Прочитайте онлайн Кодекс Люцифера | Часть 6

Читать книгу Кодекс Люцифера
2216+3726
  • Автор:
  • Перевёл: А. Перминова
  • Язык: ru

6

Очень сложно, когда географическое положение следующей цели описывается как «где-то на восток от Праги».

– На северо-восток, юго-восток или просто на восток?

– Без понятия.

– Как далеко от Праги?

– Самое меньшее два дня пути.

– Но может быть и больше?

– Без понятия.

– Индия тоже лежит на восток от Праги, и до нее не меньше двух дней пути.

– Ха-ха, Киприан. Я уже и забыл, как это – смеяться.

– Я тоже, дядя.

Ситуация не станет легче, когда приходится так осторожно и тайно, как только возможно, наводить расспросы, не успев приехать в Прагу. Ситуация осложнялась еще и тем, что он целыми днями думал только о том, что он где-то ошибся и что женщина, которую он любит и ради которой готов бросить все, неожиданно отреагировала на эту любовь злостью, болью и ненавистью.

Дядя Мельхиор вовсе не сидел без дела в течение тех недель в Риме, во время которых Джованни Факинетти делал первые шаги на своей новой должности, а епископ был его близким советником. Однако все, что ему удалось выяснить в результате тщательных поисков, были размытые намеки, наполовину исчезнувшие следы, ведущие к старому монастырю бенедиктинцев, бывшему центру христианства, по которому прокатилась разрушительная сила Гуситских войн. Самый четкий след вел в Бревнов, поселение недалеко от Праги, но он был слишком незначителен, чтобы представлять собой убежище для библии дьявола. Бревнов был маленьким монастырем поздней постройки, чьи корни лежали гораздо дальше на восток, в месте, которое заставляло каждого, у кого о нем спрашивали, лишь пожимать плечами. Подлажице…

Киприан сидел в экипаже, на котором красовался герб епископа Нового города Вены, трясся по дороге сумрачным февральским днем и, ничего не видя, смотрел на покрытую мягкими волнами землю, всю в пятнах от инея; снег, перемежавшийся лоскутками полей и деревень, был тусклого грязно-коричневого цвета.

Три дня… Киприан знал, что скорость его путешествия зависит исключительно от его желания, и если бы кто-то захотел об этом поразмыслить, то мог бы прийти к выводу, что или Киприан не хочет оставлять кучера на облучке в февральской стуже с резким встречным ветром и потому Разрешил ехать медленно, или что в оставшейся позади Праге находилось что-то, настойчиво звавшее его назад.

Три дня… И к ним еще нужно прибавить те два, которые ушли у него на то чтобы выяснить перед поездкой: его цель, скорее всего, находится вблизи города Хрудим. Всего получалось пять, в течение которых его тело совершало нужные движения, а рот задавал правильные вопросы, в то время как его дух был совершенно в другом месте – рядом с Агнесс Вигант и спрашивал себя, не лучше ли было ему оставаться в темнице и по крайней мере иметь возможность надеяться.

Экипаж, мягко качнувшись, остановился. Киприан выглянул наружу.

– Все, приехали, – сообщил возница. – Похоже, у нас авария, баас.

– Что у нас такое? – не понял Киприан.

– Авария. Повреждение. Поломка, – перевел ему кучер. – Мы сели на мель, как говорят на море, баас.

Дядя Мельхиор дал Киприану инструкции по поводу того, где ему лучше всего набирать себе служащих в Праге. В конце концов, Киприану нужен был просто человек, хорошо ориентирующийся на местности, владеющий его языком и могущий заменить возницу, который привез Киприана в Прагу. Он нашел такого человека среди рыбаков на Влтаве. Этот тип был похож на обветшалый старый пень, у него были только одна нога и одна рука. Потерянные конечности он заменил деревянными культями и, по крайней мере в присутствии Киприана, ни на секунду не дал понять, что хоть в каком-то отношении чувствует себя неполноценным. Это Киприан скорее ощущал себя обделенным, потому что понимал лишь половину из выражений, которыми обыкновенно пользовался старый морской волк. С обращением «баас» он уже давно смирился, предполагая, что это то же, что и «хозяин», но не удивился бы, если бы на самом деле оно значило «дурак набитый». Именно последний вариант обращения Киприан использовал, когда мысленно разговаривал сам с собой.

– Может, спасем его, баас? – спросил кучер, подождал секунду и, не получив ответа, добавил: – То есть оттащим?

