Прочитайте онлайн Клуб «Калифорния» | Часть 11

Читать книгу Клуб «Калифорния»
5016+1453
  • Автор:
  • Язык: ru

11

На следующее утро первым уехал Элиот. Потом Элиза улетела к месту своей дислокации, куда-то дальше по побережью, в район Биг-Сур. Мы с Сашей проводили Зои на вокзал в Сан-Диего и отправились в наше автомобильное путешествие в глубь страны.

Я подумала, что всем нам морально помогло выражение гордости и надежды на лице Элен. Когда пришло время прощаться, то даже Зои хотелось никуда не ехать и остаться здесь, на побережье. Меня согревала мысль, что это последний шанс провести две ночи наедине с Элиотом, это стало последним аргументом в пользу поездки, оно того стоило.

— Как ты думаешь, что именно меня заставят делать? — взволнованно спросила Саша, когда мы отъехали всего на двадцать миль от Ла-Хойа. — Ведь таким вещам надо учиться.

— Понятия не имею. Все, что тут написано, — дела в питомнике ведет некто Кэрри Шэндру, на полную ставку там работает еще только один парень по имени Ти, и еще одна девочка, Нина, — на добровольных началах. И у них там сорок пять диких кошек. Ух, ты!

В ответ мотор увеличил обороты. Я хотела сесть за руль, но Саша спросила, не может ли она повести сама, чтобы отвлечься. Очевидно, это было своего рода лекарство.

— Мы сейчас какое-то время едем по автостраде 15? — спросила Саша, которой страстно хотелось выбрать путь покороче. Любой подумал бы, — что она спешит добраться до места.

— Угу. Надо следить за дорогой. Как увидишь знак «Темекула», нужно повернуть на автостраду 215.

— А потом?

— Едем до Риверсайд-авеню, а там уже рукой подать.

Саша взглянула на меня.

— Не беспокойся. Все будет хорошо. Скушай конфетку!

Я потрясла коробочку над ее ладонью.

— Смотри-ка, тебе достались красная, белая и голубая. Очень патриотично. Как цвета флагов Великобритании и США.

Что я еще могла сказать? Иногда такие мелочи могут сделать меня счастливой.

— А какого они вкуса? — с подозрением спросила Саша.

— Ты скажи! — потребовала я, решив, что это будет хорошая игра.

Она надкусила белую.

— Кокос!

— Правильно!

— Голубую я отгадаю, даже не пробуя. Это голубика.

— Молодчина! Правильно!

— Фу, а на вкус просто гадость. — Она быстро сунула в рот красную. — Вишня.

— Почти что.

— Да нет же, это точно вишня.

— На коробке это названо «настоящая вишня». Саша закатила глаза:

— Давай ты!

Эта игра подняла нам настроение, и мы сами не заметили, как доехали до городка Темекула. К этому времени мы себя чувствовали уже не лучшим образом, впрочем, неудивительно.

— Не могу поверить, что ты съела «сочную грушу», — простонала Саша.

Вкусовое ощущение было такое, что после этого я высыпала все конфеты из коробочки на подол и стала по очереди пробовать их.

— А я не верю, что ты думала, если я одновременно съем «красный грейпфрут» и «большой банан», то будет вкусно! — возразила я.

Саша скорчила гримасу, вспомнив это.

— Спрячь их подальше! Меня уже тошнит просто от одного их вида!

Я так и сделала.

— Может, откроем пачку жевательного мармелада «Мишки Гамми»?

— Давай! — Саша энергично стала рыться в сумке. — Как ты думаешь, а остальным понравится?

— Ну, Зои-то точно будет в восторге, не важно, что ее там ждет. Она умеет получать удовольствие от жизни и ненавидеть всякого, кто встанет на ее пути.

— Мне хотелось бы быть на нее похожей, — вздохнула Саша. — Она ко всему относится с энтузиазмом, любит повеселиться, из любой ситуации может извлечь выгоду. Откуда только она черпает энергию?

— Без понятия, — я покачала головой. До сих пор не могу забыть эти маракасы.

— Думаешь, Лос-Анджелес не обманет ее ожиданий?

— Даже если и обманет, она это переживет.

— Надеюсь только, что она не разочаруется, она столько времени об этом мечтала.

Ой-ой-ой. Саша начала беспокоиться о других, когда у нее самой проблем вагон и маленькая тележка.

