Хамхоев. Этот больше похож на человека…

Глядя на его рожу, я бы так не сказал…

— Тридцать один год, всего одна судимость — за сбыт наркотических веществ. Аналитики предполагают, что он является лидером группы. Умен, хитер, для того, чтобы его задержать потребовалась двухгодовая операция с внедрением, которую проводило Московское управление ФСБ. Обвинение практически развалилось, ему вменяли девятнадцать пунктов, а доказали всего лишь один. Участником боевых действий в Чечне не был, но по оперативной информации является важной фигурой в чеченском террористическом подполье в России.

Подполковник Варяжцев снова нажал на кнопку

— И, наконец, третий — Халил Бадаев. Еще один телохранитель. Тридцать три года. Самое плохое — что он служил в чеченском ОМОНе. До этого — тоже активный участник бандформирований, одно время воевал с Басаевым. Изгнан из рядов, неизвестно за что. Практически сразу же познакомился с Хамхоевым, стал его постоянным помощником и телохранителем. Что самое плохое — мы уверены, что их там четверо, но четвертого установить нам не удалось.

— Какое у них вооружение — спросил я

— Как минимум один Ак-47, один АКС-74У, один помповый дробовик, верней обрез дробовика. Пистолеты, конечно у всех. Наверное, есть что-то еще, четвертый не одним пистолетом вооружен явно.

— Бронежилеты?

— Могут быть — скривился Варяжцев — уж очень они легко раздраконили ментов, а заодно и азеров прижучили.

— Азеров?

— Да, азеров. Их было двое, по нашим предположениям — региональные представители азербайджанского синдиката. Оптовые торговцы афганским героином, поставляют товар как в Россию так и в Европу. Оба мертвее дохлой рыбы, причем, по крайней мере, один из них был убит явно не местными ментами…

Твою мать… Это хуже некуда. Если эти чехи убили представителей азербайджанского синдиката, то они должны понимать, что теперь им не выжить нигде, ни в тюрьме ни на воле. Синдикат, могущественное объединение наиболее авторитетных наркомафиози и воров в законе с Закавказья, в основном с Азербайджана не прощал таких вещей и всегда посылал за людьми, убившими их представителей, своих исполнителей. Причем этими исполнителями могли быть и бывшие военные. В общем, убил представителя азербайжданского синдиката — можно самому идти на кладбище и могилу себе копать, не дожидаясь пока это за тебя сделают азеры.

А это значит, что нервы у преступников на взводе и могут сдать в любой момент. Если кто-то не выдержит и пустится в рок-н-ролл с АК-47 в руках — крови будет море. Этого только не хватало.

— Кто ведет сейчас переговоры?

— Профессор Анатолий Владимирович Петухов, он прибыл сюда час назад

Ну, тогда за эту часть можно быть спокойным. Профессор, доктор психологии Анатолий Владимирович Петухов из аналитического отдела — ас в вопросах проведения переговоров.

— Хорошо! — генера-майор Голавлев поднялся со своего стула, переключая внимание на себя. Майор Кабанов, вам дается час на разработку плана действий в кризисной ситуации (сказал бы уж — плана штурма — просто и понятно). Через час прошу вас, полковника Тихонова и профессора Петухова подойти ко мне сюда. На этом — все, джентльмены.

Сидение у самого входа имеет и свои плюсы — после завершения совещания я и полковник Тихонов оказались на улице первыми. Оглядевшись по сторонам, я заметил наши трейлеры (мы теперь перемещались на, похожих на рефрижераторные фуры трейлерах без опознавательных знаков. Обычные трейлеры, обычные белые американские подержанные Фрейтлайнеры как тягачи — удобно и не привлекает лишнего внимания), стоящие неподалеку. Значит, успели прибыть. Тем лучше.

— Пойдем, подумаем, что нам делать со всем этим дерьмом — добродушно сказал Тихонов

— Общий сбор всем кроме снайперов! — сказал я в закрепленную на левом плече рацию и пошел следом.