Киприан выбрался из экипажа и прищурился. Дорога шла почти прямо, поднимаясь и опускаясь вместе с неровностями ландшафта. Позади последнего холма торчали голые ветви какой-то рощи. Киприан уже понял, что это должно указывать на реку или по крайней мере ручей и что перед ними маячила перспектива либо шаткой переправы из недостаточно ровных стволов деревьев, либо поиска паромщика, у которого явно не возникнет горячего желания мокнуть в ледяной воде из-за одного-единственного экипажа. До сего момента им пришлось иметь дело с тремя паромщиками. Первого они вежливо поджидали перед его хижиной, пока не раздались охи и стоны и ритмичные удары и он не вылез, спотыкаясь, наружу, на ходу запутавшись в штанинах; со вторым они долго препирались из-за цены, пока возница Киприана не врезал упрямцу по челюсти своей деревянной рукой; а третий был так пьян, что Киприан предпочел положиться на морские познания своего кучера и надеяться, что они пригодятся и в случае с висящей на канате доской, скользящей по наполовину замерзшей реке.

На заднем плане ветвей Киприан разобрал нечеткие контуры маленькой повозки, стоявшей поперек дороги. – Это очень похоже на засаду грабителей, – заявил он. – Что, с таким маленьким корытом? Ну, баас, не волнуйтесь. Да наша лодка легко столкнет его на рифы, как только причалит к нему, и у нас ни один штерт не покачнется. – Хорошо, – ответил Киприан. – Хоть я и не понял ни единого слова, но считаю, что могу чувствовать себя успокоенным.

– Кроме того, я уже видел эту повозку. Она обогнала нас его дня утром у перекрестка за Чаславом.

– А я и не заметил.

– Это ничего, баас.

– Перед или за перекрестком?

Кучер непонимающе уставился на него со своего облучка.

– Она обогнала нас перед перекрестком или после него?

– С подветренной стороны, баас. – Он помолчал. – То есть после.

Киприан кивнул.

– Тогда давай взглянем, что там стряслось с этими людьми. Полный вперед!

Кучер изумленно просиял:

– Эй, баас!

Люди в карете оказались молодой парой, которых Киприан принял бы за молодоженов, едущих на новое место жительства, не путешествуй они налегке, без обоза с вещами. Они обращались друг с другом с осторожной нежностью людей, которые должны еще многое узнать друг о друге, но чувствуют, что между ними есть духовное родство. Дама оказалась более сдержанной, чем молодой человек, как будто у нее еще оставалось некоторое недоверие к нему; он же, напротив, как с легкостью заметил бы внимательный наблюдатель, полностью доверился ей. Киприан бы усмехнулся про себя с пониманием, если бы сейчас у него перед глазами не было того, чего у него с Агнесс точно не было и, возможно, не будет уже никогда. Молодая женщина была среднего роста и изящно сложена, насколько удавалось разглядеть за доспехами, составлявшими ее испанское платье. Она казалась очень юной, но Киприан легко прочел в ее взгляде, что она успела пережить если не достаточное количество лет, то достаточное количество столкновений с жизнью и ее можно считать зрелой женщиной. А вот молодой человек мог быть ровесником Киприана: его тело было худощавым, движения – грациозными. Его симпатичное лицо после недолгого осмотра показалось Киприану знакомым. Это подозрение смутило его: ведь он еще никогда не был в Праге, а юноша вряд ли слышал о Вене и тем более вряд ли там бывал. Что бы в чертах его лица ни казалось Киприану знакомым, неприятного в нем ничего не было.

Оба кучера поняли друг друга с полуслова: два специалиста лежали под покосившимся экипажем и обсуждали, можно ли еще отремонтировать поломавшуюся ось или лучше заменить ее новой.

– Как всегда, баас, – заметил кучер Киприана, отведя его в сторону. – Эта шлюпка в первый раз наскочила на рифы, но зато капитально. – Он понизил голос. – Думаю, кому-то очень было нужно, чтобы это произошло.

– Как прикажешь тебя понимать?

Кучер провел ребром ладони по своему протезу. Киприан вздернул брови.

– Не могу поручиться, конечно, баас. Но место, где ось сломалась, выглядит слишком уж аккуратно. Этим людям просто повезло, что мы мимо проплывали. Кто знает, какие пираты могли взять их на абордаж.

– Ты считаешь, ось сломали нарочно, чтобы они застряли тут посреди дороги и их можно было ограбить?

