Прочитайте онлайн Легкомысленная соблазнительница | Глава 7

Читать книгу Легкомысленная соблазнительница
3916+1625
  • Автор:
  • Перевёл: А. А. Бузина
  • Язык: ru
Поделиться

Глава 7

Джина шагнула с булыжной мостовой в престижный свадебный салон, приютившийся под Манхэттенским мостом. Вешалки, полные причудливых белых и цвета слоновой кости платьев, громоздились в передней части магазинчика, а из глубины доносились переливы женского смеха. В этот момент появилась Риз в своем обычном безупречном ансамбле из дизайнерских джинсов в обтяжку и элегантной блузки. Волосы подруги были убраны в непритязательный пучок, а в руке она держала высокий бокал.

– Ты, как всегда, опоздала. Где тебя носило? Мы планировали начать в одиннадцать утра, а не… – Риз бросила взгляд на свои золотые часы, – без четверти двенадцать.

Джина открыла было рот, чтобы выдать невинную ложь, которую придумала в такси, но Риз махнула рукой и вручила ей бокал:

– Не трудись. И так могу угадать с одной попытки. Я лишь надеюсь, что он того стоил.

– Приятно знать, что меня видно насквозь, – сухо заметила Джина, делая глоток фруктовой «Мимозы», чтобы справиться с дрожью в пальцах и продемонстрировать привычное хладнокровие.

Риз усмехнулась и, взяв Джину под руку, повела ее в глубь салона.

– Я всегда безошибочно распознаю этот распутно-изможденный вид.

Джина поперхнулась коктейлем. Это что, так очевидно?

– Так ведь, Джина? – Риз остановилась, сосредоточенно изучая ее.

Кровь прилила к щекам Джины.

– Ты что, покраснела, да? Мы попали в другую реальность?

– Это вряд ли. Мне просто почти не удалось поспать прошлой ночью, как ты совершенно верно подметила. – Джина поочередно приложила холодный бокал к щекам, чтобы убрать глупый румянец, и они вошли в маленький зал.

Журнальный столик в центре был завален остатками бубликов и бумажными стаканчиками из-под кофе, рядом громоздились тарелка с нарезанными фруктами, наполовину пустая бутылка шампанского и кувшин с апельсиновым соком и льдом.

– Джина, а вот и ты! – Кэсси улыбнулась ей с одного из мягких кожаных диванов, стоявших по периметру столика. – Опоздала почти на час, как обычно. У тебя что, патологическая предрасположенность к неумению грамотно распоряжаться временем?

На Кэсси красовался обычный чокнутый ансамбль из потрепанных джинсов и бесформенной футболки.

– Опять ты за свое! – бросила Джина, благодарная за смену темы разговора. – Да, это патологическая предрасположенность. Я не могу не опаздывать.

– Учитывая то, чем ты занималась прошлой ночью, – невинно прощебетала Риз, – это твое неумение распоряжаться временем объясняется не только этим.

– Привет, Джина. – Марии перехватила взгляд Джины в одной из зеркальных стен салона, стоя в изумительном шифоновом платье с открытыми плечами перед миниатюрной подругой Риз, Эмбер. Хозяйка салона так и порхала вокруг с зажатыми во рту булавками, напоминая усердную феечку. Помахав Джине, Эмбер продолжила закалывать булавками подол платья. Яркий аквамариновый цвет наряда подчеркивал синеву глаз Марии, и Джине стало неловко при воспоминании о другом таком же взгляде.

Риз наклонилась к ней и театрально прошептала:

– Чуть позже, за кофе, я хочу услышать всю историю. Да, Марии говорит, вы нашли просто улетное место для… ну, сама знаешь для чего.

Залпом проглотив остатки коктейля, Джина взглянула на Риз:

– Имей в виду, я еще не простила тебе подставы с этим внезапным исчезновением.

– О чем это ты? – расплылась в улыбке подруга. – Меня задержали самым безбожным образом.

– Где же? В койке Мейсона?

– Может быть, и там. – Риз выразительно пошевелила бровями.

– О чем это вы там двое шепчетесь? – Кэсси подошла к ним с куском дыни во рту.

– О ее рабской зависимости от Мейсона, – сухо пояснила Джина. – О чем же еще?

Кэсси комично закатила глаза:

– Что? Снова?

