Прочитайте онлайн Летняя роза | ГЛАВА 2

Читать книгу Летняя роза
2418+4240
  • Автор:
  • Перевёл: Л. В. Ручкина
  • Язык: ru

ГЛАВА 2

Тыльной стороной испачканной руки Касси провела по виску, убирая непослушные волосы, прилипшие к вспотевшей щеке. Глубоко вздохнув, она потерла ноющую спину и печально усмехнулась, окинув взглядом свои ноги, облаченные в брюки. Эндрю и Милисент буквально обомлели, когда она появилась в них утром. Одного дня ей хватило, чтобы понять, что юбка не относится к разряду одежды, пригодной для ухода за овцами.

Не обращая внимания на ломоту в спине, Касси согнулась вновь, чтобы решить неотложную задачу. Она взглянула на рисунок в книге, изображавший превосходно огороженный кораль. Покосившийся и местами упавший забор, который Касси пыталась привести в порядок, мало походил на ограду, изображенную в книге. Посмотрев в другую книгу, лежавшую раскрытой тут же, она поняла, что у нее нет выбора. Починка ограды кораля — задача первостепенной важности.

Заглянув в книгу, Касси вынула изо рта гвоздь, продолжая удерживать там несколько других. Кое-как управляясь с тяжелым молотком, она полностью сосредоточилась на операции заколачивания гвоздя. Недавний опыт научил, что вколачивание гвоздя не туда, куда надо, означает лишнюю и мучительно тяжелую работу по вытаскиванию его оттуда. Только Касси приладилась как следует рассмотреть рисунок, налетел ветер и принялся играть страницами, переворачивая их, превращая задачу одновременного чтения и заколачивания гвоздей в совершенно невозможную затею.

Погруженная в свое занятие, Касси услышала, как к коралю подъехал Шэйн. Он остановил коня, внимательно изучая соблазнительную задницу, приветствовавшую его. Брюки шокировали его; Однако он ни на мгновение не сомневался в том, что формы, которые они так плотно обтягивали, имеют явно женскую принадлежность. Разумеется, она не смотрелась как куколка в этом наряде. Разглядывая ее с улыбкой, он отбросил в сторону причины, по которым ему не следовало бы созерцать округлые формы Касси. Конь не к месту заржал, и Касси, резко обернувшись, выпрямилась, увидев его.

Если первая картина доставляла удовольствие, то от второй у Шэйна чертовски захватило дух: Касси стояла, облаченная, судя по всему, в рубаху и брюки брата, прилегавшие к телу настолько плотно, что делали ее похожей на перезревший фрукт. Шэйн невольно сглотнул слюну, когда взгляд его остановился на сильно натянувшейся ткани, прикрывавшей ее полные груди. Заставив свой взгляд переместиться вверх, он увидел у нее на шее маленькие капельки пота, которые, сливаясь в более крупные капли, умопомрачительно скользили вниз, в ложбинку, видимую в распахнутый ворот слишком тесной рубахи. Ее кожа уже заметно потемнела, приобрела цвет светлого меда и слегка поблескивала от пота, выступившего из-за усердной работы.

Затем его взор устремился к влажному чувственному рту и разрумянившимся щекам, обрамленным завитками черных локонов. И, наконец, глаза. Эта поразительные синие глаза, казалось, были украдены из сейфа ювелира и вставлены в оправу длинных темных ресниц.

Недружелюбный голос Касси низверг его из мира грез обратно на землю. К лучшему, как он надеялся.

— Добрый день, мистер Лэнсер. Могу ли я вам чем-то помочь?

Шэйн пытался говорить жестко и сурово, считая это вполне естественным, и презирал себя за то, что ничего у него не получалось.

— Несколько ваших овец забрели на мою территорию.

— Неудивительно. В заборе этого кораля отсутствует больше столбов, чем осталось на месте.

Шэйн проследил, как ее руки грациозно вспорхнули в воздух, когда она показала ему на молоток и гвозди. Крохотные капельки пота, сливаясь друг с другом, продолжали исчезать в долине меж двух волнующих холмов. Он с трудом оторвал взгляд от очередной ускользающей капельки и силился вспомнить только что произнесенные ею слова.

Касси поспешила оправдаться.

— Мы с Эндрю постараемся поправить ограду как можно быстрее.

Руки нервно взлетели к черным локонам, разметавшимся по лицу.