Кучер пожал плечами.

– А как вы думаете, с чего бы это мне каждую ночь, когда мы становимся на якорь в каком-нибудь городе, спать в нашей повозке?

– Кучер?

– Я бы не стал за него ручаться головой, баас.

Киприан подумал пару минут и повернулся к молодой паре.

– Наши возницы говорят, что ваш экипаж не скоро сможет двигаться. – Внутренний голос заявил ему, что он должен как можно быстрее выполнить свою миссию, а не возиться со случайными попутчиками; но он не услышал его. – Я могу довезти вас до следующего города. Там вы сможете распорядиться, чтобы экипаж доставили и починили.

– Мы не можем принять такую услугу, – возразил юноша.

Киприан оглянулся. Сейчас никак не могло быть меньше двух часов пополудни, и уже казалось, что скоро начнет смеркаться. Впереди над дорогой затанцевал было медлительный шлейф снежинок и снова опустился. Пару мгновений спустя порыв ветра, поднявший снег в воздух, добрался и до них и припорошил их снежком.

– И чем вас так прельщает альтернатива? – слабо улыбнувшись, спросил Киприан.

Юноша вздохнул.

– Вы очень любезны.

– Меня зовут Киприан Хлесль. – Заметив, как молодой человек бросил украдкой взгляд на его карету, он добавил: – Экипаж мне одолжил дядя, епископ Нового города Вены.

– Мы свой тоже всего лишь одолжили, – ответил юноша. – И это делает ситуацию с поломкой еще обиднее. Позвольте представиться: Ярмила Андель, а я Андрей фон Лангенфель.

– А я думал, что вы двое… – начал было Киприан и прикусил язык.

– Правда? – Молодой человек неожиданно залился краской. – О нет! Я всего лишь – как бы точнее выразиться? – учитель юной дамы.

– Разумеется, – не стал спорить Киприан. – Прошу простить меня. – А про себя подумал: «Бедные глупцы, да у вас все на лбу написано! Вы просто украли пару деньков счастья или сбежали из дому?» Тут внутренний голос злобно добавил: «В Виргинию?» – Куда вы направлялись?

– Мы не хотеть стать обузой для вас, – заметила юная дама, коверкая слова.

– Не беспокойтесь. Этот… э… Грудимм лежит на моем пути, а это ближайший крупный город. Вы обязательно найдете там приют и каретника. Или вы направлялись в другое место?

– Хрудим, – сказала она и застенчиво улыбнулась.

– Грудимм, – повторил Киприан и пожал плечами.

Она рассмеялась.

– Мы будем вам очень благодарны, если вы согласитесь довезти нас до Хрудима, – учтиво произнес юноша.

– Ну и хорошо. Госпожа Андель, господин фон Лангенфель, предлагаю воспользоваться гостеприимством епископа Мельхиора Хлесля.

– Зовите меня Андрей, – предложил молодой человек, протягивая руку.

Киприан пожал ее.

– А вы зовите меня Киприан. Теперь же, господа мужчины, давайте выпряжем ваших лошадей и сдвинем карету на обочину, чтобы мы могли ехать дальше.

Когда они с этим справились, Киприан вежливо пропустил своих новых знакомых вперед. Перед тем как присоединиться к ним, он бросил короткий взгляд на своего кучера, уже сидевшего на облучке и подвинувшегося в сторону, чтобы дать место своему товарищу. Старый морской волк спокойно посмотрел на него в ответ. Вдруг он будто случайно сжал и сразу отпустил своей здоровой рукой что-то, неприметно торчавшее из узкой кожаной петли и походившее на Длинный вытянутый деревянный клин, если не приглядываться и не обращать внимания на переплетенную кожей Рукоять и железную полосу. Киприан кивнул своему вознице и тоже залез в экипаж.

Хрудим находился на холме, торчавшем прямо посреди равнины, и увенчивал его двумя неодинаковыми колокольнями и городской стеной с неотесанными сторожевыми башнями, над которыми поднимались массивные пропилеи, смотревшие на запад. Незадолго до этого тучи слегка разошлись, открыв узкую полосу неба, и вечернее солнце осветило западную сторону постройки: серый и коричневый камень, неожиданно окрашенный в золото, на фоне уже потемневшего неба на востоке. Тяжелые облака снова закрыли солнце и придали домам и заградительным сооружениям такой вид, будто кто-то, наигравшись, поломал их и забыл на грязно-сером снегу. Карета снова остановилась.