Риз засмеялась:

– Прости-ка, но кто только что потчевал нас россказнями про изумительные способности Така восстанавливать силы?

Кэсси нахмурилась, явно сконфузившись:

– Я лишь пыталась внести свой вклад в обмен непроверенными данными. И ни разу не упомянула имя Така.

Риз снисходительно потрепала Кэсси по щеке:

– Мы все сразу поняли, кого ты имела в виду, причем основываясь на фактических данных. Мой кузен – единственный парень, с которым ты спишь отныне и навеки. В отличие от нашей подруги Джины. – Риз лукаво взглянула на Джину: – Не хочешь поучаствовать в исследовании Кэсси по поводу выносливости взрослого американского мужчины, представив точные данные о стойкости этого таинственного парня? Если, конечно, он тоже янки.

– Вообще-то не янки… – Джина прикусила язык, чтобы не проболтаться о таинственном парне, который лунной ночью в Хиллбруке объяснял ей, что называть южан янки – такая же непростительная небрежность, как и именовать ирландцев англичанами.

– Так, значит, не янки? – вскинула брови Риз. – Весьма космополитично с твоей стороны.

– Почему бы не прекратить все эти хвастливые истории о регулярном сексе? – вклинилась в разговор Марии с другого конца комнаты. – Так Эмбер сможет быстрее подогнать остальные платья, а мы наконец-то допьем свои «Мимозы».

– Полностью поддерживаю, – подхватила Джина, чтобы сменить тему разговора. – Эмбер, ты превзошла саму себя! Потрясающее платье! Этот цвет невероятно тебе идет, Марии.

– Спасибо, – кивнула Марии, отвечая на комплимент улыбкой – менее сдержанной, чем в их последнюю встречу. – Такое чувство, будто надела произведение искусства.

Улыбнувшись, Эмбер встала, чтобы потянуть спину и восхититься творением рук своих.

– Мы с Риз хотели разработать фасон, который подчеркнул бы достоинства каждой из вас, не будучи слишком напыщенным. Твое платье, Джина, я сделала в изумрудных тонах. Ты можешь раздеться, а я схожу и принесу его.

– Конечно. – Мысленно вознося благодарственную молитву за распутный подарок Картера, Джина разделась до нижнего белья. И тут беседа плавно перетекла в оживленное обсуждение фасонов, тканей, цветов и великолепных дизайнов Эмбер…

Пять женщин от души наслаждались подготовкой к свадьбе Риз, запланированной на конец следующего месяца. А потом Кэсси под предлогом примерки бюстгальтера отправили в примерочную – и потекло обсуждение ее свадьбы с Таком.

Джина невольно подмечала иронию ситуации. Ну кто бы мог подумать, что безнадежно романтичная Марии так и не встретит мужчину своей мечты? Интересно, она все еще питает надежды дождаться принца на белом коне, которые Джина так высмеивала в колледже? А самым ироничным было то, что единственным мужчиной, поколебавшим насмешливое отношение Джины к таким фантазиям, был старший брат Марии.

Обжегшись десять лет назад, Джина намеренно держалась в стороне от серьезных отношений. Но Эмбер, Риз и Кэсси являли собой другой пример. Мысль о том, как далеко зашли эти трое в отношениях с мужчинами, немного пугала.

Взять, к примеру, Эмбер и ее безумное решение сдать свое жилье над салоном и переехать в квартиру Паркера рядом с его полицейским участком. Подумать только, она обрекла себя на утомительную часовую дорогу до работы! Просто потому, что ее молчаливый коп скорее согласится получить пулю в лоб, чем жить над свадебным салоном.

Или Риз с ее не менее безумной идеей организовать некоммерческую организацию с Мейсоном, чтобы найти применение его навыкам ветерана в районах катастроф. Помнится, она объясняла, как тяжело военным в отставке адаптироваться к гражданской жизни, рассказывая о затянувшейся борьбе Мейсона за свое место под солнцем. Взявшись за этот проект, Риз и не представляла, сколько забот обрушится на ее плечи.

Но самый большой шок вызывали перемены в Кэсси – академически умной, основательной, с коэффициентом умственного развития намного выше нормы. Говоря о предстоящей свадьбе, она глупо хихикала – и чем это могло быть вызвано, если не «эффектом Така»?