— Не волнуйся! — сказала я. — Зои сумела бы радоваться взносу в Фонд помощи диспраксией не меньше, чем вручению Оскара.

— Счастливая. Это подарок судьбы.

— Благословение, — согласилась я. — Если у меня когда-нибудь будут дети, то я не пожелаю им ни коэффициента интеллекта выше двухсот, ни пальцев виртуоза пианиста, а лишь одного — быть оптимистами.

Я дотянулась до своей сумочки.

— Давай позвоним ей, где там мой доисторический мобильник?

— А-а-а-а-а-а-а-а-ах!

Я отодвинула трубку от уха.

— Зои, с тобой там все в порядке?

— Да, тут просто клёво! Я только что проехала мимо такой водосточной трубы, типа той, вдоль которой несется Дэнни Зуко в «Бриолине»! Тут полно граффити, а еще около одного из сливов рядком стоят горшочки с цветами, наверное, кто-то тут живет. Господи, голый мужик, он моется! Я офигеваю!

Телефон вырубился.

Я посмотрела на Сашу.

— Как ты думаешь, это было умное решение— позволить ей шататься там без сопровождения?

— Наверное, нет, — признала она.

Я снова попыталась набрать номер Зои, но телефон не отвечал, наверное, она въехала в туннель, попробую еще раз через минуту.

— Мы сейчас где? — Саша кивнула в сторону карты.

— Дай-ка взглянуть… Мы почти доехали до Морено. Скоро надо будет поворачивать на другую автостраду.

— Тебе не кажется, что я меланхолик? — спросила Саша. Она постаралась поделиться своими соображениями спокойным голосом.

— Тебе кто-то сказал это? — осторожно спросила я.

Она кивнула:

— Визажист. Мы снимали клип для Уилла Янга. Это самое ужасное, что мне когда-либо говорили. После таких слов я подумала, что буду такой всегда.

— Можно посмотреть на это с другой стороны. Если ты признаешь, что меланхолия — это нормальное твое состояние и ты не хочешь меняться, то все стоящие события будут наградой.

— Предполагается, что мне от этого станет легче?

— Да. Но я вижу, почему тебе не станет легче, — сказала я и предприняла новую попытку: — Помнится, я как-то смотрела интервью с Кэрри Фишер. И она сказала, что уже оставила тщетные попытки бороться со своей депрессией. Даже придумала имя, которым обозначает себя в состоянии депрессии. Когда кто-то ей звонит, она говорит «Милдред в городе» или что-то в этом духе. И все знают, в каком она состоянии.

— Звучит ужасно!

— Я думаю, это хороший способ смириться с депрессией. В конце концов, ты же знаешь, что Милдред всего лишь приехала погостить.

Сама я до конца не верила в это, и мне страстно захотелось съесть мандариновую конфетку. Я попыталась тайком дотянуться до коробочки и положить ее на колени, чтобы Саша не видела.

— Я думаю, быть Зои — это утомительно! — решительно сказала Саша. — В следующей жизни мне хотелось бы родиться в теле человека, от рождения довольного собой. Ну, знаешь, есть такие люди, которым комфортно в своей собственной шкуре.

— Как Элиот, — произнесли мы в унисон. Он напрягается меньше чем все, кого я знаю. Ну, или, по крайней мере, раньше не напрягался.

— Автострада 91, вон выезд, — показала я Саше, прежде чем задать мучивший меня вопрос. — Тебе не кажется, что он изменился?

Она сделала задумчивое лицо.

— Я не имею в виду, что он кардинально изменился, как Элен, но все-таки он стал немного другим, это не совсем он.

— Помнишь, Аарон Спеллинг пригласил другого актера на роль сына Блейк в «Династии». Ощущение то же? — с невозмутимым видом сказала Саша.

Я хихикнула.

— Нет. Он тот же самый парень, только исчез огонек!

— А я и не знала, что у него был огонек, — поддразнила меня Саша.

— Думаю, тебе достанутся все консерванты из мармеладок, — недовольно сказала я. И улыбнулась своим мыслям: надо же, Саша два раза подряд пошутила, это для нее не характерно. Кажется, то, что мы почти доехали до места, придает Саше силы. А может быть, у нее просто истерика.