– Все, приехали! Стража, баас! – закричал кучер Киприана. – То есть…

– Да я уже догадался, – пробурчал Киприан.

Он обменялся взглядом с Андреем и выскочил из экипажа. Когда Андрей последовал его примеру, он сделал шаг в сторону. Посреди дороги, не доезжая даже до первых посадских хижин у городских стен Хрудима, расположились постом четверо мужчин. Они были вооружены пиками и арбалетами; поперек дороги лежал ствол дерева с обрубленными сучьями.

– И что сие означает? – поинтересовался Киприан.

Андрей пожал плечами. Он был явно обеспокоен.

– Должен ли я узнать о вас двоих что-то еще, чтобы случайно не проболтаться? – спросил Киприан.

Он и бровью не повел, встретив изумленный взгляд Андрея. Тот отрицательно покачал головой.

– Давай плыть по течению, – сказал Киприан своему кучеру.

– Чего?

– Поехали дальше.

– А, вот оно что. Ясно, баас.

Когда они доехали до поста, им все же пришлось остановиться. Киприан вместе с Андреем, шедшим рядом с экипажем, надеялся, что внушительный герб, нежелание останавливаться и их самоуверенный вид вынудят солдат откатить препятствие в сторону. Однако, подойдя ближе, он увидел, что поведение стражников отличается скорее не злостью, а крайней степенью страха. Несколько человек перехватили поудобнее свои пики, другие слегка приподняли арбалеты и прицелились – пока еще в землю, но уже прямо перед ногами Андрея и Киприана.

Андрей вызвался попытать счастья и получил на свой вопрос односложный ответ.

– Все должны выйти из кареты, – перевел он приказ.

Он так нервничал, что даже самые глупые из караульных должны были заподозрить его в чем-то нехорошем. Киприан выругался про себя.

– Вы находитесь под защитой епископа Нового города Вены, – процедил он. – Так что успокойтесь.

– А по-вашему, эти люди знают, что такое Новый город Вены?

Андрей помог своей спутнице выйти. Оба кучера после недолгого колебания тоже спустились на землю, а старый морской волк при этом нарочно обнажил свои протезы. Караульные переглянулись и выстроились в шеренгу. Киприан понял, что они нервничают еще сильнее, чем Андрей. Его сердце, забившееся быстрее при виде выставленного поста, теперь колотилось так, что причиняло боль. Тут один из караульных сделал шаг вперед – и по спине у Киприана будто ледяной поток прокатился, когда мужчина прикрыл нос и рот платком. Было видно, как платок колышется в такт его дыханию. Его взгляд застыл от ужаса.

– Вот черт, – хрипло выругался Киприан.

– Боже, да у них тут… – начал Андрей.

– Нет у них ничего, – прервал его Киприан. – Не дергайтесь.

Караульный приблизился к ним с такой осторожностью, как будто перед ним была змея, и пристально посмотрел на них широко открытыми глазами, на каждого по очереди. При этом он подошел так близко, что Киприан уловил исходящий от него запах холодного пота. Он поглядел на деревянные протезы кучера Киприана, вынул кинжал и направил его на старика. Острие кинжала дрожало.

Киприан услышал жалобный стон. Стонала Ярмила. Он увидел, как Андрей взял ее за руку. Один из караульных тут же среагировал, направив арбалет Андрею в грудь. Краем глаза Киприан заметил, что Андрей криво улыбнулся и кивнул караульному. Тот снова медленно опустил оружие.

Острие кинжала тем временем приблизилось к тому месту на изувеченной руке старика, где его потрепанный рукав скрывал начало протеза, и медленно приподняло край рукава. Платок, прикрывающий рот караульного, зашевелился сильнее; Киприан слышал, как дыхание со свистом вырывается из груди. Старик молча поднес здоровую руку к протезу и закатал рукав. Над его предплечьем сплелись кожаные ремни, крепившие протез к культе. Острие кинжала задрожало еще сильнее. Старик парой движений отцепил протез и продемонстрировал культю. Острие кинжала застыло, все еще подрагивая, у сшитых лоскутов кожи и красных отметин, оставшихся там, где манжет протеза врезался в кожу, и дернулось назад. Взгляд караульного перешел на протез ноги. Старик театрально закатил глаза. Караульный, ища поддержки, обернулся и посмотрел на своих товарищей.

– Спросите у него, где она у них, – сказал Киприан Андрею.