Выходит, великолепный секс мог привести к слабоумию. А к такой участи Джина, одиночка по натуре, была не готова. Ей нравилось жить самой по себе. Мужчины были великолепны в малых дозах, но вариант «всерьез и надолго» не рассматривался. Ей не хотелось идти на компромисс со своей жизнью, корректировать свои мечты, отказываться от своих амбиций в угоду чужим. Не говоря уже о том, чтобы возвращаться в болезненное прошлое.

– Эй, Джина, спустись на землю. – Кэсси помахала рукой перед ее лицом.

Джина дернула головой, чуть не пролив коктейль на драгоценное платье.

– Прости, не хотела тебя пугать, но Эмбер спрашивала, какую ты предпочитаешь отделку для платья – золотом или серебром.

– О, думаю, серебром, – наобум сказала Джина, силясь вспомнить, какого цвета будет платье и чувствуя на себе озадаченный взгляд четырех пар глаз.

– Кажется, я могу угадать, где ты витала. – Риз снова наполнила свой бокал. – Где-то рядом с тем таинственным красавчиком, не так ли?

– Таинственным кем? – поинтересовалась Марии.

Риз подмигнула Марии:

– Таинственный красавчик – это сексуальный парень, с которым Джина провела прошлую ночь. Пока мы знаем о нем только то, что он не американец и достаточно горяч, чтобы заставить невозмутимую мисс Каррингтон краснеть. Так что, полагаю, по шкале сексуальности от одного до десяти он зарабатывает все одиннадцать баллов.

Щеки Джины снова предательски зарделись, а Марии с Эмбер засмеялись.

– Так кто же он? – поддразнила Риз. – Пытливые умы желают знать все интимные подробности.

– Пытливые умы вполне могут заниматься своими делами, – парировала Джина. – В отличие от вас, я не готова спать с кем попало, а потом сплетничать об этом.

– С каких это пор? – искренне удивилась Риз.

– С тех пор, как повзрослела. – Джина со звоном опустила бокал на стол, уже вне себя от негодования. – И перестала трахаться с каждым понравившимся парнем. Хотя, разумеется, никто из присутствующих здесь не ждет ничего подобного от Джины, этой невозмутимой шлюхи.

У Риз челюсть отвисла, глаза остальных подруг расширились до размеров обеденных тарелок.

– Джина, прости, я просто подкалывала тебя, – с удрученным видом пробормотала Риз.

Джина подняла с пола свою сумочку и выпрямилась.

– Мне лучше уйти, – натянуто произнесла она, не зная, как извиниться за вспышку раздражения, не испортив все еще больше. – Я устала, а это делает меня большей стервой, чем обычно.

Риз подскочила к ней, схватив за руку:

– Пожалуйста, Джина, не уходи! Мне так неловко… Никто не считает тебя шлюхой.

Джина встретилась взглядом с Марии, лицо которой стало мертвенно-бледным при упоминании слова, когда-то разъединившего их.

Джина потрепала пальцы Риз и мягко отцепила их от своей руки:

– В самом деле, все в порядке. Я стала до смешного щепетильной. И мне действительно нужно поспать, просто с ног валюсь. Поболтаем на неделе… – Джина понизила голос до шепота, чтобы ее могла услышать только Риз: – Ну, насчет той вечеринки-сюрприза.

– Хорошо, если хочешь…

– Конечно хочу. – Джина распрощалась с остальными и поспешила уйти, боясь ненароком расплакаться.

Лишь в такси по дороге домой она дала волю слезам, гадая, откуда же взялся этот прилив гнева, испортивший приятное утро в компании подруг. И правда, почему она так негодовала по поводу того, что обрели Риз, Кэсси и Эмбер, – ведь много лет назад сама решила, что не хочет для себя ничего подобного?

Оказавшись дома, в вонючем бруклинском районе Ред-Хук, в крохотной чердачной квартирке, ипотечный кредит за которую она все силилась выплатить, Джина сбросила с себя одежду, снова приняла горячий душ и буквально рухнула на причудливую двуспальную кровать с металлическим каркасом. Джине требовалось отоспаться: бессонная ночь с Картером истощила ее физические силы, что сказалось на эмоциональном состоянии.

После нескольких часов беспокойного сна, полного эротических грез о таинственном красавчике, ее разбудил звонок в дверь. Джина с колотящимся сердцем вылетела из постели, но, увы, в дверном глазке предстало лицо Кэсси.

