Прочитайте онлайн Крымский излом |    Узел первый, День Д. 4 января 1942 года, Черное море, 200 километров юго-западнее Севастополя.

Читать книгу Крымский излом
3316+2946
  • Автор:
  • Язык: ru
Поделиться

   Узел первый, День Д. 4 января 1942 года, Черное море, 200 километров юго-западнее Севастополя.

   День уже склонялся к вечеру, Хеншель-126, он же "Костыль", он же "Мотылек", семьдесят седьмой штурмовой эскадры, базировавшейся на аэродроме Саки, совершал свой последний за этот день разведывательный полет. Через полтора часа сядет солнце и наступит долгая зимняя ночь. Высота полторы тысячи метров, наблюдатель, до рези в глазах вглядывается в горизонт в поисках русских кораблей. Примерно месяц назад комиссары на двух катерах совершили хулиганский набег на Евпаторию, освободили из лагеря своих, разгромили полицейское управление и взяли пленных. Поэтому внимание и еще раз внимание, в любой момент может повториться нечто подобное и в куда больших масштабах. Вот расслабились камрады на Керченском полуострове и пожалуйте, десять дней назад большевики высадили орды своих дикарей и теперь продвигаются вперед, грозя уничтожить на своем пути все живое. Внезапно самолет ощутимо тряхнуло, будто под ним разорвался зенитный снаряд, но не было слышно грохота взрыва, не пробарабанили по обшивке осколки. Наблюдатель машинально бросил взгляд вниз и от удивления оледенел, прямо под ними на поверхности моря быстро расползалось облако грязно-желтого тумана. Наблюдатель по внутренней связи вызвал пилота, - Курт, глянь вниз, видел когда-нибудь такую штуку?

   Несколько минут пилот вглядывался в расползающийся туман, - В первый раз вижу, Отто, но, сдается мне, это слегка похоже на дымовую завесу. Да и цвет такой, специфический, обычный туман таким не бывает.

   - Тогда давай посмотрим на это чудо поближе, - ответил Отто, если это дымовая завеса, то она должна прятать что-то чертовки большое...

   - Яволь, камрад! - Курт сострил, - Конечно же Сталин прячет там подводную лодку в три километра длинной, - герои люфтваффе отсмеялись и маленький самолетик, заложив вираж, начал снижение. А туманный блин, достигнув примерно пятикилометрового диаметра прекратил расти, вздрогнул, и истончаясь, начал распадаться на клочья. Вот в прорехах между грязно-желтыми клочьями показалась палуба громадного корабля.

   - Иезус Мария, - пробормотал ошеломленный Отто, - что это, Курт, авианосец?!

   - Конечно, Отто, это авианосец, - огрызнулся Курт, - немедленно докладывай! - Отто забормотал в рацию, а оберлейтенант люфтваффе Курт Зоммер, уже прикизывал как красиво будет смотреться на его парадном кителе железный крест за обнаружение русского авианосца, который парни из семьдесят седьмой штурмовой эскадры конечно же потопят.

   В этот момент, там внизу, лейтенант Сергеев опустил бинокль и коротко бросил в переговорное устройство, - Немец, - он достаточно четко разглядел на крыльях белые кресты и не испытывал никаких иллюзий. Поскольку, если ГОЛОС не соврал и тут действительно сорок первый год, ни советские, ни немецкие самолеты не оборудованы ответчиками системы свой-чужой и перед открытием огня требовалось визуально удостовериться что перед ними враг. Что же, как говорится, бойтесь хотеть чего-нибудь, вы можете это получить. В детстве Леха Сергеев хотел попасть на эту войну, чтобы, чтобы,, он и сам не знал зачем точно, но знал что так было бы правильно. И вот он здесь, не на игрушечной войне своей детской мечты, а на самой настоящей, где каждую секунду гибнут люди, которые этой войны не хотели, но теперь вынуждены ценой своей жизни останавливать взбесившегося германского зверя. Но, кажется, он уже убил своего первого немца. Запрет на поражение цели был отменен, и ожила одна из башен Зенитного Ракетно-артиллерийского комплекса "Кортик-М". По ползущему на высоте восемьсот метров с заунывным воем "Костылю" не было истрачено ни одной ракеты, слишком жирно для засранца. Два шестиствольных автомата выбросили в его сторону по полусекундной очереди в сорок снарядов. Задача для автоматики детская, цель движется по прямой на очень небольшой скорости и высоте, и не маневрирует... Доля секунды и во все стороны брызгами полетели изувеченные обломки, несчастный Хеншель будто пропустили через мясорубку. Герои люфтваффе умерли мгновенно, даже не успев ничего понять, также на полуслове оборвалась и передача в эфире. И правильно, никто их сюда не приглашал. А на палубе "Адмирала Кузнецова" уже кипела работа. На стартовые позиции уже вытаскивали две Су-33 дежурного звена. Еще в той жизни, когда соединение прошло траверз Александрии, контр-адмирал Ларионов приказал держать дежурную пару с подвешенным вооружением воздух-воздух в полной готовности к взлету. Учения так учения. Вот, взревев двигателями самолет ведущего пары майора Коломенцева сорвался с места и подпрыгнув на трамплине начал быстро набирать высоту. Вслед за ним стартовал его ведомый, капитан Гордин. Они успели... Даже если бы и не успели, то имея мощное ПВО, соединение могло отбиться от воздушной атаки и без помощи истребителей, но с чем черт не шутит, совместное отражение атак пикирующих бомбардировщиков еще не было отработано, можно было при разборе целей случайно упустить какого-нибудь мерзавца и получить пятисоткилограммовый сюрприз в палубу. А вот бомбами "Штуки" кидаются метко, да и маневренность у них будь здоров.