— Нет нужды торопиться, — произнес Шэйн, одновременно изумившись собственным словам. Он не отводил глаз от рук, которые, оставив в покое непокорные локоны, теперь повисли вдоль туловища. «Следовало бы предложить ей убраться отсюда поскорее, а не давать времени обосноваться», — подумал он.

Казалось, она взвешивала его слова, и наконец отчетливо вымолвила:

— Я вам очень признательна. Мы немного зелены в фермерских делах, и, видимо, потребуется больше времени, чем я думала. Ни в одной из этих книг не написано, как чинить заборы.

— В книгах? — Шэйн не верил своим ушам. — Вы ищете в книгах, — он повел рукой, показывая на окружающее пространство, — как исправить вот это?

— В общем, да. Понимаю, в жизни не всегда все так, как я изучала…

Он оторопел, когда, опустив взгляд к ее ногам, увидел книги, разбросанные на земле, как у первоклашки, осваивающего свой первый урок. Книги! Жительница с Востока, вознамерившаяся заниматься овцеводством только лишь по книгам. Наверняка эти книги сочинили какие-нибудь дубы, и шагу не сделавшие за пределы города. Мгновенно забыв о цели своего визита, Шэйн прикоснулся пальцами к полям шляпы, главным образом для того, чтобы спрятать широкую улыбку. Зеленые, черт их подери. Да они так же беспомощны, как оставленные без присмотра овцы.

— Прошу прощения, мисс Дэлтон. Я не знал, что вы так образованы.

Она как-то осторожно произнесла:

— Я… я была… учительницей в школе.

Учительница! Она ничуть не походила на учительницу. Все учительницы, которых он знал, выглядели так, словно в них отмирало все женственное сразу же, как только они избирали эту специальность. Ему помнились чопорные тетки, облаченные в унылые темные платья с высокими воротниками, скрывавшими каждую частичку кожи. И уж, конечно, не расстегнутая мужская рубашка, брюки… Мысленно он стегнул сам себя плеткой. Не забывай, кто она!

— В таком случае все понятно.

Касси посмотрела на него так, словно прочла его сокровенные мысли. Шэйн не сомневался, что она собиралась ответить ему колкостью, но к коралю приблизилась Милисент.

— Здравствуйте, мистер Лэнсер, — как обычно, радостно приветствовала она его.

— Мисс Милисент, — вежливо ответил он, не в силах отказать в дружеском расположении подруге Касси.

Милисент повернулась к Касси.

— В дальнем ящике комода я отыскала вот эти письма. Что с ними делать?

Касси, которой в данный момент было не до писем, рассеянно ответила:

— Думаю, можешь сунуть их обратно в комод.

Милисент согласно кивнула и, поворачиваясь к Шэйну, добавила, расправляя руками фартук, повязанный поверх юбки:

— Не выпьете ли вместе с нами чего-нибудь освежающего?

Шэйн посмотрел на возмущенное лицо Касси и невольно подумал, что единственным освежающим напитком, который она сейчас подала бы ему с удовольствием, был бы коктейль с мышьяком. Он хотел было отказаться, однако шанс позлить ее был слишком соблазнительным.

К тому же могло не представиться другой возможности вынудить ее продать землю. Может быть, стоит переменить тактику и пустить в ход немного меда вместо уксуса. Если до сих пор она не нашла себе мужа, то, может быть, окажется восприимчива к легкой дозе обходительного обращения.

— Благодарю, отличное предложение.

Соскочив с седла, Шэйн подвел коня к привязи и обмотал узду вокруг грубо обтесанного бруса. Следуя за Касси через распахнутую дверь, он невольно устремил взгляд на легко покачивающиеся бедра. Осмотрев комнату в доме, где он никогда прежде не был, Шэйн отметил следы женского присутствия.

Он и представить не мог, что когда-нибудь окажется в этом доме. Прежние обиды напомнили о себе, пока он оглядывал аккуратно прибранную комнату. Заставив себя вернуться к действительности, он догадался, что украшенные вышивкой подушки и тюлевые накидки, покрывавшие мебель, скорее всего, относятся к числу новых добавлений. Тех самых новых добавлений, которым пора положить конец.

Не позволяя вырваться наружу похороненным эмоциям, он мучительно подыскивал слова, перебегая взглядом с одного предмета на другой в этой уютно прибранной комнате. Болтовня Милисент выручила его.

— Подождите, попробую отыскать булочки, которые я испекла сегодня утром, — проговорила Милисент, направляясь к дубовому буфету. Не дожидаясь ответа, она вернулась на безукоризненно чистую кухню, где негодующая Касси сняла с печи начавший шуметь эмалированный кофейник.