– Джина, ты неважно выглядишь, – заявила подруга, входя в квартиру с висящим на плече складным чехлом для одежды. – Ты, должно быть, подхватила грипп.

– Нет, я здорова как бык. Просто вымоталась до предела.

Кэсси сочувственно взглянула на нее, но, к счастью, допытываться не стала.

– Эмбер попросила меня завезти это тебе. – Кэсси протянула чехол с красовавшимся на нем логотипом салона Эмбер. – Она попросила передать, что подгонку по фигуре она сделала, но тебе стоит померить платье, убедиться, что все сидит хорошо, а потом отослать его обратно.

– Спасибо, что завезла. – Джина перекинула чехол через спинку дивана. – Мне очень жаль, что тебе пришлось тащиться ко мне. Как насчет кофе в качестве компенсации за труды?

Подруга согласилась остаться, и Джина захлопотала насчет кофе.

– Все в порядке? Тебя, похоже, немного трясет. – От осторожной реплики Кэсси рука Джины, сыпавшая кофе во френч-пресс, замерла.

– Конечно, все в порядке. Ну что ты переживаешь?

– Ты приняла подколы Риз слишком близко к сердцу, – ответила Кэсси со своей обычной прямотой. – И это навело меня на мысли о том, не случилось ли чего-то плохого прошлой ночью.

Беспокойство Кэсси тронуло Джину.

– А я-то думала, у меня непроницаемое лицо, с которым хоть в покер садись играть.

– Я настоятельно советую тебе не участвовать ни в каких турнирах по покеру – много не выиграешь.

Джина слабо улыбнулась подруге:

– Не волнуйся, Кэсс, ночью ничего плохого не случилось. Все было хорошо. Даже слишком.

– Это был брат Марии? – бесстрастно спросила Кэсси. – Парень, с которым ты провела прошлую ночь?

Джина открыла рот, чтобы возражать, но все умные отмазки застряли в горле. И она лишь выдавила полным паники шепотом:

– Откуда ты узнала?

– Я просто проанализировала имеющиеся данные. – Кэсси размешала сахар в кофе.

– Какие же?

Кэсси пожала плечами и отхлебнула кофе.

– Он позвонил Марии незадолго до твоего прихода и договорился встретиться с ней за ланчем в отеле «Стандарт» во вторник. Так я узнала, что он в городе. И я видела тебя краснеющей единственный раз – после того, как ты впервые переспала с ним.

– Офигеть. – Зубы Джины заскрежетали, а уши будто пламенем опалило. – Надеюсь, ты ни с кем не поделилась своим дедуктивным умозаключением?

– Нет, – нахмурилась Кэсси, и Джина с облегчением выдохнула. – Почему ты не хочешь, чтобы девчонки знали?

– Потому что однажды я уже разрушила нашу дружбу, переспав с братом Марии, и не хочу делать это снова.

– Но ведь ты уже переспала с ним во второй раз, так что узнают они или нет, это скорее формальность, не так ли?

– Да, но… – Джина запнулась, не сумев подобрать верные слова. – Поверить не могу, что снова сделала это. Такое ощущение, что у меня патологическая предрасположенность портить эту дружбу.

– Не факт, – отозвалась Кэсси, по привычке воспринимая фразу буквально. – Чтобы прийти к такому выводу, нужно установить причинно-следственную связь.

– Ну… ладно, я ничего не планировала, если ты это имеешь в виду. Я отправилась к нему в отель, чтобы извиниться.

– За что? – изумилась Кэсси впервые за весь разговор.

– За крах его брака.

– Ты-то тут при чем?

– Наверное, ни при чем, – признала Джина, испытав отчаянное желание поставить точку в этой теме. Пресловутое извинение в качестве предлога для встречи казалось все менее убедительным. – Хочешь услышать остальное или нет?

Брови Кэсси вскинулись в ответ на резкий тон.

– Да.

– После того как он сказал мне, что его развод никак со мной не связан, мы пропустили несколько бокальчиков. И, слово за слово, не успела я опомниться, как мы уже срывали друг с друга одежду в одном милом люксе с видом на Гудзон. – Джина вздохнула. – Кстати, вид из этого отеля действительно великолепный.