– Где у них… что?

– Проказа, – буркнул Киприан.

– Вы хотите сказать… о Боже…

– Да спрашивайте же! – Он заметил, что старик уже готовится, охая, сесть на землю. – Пока нас тут всех на части не разобрали.

Андрей откашлялся и пророкотал что-то на языке, остававшемся непонятным для Киприана с момента его приезда сюда. Начальник караула, поколебавшись немного, ответил ему.

– На юго-востоке, – слабым голосом произнес Андрей.

– Спросите его, знает ли он, с какой стороны идет эта дорога.

Начальник караула внимательно посмотрел на Киприана. Даже с расстояния в двадцать шагов Киприан увидел, как на его лице отразилось желание сделать все как положено и страх, что в случае ошибки гибель его родного города будет на его совести.

– С запада.

– Спросите его, как он считает, не с запада ли мы приехали.

– Но мы ведь действительно приехали с запада!

– Спрашивайте!

Завязался долгий спор. Очевидно, Андрей понял, куда клонит Киприан. Караульный с платком у рта воспользовался предоставившейся возможностью и сделал пару шагов назад; старый морской волк, увидев такое дело, стал совершенно невозмутимо пристегивать обратно свой протез. Начальник караула сцепил зубы и снова окинул Киприана взглядом. Тот наградил его улыбкой.

– Это герб епископа Нового города Вены, – заявил он и ткнул пальцем в сторону экипажа. – Сегодня утром мы выехали из Часлава. Едем прямо с запада. Что бы ни случилось с вашим городом на юго-востоке, нас там не было. Мы не представляем для вас никакой угрозы.

– Знаете, – неожиданно заявил Андрей, – что-то пропала у меня охота ехать в Хрудим.

– Если бы проказа уже была в городе, они бы не принимали таких мер предосторожности. Я уверен, что город не опасен.

– Я боюсь за Ярку, – примирительно сказал Андрей.

– Прекрасно понимаю, – согласился Киприан.

Мужчины переглянулись, и Андрей отвел взгляд первым.

Начальник караула, кажется, принял решение. Двое его людей оттащили в сторону ствол так, чтобы экипаж смог проехать. Киприан благодарно кивнул ему. Начальник караула кивнул в ответ, но его лицо все еще было искажено сомнением. Киприан ему не завидовал: хорошие стража всегда сомневаются, а начальник караула оказался хорошим стражем.

Ярмила была бледна, когда они занимали свои места внутри экипажа. Она что-то прошептала Андрею на ухо. Тот вздохнул. Ярмила отрицательно покачала головой и заговорила снова. Киприан наблюдал за ними, пока Андрей не откинулся на сиденье и не скорчил несчастную мину. С привычным толчком экипаж покатился дальше.

– А что вас, собственно, интересует в Хрудиме? – спросил их Киприан.

Пара обменялась быстрым взглядом.

– Ярка ищет следы своей матери, – наконец ответил Андрей. Однако у Киприана создалось впечатление, что это только половина правды. – Она пропала, когда Ярка была еще ребенком, и никто не знает, где это произошло.

– И вы хотели отговорить ее продолжать путь, но она, как свойственно всем женщинам, настояла на том, чтобы ехать дальше.

Андрей непонимающе уставился на него.

– Да ладно, – заявил Киприан. – Вы же должны где-то переночевать, раз уж не остались в своем поврежденном экипаже. – Он высунулся из окна и посмотрел на караульных, стоявших у обочины дороги и глазевших на то, как кучер осторожно объезжает дерево, будто маневрируя хрупким суденышком среди рифов. – Андрей, не могли бы вы спросить у начальника караула, какие города на юго-востоке поражены проказой?

Недовольно брюзжа, тот все же сообщил им эти сведения.

– Очень небольшой район, и они закрыли его, – перепел Андрей. – Он сказал, что нам нечего бояться.

– Ну и ладно, – ответил Киприан.

Начальник караула следил за ними. Киприан тоже посмотрел на него. У него не было причин сердиться на этого человека, который просто выполнял свои обязанности. Киприан изобразил на лице улыбку и сделал движение рукой, будто отдал честь. Мужчина произнес какую-то фразу, прозвучавшую как оскорбление.

– Что он сказал?

– Он сообщил нам названия зараженных мест, – ответил Андрей.

– И что это за города?

– Храст, Розиц, Горка, Хахолице, Скала и Подлажице.