— Честно сказать, я не заметила, — Саша попыталась отдать должное моему вопросу об Элиоте. — Он так веселился на пляже.

— Ну да. Просто у меня возникло ощущение, что он все время контролирует себя. Будто он развеселился, а потом вынужден одернуть себя, а не то Элиза осудит его или что-то в этом роде.

Я откровенно пыталась спровоцировать Сашу на то, чтобы начать перемывать Элизе косточки. Я клялась, что не буду говорить о ней гадостей, но ничего не могла с собой поделать.

— Знаешь, я бы не подумала, что Элиот — это ее тип мужчины!

Что, простите? Да Элиот — мечта всех женщин!

— Я хочу сказать, он, конечно, чудесный, но я бы рядом с ней ожидала увидеть кого-то более… кого-то менее…

Саша не могла подобрать нужное слово.

— Кого? — улыбнулась я, умирая от любопытства.

— Может быть, кого-то постарше, побогаче или какого-нибудь красавчика из тех, что снимаются в рекламе.

Я улыбнулась про себя. Мне нравилось, что привлекательность Элиота не совсем традиционная.

На мой взгляд, он самый красивый мужчина, который когда-либо попадал в поле моего зрения. Но в то же время я вынуждена признать, что все его лицо как будто говорит от его имени «Это моя работа!». Знаете, как обычно говорят пластические хирурги. Его лицо отражает его индивидуальность, это полная противоположность лицам людей, красивых от рождения, которые больше похожи на маски. Саша, конечно, не такая. Ее красота — это ее гены и дорогие увлажняющие кремы. Мне ужасно интересно, если бы ей разрешили загадать другое желание и она нашла бы свое «я», стала бы она иначе выглядеть? Думаю, нам придется смотреть на это лицо.

По мере того как мы приближались к Риалто, пейзажи становились однообразными и не поддающимися описанию. Так что я вновь стала перебирать диски, складывая их на приборную панель, в поисках какого-то трэка, который повысит нам настроение, поможет прекратить копаться в себе и привнесет некоторую атмосферу легкомысленности. Так что группа «REM» отдыхает. Ага! Нашла! Я вытащила из коробочки диск «Sugababes» и поставила сразу шестую песню с их сборника.

— «Львы сегодня спят»! — Саша тотчас же узнала песню по начальным аккордам. — Забавно!

Мы всласть повыли под эту песню, и тут зазвонил телефон. Кто говорит? Зои!

— Телефон отключился, не знаю почему.

Теперь на заднем плане шумы были другие.

— Ты сейчас где?

— В такси. Только что отъехала от станции.

— Видела уже кого-нибудь из звезд?

— Вообще-то этот райончик довольно жуткий и обветшалый.

Зои была словно загипнотизирована, в ее голосе уже не было бодрости, но мне хотелось подробностей.

— Опиши нам, что там вокруг, — сказала я, включая громкую связь.

— Все домишки маленькие и грязные, вот идет женщина в фиолетовой вязаной шапочке, ведет за руку ребенка… Они только что зашли в магазин «98 центов». Тут такая мешанина из разных национальностей, кругом рестораны… «Армянский», «Мексиканский», «Креольский», «Сальвадорский», «Тантрический»…

— Тантрический? Я думала, это разновидность секса!

— Я просто читаю таблички. «Камбоджийский буддийский храм», «Дальневосточный автосалон», «Матрасы из Касабланки».

— Ты серьезно?

— Пять футболок за десять долларов девяносто девять центов, питьевая вода двадцать центов, магазин «99 центов»…

— Эй, а цены-то растут!

Зои засмеялась.

— Я только что видела дорогу с названиемАллея Атлетов!

Я представила себе, как спортсмен вынужден прыгать с шестом через пирамиду из бейсболистов, чтобы добраться до парадного входа в свою квартиру.

— А где же Аллея Звезд? — спросила я.

— Вот и мне интересно. Тут вокруг только том- барды, склады с линолеумом и кабинеты дантистов!

Я подумала, а вдруг клуб «Калифорния» сделал это специально, чтобы разрушить представления Зои о Лос-Анджелесе как о центре лоска и блеска. Надеюсь, они знают, что делают Если у нее хоть капельку испортится настроение, они у меня попляшут.

— Магазин «Мир доллара»! — радостно завизжала Зои.