Шэйн разглядывал поднос, который несколько мгновений спустя в комнату внесла Милисент. Приняв кружку с дымящимся кофе, он напряженно опустился в огромное, обитое кожей кресло.

Со скрытым интересом Шэйн наблюдал за Касси, молчаливо сидевшей на краю дивана напротив него. Продолжая изучать ее, он, к своему неудовольствию, обнаружил, что ему нравится, как черные волосы вьются вокруг ее лица, словно живут своей собственной жизнью. Вновь взглянув на брюки, он подумал, что бы сказали женщины в городе, доведись им увидеть ее в таком одеянии. Будто самого факта возвращения в долину еще одного Дэлтона было недостаточно. Вид Касси в облегающих брюках навел его на мысль, и он подавил улыбку, что этот вид одежды раньше явно недооценивали. Шэйн почувствовал, как у него участилось дыхание. Может, в комнате стало слишком жарко?

— Не хотите ли отведать булочку, мистер Лэнсер? — предложила Касси, надеясь, что он подавится.

— Просто Шэйн. Это мой отец был мистером Лэнсером.

Касси задумалась над акцентом, с которым проговорил эти слова Шэйн, выбирая на подносе булочку. Ее рука соприкоснулась с его, когда он принял у нее поднос, и она почти отдернула руку от ошеломляющего ощущения. Глупости, чепуха! В конце концов, он всего лишь мужчина.

— Хммм, — невнятно пробурчала она.

Передавая блюдце для сладкой булочки, Касси представила, с каким удовольствием она наговорила бы ему всяких гадостей.

Он взял блюдце. Касси меж тем украдкой разглядывала его лицо. Теперь, чисто выбритый, с на удивление аккуратно подстриженными усиками, он вовсе не походил на разбойника. Да, действительно… Внезапно внутри у нее что-то резко напряглось, когда она обратила внимание на завитушки каштановых волос, вырывавшихся из-под ворота рубахи. Касси посмотрела на его мускулистые руки. Пленительные шелковистые волоски густо покрывали бронзовую кожу открытых по локоть рук. К горлу подкатил комок, и тут же захотелось, чтобы неожиданно ускорившееся дыхание снова оказалось нормальным.

Ей вдруг стало необыкновенно интересно, что представляет собой миссис Лэнсер, если, разумеется, таковая существует. Да нет, наверняка существует. Он выглядел старше двадцати восьми лет — столько было ей самой, а она знала, что здесь, на Западе, люди женятся удивительно рано. Касси отогнала в сторону предательские мысли. Следовало бы пожалеть женщину, которая свяжет свою жизнь с подобным типом.

— Как случилось, что вам с братом пришлось жить одним? — поинтересовался Шэйн, отрывая ее от нелегких размышлений.

По мере объяснений Касси чувствовала, как в словах проступает горечь.

— Мать Эндрю — моя мачеха — умерла при родах. Отец умер, когда Эндрю было четыре года.

Она внезапно умолкла, плотно сжав губы. Именно тогда адвокат ее родителей украл у нее наследство и оставил их без гроша.

Неправильно истолковав сердитое выражение ее лица, Шэйн подумал, что Касси возмущала сама необходимость воспитывать сводного брата. Впрочем, разве можно ожидать от Дэлтонов чего-то иного?

Шэйн решил перейти к делу. Чем меньше времени проведет он в этом доме, тем лучше.

— Ваш ответ на мое письмо оказался не таким, как я ожидал. Я надеялся избавить вас от нелегкой поездки сюда. Почему бы вам не передумать и не продать мне землю, а весь скот Баски? Ваш дядя, когда был жив, с трудом управлялся со всем этим хозяйством. А для двух женщин с ребенком это вообще непосильная задача.

Рукой с зажатыми в ней остатками булочки Шэйн небрежным круговым движением обвел комнату, словно они находились не в доме, а где-то посреди ее владений.

Он откусил небольшой кусочек, но тут же перестал жевать, увидев, как вспыхнули щеки и сверкнули глаза Касси. Вне всякого сомнения, она не купилась на сыгранную им роль благорасположенного соседа. Не поддалась и его очарованию.

— Как благородно с вашей стороны. Ваша жена разделяет ваши просвещенные взгляды, мистер Лэнсер?

Касси поднялась в полный рост. Шэйн поперхнулся булочкой, глядя снизу вверх в ее излучавшее ярость лицо. Касси приблизилась к нему, щеки ее раскраснелись еще сильнее.

