Прочитайте онлайн Легко ли быть царем | Часть 7

Читать книгу Легко ли быть царем
2916+781
  • Автор:
  • Перевёл: Николай Андреевич Науменко
  • Язык: ru
Поделиться

7

Эверард тоже встал, подошел к стене беседки и, засунув пальцы за пояс, стал смотреть в сад сквозь каменное кружево.

— Я не могу ничего придумать, — ответил он.

Денисон ударил кулаком по ладони.

— Этого я и боялся. С каждым годом я все больше боялся, что даже если Патруль меня и найдет, то… Ты должен мне помочь!

— Говорю тебе: не могу! — У Эверарда, который так и не повернулся к собеседнику, внезапно сел голос. — Сам подумай. Впрочем, ты, наверное, делал это уже не раз. Ты ведь не какой-нибудь варварский царек, чья судьба уже через сотню лет ничего не будет значить. Ты — Кир, основатель Персидской империи, ключевая фигура ключевого периода истории. Если Кир исчезнет, с ним исчезнет и все будущее! Не будет никакого двадцатого века, и Синтии тоже!

— Ты уверен? — взмолился человек за спиной Эверарда.

— Перед прыжком сюда я вызубрил факты, — сказал Эверард сквозь зубы. — Перестань валять дурака. У нас предубеждение против персов, потому что одно время они враждовали с греками, а наша собственная культура выросла преимущественно из эллинских корней. Но роль персов уж по крайней мере не меньше! Ты же видел, как это произошло. Конечно, по твоим меркам, они довольно жестоки, но такова вся эпоха, греки ничуть не лучше. Да, демократии здесь нет, но нельзя же винить их за то, что они не додумались до этого чисто европейского изобретения, которое просто несовместимо с их мировоззрением. Вот что важно: персы были первыми завоевателями, которые старались уважать побежденные народы; они соблюдали свои собственные законы и установили мир на достаточно большой территории, что позволило наладить прочные связи с Дальним Востоком. Они, наконец, создали жизнеспособную мировую религию — зороастризм, не замыкавшийся в рамках одного-единственного народа или местности. Может, ты и не знаешь, что само христианство и многие его обряды восходят к митраизму, но, поверь мне, это так. Не говоря уж об иудаизме, который спасешь именно ты, Кир Великий. Помнишь? Ты захватишь Вавилон и разрешишь евреям, которые сохранили свою веру, вернуться домой; без тебя они бы растворились и затерялись в общей толпе, как это уже произошло с десятками других племен. Даже во времена своего упадка Персидская империя останется матрицей для грядущих цивилизаций. Александр просто вступил во владение территорией Персии — вот в чем состояла большая часть его завоеваний. А благодаря этому эллинизм распространился по всему миру! А ведь будут еще государства — преемники Персии: Понт, Парфия, Персия времен Фирдоуси, Омара Хайяма и Хафиза, знакомый нам Иран и тот, грядущий Иран, который появится после двадцатого века…

Эверард резко повернулся.

— Если ты все бросишь, — сказал он, — я с полным основанием могу предположить, что здесь по-прежнему будут строить зиккураты и гадать по внутренностям животных… европейцы не выберутся из своих лесов, Америка останется неоткрытой — да-да, и три тысячи лет спустя!

Денисон отвернулся.

— Да, — согласился он. — Я тоже об этом думал.

Некоторое время он вышагивал туда-сюда, заложив руки за спину. Его смуглое лицо с каждой минутой казалось все старше.

— Еще тринадцать лет, — пробормотал он еле слышно. — Через тринадцать лет я погибну в битве с кочевниками. Я точно не знаю как. Просто обстоятельства так или иначе приведут меня к этому. Точно так же они приводили меня ко всему, что я волей-неволей делал до сих пор… Я знаю, что мой сын Камбиз, несмотря на все мои старания, вырастет садистом и окажется никуда не годным царем и для спасения империи понадобится Дарий… Господи! — Он прикрыл лицо широким рукавом. — Извини меня. Терпеть не могу, когда люди себя жалеют, но ничего не могу с собой поделать.

Эверард сел, избегая смотреть на Денисона. Он слышал только его хриплое дыхание.

Наконец царь наполнил вином две чаши, устроился около Эверарда на скамье и сухо сказал:

— Прости. Теперь я в порядке. И я еще не сдаюсь.

— Можно доложить о твоих проблемах в штаб-квартиру, — предложил Эверард не без сарказма.

Денисон подхватил этот тон:

— Спасибо, братишка. Я еще помню их позицию. С нами они считаться не будут. Они закроют для посещений все время жизни Кира, чтобы меня никто не искушал, и пришлют мне теплое письмо. Они подчеркнут, что я — абсолютный монарх цивилизованного народа, что у меня есть дворцы, рабы, винные погреба, повара, музыканты, наложницы и охотничьи угодья — все это под рукой и в неограниченном количестве, так на что же мне жаловаться? Нет, Мэнс, с этим делом нам придется разбираться самим.

Эверард стиснул кулаки так сильно, что ногти впились в ладони.

— Ты ставишь меня в чертовски затруднительное положение, Кит, — сказал он.

— Я только прошу тебя подумать над этой проблемой… И ты это сделаешь, Ахриман тебя забери!

Его пальцы снова сжимали плечо Эверарда: приказывал покоритель всего Востока.

«Прежний Кит никогда бы не сорвался на такой тон, — подумал Эверард, начиная злиться. — Если ты не вернешься домой, — заработала его мысль, — и Синтия узнает, что ты никогда… Она могла бы прибыть сюда к тебе: еще одна иностранка в царском гареме не повлияет на ход истории. Но если я до встречи с ней доложу в штаб, что проблема неразрешима, — а в этом трудно сомневаться… Ну что ж, тогда годы правления Кира станут запретной зоной, и она не сможет присоединиться к тебе…»

— Я и сам об этом думал, и не раз, — сказал Денисон уже спокойнее. — И свое положение понимаю не хуже тебя. Но ле д