Слава богу, она пробирается в Беверли-Хиллз, хоть и со скоростью один цент в минуту.

— Теперь все становится супермодным. Дома в классическом стиле. Все такое роскошное. Эй, Лара, тебе бы это понравилось! Я только что видела магазинчик «Прибежище старины».

— А где ты едешь? — хотелось проверить, может, я смогу найти ее местоположение на вкладыше к карте.

— Не вижу знаков. Ух, ты, проехал такой же автобус, как в фильме «Скорость»!

— Риверсайд-авеню, нам она нужна? — Саша показала вперед.

Это прозвучало в одно и тоже время.

— Полицейская машина! — воскликнула Зои. — Боже мой! Копы ведут в наручниках двух парней! У них самая сексуальная форма в мире!

Мы с Сашей посмотрели с беспокойством друг на друга.

— Слушай, Зои, нам надо ехать, с тобой там все будет в порядке?

— Конечно! А вы там вдвоем — это круто! До Элизы мне и дела нет. Вот только Элиота жалко — чем быстрее ты его навестишь, тем лучше!

Аминь.

— Позвони мне, если возникнут какие-то проблемы! — настойчиво попросила я.

— Обязательно!

Жаль, что я не могу не вешать трубку, пока она не доберется без приключений до места, но нужно вернуться к своей миссии штурмана.

— Мы почти приехали, — сказала я Саше. — Второй поворот налево и…

Саша вдруг резко свернула на первую боковую дорогу.

— Ой, не туда! — завизжала я, наклоняясь к панели управления.

Я пыталась остановить падение стопки музыкальных дисков.

— Мне просто нужна минута, — объяснила Саша, казалось бы, сама в шоке от своих действий, она делала глубокие вдохи и выдохи, при этом не выпуская из рук руль, будто боролась с силой притяжения.

— Хорошо, — спокойно сказала я.

Не хотелось еще больше волновать ее. Я свалила все диски себе на коленки и смотрела прямо перед собой. Спокойствие, только спокойствие! Любое резкое движение может вызвать у нее истерику. Я перестала жевать мандариновую конфетку, приклеила ее к нёбу и стала тихонечко облизывать языком, чтобы не было заметно.

Мимо нас проехал потрепанный пикап. Саша пристально смотрела на его задний борт, пока он не скрылся из виду, потом медленно отпустила руль, откинулась на спинку сиденья и прикрыла глаза. Сейчас она испытывала небольшое облегчение. И хотя ее губы не двигались, я знала, что внутри она лихорадочно уговаривает себя, что все будет хорошо.

Я не хотела прерывать ее внутреннего монолога или, скорее, диалога с самой собой и просто ждала. И ждала. Посмотрела на часы на приборной панели. Уже пять часов вечера, я решилась заговорить.

— Может, хочешь выйти и прогуляться?

Она покачала головой.

Я опять принялась играть в гляделки с разделительной полосой дороги. О нет! У меня ужасно зачесалась левая голень. «Не обращай внимания, само пройдет», — сказала я себе. Мне нужно сидеть спокойно. О-о-ой! Мою ногу свело судорогой, и она дернулась вперед, как будто кто-то ударил меня по коленке молоточком, из-за этого конфеты, лежавшие у меня на коленях, весело подпрыгнули.

— Извини, — пробормотала я, сама не понимая, за что я извиняюсь.

Саша взглянула на меня из-под полуопущенных ресниц, а потом быстро приняла нормальную позу и потянулась к ключам.

— Мы опоздаем!

— С тобой все в порядке? Хочешь, я поведу?

— Все нормально! — ответила она, быстро разворачивая машину.

Мы выехали обратно на Риверсайд-авеню. Я открыла рот, чтобы произнести какую-нибудь банальность типа: «Не волнуйся, Саша, я знаю, что тебе страшно, но я буду твоим ангелом-хранителем, только из плоти и крови».

Вместо этого я вдруг сказала:

— А ты знаешь, что каждый четвертый человек страдает каким-нибудь психическим расстройством?

— Что ты сказала? — Саша закрыла окно, чтобы унять шум ветра. — Чем страдает каждый четвертый?

Не могу поверить, что я сказала это вслух.

— Аллергией на кошек, — мне пришлось соврать.

— Интересно, а кто-то составлял статистику, какой процент кошек страдает аллергией на людей? — шутливо заметила Саша.