   Там временем на аэродроме в Саках царила бешеная суматоха, выпустив в воздух дежурный штаффель, техники лихорадочно готовили к вылету еще два. Командир первой авиагруппы, обер-лейтенант Хельмут Брук сообщил командиру семьдесят седьмой штурмовой эскадры майору графу Клеменсу фон Шёнборн-Визентхайду об обнаруженной разведчиком морской эскадре большевиков, включающей авианосец трехсотметровой длины, и вылетел на задание... Больше его никто не видел, ни живым, ни мертвым. Зимнее Черное море весьма сурово, в его водах живые завидуют мертвым... еще примерно десять минут.

   В штабе эскадры дежурный офицер услышав про русский авианосец, пробормотал под нос, - Чего они там пьют, обормоты? Авианосец ему привидился, а мне с этого самогона пока только зеленые черти приходили. - но орднунг, есть орднунг, и про авианосец было доложено по команде, в ответ из штаба авиакорпуса потребовали перепроверить информацию. Но неумолимо спускалась ночь и до командующий авиакорпусом, генерала Лотара фон Рихтгофена информация дошла уже за полночь, когда события уже понеслись вскачь. Группа русских самолетов неизвестной конструкции, в течении ночи, тремя последовательными налетами, вдребезги разнесла железнодорожную станцию Джанкой, битком набитую эшелонами с горючим, боеприпасами, и первыми подкреплениями, направляемыми для организации контрудара под Феодосией. Вторым ударом был поражен железнодорожный мост через Сиваш. Третьим - железнодорожная станция и аэродром в Симферополе. Также штурмовому удару подвергся аэродром в Каче, прямо на земле сгорело более десятка новеньких Bf-109F. И все это ночью и на огромной скорости. И только когда дело уже сделано, в отблесках пожара нет-нет да и мелькнет странный стреловидный силуэт с красными звездами на крыльях. В русский авианосец генерал Лотар фон Рихтгофен не верил, поэтому с утра был запланирован массированный налет всем что может летать по Севастополю.

   Но это будет позже, а пока дежурный второй штаффель, не ведая печалей, приближался к указанному в сообщении квадрату. Все будет как всегда, налетят и потопят. А если что-то останется еще на плаву, то значит осталось и на долю камрадов из первого и третьего штаффеля, которые вылетят к цели чуть попозже. Внезапно небо перечеркнула белая черта, и ведущий девятки превратился в огненный шар. Один из его ведомых, видимо поврежденный разлетающимися обломками, выпустил жирный хвост дыма и неудержимо повалился вниз, в очерченные белыми барашками волны Черного моря. Асы люфтваффе еще не успели прейти в себя от шока, как заостренный предмет, оставляющий за собой четкий белый след, воткнулся в ведущего правой тройки. Ну не повезло парням, что поделаешь, от взрыва боевой части ракеты на подвеске сдетонировали две пятисоткилограммовые бомбы, что поставило жирную точку на всей тройке. Ведущий левой тройки попытался связаться с командиром группы, предупредить... одновременно разворачиваясь на обратный курс, но эфир оказался заполнен каким-то хохотом, свистом, писком и мяуканьем. Ракета Р-27ЭР чуть-чуть промахнулась, взорвалась десятью метрами выше строя удирающих со снижением "Штук". Но если у тебя в боевой части почти сорок килограмм мощнейшей взрывчатки и полторы тысячи готовых сверхтвердых элементов... то не считается не "чуть-чуть", не считается "промахнулась". Смертоносный вихрь готовых осколков прошелся по плоскостям, кабинам, капотам, следом пришла ударная волна, отрывая хвостовые оперения и ломая плоскости. Все три "Штуки" рухнули вниз бесформенными комьями дюраля, будто никогда и не умели летать. Последний Ju-87, зависший в закатной синеве, майор Коломенцев снял с неба короткой очередью из пушки. А впереди уже маячили черные точки юнкерсов двух следующих штаффелей. Еще пять ракет Р-27ЭР, потом поправка недоделок пушками и еще восемнадцать "Штук" со специфическими красными хвостовыми оперениями присоединилось к своим приятелям на дне Черного моря. Последнее что в свой жизни видел обер-лейтенант Хельмут Брук, это две краснозвездных стрелы в пятнистой голубоватой раскраске атакующие по косой петле, с неумолимостью топора гильотины. Очередь из тридцатимиллиметровой пушки точно хлестнула по "Штуке" от капота до кабины, милосердно отпуская обер-лейтенанта вместе с его стрелком ефрейтором Шмидтом на просторы Валгаллы. А внизу, те несчастные, которым повезло выброситься с парашютом болтались посреди ледяных волн в своих оранжевых спасжилетах. Море тоже возьмет свою долю арийских жизней, ибо их срок вышел.

   А с севера, на помощь избиваемым "Штукам" уже спешили восемь Ме-109Ф с аэродрома подскока Кача под Севастополем. Они еще не знали, что спасать больше некого. Заложив вираж, две сушки направились навстречу к новым гостям, пир души продолжался.