— Или же вы заперли ее вместе со скотиной?

Шэйн попытался прервать ее тираду:

— Я думал лишь о вашем благосостоянии. Мои намерения…

— Ваши намерения совершенно очевидны. Вы хотите украсть мою землю, и вам совершенно наплевать на мое благосостояние!

Выслушивая обвинения, Шэйн не мог отвести глаз от ее вздымавшейся груди. Когда же его взгляд, наконец, упал на ее лицо, он увидел выражение стальной непреклонности. Глаза, казалось, опалили его огнем, она резко отшагнула назад.

Застигнутый врасплох в тот момент, когда он с нежностью глядел на нее, Шэйн торопливо откланялся, поспешно проговорив:

— Всего хорошего, дамы.

Он обратился главным образом к Милисент и вышел прежде, чем Касси успела молвить хоть одно слово.

От ярости Касси на мгновение лишилась речи. Решение отправиться на Запад после смерти дядюшки явилось итогом титанических размышлений. И вот теперь богатый, расфуфыренный сосед пытается убедить ее продать землю под предлогом сострадания к ней! Сострадания! Проклятие! Да тут больше похоже на грабеж. Где было его хваленое сострадание, когда убивали дядюшку Люка? Может быть, теперь он так упорно старается отделаться от нее для того, чтобы она не поставила под сомнение обстоятельства его смерти?

Все, абсолютно все зависело от их успеха с ранчо и с фермой. Итак, он считал, что они не смогут самостоятельно управиться с делами. Может быть, он и прав. Она только надеялась, что он оценит иронию своих же слов, когда ей удастся переманить к себе на работу его же работников. Если повезет, Мэтт, помощник Куки, появится у нее буквально через несколько дней. И, может быть, останется у нее насовсем.

* * *

Шэйн быстро вскочил на своего серого в яблоках коня и, стегнув его поводьями, тронулся в путь. Он проехал мимо блеющих овец — неприятный запах, исходивший от них, сильно ударил в ноздри. Шэйн пришпорил коня, направляясь к густым зарослям полыни, росшим у самой границы его владений и исчезавшим на отлогих террасах плато. Миновав это место, он въехал в вечнозеленую чащу кедров и красных сосен, глубоко вдохнул чистый, пропитанный их ароматами воздух, избавляясь от овечьего смрада.

Он сожалел, что Касси так рассвирепела, зная, что от этого станет лишь хуже. Однако после катастрофы, которую причинил долине Люк Дэлтон, Шэйн не питал добрых чувств ни к кому, так или иначе связанному с этим человеком. Он знал, что Касси не имела ни малейшего понятия, в какой переплет она угодила. Но, если у нее есть голова на плечах, она уберется отсюда прежде, чем ошибки прошлого вынудят ее сделать это.

Шэйн терпеть не мог Дэлтонов, свободных фермеров и всех тех, кто осквернял землю. Землю Лэнсера. Прошлые обещания довлели над ним. Понуждая коня двигаться быстрее, он задержался на вершине холма, оглядывая свои владения. Никакие ограждения не превращали его землю в подобие шахматной доски. Трава ковром покрывала равнину, и его скот наслаждался сочной зеленью.

Чувство глубокой гордости возникло внутри, когда он вспомнил, как его отец, восседая на могучем гнедом жеребце, взирал на свои земли вот с этой же самой точки.

«Сын, однажды все это станет твоим, ты будешь содержать все это в порядке и управлять, но прежде всего уважать. Земля — как женщина. Укрощай ее нежно, относись к ней по-хорошему, и ты никогда не потеряешь ее. Раздень ее догола — и она сделается холоднее сердца проститутки».

Шэйн отогнал воспоминания, дернул поводья и направил коня на другой склон возвышенности. Приближаясь к ранчо, он заметил упряжку, несомненно прибывшую из города.

Это еще что?

Он подскакал к коралю, спрыгнул с коня, вручив узду подростку-мексиканцу, который ответил белозубой улыбкой, когда Шэйн взъерошил его густую спутавшуюся шевелюру. Быстрым широким шагом подошел к крыльцу и вошел в массивную двустворчатую дверь. Повесив шляпу на дубовую вешалку, он поискал глазами нежданного гостя в передней, но там никого не было. Одна из створок высоких дверей в библиотеку была распахнута настежь. Шэйн осторожно двинулся к ней, желая узнать, что за незнакомец отважился нарушить интим рабочего кабинета хозяина. Беззвучно расстегнув кобуру, висевшую на боку, он вынул пистолет.