– И ты еще говоришь о каком-то виде? – протянула Кэсси так иронично, что Джина прыснула, и тяжелое бремя вины слетело с ее плеч впервые с момента грехопадения в отеле.

– Это не смешно, – заметила она. – Это сущая катастрофа. Но, к счастью, это больше не повторится. Утром я недвусмысленно дала ему понять, что мы совершили ошибку.

– И как это было? – поинтересовалась Кэсси.

– Что?

– Ну, эта ошибка?

– Ты имеешь в виду секс?

Кэсси кивнула.

– Превосходно. – Незачем было лгать об этом. – Кажется, я упоминала десять лет назад, что этот парень был искусным любовником. Да и сейчас он блестяще оправдывает это гордое звание.

– Тогда, наверное, это все объясняет, – задумчиво произнесла подруга.

– Объясняет что?

– Почему ты переспала с ним, несмотря на все свои страхи. По данным исследований, выброс эндорфинов, вызванный оргазмом, может ослабить твои когнитивные, то есть познавательные, навыки. Эндорфины явно ослабили мои, когда я занялась с Таком сексом в первый раз. И во второй… Ив…

– Усекла, – пробормотала Джина. Дайте Кэсси возможность придумать научное объяснение, и она его придумает. – Кэсс, то, что у вас с Таком, – совсем не то, что у нас с Картером. Да, секс с Картером превращает меня в дуру дурой, но в конечном счете это только доказывает, что Марии была права на мой счет.

Кэсси с сомнением хмыкнула:

– А ты уверена, что до конца воздаешь ей должное? Почему бы тебе просто не спросить Марии, беспокоит ли ее то, что вы с Картером снова сошлись?

Джина поперхнулась кофе и яростно зашипела:

– Ты совсем с катушек слетела? Мы с Картером не сходились, потому что никогда и не были вместе. Это лишь одна безумная ночь.

– Точнее, уже две.

– Хорошо, две, – нехотя согласилась Джина. – Но теперь все кончено.

– Ты сказала ему о ребенке?

Кровь отхлынула от лица Джины.

– Конечно нет. С какой стати?

– Я просто подумала… Он уже не женат – так зачем тебе по-прежнему держать это в тайне?

– Потому что это – дело прошлое. И нет никакого смысла говорить ему об этом спустя столько лет. – Джина закашлялась, ее голос вдруг стал срываться. – И в любом случае ребенок так и не родился. У меня был выкидыш.

Долгие годы ушли у Джины на то, чтобы восстановить поруганные ею же самой чувство собственного достоинства и самооценку, чтобы стать более уравновешенным, цельным человеком. Ей пришлось пережить незащищенность своего детства, безрассудство своей юности и весь ужас того, что случилось, когда она вернулась в Англию с растущим в ее чреве ребенком Картера.

К несчастью, прошлая ночь доказала, что Джине предстояло еще много работать над собой, учиться противостоять искушениям. Кэсси явно не верила, что она решила избегать Картера из боязни испортить отношения с подругами. Сказать по правде, Джина просто не желала иметь дело с этой запутанной, нерешенной проблемой, которая касалась их двоих.

Помнится, все три месяца беременности, прошедшие после отъезда Джины из Хиллбрука, и еще несколько критических месяцев после потери ребенка Риз и Кэсси помогали ей собраться с силами, утешая по телефону с другой стороны Атлантики. Они позволяли Джине рвать и метать, рыдать и беситься, а потом наконец примириться с горем. И лишь в одной вещи две ее лучшие подруги категорически отказывались с ней соглашаться. Они обе считали, что Джина должна связаться с Картером. Что он просто обязан разделить тяжесть этого эмоционального бремени, ведь он в той же мере, что и Джина, нес ответственность за эту короткую маленькую жизнь.

Джина сжала руку Кэсси:

– Это не то, о чем ты думаешь, Кэсс. Честно. Я уже не та сумасбродная психичка. Я стала взрослой. Я пережила это. Да и Картер стал совершенно другим. Разве что приобрел настоящую суперсилу в постели, – насмешливо добавила она.

Кэсси с сомнением улыбнулась:

– Может быть, ты и права.

– Я знаю, что права.

– Если все это действительно так, сам собой напрашивается другой вопрос.

– Какой же?

– Если Риз с Марии все равно не узнают об этом, что мешает тебе снова воспользоваться суперсилой Картера?