Я засмеялась.

— Действительно интересно.

— Я имею в виду, ведь это возможно. Может быть, всё из-за этого. Из-за аллергии.

— Что всё?

Сашино лицо опять помрачнело. Она уже где-то не здесь.

— Саша!

— Это… я… — Она пыталась, но не могла подобрать слов, чтобы объяснить, что ее терзает.

Я не могла за нее закончить эту фразу. У меня не было представления, что она пытается сказать. Но думаю, ей станет лучше, когда мы доберемся до питомника. Вообще-то я не уверена, но надеюсь. С неохотой я вернулась к своему занятию: сконцентрировалась на том, чтобы двигать палец миллиметр за миллиметром по поверхности карты с каждый поворотом колеса. Наконец-то наша дорога!

— Аква Манса! Нам сюда!

Саша повернула налево, нотут же засомневалась:

— Наверное, мы ошиблись!

— А что такое?

— Ту т полно уток!

— Что? — Я посмотрела в ту сторону, куда она указала, и увидела бесконечные загоныс белоснежными утками, хотя никаких прудов в поле зрения не было.

— Что за чудеса в решете!

— А вон там страусы!

Мы проехали мимо неуклюжих птиц, которые почему-то напоминали мне волынки, покрытые черными перьями. Я даже опустила стекло, чтобы получше рассмотреть их.

— Да, у них тут жизнь не сахар, прикинь, если тигры вдруг вырвутся из клеток.

— Звучит обнадеживающе, учитывая, что я сейчас въезжаю в логово этих самых тигров.

— Извини! — Я скорчила рожу. — Вот оно!

Внезапно перед нами возникла табличка: «Свирепый тигр». Некоммерческий питомник для зверей-актеров, вышедших на пенсию».

— Эй, да мы увидим звезд еще раньше Зои, разве не круто? — попыталась пошутить я.

Саша так резко затормозила, что ремень безопасности больно врезался мне в тело по диагонали.

— Я им не понравлюсь, — выпалила Саша, нервы дали о себе знать.

Только я хотела заверить ее, что ее тепло примут, как только поймут, что она вовсе не самовлюбленная и пустоголовая снежная королева, как она добавила:

— Я не нравлюсь животным!

Я чуть было не рассмеялась, но решила сдержаться.

— Почему ты так считаешь?

— Это правда. Они могут сказать… — Она запнулась.

— Что сказать?

Выглядело так, что Саша вот-вот впадет в ступор. И это не образное выражение. Надо что-то делать.

— Господи! Ты только посмотри! — Я молилась, чтобы хоть что-то попало в поле моего зрения, чтобы я могла продолжать.

— Что?

— Кажется, я только что видела… — Я выкарабкалась из машины, делая вид, что пытаюсь рассмотреть что-то за листвой.

— Господи! — присоединилась к моим крикам Саша. — Он смотрит прямо на нас!

Я не могла поверить, что она увидела воображаемый предмет, выдуманный мной для отвлечения внимания. Где он? И тут я встретилась глазами с парой золотистых глаз. Причем выражение у них было скорее благосклонное, чем хищное. Господи, да это же…

— Это Райн, — прозвучал голос за нашими спинами. — Это наш VIP-гость. Он лигер, то есть наполовину лев, а наполовину тигр.

Теперь выражение его глаз говорило: «Да, я знаю, я и сам не понимаю, что это значит».

Мы обернулись и увидели симпатичную брюнетку.

— Я Кэрри! — улыбнулась она и тепло пожала нам руки.

На Сашином лице я увидела облегчение: слава богу, здесь есть кому обучить ее.

— Так здорово, что ты тут пробудешь неделю, — продолжила Кэрри. — А то я собираюсь в Сан-Франциско, попробую собрать денег.

— Когда ты уезжаешь? — Саша впала в панику еще до того, как Кэрри договорила до конца.

— Послезавтра. Меня не будет несколько дней, так что Ти будет рад паре лишних рук.

Саша опять выглядела раздраженной.

— Давайте я проведу маленькую экскурсию по нашему питомнику, пока еще светло?

Я кивнула и за себя, и за Сашу.

— Начнем с Фредди. Он просто дьявол в籎 плоти, а с возрастом это еще более усугубилось.

Кис-кис-кис…