Кожаное кресло с высокой спинкой подле резного стола стояло развернутым в сторону книжного шкафа, занимавшего всю дальнюю стену комнаты. Над черной спинкой кресла Шэйн разглядел светловолосую голову.

С пистолетом в руке он вошел в комнату, в тот же момент кресло резко развернулось. Суровые слова, готовые было слететь с языка, исчезли, и вместо этого он радостно воскликнул:

— Майкл! Какого черта ты здесь делаешь! Боже мой, рад тебя видеть, парень.

Шэйн быстро сунул пистолет в кобуру, стиснул протянутую Майклом руку, затем привлек его к себе и сжал в медвежьих объятиях. Чуть отстранившись друг от друга, они улыбнулись похожими широкими улыбками.

Прошло почти два года с тех пор, когда Шэйн в последний раз видел своего младшего брата. Самые разноречивые чувства, терзавшие его всякий раз, когда он думал о Майкле, теперь разом нахлынули на него. Верх взяла гордость, он видел, что Майкл повзрослел и превратился из неуклюжего, долговязого подростка в рослого и сильного молодого человека. Глядя в сияющие голубые глаза брата, Шэйн, казалось, вновь видел мать. Даже его светлые, песочного цвета волосы точь-в-точь походили на ее. Только у нее одной были такие волосы. Воспоминания о прежних годах нахлынули на него. И теперь, как когда-то, он чувствовал желание защитить, оказать покровительство брату.

Шэйн оглядел Майкла с головы до ног, внезапно осознавая, что страшится услышать недобрые причины его неожиданного приезда. Майкл выглядел вполне здоровым, разве что чуточку франтоватым. На нем был изысканный костюм серой шерсти, отутюженная белая рубашка с жестким накрахмаленным воротничком. Шэйн обратил внимание на черный котелок, лежавший на столе. И от одного его вида у него зачесалась шея.

— Со мной все в порядке, Шэйн. Просто очень долго не был дома.

Несмотря на справедливость сказанного, на лице Майкла проступило плохо скрываемое беспокойство.

Шэйн со вздохом облегчения опустился в ближайшее кресло.

— Надеюсь, в школе никаких неприятностей, а?

Обеспокоенность, сквозившую в голосе, еще сильнее подчеркнула морщина, выступившая на обычно веселом лице Шэйна. Он слишком долго относился к Майклу как отец к сыну, чтобы теперь отказаться от этой роли. Что-то явно беспокоило юношу, а все, что касалось Майкла, для Шэйна имело первоочередное значение.

— Нет, все в порядке. Учебный год закончился, и мне не захотелось все лето работать клерком в конторе судьи Ярборо. Потянуло побыть дома.

Шэйн испустил глубокий вздох облегчения. Сколько они себя помнили, юридическая школа всегда была мечтой Майкла. Еще мальчишкой он с большим удовольствием предпочитал таскать толстые тома с законами по офису судьи Мак-Кракена, нежели вязать веревкой скот и объезжать угодья. У него было совершенно иное призвание.

— Итак, захотелось взглянуть на старый домашний очаг и погостить? — заключил Шэйн, с легкостью входя в роль защитника и отца.

— Может быть, чуть более, чем погостить.

Брови Шэйна удивленно поползли вверх.

— Просто я не уверен, что сделал правильный выбор.

Майкл поднялся со своего места и начал беспокойно ходить по комнате, нервно проводя руками по ухоженным светлым волосам.

— Знаешь ли ты, как тесно в городе? Один дом стоит буквально на другом, жмутся друг к другу теснее, чем два быка к одной корове.

Он на мгновение остановился у окна и жадным взором окинул открывшийся вид. Затем обернулся и посмотрел на Шэйна.

— Мне так не хватало многомильных скачек на лошади, ощущения, что я еду по нашей земле. Я устал дышать грязным воздухом, который в городе хуже, чем здесь в пылевую бурю. Мое лицо истосковалось по солнечному теплу.

Он с шумом опустился в кресло перед столом.

— Черт подери, мне даже не хватает запаха скотины. В Филадельфии не часто можно увидеть быков и коров, — закончил Майкл, невесело усмехнувшись.

Шэйн с тревогой смотрел на него. Сам он никогда не помышлял покидать эту землю, а мечты брата всегда витали вокруг юристов и закона. Интересно, он просто соскучился по дому, или же проблема гораздо серьезнее? Шэйну хотелось узнать, не замешана ли тут какая-нибудь женщина, от которой бежал Майкл. Однако он вовсе не собирался его в чем-либо обвинять или задавать слишком много вопросов. Все, в чем сейчас нуждался парень, — это радостная встреча и прием в родных пенатах.

— Что ж, чертовски здорово, что ты дома, братишка! — Шэйн добродушно потрепал Майкла по коленке. — Нарастим мясца на твои тощие кости. А после этого мы умыкнем тебя от тех городских хлыщей.

Шэйн состроил рожу, окидывая взглядом костюм Майкла.

На лице Майкла отразилось облегчение, и Шэйн понял, что тот опасался, что его отругают или же заставят сложить вещи и отправиться обратно в школу.

Но что проку заставлять парня поступать против его воли. Он должен сам принять решение. К тому же целое лето жаркого, изнурительного труда, возможно, сумеет превратить юридическую школу в весьма привлекательное заведение.

Войдя во владения Куки, братья окунулись в наполнявшие кухню запахи тушеного мяса, бисквитов, кофе, источавшего аромат цикория. Увидев Майкла, Куки буквально взревел от восторга. Майкл ответил тем же, а Шэйн отступил чуть назад, чтобы лучше видеть сцену их встречи.

Оба начали кружить один вокруг другого, словно готовясь к схватке. Куки сделал шаг вперед. Майкл увернулся и приблизился к нему ближе. Когда, казалось, они вот-вот начнут тузить друг друга кулаками, Куки обхватил Майкла и приподнял в воздух. В сравнении с его объятиями объятия Шэйна были детским лепетом. Затем Куки опустил Майкла на пол, отошел от него на шаг и принялся разглядывать, прищурив глаза.

Закончив пристальное изучение, Куки наконец изрек:

— Похоже, ты явился домой вовремя, парень. Еще несколько недель — и тогда даже самый дохлый ураганишка подхватил бы тебя и унес, как перышко.

В ответ Майкл добродушно рассмеялся.

— Мне просто нужна еще одна порция твоей отравы, — парировал он, принюхиваясь.

— Это тебя там кормили отравой все время, как ты уехал отсюда, — с деланной обидой заявил Куки, не в силах утаить гордость, светившуюся в глазах, когда он смотрел на Майкла.

Шквал смятенных чувств нахлынул на Шэйна. Они с Куки разделяли почти отцовскую гордость, зная, что вырастили прекрасного молодого человека, стоявшего сейчас перед ними.

— Ну, допустим, не отравой, но с тех пор, как я уехал отсюда, я не ел ни одного приличного стейка. А мне хочется такой, чтобы в целый фут толщиной, — заявил Майкл.

— Может, нам приготовить барана на обед? — застенчиво предложил Куки, не глядя на Шэйна.

— Баранину? — Майкл, недоумевая, переводил взгляд с Шэйна на Куки. — Угощение старика Дэлтона?

Шэйн уловил знакомую неприязнь в его голосе.

— Я полагал, что с этой проблемой покончено. Что, появились новые овцеводы, доставляющие тебе неприятности?

— Всего лишь одна, леди-овцевод. Шэйн ездил к ней сегодня утром, предлагал собирать манатки. Но, судя по выражению его лица, она сама послала его паковать вещички, — поведал Куки Майклу, не в силах скрыть улыбку.

Майкл с удивлением обернулся к Шэйну.

— Леди-овцевод? Какая-нибудь старая карга?

Куки не мог сдержать смеха. Шэйну хотелось придушить его тут же, на месте. Майкл переводил недоумевающий взгляд с одного на другого, дожидаясь объяснений.

— В общем она не совсем карга, — в конце концов вынужден был согласиться Шэйн.

— Черт меня подери, она настоящая картинка, парень. Не знаю, почему ей так хочется подняться на ноги там, где потерпел фиаско ее дядя, но, клянусь, она краше всех баб во всей нашей округе.

Шэйн знал, что Куки доставляло удовольствие заставлять его смущаться. Майкл обхватил Шэйна за плечи.

— Дай-ка мне сначала набить чем-нибудь брюхо, а потом я бы хотел быть представленным этой прекрасной леди-пастушке.

Ирония, прозвучавшая в словах Майкла, подействовала на Шэйна, точно ушат холодной воды. Майкл снова подошел к Куки, стоявшему у плиты. Подняв к губам стакан с прохладительным напитком, он размышлял, сколько еще времени ему удастся скрывать правду.